
"Нет, не пейзаж влечет меня,
Не кpаски я стpемлюсь подметить,
А то, что в этих кpасках светит,-
Любовь и pадость бытия."
И. Бунин
[300x400]22 октября – 138 лет со дня рождения Ивана Алексеевича Бунина (1870–1953), русского поэта, прозаика, переводчика, лауреата Нобелевской премии по литературе 1933 года.
Из воспомининий Константина Паустовского:
«Меня просили сказать вступительное слово на первом вечере памяти Бунина. Я начал готовиться к нему, но открыл наугад одну из книг Бунина – и все пропало! Я зачитался, и у меня почти не осталось времени, чтобы набросать на бумаге заметки о Бунине. Я забыл обо всем. Такова сила бунинского таланта, бунинского слова, сила его беспощадно-прекрасного и безукоризненного мастерства. Он был суров потому, что полагал художественную правду превыше всего.
Как часто и глубоко мы ошибаемся в своих оценках писателей из-за неистребимой склонности приклеивать на каждого писателя ярлыки. Чехов почти всю жизнь прожил с ярлыком "пессимиста" и "певца сумерек", о Бунине всегда говорили как о "холодном мастере" и "бесстрастном парнасце".
Какими жалкими кажутся все эти наклейки, когда читаешь книги Бунина и постепенно открываешь за этим внешним бесстрастием огромное человеческое сердце...»
"Привет любителям литературы, музыки и нормального театра! На этом благотворительном культурно-просветительском ресурсе для вас безвозмездно, то есть даром, выложены самые лучшие образцы литературных фонограмм, выцарапанных из старых виниловых пластинок, записанных с радиоэфира, найденных в интернете, а также созданных самим автором. Силами студии БК-МТГК, под руководством сверхписателя Бориса Карлова, все эти записи неимоверным трудом восстановлены, отредактированы, улучшены и сжаты так, что некоторые можно закачивать даже на самом хилом диал-апе. Врубайте и радуйтесь. Пока глухота не разъединит нас."
(с главной страницы сайта)
[281x404]
Верочке
В дни боли и скорби, когда тяжело
И горек бесцельный досуг,—
Как солнечный зайчик, тепло и светло
Приходит единственный друг.
Так мало он хочет… так много дает
Сокровищем маленьким рук!
Так много приносит любви и забот,
Мой милый, единственный друг!
Как дождь, монотонны глухие часы,
Безволен и страшен их круг;
И всё же я счастлив, покуда ко мне
Приходит единственный друг.
Быть может, уж скоро тень смерти падет
На мой отцветающий луг,
Но к этой постели, заплакав, придет,
Всё тот же единственный друг.
1909 (Опубликовано в 1968, при жизни автора не выходило)
Черт, дёрнуло же меня сейчас зайти на почту разобрать письма, которые приходят с планет на Рамблере... Безобидная, на первый взгляд, открытка похоже оставила меня сегодня без сна...
Теперь письма "счастья" стали рассылать в красивой "упаковке". Да ещё с таким содержанием, что волосы дыбом встают... Оказывается, когда пишут, что тебе не будет счастья n-ое количество лет, это цветочки безобидные. К этому видимо все уже привыкли и перестали обращать на это внимание.
Теперь авторы этих "шедевров" посягают не на личное счастье получателя. Они посягают на жизнь родителей, причем предрекая их очень скорую смерть, в течении нескольких часов... Уроды какие-то... Меня трудно вывести из себя, но это... Убила бы за такое...
Нашла в одном сообществе на Рамблере. Решила сохранить для себя.
Буду рада, если Вам это тоже пригодиться.
* * *
Красиво завязаный платок очень украшает женщину. А сейчас как раз период.
Надеюсь, вам понравится и пригодится этот пост
[400x200]Октябрь...Сырость тумана. Утро паром поднимается из озера, безбрежного словно море. Блеск восходящего солнца блуждает в металлическом воздухе.
[699x602]
Вдруг наступает полдень, по-осеннему зажигает он золотые макушки холмов; словно острова выныривают они из пены тумана- она тает, распадается солнечной крошкой; с неба на кроны деревьев и крыши домов опускается синева.
Годы проходят, и кое - что все- таки случается - но кто это замечает! Все уходит безвозвратно, все повторяется. Наша жизнь пролетает над нами единым мигом, и вот уже ты перестаешь считать осени. Все прошедшее стоит как тишина над зреющими склонами. На лозе собственной жизни, смотри, повисли грозди прощания...Проходи мимо!
Наше бытие быстротечно, как один день...
Осенняя меланхолия, всех осеней разом , сгущается тьмой у чужих дворов, горькая от дыма.Леса утопают в тумане; голые стволы, больше ничего, порывы ветра и вихри листвы, сырость кустов и капли на одиноких скамейках, мох отдает гнилью.Или вечер в городах, словно серый холст просвечивает он сквозь гаснущие краски дня, пепел, пепельные улицы с витринами, освещенными окнами, идешь под матовым золотом уличных фонарей- там, наверху, в мокрых кронах аллей, а вдали еще светится полоса над преламутровой гладью вечернего озера...
Несказанная осень! Своя собственная личность уходит вдаль. Ее годы нанизываются один на другой, осаждаясь кольцами осенних дней. В детях можно увидеть себя в бесконечном стремлении жить, ощущать праздник эфемерности...
Как должны мы быть благодарны за то, что живем! Надо уметь быть благодарным за боль, за страх, за отвращение, за тоску, за глухое отчаяние, за все, что переживает наше сердце, всю внутреннюю реальность, натягивающую тетиву нашей жизни, быть благодарным за вечную неопределенность, из-за которой наша жизнь парит в неизвестности, как раскаленное светило !
Авторы картин
Дмитрий Кустанович " Осенняя заводь ранним утром "
Ferdinand Hodler " Осенний вечер "
Robert Knight. " Vintage Evening "
[700x560]
[700x560]
[700x480]
[699x475]
[700x461]
сайт автора работ:
http://www.artrussia.ru/russian/artists/artist.php?id=569&foa=f
[554x700]
Сирень и солнечный день
[425x616]I
В Лондоне в 1920 году, зимой, на углу Пикадилли и одного переулка, остановились двое хорошо одетых людей среднего возраста. Они только что покинули дорогой ресторан. Там они ужинали, пили вино и шутили с артистками из Дрюриленского театра.
Теперь внимание их было привлечено лежащим без движения, плохо одетым человеком лет двадцати пяти, около которого начала собираться толпа.
— Стильтон! — брезгливо сказал толстый джентльмен высокому своему приятелю, видя, что тот нагнулся и всматривается в лежащего.— Честное слово, не стоит так много заниматься этой падалью. Он пьян или умер.
— Я голоден... и я жив,— пробормотал несчастный, приподнимаясь, чтобы взглянуть на Стильтона, который о чем-то задумался.— Это был обморок.
— Реймер! — сказал Стильтон.— Вот случай проделать шутку. У меня явился интересный замысел. Мне надоели обычные развлечения, а хорошо шутить можно только одним способом: делать из людей игрушки.
Эти слова были сказаны тихо, так что лежавший, а теперь прислонившийся к ограде человек их не слышал.