Евгений Евтушенко. Мое самое-самое.
Шуман. Симфония № 1, си-бемоль мажор, Op. 38 («Весенняя»)
Symphony № 1 in B flat major, Op. 38, «Frühlingssinfonie»
Первая симфония появилась в счастливую пору жизни Шумана. 12 сентября 1840 года композитор обвенчался с Кларой Вик, и после многолетней борьбы и страданий началась ничем не омраченная семейная жизнь. Они познакомились в 1828 году, когда 18-летний Шуман, подающий надежды пианист, стал брать уроки у ее отца, знаменитого лейпцигского педагога Фридриха Вика, и поселился в их квартире. Он разучивал фортепианный концерт, а 9-летняя Клара рядом за столом учила уроки. Он сочинял для нее и ее младших братьев волшебные сказки и разбойничьи истории, играл в шарады, загадывал загадки. Клара была вундеркиндом — в 11 лет она уже выступала с самостоятельными концертами и быстро завоевывала славу. А Шуман должен был расстаться с мечтой о карьере пианиста-виртуоза: от чрезмерных упражнений он растянул сухожилие, что привело к параличу пальца и неизлечимой болезни кисти правой руки. В те годы и возникла их любовь; в 1837 году они тайно обручились. «Борьба за Клару» была долгой и мучительной: отец не брезговал никакими средствами, чтобы разлучить влюбленных. Больше года длился суд. Счастье, охватившее композитора после женитьбы, вызвало огромный прилив творческих сил.
В январе 1841 года за четыре дня Шуман набрасывает Первую симфонию. В его письмах читаем: «Я закончил на днях работу,., которая сделала меня вполне счастливым». Сочинение шло «в том весеннем порыве, который способен охватывать человека вплоть до глубокой старости и всякий раз по-новому». «Если бы вы могли внушить вашему оркестру при исполнении [симфонии] некоторое томление по весне! Именно это я главным образом и испытывал, когда писал ее». Каждая часть также имела заголовок, и в их чередовании рисовались картины весны — от робкого прихода до полного расцвета. Однако все эти пояснения Шуман снял при издании партитуры, и программность, достаточно обобщенная уже в первоначальном замысле симфонии, сохранилась лишь в письмах и воспоминаниях. Симфония посвящена королю Саксонии Фридриху Августу; ее первое исполнение состоялось 31 марта 1841 года в Лейпциге оркестром Гевандхауза под управлением Мендельсона.
НАЧАЛО ВЕСНЫ
Общий светлый, беззаботный характер определяется уже в первой части, которая должна была носить название «Начало весны». Медленное вступление открывается неким «призывом к пробуждению», после чего «все словно начинает зеленеть и, быть может, даже вылетает мотылек», как писал композитор одному из дирижеров, репетировавших симфонию. Весенний призыв звучит у валторн и труб в унисон, а упомянутый мотылек, скорее всего, изображен в порхающих пассажах флейт и гобоя. Фанфарные возгласы валторн открывают и побочную партию — простодушную, скромную, камерную. Эта простота музыкальных тем напоминает о классических симфониях. Всю разработку, традиционную по принципам развития, также светлую, ясную, объединяет пунктирный ритм фанфарного призыва. Однако здесь Шуман использует необычный прием, впоследствии ставший типичным для него: в пении гобоя и кларнета возникает новая тема, которая как бы восполняет отсутствие лирического образа в экспозиции. Она звучит и в коде, напоминающей обширные, активно развивающиеся коды Бетховена. В конце в жизнерадостном танце слышен, как и в начале, зов валторн и труб.
ВЕЧЕР
Federico Britos - альбом “VOYAGE” (2010).
Жанр: Jazz, World Fusion, Violin Jazz.
Скрипач Федерико Бритос (Federico Britos) является замечательным примером универсального музыканта, играющим классику и джаз.Его называют "титаном скрипки", который столь же одинаково искусен в мире джазовой музыки, как и в классической сфере. Федерико Бритос обладатель нескольких премий Грэмми за свои работы с Чарли Хэйденом, Бебо Вальдесом и Исраэлем “Cachao” Лопес (Charlie Haden, Bebo Valdes and Israel “Cachao” Lopez)
Их было четыре. Четыре маленькие девочки. Они жили почти в одно время, и носили этот милый, изящный и хрупкий титул – инфанта. Строгий, безумно элегантный, роскошно выверенный стиль Ренессанса и маньеризма уже шел, и четыре ребенка носили костюм, на котором каленым железом можно было выжечь тяжелое слово барокко. У каждой из них была своя семья и каждая прожила жизнь, не похожую на другую. Каждая оставила легкий, почти неуловимый след в истории и в искусстве, но каждая из них подарила миру частичку своего светлого детства, предстающую перед нами в «парадных» детских портретах.
Самую известную из них – инфанту Маргариту обессмертил гений Веласкеса. Навряд ли найдется хоть кто-нибудь, кто не знает этого личика с большими печальными глазами. Уйдя из жизни в 22 года, она оставила после себя другую девочку – Марию-Антонию, но та уже носила титул эрцгерцогини.
Шэн (笙 Sheng)
В 2009 году, во время экскурсии по Запретному городу, я обратила внимание на немолодого мужчину, играющего на необычном музыкальном инструменте. Вот что я нашла об этом интересном инструменте.
Игорь Северянин
Исп. И. Масленникова (сопрано), Б. Козель (фортепиано), 1955 г.
Бывают в жизни великих творцов моменты гениального озарения, когда приходит полное осознание своего мастерства, когда возникает ощущение выхода на вершину творчества и уверенность в своей художественной миссии, в своем моральном праве говорить о прекрасном . Тогда смолкает жизненная суета, и в наступившей тишине рождается одна лишь бессмертная, вечная, истинная красота, воплощенная в творении великого художника.
Одним из образцов такой неподражаемой, немеркнущей красоты можно считать и фортепьянную транскрипцию "Маргариток" Рахманинова, написанных первоначально для женского голоса на стихи Игоря Северянина. Эта небольшая пьеса, поражающая своей ювелирной отделкой - настоящий шедевр, шедевр изысканной красоты и высокого совершенства, создает впечатление эфемерных, как бы вибрирующих в воздухе звуковых красок, в духе художников-импрессионистов. Чтобы почувствовать эту красоту, нужна достаточная степень отстраненности от рутины обыденного существования. Для понимания этой музыки надо уметь видеть и ощущать часто незаметную для привычного глаза красоту и
Дом Далилы утопает в густой тропической растительности. Вечнозелёные лианы почти совсем скрывают от посторонних взоров вход. На ступенях, ведущих во внутренние покои, сидит Далила. Она ждёт Самсона. Коварное дело задумала прекрасная филистимлянка. Девушка поклялась во что бы то ни стало покорить могучего воина.
[650x488]
Сад озаряется холодным светом - это вдалеке сверкнула молния. Надвигается гроза. Из-за деревьев появляется верховный жрец. Увидя Далилу, он убеждает её воспользоваться силой любви Самсона и погубить заклятого недруга филистимлян. Священнослужитель обещает щедро одарить девушку, если ей это удастся.
Но Далила отвергает всякие награды. Нет, не стремление разбогатеть руководит ею, а жгучая ненависть к врагам. И она добьётся своего! Правда, очень трудно выведать у богатыря секрет его невиданной силы. Даже в минуты горячих ласк он остаётся скрытным. Но сегодня тайна Самсона будет разгадана!
Жрец благословляет девушку и оставляет её одну. Снова сверкает яркая молния, грохочет гром. Из темноты выступает Самсон. Бросившись навстречу богатырю, филистимлянка обвивает его шею руками. Она нежно уверяет Самсона в своей любви. Но сурово лицо воина. Вождь говорит девушке, что пришёл к ней проститься. Призванный служить своему народу, он должен забыть о Далиле, чтобы не лишиться доверия соотечественников.
Однако коварная филистимлянка не слушает Самсона. Слёзы появляются на её глазах: она сомневается в его любви ... Воин горячо уверяет Далилу в искренности своего чувства. Новый страшный удар грома прерывает его слова.
...Нежны объятия Далилы, горячи её поцелуи. Самсон чувствует, что Далила для него дороже всего на свете. Но нет, девушка ему не верит. Она требует, чтобы в доказательство любви богатырь открыл ей тайну своей загадочной силы.
«Mon coeur s'ouvre a ta voix»
Милый сердцу уголок... откуда только что вернулась, совсем недалеко от Москвы...
Птичьи разговоры
(Fiorillo) Федериго (крещён 1 VI 1755, Брауншвейг - после 1823, возможно Лондон) - итал. скрипач, альтист, мандолинист, дирижёр и композитор. Работал во многих странах, в том числе в России: в 1777 - в Петербурге, в 1782-84 - в Риге (дирижёр театра). С 1785 играл в парижских "Духовных концертах". В 1788-94 альтист квартета И. П. Саломона в Лондоне. Выступал также как солист (до 1810-х гг.). После 1815 покинул Лондон. Преподавал в Амстердаме, в 1823 жил в Париже. Автор ряда балетов (написаны для Лондона, 1805-14); сонат и дуэтов для скрипки, струнных трио, струнных квартетов, конц. симфоний для камерного оркестра. Популярностью пользуются "36 каприсов" для скрипки (ор. 3).
************************************
Алексей Бруни (скрипка) родился в 1954 году в Тамбове. В 1984 окончил Московскую консерваторию и аспирантуру (класс профессора Б.Беленького). Лауреат двух международных конкурсов: им. Н.Паганини в Генуе (1977) и им. Жака Тибо в Париже (1984). Обладая обширным репертуаром, включающим свыше 45 концертов, скрипач много выступал в России и за рубежом как солист, так и в сопровождении ведущих симфонических коллективов.
Несколько лет он проработал концертмейстером в Государственном академическом симфоническом оркестре СССР под управлением Евгения Светланова. С 1990 года является концертмейстером Российского национального оркестра под управлением Михаила Плетнёва.
Начиная с 1986 года Алексей Бруни преподает в Московской консерватории им. П.И.Чайковского.
В.А. Моцарт
[600x450]
Владимир Набоков
В часы трудов счастливых и угрюмых
моя благая слушает тоска,
как долгой ночью в исполинских думах
ворочаются в небе облака.
Ударит и скользнет Господь по лире,
здесь отзвук - свет еще одной зари...
Здесь все творит в сладчайшем этом мире
и от меня все требует: твори.
Гул дантовский в тебе я слышу, тополь,
когда ты серебришься пред грозой,
и муравьиный вижу я Акрополь,
когда гляжу на хвойный холм живой.
[600x433]
Поет вода, молясь легко и звонко,
и мотыльковых маленьких мадонн
закат в росинки вписывает тонко
под светлый рассыпающийся звон.
Так как же мне, в часы нагие ночи,
томясь в себе, о, как же не творить,
когда весь мир, весь мир упрямый хочет
со мной дышать, гореть и говорить?
Владимир Набоков
В кастальском переулке есть лавчонка:
колдун в очках и сизом сюртуке
слова, поблескивающие звонко,
там продает поэтовой тоске.
Там в беспорядке пестром и громоздком
кинжалы, четки - сказочный товар!
В углу - крыло, закапанное воском,
с пометкою привешенной: Икар.
По розам голубым, по пыльным книгам
ползет ручная древняя змея.
И я вошел, заплаканный, и мигом
смекнул колдун, откуда родом я.
Принес футляр малиново-зеленый,
оттуда лиру вытащил колдун,
новейшую: большой позолоченный
хомут и проволоки вместо струн.
Я отстранил ее... Тогда другую
он выложил: старинную в сухих
и мелких розах - лиру дорогую,
но слишком нежную для рук моих.
Затем мы с ним смотрели самоцветы,
янтарные, сапфирные слова,
слова-туманы и слова-рассветы,
слова бессилия и торжества.
И куклою, и завитками урны
колдун учтиво соблазнял меня;
с любовью гладил волосок лазурный
из гривы баснословного коня.
Быть может, впрямь он был необычаен,
но я вздохнул, откинул огоньки
камней, клинков - и вышел; а хозяин
глядел мне вслед, подняв на лоб очки.
Я не нашел. С усмешкою суровой
сложи, колдун, сокровища свои.
Что нужно мне? Одно простое слово
для горя человеческой любви.
[показать]
[показать]
АЛЕКСАНДЪР БЛОК
НЕЗНАКОМКА
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!» кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
(24 апреля 1906, Озерки)
[показать]Поздравляю всех читателей моего дневника с Днём защитника Отечества
Парафраз на тему "Синий платочек"
Белой акации гроздья душистые
Концертная пьеса на тему песни "Черноглазая казачка"
Тёмная ночь