Студент, не думаю, что стоит каким-то образом унижаться. Да и ответили
мы на этот вопрос...
Нам тут Дам, блин, предлагают наблюдать... посредством замочной скважины.
Студент, как ты воспринимаешь замочную скважину, в качестве визуального
фильтра для симпатичных Дам?
Вот представь... похмелье, обезвоженный организм... и вдруг, бля, среди
этого утреннего небытия... тебе предлагают припасть глазом к замочной
скважине, суки... демонстрируя там, бля, женские начала. Нет, я не против
женщин, я просто у них вопрошаю: с какого рожна Вам вдруг понадобилось
моё присутствие перед замочной скважиной? Допустим, порты на коленях
протру... Вам-то Дамы, какой с этого прок? Не понимаю...

Да хрен поймёшь... просто накатило...

А. Буров - тракторист - и я,
сельскохозяйственный рабочий Бродский,
мы сеяли озимые - шесть га.
Я созерцал лесистые края
и небо с реактивною полоской,
и мой сапог касался рычага.

Топорщилось зерно под бороной,
и двигатель окрестность оглашал.
Пилот меж туч закручивал свой почерк.
Лицом в поля, к движению спиной,
я сеялку собою украшал,
припудренный землицею как Моцарт.

Как-то, на территории одного НИИ я посетовал, что не придётся поговорить
с Александром Исаевичем. Присутствующий при этом товарищ, посмотрел на
меня, как на идиота. Сейчас понимаю, что разговор бы не состоялся...
мог бы состояться только спор. Хорошо ли это, студент, спорить с человеком,
который заслужил свою репутацию не через телевизионное шоу, пройдя ГУЛАГ?
Могу заметить, что он знал смысл слова "репутация"... и всей своей жизнью
соответствовал этому смыслу, независимо от политической конъюктуры и
пристрастий конкурирующих сторон. Да, мальчик, даже в своих заблуждениях
(с моей точки зрения на определённые вопросы) он был искренен, что уже
само по себе для этого лицемерного мира... характеризует его, как личность
неординарную. Эта точка зрения не может приносить личной выгоды... разве
что неприятности.
Так давай, студент, просто помянем... просто выпьем за упокой души...

Блин, опять студент, я расслабился...
Бродский.

Настеньке Томашевской в Крым

Пусть август - месяц ласточек и крыш,
подверженный привычке стародавней,
разбрасывает в Пулкове камыш
и грохает распахнутою ставней.

Придет пора, и все мои следы
исчезнут, как развалины Атланты.
И сколько ни взрослей и ни гляди
на толпы, на холмы, на фолианты,

но чувства наши прячутся не там
(как будто мы работали в перчатках),
и сыщикам, бегущим по пятам,
они не оставляют отпечатков,

Поэтому для сердца твоего,
собравшего разрозненные звенья,
по-моему, на свете ничего
не будет извинительней забвенья.

Но раз в году ты вспомнишь обо мне,
березой, а не вереском согрета,
на Севере родном, когда в окне
бушует ветер на исходе лета.

А теперь, студент, Бродский...

Дни бегут надо мной,
словно тучи над лесом,
у него за спиной
сбившись стадом белесым.
И, застыв над ручьем,
без мычанья и звона,
налегают плечом
на ограду загона.

Горизонт на бугре
не проронит о бегстве ни слова.
И порой на заре -
ни клочка от былого.
Предъявляя транзит,
только вечер вчерашний
торопливо скользит
над скворешней, над пашней.

Танич.

Зеркало

Иногда о любви забываю,
Но про все забываю любя,
Без тебя не живу, не бываю,
Даже если живу без тебя.

Вгляжусь в тебя как в зеркало до головокружения,
И вижу в нем любовь мою, и думаю о ней.
Давай не видеть мелкого в зеркальном отражении,
Любовь бывает долгою, а жизнь еще длинней.

В дальней дали мне слышится, снится,
Голос твой долети, доплыви.
И с любовью ничто не сравнится,
Даже звезды не выше любви.

И когда я с тобою прощаюсь,
И ладонь твою глажу любя,
Ты не верь, это я возвращаюсь,
Я иду от тебя до тебя.

Вгляжусь в тебя как в зеркало до головокружения,
И вижу в нем любовь мою, и думаю о ней.
Давай не видеть мелкого в зеркальном отражении,
Любовь бывает долгою, а жизнь еще длинней.

Плюнь, студент, к чёрту комментарии... Просто эпизод одной частной
жизни...

И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды...
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
А годы проходят - все лучшие годы!

Любить... но кого же?.. на время - не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? - там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно...

Что страсти? - ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг -
Такая пустая и глупая шутка...

Похоже ошибся, студент...

Значит так, студент, ты со своей едрёной матерщиной больше сюда,
блин, не ногой. Я, человек консервативный, а ты норовишь всех
женщин запугать... за один присест. Убираешь нецензурщину... кровь
из носа и отваливаешь фраер ушастый со своми повадками. Шучу, студент,
просто подымаем себе настроение... за счёт внутренних резервов. Некое
обеспечение психологического комфорта... на самоудовлетворении. Сказано
же: заткнись... со своими ассоциациями. Я же тебе про психологический
комфорт... а ты со своим бл...вом.

Расслабились, студент, Бродский...

Вечер. Развалины геометрии.
Точка, оставшаяся от угла.
Вообще: чем дальше, тем беспредметнее.
Так раздеваются догола.

Но -- останавливаются. И заросли
скрывают дальнейшее, как печать
содержанье послания. А казалось бы --
с лабии и начать...

Луна, изваянная в Монголии,
прижимает к бесчувственному стеклу
прыщавую, лезвиями магнолии
гладко выбритую скулу.

Как войску, пригодному больше к булочным
очередям, чем кричать "ура",
настоящему, чтоб обернуться будущим,
требуется вчера.

Это -- комплекс статуи, слиться с теменью
согласной, внутренности скрепя.
Человек отличается только степенью
отчаянья от самого себя.

Студент, впечатление такое, что мы находимся в кругу идиотов.
Ушли нах... ублюдки...

Бродский.

А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я -- не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот -- ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я -- сумасброд --
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом-наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
"Расстрелянные в августе патроны".
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.

Небольшоё замечание, студент...
Вообще-то, без правовой базы и независимого суда за экономические
преобразования не берутся... один хрен не получится.
Впрочем, так оно и есть... не получается...

Давай о стихо... Бродского...

Заморозки на почве и облысенье леса,
небо серого цвета кровельного железа.
Выходя во двор нечетного октября,
ежась, число округляешь до "ох ты бля".
Ты не птица, чтоб улететь отсюда,
потому что как в поисках милой всю-то
ты проехал вселенную, дальше вроде
нет страницы податься в живой природе.
Зазимуем же тут, с черной обложкой рядом,
проницаемой стужей снаружи, отсюда -- взглядом,
за бугром в чистом поле на штабель слов
пером кириллицы наколов.

Итак, студент, суть денег - являются товарным эквивалентом. Если они эту
функцию не выполняют... смысла становится в них совсем немного.
Вообще-то экономика - это производство и обмен товарами и возникла
она из из натурального хозяйства. Деньги - просто упростили этот обмен.
Но, изначально деньги, сами по себе представляли некий товарный
эквивалент и изготовливались из драгметаллов... поэтому и имели смысл.
При этом изменение ценовых приоритетов было представить можно, но
представить себе инфляцию - нельзя. Но разные правительства, наплевав
на всё и не желая ни за что отвечать, понапечатали бумажных денег,
извратив саму суть экономики и пользуясь печатным станком, заменили
товар на бумагу. Не будем ждать от этой хренотени что-либо разумного...
наверняка закончится каким-нибудь дерьмом.

Студент, наблюдаю интернет-голосование по поводу "имени России" и не знаю,
что и сказать. Вообще-то, для имени России больше подходят персонажи
Ильфа и Петрова... Альхен, который воруя краснел и Корейко с чемоданом
купюр под кроватью. Не хотелось бы выступать в защиту Сталина, но тем
не менее должен заметить, что он стратегическое сырьё на бумагу
иностранного происхождения не обменивал, как некоторые. Хоть что-то
пытался сделать для страны, а не для себя и своего окружения. Ныне и
это уже ценится... при всей кровавости. Да до хрена нагадил, студент,
но мысль при этом присутствовала в целях и желательных результатах.
И ведь действительно результата добивался... хотя и многое уничтожил.
Но, мальчик, в сегодняшнем мире политиков нет ему подобных... сплошные,
бля, шоумены с надувными индейками, имиджмейкерами и спичрайтерами.

Студент, я написал только то, что думал. Видишь ли, с точки зрения
экономики в инфляции смысла никакого нет... если речь не идёт о
политике. Выражение "отпустить цены" тоже не имеет никакого
экономического смысла. Ты можешь их выравнять в соответствии с
мировыми через отношение валют. Но для меня очевидно, что ставка
была сделана на безудержную инфляцию... и это должно иметь определённый
смысл. Кроме уничтожения вкладов населения и ответственности госвласти...
я не обнаружил никакого иного смысла. Всё остальное - бред сивой кобылы.
Просто власть положила прибор на всё население в особо циничной форме,
не желая даже формально оформить свои обязательства по вкладам.
И этим "героям" кто-то из интеллигенции желает поставить бюст?
Тогда советую выполнить эту скульптурную композицию в виде того самого
"прибора", который на эту интеллигенцию эти "герои" и положили.

Ладно студент, по лексике нам неоднократно делали замечания. Мол язык...
не литературный. Во-первых, мы никогда не претендовали на литературу...
во-вторых, наш язык (лексика) выражает наше отношение к окружающей
действительности, которая нас не радует... и мы ещё, бля, слишком
мягко выражаемся, противореча нашему отношению...

Студент, для меня два поэта социально и психологически близки...
Бродский и Высоцкий. И тот и другой в своём творчестве по-человечески
открыты, натуральны... и не притворяются лучше, чем они есть на самом
деле. Они просто демонстрируют себя, а не кого-то другого, в ограничении
тех или иных эстетических и этических правил. Я из той же когорты...
не политиков. Какой есть... такой и есть и меня общественное голосование
не интересует. Если я от них и отличаюсь... то только тем, что придерживаюсь
более жёстких рамок логики. В отличии от них... я по образованию
физик, прости Господи. Вот это обстоятельство и заставляет меня во всех
действиях руководствоваться их смыслом и последующим результатом.
Слишком умно сказал, студент?
Прости, бля, я больше не буду...

Хорошо, Высоцкий...

В Азии, в Европе ли
Родился озноб -
Только даже в опере
Кашляют взахлеб.

Не поймешь, откуда дрожь - страх ли это, грипп ли:
Духовые дуют врозь, струнные - урчат,
Дирижера кашель бьет, тенора охрипли,
Баритоны запили, <и> басы молчат.

Раньше было в опере
Складно, по уму,-
И хоть хору хлопали -
А теперь кому?!

Не берет верхних нот и сопрано-меццо,
У колоратурного не бельканто - бред,-
Цены резко снизились - до рубля за место,-
Словом, все понизилось и сошло на нет.

Сквозняками в опере
Дует, валит с ног,
Как во чистом во поле
Ветер-ветерок.

Партии проиграны, песенки отпеты,
Партитура съежилась, <и> софит погас.
Развалились арии, разошлись дуэты,
Баритон - без бархата, без металла - бас.

Что ни делай - все старо,-
Гулок зал и пуст.
Тенорово серебро
Вытекло из уст.

Тенор в арьи Ленского заорал: "Полундра!" -
Буйное похмелье ли, просто ли заскок?
Дирижера Вилькина мрачный бас-профундо
Чуть едва не до смерти струнами засек.

А теперь Бродский...

Подражая Некрасову, или Любовная песнь Иванова

Кажинный раз на этом самом месте
я вспоминаю о своей невесте.
Вхожу в шалман, заказываю двести.

Река бежит у ног моих, зараза.
Я говорю ей мысленно: бежи.
В глазу -- слеза. Но вижу краем глаза
Литейный мост и силуэт баржи.

Моя невеста полюбила друга.
Я как узнал, то чуть их не убил.
Но Кодекс строг. И в чем моя заслуга,
что выдержал характер. Правда, пил.

Я пил как рыба. Если б с комбината
не выгнали, то сгнил бы на корню.
Когда я вижу будку автомата,
то я вхожу и иногда звоню.

Подходит друг, и мы базлаем с другом.
Он говорит мне: Как ты, Иванов?
А как я? Я молчу. И он с испугом
Зайди, кричит, взглянуть на пацанов.

Их мог бы сделать я ей. Но на деле
их сделал он. И точка, и тире.
И я кричу в ответ: На той неделе.
Но той недели нет в календаре.

Рука, где я держу теперь полбанки,
сжимала ей сквозь платье буфера.
И прочее. В углу на оттоманке.
Такое впечатленье, что вчера.

Мослы, переполняющие брюки,
валялись на кровати, все в шерсти.
И горло хочет громко крикнуть: Суки!
Но почему-то говорит: Прости.

За что? Кого? Когда я слышу чаек,
то резкий крик меня бросает в дрожь.
Такой же звук, когда она кончает,
хотя потом еще мычит: Не трожь.

Я знал ее такой, а раньше -- целой.
Но жизнь летит, забыв про тормоза.
И я возьму еще бутылку белой.
Она на цвет как у нее глаза.

" Дойдя до слова "музыкальный", Александр Яковлевич
покраснел. Сначала запылал подбородок, потом лоб и щеки.
Альхену было очень стыдно. Он давно уже продал все инструменты
духовой капеллы. Слабые легкие старух все равно выдували из них
только щенячий визг. Было смешно видеть эту громаду металла в
таком беспомощном положении. Альхен не мог не украсть капеллу.
И теперь ему было очень стыдно.
На стене, простершись от окна до окна, висел лозунг,
написанный белыми буквами на куске туальденора мышиного цвета:
"Духовой оркестр -- путь к коллективному творчеству"."

Ильф и Петров, 12 стульев.

Да не обращай внимание, студент, написал и написал...
Просто достали своим идиотизмом. Предупреждал придурков по-хорошему...
оказалось занятием бессмысленым, видимо, по определению придурков,
которые понимают только язык "оглобли". Нагадили, блин, всем и маячат
не переставая. Видимо наивно полагая, что их сущностное блятство
невозможно рассмотреть. Тогда пусть ещё раз перечитают приведённую
выше цитату из классиков... я для них это и написал.
Мы никуда не спешим, студент, и пользуемся случаем объяснить окружающим,
что их у нас никто не ждёт, а будут настаивать - нет проблем. Встретить
с распростёртыми объятиями тут могут кого угодно. Вот мы и встречаем...
по мере поступления...

Ну, студент, немножко написали вчерашнее. Для меня это секретом
не являлось. Просто задрючили разные представители интеллигенции
по поводу "гениев" Гайдара и Чубайса. Ты помнишь ленинское
определение интеллигенции... вот и я забыл, блин. Просто почитал
пару статей, где всё подтвердилось.

http://magazines.russ.ru/continent/2007/134/il7.html

http://magazines.russ.ru/continent/2008/136/ill10.html

Обрати внимание на несколько цитат:

"Если не ошибаюсь, 18 января 1992 года, по результатам переговоров с бастовавшими шахтерами, Гайдар принял решение, во многом предрешившее судьбу и своего правительства, и экономических реформ, а возможно, и всей страны на десятилетия. Правительство приняло на себя финансовые обязательства по поддержке шахтеров на сумму, эквивалентную 8% валового внутреннего продукта. В это невозможно было поверить. Восемь процентов ВВП — это совершенно фантастическая сумма! Сумма, которая никогда — ни до, ни после — ни на какие иные цели одноразово не выделялась. Бюджетная политика в России и сегодня далека от образцовой. И сегодня государственные средства растаскиваются на разные сомнительные проекты, в том числе и на популистские, и на силовые. Тем не менее ни одна из этих трат не сопоставима по масштабам с решением января 1992 года. Так, к примеру, совокупные расходы на оборону (закупки вооружения, денежное довольствие армии, пенсии военнослужащим и т. д.) составляют сегодня около 3% ВВП, совокупные расходы на МВД, органы безопасности, прокуратуру — чуть более 2% ВВП. Вся социальная сфера сегодня поглощает около 8% ВВП. Это огромные суммы. Они идут на финансирование секторов, где заняты сотни тысяч и миллионы людей. В январе же 1992 года для одной только подотрасли топливной промышленности — на зарплату, на поддержку шахт, на субсидии — были выделены средства в размере 8% ВВП. История даже нашей страны иных таких примеров, кажется, не знает.
Когда это решение было принято, стало ясно, что первое условие успешного экономического реформирования — макроэкономическая стабилизация — уже разрушено: при таком уровне бюджетных расходов добиться ее было невозможно. Решение же по шахтерам оказалось, увы, не единственным. В результате последующих решений совокупные государственные расходы, в советское время составлявшие чуть более 50% ВВП, в течение 1992 года подскочили до 70% ВВП. Просела и доходная часть бюджета. В результате появился гигантский бюджетный дефицит размером почти в 30% ВВП. Неиз­бежным результатом во многом искусственно спровоцированного бюджетного­ кризиса стала массированная денежная эмиссия, приведшая к инфляции и гиперинфляции, а затем и к политической смерти гайдаровского правительства,­ к дискредитации экономических реформ, как будто бы в насмешку названных «либеральными» и «радикальными»... Впрочем, мы уже говорили об этом."

"Что произошло бы в России в этом случае? Тогда никакой бюджетной катастрофы в 1992 году не случилось бы, и хотя бюджетный дефицит сразу бы, наверное, ликвидировать не удалось, его размер вместо 30% ВВП был бы сокращен до пристойных 1–2% ВВП. Тогда цены в 1992 году выросли бы, конечно, не втрое, как это было обещано накануне либерализации, но и не в 26 раз, как это произошло на самом деле. Цены за год выросли бы, наверное, раз в 5–8. Тогда уже в следующем 1993 году рост цен вряд ли был бы более, чем двукратным, а не 10-кратным, как это было в действительности. Тогда уже начиная с 1994 года была бы достигнута финансовая стабилизация с темпами инфляции не более 10–15% годовых. Тогда цены за последние 16 лет выросли бы кумулятивно, возможно, в 30–40 раз, а не в 100 тысяч раз, как получилось на самом деле. Тогда не было бы ни пирамиды ГКО, ни «валютного коридора», ни внешних заимствований, ни бесконечных программ МВФ, ни необходимости расплачиваться с огромным внешним долгом. Никакого кризиса в 1998 году не произошло бы. Вполне возможно, что уже с 1994 года или, в крайнем случае, с 1995 года в России начался бы экономический рост. К 1998 году он шел бы в стране уже четвертый или пятый год подряд. Совокупные экономические, социальные и демографические потери в результате перехода к новой экономической системе были бы меньшими, чем то, что получилось в реальности. Люди начали бы повышать свое благосостояние не с 1999–2000, а с 1994–1995 годов — как минимум на 4 года раньше. Тогда экономический спад в условиях рыночной экономики занял бы не семь лет, а два-три года (и в целом не девять, а максимум пять лет) и закончился бы он, скорее всего, в 1994 году."

А это к вопросу о понимании Гайдаром того, что он делал:

"В 1989 году в журнале «Коммунист», где Гайдар был зам. редактора экономического отдела, была опубликована статья одного из членов команды Константина Кагаловского с говорящим названием «Поджаться». В 1991 году до дыр была зачитана и чуть ли не наизусть выучена статья Руди Дорнбуша «Макроэкономический популизм», посвященная финансовой дестабилизации, осуществленной правительствами С. Альенде в Чили и А. Гарсиа в Читать далее...

Студент, я с 1992 года прошлого века не собирался нигде выпендриваться.
Мы и тут приняли "памятку дебила", но ведь нам постоянно навязывают
соревнование. Как тебе, бля, нравится... рост объёма строительства
одного квадратного метра жилья на 17,3 процента? Ну, и какого хрена ты
меня отчитывал за нецензурную речь? Ты, блять, понимаешь... о чём они
говорят? Как-то наблюдал производство бифштексов, которое за пару недель
января месяца выросло на десять процентов. Кило 139... через пару недель-
153. И это был рост производства кила, бля, бифштексов...
Студент, я не понимаю: кто тут клиент психушки?

Из выступления на радио "Эхо Москвы":
"Е.ГАЙДАР: Знаете, что можно было сделать? Я вам расскажу. Курс рубля по отношению к доллару по состоянию на момент, когда я пришел работать правительство, был где-то в районе 200 рублей за доллар."

Википедия:
1991—1992 — заместитель Председателя Правительства РСФСР по вопросам экономической политики. с 6 ноября 1991 по 2 марта 1992 — министр экономики и финансов РСФСР и заместитель председателя правительства РСФСР. с 2 марта 1992 по июнь 1992 — министр финансов Российской Федерации и первый заместитель Председателя Правительства Российской Федерации по экономической реформе. с 15 июня по 14 декабря 1992 — исполняющий обязанности Председателя Правительства Российской Федерации. 1992—1993 и с 1994 по настоящее время — директор Института экономики переходного периода с сентября по декабрь 1993 — первый заместитель Председателя Совета Министров — Правительства Российской Федерации, исполняющий обязанности министра экономики Российской Федерации.

Студент, в 1991 году было четыре курса доллара: биржевой(о котором и
упоминает Гайдар), официальный, коммерческий и курс чёрного рынка.
По поводу биржевого... он сопровождался дефицитом валюты и избытком
рублёвых средств, скорее всего "левых". По поводу офицального и
коммерческого и думать не надо. На "чёрном" рынке я менял четыре рубля
за одну немецкую марку... однажды по случаю...

Из передачи:
"АЛЬБАЦ: Спасибо. Ольга из Москвы пишет: «Подсказка Гайдару – сегодня купила книгу в магазине «Москва» на Тверской». Андрей из Москвы спрашивает: «Не могли бы вы назвать сумму вкладов в Сбербанки сумму госдолга Сбербанка на тот момент, когда вы принимали дела?»

Е.ГАЙДАР: Не хочу вспоминать по памяти – потому что никогда не люблю искажать цифры. В книге все это есть, естественно. Но главная суть следующая - все вклады в Сбербанке были вложены в долг государственный СССР, который к этому времени был банкротом."

Надо же... забыл такую цифру... порядка 400 млрд. рублей, что на
определённый момент по покупательной способности составляло 100млрд.
немецких марок.
По поводу госдолга согласен... сбережения трудящихся надо отдавать.
Студент, но вот ведь незадача... Представь себе, что ты наблюдал
пустые полки при коммунистах, а тебе нужно найти аргумент правильного
политического выбора... который выразится заполненными полками магазинов?
Молоток, студент, надо их просто заполнить... независимо от того, кто за
это заплатит. И это политическая задача, решению которой, и мешают
вклады трудящихся. Варианта решения два: либо замораживаешь... либо
обесцениваешь путём инфляции. Вот этим они и занимались...