Возьмем Словянск....то, что там происходит - безобразие....А с другой стороны....сепаратисты и всякая ерунда...собралась в каких то помещениях...неужели невозможно....в этох помещениях отключить свет, воду, газ и поставить заглушки на мобильный телефон....это же просто....и мутантов там держать пока не завоют....
[700x466]
[700x466]
Дорогие мои русские знакомые! Не говорю "друзья", ибо к моим русским друзьям это никак не относится.
Пожалуйста, не засоряйте мою ленту лозунгами. Устаю чистить. Я уважаю чужое мнение только в том случае, если оно подкреплено собственным опытом. В противном случае это - обрывки пропаганды, по недоразумению задержавшиеся в вашем сером веществе.
Особо мне дорог лозунг "Русские своих не бросают!", как вариант - "Мы своих не бросим!!"" Количество восклицательных знаков обратно пропорционально количеству того самого вещества.
По поводу "Русские своих не бросают" - промолчу, потому что грести всех под одну гребенку не считаю возможным, хотя и очень хочется припомнить Беслан, "Курск" и "Норд-Ост". Но - Бог с ним.
А вот на "Мы своих не бросаем" - остановлюсь, ибо это уже личная позиция автора.
Я на собственном опыте знаю, что такое - своих не бросают. Это то, что я видела вокруг себя последние почти четыре месяца.
...Нескончаемый поток людей на первом Вече, вышедших в защиту студентов, зверски избитых Беркутом.
...Горы одежды, еды, медикаментов, невесть откуда взявшиеся армейские и туристические палатки. Вам, тем кто "не бросает своих", сидя в кресле возле зомбоящика, трудно в это поверить, но Майдан существовал не на деньги Госдепа. Он жил на мои деньги, деньги моих друзей, деньги людей, которых я в глаза не видела, но ощущала как родных.
...Подружка, воспитывающая сына-инвалида, которая в ультимативной форме требовала приехать и забрать у нее 100 грн ( для русских перевожу - 10 долларов) и купить лекарств на Майдан.
...Незнакомые друг с другом люди, подбирающие друг друга по дороге в центр ночью во время первого штурма Майдана. И письма из далекой Швеции от маминой подруги: "Держись, девочка, я с тобой", которые помогли пережить эту ночь.
....Первая стрельба на Грушевского. Киевляне, выдергивающие из этого кошмара раненых и увозящие их по домам, что б сохранить, не дать сгинуть по дороге в больницу. У меня дома было трое. У одного моего знакомого - четырнадцать...
...Дрова, шины, бензин. Сейчас смешно сказать, но за это можно было получить абсолютно реальные сроки - в плохих случаях до 15 лет. И возили. Там же наши мерзли. Не получалось машинами - возили в метро. В рюкзаках, в руках, в смешных авоськах.
...Мой номер гулял по сети, я собирала вещи и деньги, лекарства и еду. И никто. Никогда. Не потребовал отчета и не усомнился в происходящем - все знали, что это "своим". И я одинаково благодарна тем, кто давал 20-30 грн, и тем, кто давал 10-15 тысяч.
...18-е февраля. День. Уже все знают, что произошло в Мариинке. Знакомая аптекарь не задумываясь выгребает со склада все сильнодействующие обезболивающие. Большинство знакомых с машинами - там, или в дороге. Забирают тех, кого можно увезти. Везут шовный материал и инструменты для тех, кого увезти нельзя.
...18-е февраля. Ночь. Горит Дом Профсоюзов. Муж моей сестры помогает переносить тела погибших в Михайловский, что б родным было кого хоронить. Один из погибших - его отец. Моя сестра до утра ничего не узнает - на звонки он будет отвечать "Все в порядке, я рядом с батенькой".
...18-е февраля. Ночь. Звоню знакомому, который там, под Стеллой, в одной только велосипедной каске. Прошу не забывать, что он у мамы один. И слышу в ответ "Мама
Доля моя!
Свiте мiй великий!
Благословляю вас, що не впiймали ви мене. Що не дали менi в руки нi
меча, нi клейнода, нi печатi, нi заборонного статуту. Що звiльнили ви мене
од тягаря управлiння чи його видимостi, що не дали в мої руки скрижалiв
законiв людських, не примусили забороняти, гнати, не терпiти, розлучати.
Що ношу я царство свободи в своєму серцi. Що можу думати неухильно
тiльки про велике i пiднiмати природу до самого себе, аби вона вiдображала
мою душу. Що можу радуватися малому, i сорадуватися одверто, i жалiти
вiльно, знаючи, що тiльки через повноту й свободу жалостi людина остається
людиною, а не каменем з викарбувапими на ньому письменами законiв
людських!
Що можу простити стiльки, скiльки не дано простити нi одному царевi.
Я прощаю многих, многих.
Я суджу в своєму душевному трибуналi за живими законами народного лиха
i прощаю...
О.П.Довженко
я прощаю,
но...
Иногда надо самоопределиться, иногда (100%) надо понимать все-таки откуда ты, отдать должное родным, простить близких, попросить прощение у врагов, покормить чувство вины, обездолить чувство благодарности и пококетничать с судьбой) у меня был папа, его звали Антон, в жизни его называли Тосик)...его маму, мою бабушку, звали Розалия, ее сестру-Романия, братьев-Аполлинар и Адам...у меня была мама...ее звали Галина, ее маму Ольга (как меня), но по паспорту- Хельга, в миру-Геля), папу(моего дедушку)-Григорий...по папе все римо-католики поляки, в том числе я, по маме-все православные...
- Бабушка-бабушка, а кто виноват, бендеровцы или красные? - спрашивала я у украинской бабушки...
- Ой, дитино, скрізь були і люди і нелюді, зайдеш ранком до церкви і нишком дивишся хто в чьїх хустках, якшо червоні жінки у бендеровських- то в ночі різали українців, якщо бендеровські дружини у червоних-то в ночі різали червоних....
- Бабушка-бабушка, а кто виноват, бендеровнцы или красные? -спрашивала я у польской бабушки....ответа не было...было судорожное перебирание католических образов на открытках...и шепот...
- матка боська мулься за нами...
но я знала, что был Казахстан, что было выселение, что по дороге погибли дети, что красноармейцы забрали последние подушки, что пинали в вагоны, как второй сорт, что принимали, как третий...
- Дедушка-дедушка, а кто виноват?
Дедушка всю жизнь думал, что я плохо понимаю украинский и ко всей семье обращался:
- Діти, їсти, все на столі!)
а потом поворачивался ко мне и говорил:
- Оль, идем есть, все проголодались)
- Дедушк-дедушка, кто виноват?
Дедушка Гриша был коренной украинец, но кучерявый, высокий, чернобровый...
-Еврей,-решили немцы при оккупации Славуты и 17-ти летнего забрали в плен...
потом была работа, потом побег, потом ранения, партизанская война, потом "да здравствует родина" и вся улица в героях, а дед...а дед...бежал ведь...ранения в спину...ну значит ничего, ну значит виноват...
- Банду геть!- кричал мой одноклассник, сидя у папы на плечах в 5-м классе Саша Бондарь (ну как ты Саша? если прочитаешь...)) в то время, когда мы с алыми галстуками строем...и не важно кто бабушка, кто дедушка (наверное не важно тогда, преступно неважно)...
потом был Львов, первое понимание, второе осознание.., институт...Роман Виктюк в военном институте, фильм про УПА в местном кинозале, преданные красивые женщины красивых настоящих мужчин....годы...первая любовь, замужество, беременность...не стало мамы, папы, бабушки, второй бабушки, дяди... 2000 год был вечен, двухтысячный всех сровнял и выровнял...когда Сашка родилась, в 2000 родилась - было пусто...всю беременность я, как сумасшедшая, читала килограммами, но только про Сталина, все что могла найти...я родила любовь, но я ее родила с огромной ненавистью к прошлому...
Я люблю будущее, пусть не свое, но моего ребенка, человечества, я за эволюцию...проплаченную, заангажированную, легковесную, сложную, научную, дилетанскую, киношную и театральную...я за маленький шаг вперед, я против вполоборота взгляда назад...досмерти против...
Ольга Рапацевич