[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[500x375]
[313x418]
На такой прямой и точный, как отскок каучукового мяча от стены, вопрос ответить так же ловко у меня не получается. Тут двумя словами не обойдешься. Текст Харуки Мураками
Это было давно. Очень давно. Лет тридцать назад. Задолго до того, как я начал писать романы. Да какое там — случилось это во времена, когда мне и в голову не могло прийти, что однажды я стану писателем. Представьте себе, так оно и было. У меня тогда был небольшой джаз-бар. Находился он на цокольном этаже дома неподалеку от южных ворот Кокубундзи. Бар был и правда маленький — площадью метров в пятьдесят, не больше. В дальнем углу стояло пианино, и по выходным у нас иногда играла живая музыка (позднее, когда бар пришлось продать, я оставил то пианино себе). Казалось бы, что еще нужно человеку в двадцать с небольшим лет для счастья, кроме как с утра до вечера слушать любимую музыку — разве от такого устанешь? Но, к сожалению, работа состояла не только из удовольствий. Чтобы открыть бар, мне пришлось влезть в долги, к тому же это был тяжелый физический труд, и я был вечно измотан. Так что, по правде сказать, я не был влюблен в то, чем занимался.
Кокубундзи находится неподалеку от Татикава — города, в котором в то время располагалась военная авиабаза американцев, и солдаты хоть и нечасто, но захаживали в мой бар. Среди них был один чернокожий, очень спокойный и уверенный в себе. Чаще всего он приходил не один, а вместе с подругой — японкой, хрупкой девушкой лет двадцати восьми. Не знаю, были ли они любовниками или просто друзьями, но между ними чувствовалась какая-то особенная, нежная близость. Я часто думал об этой паре. Сам я мало что знал о таких отношениях — когда что-то связывает и сближает людей из разных миров, — но со стороны то, что происходило между ними, казалось мне притягательным. В отличие от многих других пар, эти двое явно наслаждались легкостью общения, ничем не отягощенной. Они садились за стойку, заказывали выпивку и, болтая вполголоса о чем-то приятном, слушали джаз. Иногда он подзывал меня и просил: «Поставите Билли Холидей?» Я кивал и с удовольствием выполнял просьбу. Холидей — это всегда пожалуйста.
Retrospective
что я делаю целыми днями?Рыдаю,ем,рдыаю,пью,рыдаю,сплю.Я просто нехуя не понимаю что мне делать.Мне очень плохо и незнаю по чему.Второй день уже болит голова,я постоянно ною.Незнаю куда поступать,незнаю что делать.Так сложно уже.Не понимаю просто.
Иногда идешь так по полу и муражки до кончика носика прям.
Вот и я так постоянно.А потом думаю где мои мечты апельсиновые?А уже,ребят,осень.Я незнаю что мне делать,я не знаю.И смотреть на этих высоких мальчиков с канапушками,запутываться в листьях и впускать дым между ребер.Потом кричать на всех и улыбатся глупому такому,безрасудному солнечному свету.Последним солнычным лучам.А потом тьма..
