личное время тв культура
12-03-2011 18:38
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
LIGHT- NEWS, OR WHAT IS [METAMETAFORA]
09-01-2011 22:43
LIGHT- NEWS, OR WHAT IS [METAMETAFORA]
Jan. 9th, 2011 at 10:38 PM
Archive: №47. 23.11.2007
LIGHT- NEWS, OR WHAT IS [METAMETAFORA]
There was first the metaphor of body. “[Tysyachelikiy] [tysyacheglazyy] [Purusha], only one fourth are your on the earth, three fourth stretch into the sky, your respiration - wind, your view - the sun, your thought - moon, your skin - the celestial sphere, your bones - mountain”. This Of [upanishady]. [Antropokosmizm] counts approximately 5000 years. This is the metaphor through the hyperbola. Man ( [Purusha] ) grows to entire space. In the 17th Century proto-priest Avvakum on the Good Friday in the prison will see, as were extended his hands and its feet throughout the entire earth. Then “entire is wide and [prostranen] under the sky became”, while it then contained into itself, sky, star and entire universe. It became [Purushey]. But this still not [metametafora].
Mental growth to sizes and scales of entire visible universe - this is the [antropoksmicheskiy] way, macro-space.
Way is theosophic - bringing down of space to the man, the projection of zodiac on all body parts. This is astrology of ancient Egypt. Heavenly bodies and the constellation of zodiac - the body part Of [ozirisa]. Heart - the sun, the liver - the Moon, phallus - scorpion so forth is understandable and it is painfully familiar. These are theosophy and, in addition metaphor. Now speech not about the hyperbola, but about [litote]. Entire space is reduced to the volumes of body and inside.
Connection of hyperbola and [litoty] - [metametafora]: person, who grew himself to space; space, focused into the man. To bring together this it was together possible only at the religious- philosophical level: “The hour of the melancholy of inexpressible - all in me and I in everything” ([F].[Tyutchev]). This holographic [panteizm] is not [metametaforoy]. It too [umozritelen] and [lishen] of solid tangibility.
In order to combine to [litotu] with the hyperbola, it suffices only [navsego] to perceive the relativity of internal and external. If infinitely small particle, ball in the ocean, are turned inside out inside out, it will contain into itself entire ocean, entire space, entire universe. If all universe is turned inside out inward, it will become quite minimum particle. After combining internal- external reversing with the reversing extra-internal, we could become the entire universe, and the universe, after becoming us, would contain itself in us. Man becomes the point of rendezvous of two infinity.
Men - this is the wrong side of the sky
Sky - this is the wrong side of the man
This process I named “they [insaydaut]”. But man in the state of [insaydauta] I named Homo Of cosmicus.
But they [insaydaut] change not only space, but also time of man. Inverted inside out time - this the past and future, [ustremlennoe] at present. And simultaneously present, inverted into the past and in the future. Simply stated, this is eternity. Instant - eternity, and eternity - instant.
How much not was years in the universe,
in man of time it is more.
[Insaydaut] bodies there is an orgasm, conception, the kinds, when it internal becomes external, and external is absorbed inward. However, spiritual they [insaydaut] - [metametafora] - there exists by itself. In [insaydaute] of men gives birth to space and simultaneously space gives birth to this person. As a result to the light appears Homo Of cosmicus, which outwardly does not differ from Homo Of sapiens, but only outwardly. Internally it [obemlet] by itself entire space and it at the same time contains it in itself. It [zhivet] each instant has eternally and at the same time already long ago survived its death.
My first meeting with the [metametaforoy] occurred at that moment when were in 1957 written these lines of poem “infinite”:
Never I will approach you
nearer than flower it approaches the sun
[Metametafora] - these are the infinite approximation of flower to the sun and not less infinite approximation of the sun to a flower… It is more accurate, their infinite rapprochement - this is simple metaphor. [Metametafora] - this is the encounter of the flower and sun.
If not by portent, then the presentiment of [metametafory] were Lomonosov's lines from “the reflections about the God sublimity”: “Was opened abyss stars it was full of. To stars there are no numbers, to the abyss of the bottom”.
Visible infinity - this no longer metaphor, but [metametafora]. Indeed thus far (more accurate, to Copernicus) millions of clever poets looked into the sky, but infinity there they did not see.
It is amusing, that, after breaking the comfortable crystal spheres of Ptolemy around the earth, humanity did not fly to the abyss upward by [tormashkami] (by the way, what these [tormashki] are?), and very quietly it continued to settle in its terrestrial peace. Only to the 18th Century was accumulated the metaphysical courage, whichЧитать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
LIGHT- NEWS, OR WHAT IS [METAMETAFORA]
Jan. 9th, 2011 at 10:38 PM
Archive: №47. 23.11.2007
LIGHT- NEWS, OR WHAT IS [METAMETAFORA]
There was first the metaphor of body. “[Tysyachelikiy] [tysyacheglazyy] [Purusha], only one fourth are your on the earth, three fourth stretch into the sky, your respiration - wind, your view - the sun, your thought - moon, your skin - the celestial sphere, your bones - mountain”. This Of [upanishady]. [Antropokosmizm] counts approximately 5000 years. This is the metaphor through the hyperbola. Man ( [Purusha] ) grows to entire space. In the 17th Century proto-priest Avvakum on the Good Friday in the prison will see, as were extended his hands and its feet throughout the entire earth. Then “entire is wide and [prostranen] under the sky became”, while it then contained into itself, sky, star and entire universe. It became [Purushey]. But this still not [metametafora].
Mental growth to sizes and scales of entire visible universe - this is the [antropoksmicheskiy] way, macro-space.
Way is theosophic - bringing down of space to the man, the projection of zodiac on all body parts. This is astrology of ancient Egypt. Heavenly bodies and the constellation of zodiac - the body part Of [ozirisa]. Heart - the sun, the liver - the Moon, phallus - scorpion so forth is understandable and it is painfully familiar. These are theosophy and, in addition metaphor. Now speech not about the hyperbola, but about [litote]. Entire space is reduced to the volumes of body and inside.
Connection of hyperbola and [litoty] - [metametafora]: person, who grew himself to space; space, focused into the man. To bring together this it was together possible only at the religious- philosophical level: “The hour of the melancholy of inexpressible - all in me and I in everything” ([F].[Tyutchev]). This holographic [panteizm] is not [metametaforoy]. It too [umozritelen] and [lishen] of solid tangibility.
In order to combine to [litotu] with the hyperbola, it suffices only [navsego] to perceive the relativity of internal and external. If infinitely small particle, ball in the ocean, are turned inside out inside out, it will contain into itself entire ocean, entire space, entire universe. If all universe is turned inside out inward, it will become quite minimum particle. After combining internal- external reversing with the reversing extra-internal, we could become the entire universe, and the universe, after becoming us, would contain itself in us. Man becomes the point of rendezvous of two infinity.
Men - this is the wrong side of the sky
Sky - this is the wrong side of the man
This process I named “they [insaydaut]”. But man in the state of [insaydauta] I named Homo Of cosmicus.
But they [insaydaut] change not only space, but also time of man. Inverted inside out time - this the past and future, [ustremlennoe] at present. And simultaneously present, inverted into the past and in the future. Simply stated, this is eternity. Instant - eternity, and eternity - instant.
How much not was years in the universe,
in man of time it is more.
[Insaydaut] bodies there is an orgasm, conception, the kinds, when it internal becomes external, and external is absorbed inward. However, spiritual they [insaydaut] - [metametafora] - there exists by itself. In [insaydaute] of men gives birth to space and simultaneously space gives birth to this person. As a result to the light appears Homo Of cosmicus, which outwardly does not differ from Homo Of sapiens, but only outwardly. Internally it [obemlet] by itself entire space and it at the same time contains it in itself. It [zhivet] each instant has eternally and at the same time already long ago survived its death.
My first meeting with the [metametaforoy] occurred at that moment when were in 1957 written these lines of poem “infinite”:
Never I will approach you
nearer than flower it approaches the sun
[Metametafora] - these are the infinite approximation of flower to the sun and not less infinite approximation of the sun to a flower… It is more accurate, their infinite rapprochement - this is simple metaphor. [Metametafora] - this is the encounter of the flower and sun.
If not by portent, then the presentiment of [metametafory] were Lomonosov's lines from “the reflections about the God sublimity”: “Was opened abyss stars it was full of. To stars there are no numbers, to the abyss of the bottom”.
Visible infinity - this no longer metaphor, but [metametafora]. Indeed thus far (more accurate, to Copernicus) millions of clever poets looked into the sky, but infinity there they did not see.
It is amusing, that, after breaking the comfortable crystal spheres of Ptolemy around the earth, humanity did not fly to the abyss upward by [tormashkami] (by the way, what these [tormashki] are?), and very quietly it continued to settle in its terrestrial peace. Only to the 18th Century was accumulated the metaphysical courage, which
Computer of Love
09-01-2011 21:59
Сomputer of Love
Константин Кедров
Konstantin Kedrov
Konstantin Kedrov (b. 1942) is the Russian avant-garde poet, philologist, literary critic. He hold a PhD in Philosophy. Prof. Kedrov is member of the Writers Union of Russia, currently President of Russian Poetry Society, a corporate member of FIPA, UNESKO, a member of the International PEN, He is the author of term Metacode (united code of world culture), the creator of the new poetry school named Methametaphora and a founder of the poetry group called DOOS (The Voluntary Society for the Protection of Dragonflies). He is also the founder and editor-in-chief of "Journal POetov" (magazine of poets). Was awarded the GRAMMY.ru Prize (2003, 2005) as a poet of the year.
COMPUTER OF LOVE
Heaven is the height of a look
A look is the depth of heaven
Pain is the touch of God
God is the touch of pain
Dream is the width of a soul
Soul is the depth of a dream
Light is the voice of silence
Silence is the voice of light
Darkness is the cry of shining
Shining is the silence of darkness
Rainbow is the gladness of light
An idea is the dumbness of the soul
Soul is an idea undraped
Light is the depth of knowledge
Knowledge is the height of light
A steed is an animal of space
A cat is an animal of time
Time is space curled into a ball
Space is jump of a steed
Sun is the body of moon
A body is the moon of love
A ship is wave of metal
Water is the ship of wave
Sorrow is the emptiness of space
Gladness is the completeness of time
Time is the sorrow of space
Space is the completeness of time
A man is the heaven turned inside out
A woman is the man turned inside out
A man is the woman turned inside out
A heaven is the man turned inside out
A touch is the space of a man
Love is the touch of infinity
The eternal life is the moment of love
A sail-ship is the computer of memory
Memory is the sail-ship of computer
Poetry is the time of a thief
A poet is the thief of time
Sea is the space of moon
Moon is the time of sun
Time is the moon of space
Stars are the voices of a night
Voices are the stars of a day
A ship is the quay of the whole ocean
Ocean is the quay of the ship
A skin is the drawing of constellation
Constellation is the drawing of the skin
Christ is the sun of Buddha
Buddha is the moon of Christ
The time of sun can be measured by the moon of space
Space of moon is the time of sun
The horizon is the width of a look
A look is the width of the horizon
Height is the border of vision
A palm is a boat for a bride
A bride is a boat in a palm
A camel is a ship of desert
Desert is a camel's ship
Beauty is the hate for death
The hate for death is a beauty
The constellation Orion is a sword of love
Love is the sword of the constellation Orion
The Little Dipper is the space of the Big Dipper
The Big Dipper is the time of Little Dipper
A look is the width of heaven
Heaven is the height of a look
A thought is the depth of a night
Night is the width a thought
The Galaxy is the way to the moon
Moon is the developed Galaxy
Every star is the pleasures of the flesh
Erotics is all stars
Space between stars is the time without love
People are the bridges between stars
Bridges are stars between people
Passion is flying
Flying is the continuation of passion
Voice is a jump of one to another
A friend is the understanding of cry
The distance between people is full of stars
The distance of stars is full of people.
(Translated by Marina Rozanova)
The Cross
All around, the wilting roses
Faint in the sobbing summer.
Sinking, the swollen cross
Of the dragon-fly
Where Christ
Is being down by rays of light.
The iridescent cross is lifted from the dragon-flies,
Nailed down under God’s gaze.
Fair, iridescent Christ
Lies himself out
On the river and mountain.
The cross from the river – mountain,
The cross from the river – the heavens,
Sun-moon twinkling cross,
The cross of the night and day,
Trough you and me –
Joined at the hips.
(Translated by Marina Rozanova)
The butterfly
The earth is flying
by the orbit
not like a butterfly
who follows it's own way
(Translated by Marina Rozanova)
The Endless Poem
Every day I hear inside myself your voice
The words sound very strange
And when I close my eyes
I see those shouts which are given birth with silence
And the bright colors which was born by dark
I am finding myself left by all
Except concepts and word which are so deep
That the word we can see disappears
But I can speak and when I understand it
The word is born again
I string sounds on a naked nerve
And feel the great dissonance
And the rapture of an eminence above the world
The Poetry is top of being
Carriages are connected by iron hand shake
Trees – stations – silence
And you in silence of old night
And everything that connects me with you
And millions people whichЧитать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Сomputer of Love
Константин Кедров
Konstantin Kedrov
Konstantin Kedrov (b. 1942) is the Russian avant-garde poet, philologist, literary critic. He hold a PhD in Philosophy. Prof. Kedrov is member of the Writers Union of Russia, currently President of Russian Poetry Society, a corporate member of FIPA, UNESKO, a member of the International PEN, He is the author of term Metacode (united code of world culture), the creator of the new poetry school named Methametaphora and a founder of the poetry group called DOOS (The Voluntary Society for the Protection of Dragonflies). He is also the founder and editor-in-chief of "Journal POetov" (magazine of poets). Was awarded the GRAMMY.ru Prize (2003, 2005) as a poet of the year.
COMPUTER OF LOVE
Heaven is the height of a look
A look is the depth of heaven
Pain is the touch of God
God is the touch of pain
Dream is the width of a soul
Soul is the depth of a dream
Light is the voice of silence
Silence is the voice of light
Darkness is the cry of shining
Shining is the silence of darkness
Rainbow is the gladness of light
An idea is the dumbness of the soul
Soul is an idea undraped
Light is the depth of knowledge
Knowledge is the height of light
A steed is an animal of space
A cat is an animal of time
Time is space curled into a ball
Space is jump of a steed
Sun is the body of moon
A body is the moon of love
A ship is wave of metal
Water is the ship of wave
Sorrow is the emptiness of space
Gladness is the completeness of time
Time is the sorrow of space
Space is the completeness of time
A man is the heaven turned inside out
A woman is the man turned inside out
A man is the woman turned inside out
A heaven is the man turned inside out
A touch is the space of a man
Love is the touch of infinity
The eternal life is the moment of love
A sail-ship is the computer of memory
Memory is the sail-ship of computer
Poetry is the time of a thief
A poet is the thief of time
Sea is the space of moon
Moon is the time of sun
Time is the moon of space
Stars are the voices of a night
Voices are the stars of a day
A ship is the quay of the whole ocean
Ocean is the quay of the ship
A skin is the drawing of constellation
Constellation is the drawing of the skin
Christ is the sun of Buddha
Buddha is the moon of Christ
The time of sun can be measured by the moon of space
Space of moon is the time of sun
The horizon is the width of a look
A look is the width of the horizon
Height is the border of vision
A palm is a boat for a bride
A bride is a boat in a palm
A camel is a ship of desert
Desert is a camel's ship
Beauty is the hate for death
The hate for death is a beauty
The constellation Orion is a sword of love
Love is the sword of the constellation Orion
The Little Dipper is the space of the Big Dipper
The Big Dipper is the time of Little Dipper
A look is the width of heaven
Heaven is the height of a look
A thought is the depth of a night
Night is the width a thought
The Galaxy is the way to the moon
Moon is the developed Galaxy
Every star is the pleasures of the flesh
Erotics is all stars
Space between stars is the time without love
People are the bridges between stars
Bridges are stars between people
Passion is flying
Flying is the continuation of passion
Voice is a jump of one to another
A friend is the understanding of cry
The distance between people is full of stars
The distance of stars is full of people.
(Translated by Marina Rozanova)
The Cross
All around, the wilting roses
Faint in the sobbing summer.
Sinking, the swollen cross
Of the dragon-fly
Where Christ
Is being down by rays of light.
The iridescent cross is lifted from the dragon-flies,
Nailed down under God’s gaze.
Fair, iridescent Christ
Lies himself out
On the river and mountain.
The cross from the river – mountain,
The cross from the river – the heavens,
Sun-moon twinkling cross,
The cross of the night and day,
Trough you and me –
Joined at the hips.
(Translated by Marina Rozanova)
The butterfly
The earth is flying
by the orbit
not like a butterfly
who follows it's own way
(Translated by Marina Rozanova)
The Endless Poem
Every day I hear inside myself your voice
The words sound very strange
And when I close my eyes
I see those shouts which are given birth with silence
And the bright colors which was born by dark
I am finding myself left by all
Except concepts and word which are so deep
That the word we can see disappears
But I can speak and when I understand it
The word is born again
I string sounds on a naked nerve
And feel the great dissonance
And the rapture of an eminence above the world
The Poetry is top of being
Carriages are connected by iron hand shake
Trees – stations – silence
And you in silence of old night
And everything that connects me with you
And millions people which
ТВ Культура
08-01-2011 09:36
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Константин Кедров в Нота Бене на КУльтуре
08-01-2011 09:35
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Без заголовка
08-01-2011 09:33
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Рождественская поэма
06-01-2011 20:43
Ex Oriente Lux
Злаченый век во сне метался
и бредил веком золотым
и под ногами расступался
плодом и черепом пустым
Как знать, где золото, где грязь,
что значат эти перемены?
Недоумевая и смеясь,
философы вскрывают вены.
И правят в мраморном бреду
проказой съеденные морды,
и прирученный какаду
кричит: «О чем шумят народы?»
О, непокорство иудея,
восстание и снова кровь
и жажда гибнуть за идею,
испепеляющая кров.
Но у толпы свои обеты,
свой неосознанный порыв.
Когда молчат ее поэты,
молчанье предвещает взрыв
толпы голодной и ревущей
от униженья и страстей,
толпы, внезапно цепи рвущей
всех почестей и должностей.
Вот почему из Иудеи
спешат гонцы, спешат гонцы,
пока душители идеи
плетут терновые венцы.
Но мудрецу другой удел –
чем медленнее, тем вернее.
У этой власти есть предел,
она уходит в мавзолеи,
у этой власти есть предел –
так океан предел для суши,
она властительница тел,
а мы вооружаем души.
Кто произнес такую речь?
Кому она принадлежала?
Но головы летели с плеч,
а слово смерти избежало.
Молчит сын плотника и Бога,
но вскоре он заговорит.
Пора! В начале было Слово.
Он говорит, и Рим горит.
О, император-лицедей,
паяц и поджигатель Рима,
замкнулся круг твоих людей
так медленно и так незримо.
И как в насмешку, как назло,
история – о как сурово!
Нерон, тебе не повезло,
ты будешь переигран снова.
О, Лже-Нерон, лже-жизнь, лже-ложь,
лже-жизнь, лже-смерть, лже-воскресенье,
на бис ревущее из лож,
из луж. О, нет тебе спасенья.
Вдали от марева бела,
следами странников хранима,
дорога к вечности текла,
меж тем, для странника незримо.
Песня странника
Бог – вечный жид,
и я не вечный жид,
скажи, о Господи,
куда мне скрыться?
И почему от нас с тобой бежит
и человек, и бабочка, и птица?
Среди людей я –
бледный иудей,
влюбленный и поруганный веками,
отвергнутый во имя всех идей,
вдруг говорю печальными стихами.
И в горле, как предчувствие, навзрыд,
признание – к чему теперь стремиться?
О, почему от нас с тобой бежит
и человек, и бабочка, и птица?
1963
* *
[177x245]
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Ex Oriente Lux
Злаченый век во сне метался
и бредил веком золотым
и под ногами расступался
плодом и черепом пустым
Как знать, где золото, где грязь,
что значат эти перемены?
Недоумевая и смеясь,
философы вскрывают вены.
И правят в мраморном бреду
проказой съеденные морды,
и прирученный какаду
кричит: «О чем шумят народы?»
О, непокорство иудея,
восстание и снова кровь
и жажда гибнуть за идею,
испепеляющая кров.
Но у толпы свои обеты,
свой неосознанный порыв.
Когда молчат ее поэты,
молчанье предвещает взрыв
толпы голодной и ревущей
от униженья и страстей,
толпы, внезапно цепи рвущей
всех почестей и должностей.
Вот почему из Иудеи
спешат гонцы, спешат гонцы,
пока душители идеи
плетут терновые венцы.
Но мудрецу другой удел –
чем медленнее, тем вернее.
У этой власти есть предел,
она уходит в мавзолеи,
у этой власти есть предел –
так океан предел для суши,
она властительница тел,
а мы вооружаем души.
Кто произнес такую речь?
Кому она принадлежала?
Но головы летели с плеч,
а слово смерти избежало.
Молчит сын плотника и Бога,
но вскоре он заговорит.
Пора! В начале было Слово.
Он говорит, и Рим горит.
О, император-лицедей,
паяц и поджигатель Рима,
замкнулся круг твоих людей
так медленно и так незримо.
И как в насмешку, как назло,
история – о как сурово!
Нерон, тебе не повезло,
ты будешь переигран снова.
О, Лже-Нерон, лже-жизнь, лже-ложь,
лже-жизнь, лже-смерть, лже-воскресенье,
на бис ревущее из лож,
из луж. О, нет тебе спасенья.
Вдали от марева бела,
следами странников хранима,
дорога к вечности текла,
меж тем, для странника незримо.
Песня странника
Бог – вечный жид,
и я не вечный жид,
скажи, о Господи,
куда мне скрыться?
И почему от нас с тобой бежит
и человек, и бабочка, и птица?
Среди людей я –
бледный иудей,
влюбленный и поруганный веками,
отвергнутый во имя всех идей,
вдруг говорю печальными стихами.
И в горле, как предчувствие, навзрыд,
признание – к чему теперь стремиться?
О, почему от нас с тобой бежит
и человек, и бабочка, и птица?
1963
* *
[177x245]
квадрат малевича улетел
05-01-2011 22:51
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Астраль поэма созвездий
05-01-2011 13:10
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Эйнштейн без формул
04-01-2011 21:40
Эйнштейн без формул М.Мысль 2005
К.Кедров А.Эйнштейн
«Я верю в интуицию и вдохновение»
Нет ни малейшего сомнения в том, что природная гениальность позволяла Эйнштейну правильно ориентироваться в жизни. Проще говоря, он оказался на редкость удачлив благодаря природному уму. Как всякому человеку, ему много раз приходилось делать выбор. И этот выбор был всегда правильным.
Начнем с выбора образования и профессии. Ведь совсем не случайно Эйнштейн оказался студентом Цюрихского политехникума, где преподавал Герман Минковский. Два гения, один — преподаватель, другой — студент, конечно, не сразу узнали друг друга. Но факт остается фактом. Многие идеи Германа Минковского были усвоены и схвачены Эйнштейном еще во время обучения. Другое дело, что до трудов молодого Эйнштейна Минковский не мог сам для себя сформулировать главное открытие своей жизни. Нет времени, нет пространства, есть только их единое целое — пространство-время.
Работа Пуанкаре «О динамике электрона» была опубликована в 1906 г.
Как выяснилось, на чисто математическом и теоретическом уровне Пуанкаре, задолго до Эйнштейна, проиграл в уме весь сценарий теории относительности. Пуанкаре дожил до всемирной славы Эйнштейна, но, умирая, сказал, что решительно не согласен с его выводами. Почему? Да потому, что Пуанкаре не заметил собственного открытия. Для него это была всего лишь игра ума. Поиграл и забыл. Даже не забыл, а просто занялся другими проблемами.
Талант затрагивает многое. Гений попадает в яблочко, в самую суть. То, что для сверходаренного Пуанкаре было математической моделью, для Эйнштейна стало новой реальностью, в которую он поверил и заставил поверить научный мир. Прочитав труды Пуанкаре, Эйнштейн вроде бы о них «забыл», но разум продолжал прокручивать неожиданные идеи, и в конечном итоге только Эйнштейн нашел правильное истолкование идей Пуанкаре. Сам же Пуанкаре жил и умер во вселенной Ньютона.
Заметим, что в свое время великий Галилей отнюдь не сразу переселился во вселенную Коперника. А, переселившись, вынужден был публично солгать, отрекшись от гениальной идеи.
Эйнштейн не случайно, размышляя о Галилее, вернулся к легенде о том, что после отречения Галилей воскликнул: «А все-таки она вертится!» Эйнштейн заметил по этому поводу, что не может представить себе Галилея, «мечущего бисер перед свиньями». Истина не требует доказательств перед лицом глупцов. Незачем тратить время на пустое занятие. Если бы Эйнштейн знал русский язык и русскую поэзию, он обязательно вспомнил бы здесь Пушкина:
...Веленью божию, о муза, будь послушна.
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспоривай глупца.
Именно так поступал Эйнштейн, не тратя драгоценного времени на бессмысленную полемику со сталинскими и гитлеровскими академиками, критиковавшими его теорию. Он просто направил письмо, где объявил, что отказывается от академического титула Прусской Академии. Мы нигде не найдем статей, в которых Эйнштейн «с пеной у рта» доказывал бы свою правоту.
Но, отказываясь от полемики с невеждами и консерваторами, Эйнштейн сделал на редкость удачный и точный выбор, обратившись со своим открытием к Максу Планку. К тому самому Планку, который однажды с горечью сказал, что новые идеи никогда не побеждают старые. Просто представители старой идеи постепенно вымирают. И добавил: «Я вот, например, так и не смирился в душе с теорией относительности». Но, не смирившись в душе, Планк нашел в себе душевные силы услышать голос гениального разума подчиниться ему. Планк, и только он, сделал все возможное для того, чтобы ученый мир узнал о великом открытии Эйнштейна.
Кроме прочитанной и «забытой» статьи Пуанкаре были еще знаменитые формулы Лоренца, на которые Эйнштейн постоянно ссылается и активно использует. Лоренцу удалось «спасти» абсолютное пространство и абсолютное время Ньютона ценой неожиданного предположения, что под воздействием больших скоростей тела сжимаются. Это было абсолютно неверное физическое истолкование собственного открытия: сжимались не тела, а само пространство-время. Но это понял только Эйнштейн. Он соединил великолепную догадку Пуанкаре с не менее великолепными формулами Лоренца, полностью отказался от ньютоновского абсолюта и перевернул мир. Сходство с Коперником здесь налицо. Коперник вывернул наизнанку вселенную Птолемея, и Солнце с периферии переместилось в центр сферы. Эйнштейн вывернул наизнанку воображаемое абсолютное время и воображаемое абсолютное пространство, в результате чего произошло ранее в принципе непредставимое. Пространство оказалось внутри времени, а время стало в процессе мысленного выворачивания растягиваемым и сжимаемым, как поверхность надувного шара.
Однако не следует думать, что все прояснилось. За пределами физики остается ответ на вопрос, влияет ли изменение пространства-времени под воздействием скорости на человека. Сегодня точно установлено, что на верхних этажах здания время течет медленнее, чем на нижних, ноЧитать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Эйнштейн без формул М.Мысль 2005
К.Кедров А.Эйнштейн
«Я верю в интуицию и вдохновение»
Нет ни малейшего сомнения в том, что природная гениальность позволяла Эйнштейну правильно ориентироваться в жизни. Проще говоря, он оказался на редкость удачлив благодаря природному уму. Как всякому человеку, ему много раз приходилось делать выбор. И этот выбор был всегда правильным.
Начнем с выбора образования и профессии. Ведь совсем не случайно Эйнштейн оказался студентом Цюрихского политехникума, где преподавал Герман Минковский. Два гения, один — преподаватель, другой — студент, конечно, не сразу узнали друг друга. Но факт остается фактом. Многие идеи Германа Минковского были усвоены и схвачены Эйнштейном еще во время обучения. Другое дело, что до трудов молодого Эйнштейна Минковский не мог сам для себя сформулировать главное открытие своей жизни. Нет времени, нет пространства, есть только их единое целое — пространство-время.
Работа Пуанкаре «О динамике электрона» была опубликована в 1906 г.
Как выяснилось, на чисто математическом и теоретическом уровне Пуанкаре, задолго до Эйнштейна, проиграл в уме весь сценарий теории относительности. Пуанкаре дожил до всемирной славы Эйнштейна, но, умирая, сказал, что решительно не согласен с его выводами. Почему? Да потому, что Пуанкаре не заметил собственного открытия. Для него это была всего лишь игра ума. Поиграл и забыл. Даже не забыл, а просто занялся другими проблемами.
Талант затрагивает многое. Гений попадает в яблочко, в самую суть. То, что для сверходаренного Пуанкаре было математической моделью, для Эйнштейна стало новой реальностью, в которую он поверил и заставил поверить научный мир. Прочитав труды Пуанкаре, Эйнштейн вроде бы о них «забыл», но разум продолжал прокручивать неожиданные идеи, и в конечном итоге только Эйнштейн нашел правильное истолкование идей Пуанкаре. Сам же Пуанкаре жил и умер во вселенной Ньютона.
Заметим, что в свое время великий Галилей отнюдь не сразу переселился во вселенную Коперника. А, переселившись, вынужден был публично солгать, отрекшись от гениальной идеи.
Эйнштейн не случайно, размышляя о Галилее, вернулся к легенде о том, что после отречения Галилей воскликнул: «А все-таки она вертится!» Эйнштейн заметил по этому поводу, что не может представить себе Галилея, «мечущего бисер перед свиньями». Истина не требует доказательств перед лицом глупцов. Незачем тратить время на пустое занятие. Если бы Эйнштейн знал русский язык и русскую поэзию, он обязательно вспомнил бы здесь Пушкина:
...Веленью божию, о муза, будь послушна.
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспоривай глупца.
Именно так поступал Эйнштейн, не тратя драгоценного времени на бессмысленную полемику со сталинскими и гитлеровскими академиками, критиковавшими его теорию. Он просто направил письмо, где объявил, что отказывается от академического титула Прусской Академии. Мы нигде не найдем статей, в которых Эйнштейн «с пеной у рта» доказывал бы свою правоту.
Но, отказываясь от полемики с невеждами и консерваторами, Эйнштейн сделал на редкость удачный и точный выбор, обратившись со своим открытием к Максу Планку. К тому самому Планку, который однажды с горечью сказал, что новые идеи никогда не побеждают старые. Просто представители старой идеи постепенно вымирают. И добавил: «Я вот, например, так и не смирился в душе с теорией относительности». Но, не смирившись в душе, Планк нашел в себе душевные силы услышать голос гениального разума подчиниться ему. Планк, и только он, сделал все возможное для того, чтобы ученый мир узнал о великом открытии Эйнштейна.
Кроме прочитанной и «забытой» статьи Пуанкаре были еще знаменитые формулы Лоренца, на которые Эйнштейн постоянно ссылается и активно использует. Лоренцу удалось «спасти» абсолютное пространство и абсолютное время Ньютона ценой неожиданного предположения, что под воздействием больших скоростей тела сжимаются. Это было абсолютно неверное физическое истолкование собственного открытия: сжимались не тела, а само пространство-время. Но это понял только Эйнштейн. Он соединил великолепную догадку Пуанкаре с не менее великолепными формулами Лоренца, полностью отказался от ньютоновского абсолюта и перевернул мир. Сходство с Коперником здесь налицо. Коперник вывернул наизнанку вселенную Птолемея, и Солнце с периферии переместилось в центр сферы. Эйнштейн вывернул наизнанку воображаемое абсолютное время и воображаемое абсолютное пространство, в результате чего произошло ранее в принципе непредставимое. Пространство оказалось внутри времени, а время стало в процессе мысленного выворачивания растягиваемым и сжимаемым, как поверхность надувного шара.
Однако не следует думать, что все прояснилось. За пределами физики остается ответ на вопрос, влияет ли изменение пространства-времени под воздействием скорости на человека. Сегодня точно установлено, что на верхних этажах здания время течет медленнее, чем на нижних, но
Покаяние Пушкина
04-01-2011 13:33
ПОКАЯНИЕ ПУШКИНА
«Известия» № 34, 10 февраля 1992 г.
10 февраля – черная дата в русской истории. Нелепая гибель Пушкина в результате дуэли у Черной речки открыла длинный мартиролог погибших русских поэтов. Дуэль Лермонтова, самоубийство, а. может быть, и убийство Маяковского, гибель в петле Есенина и Марины Цветаевой, гибель в концлагере Осипа Мандельштама, противоестественная ранняя смерть в 37 лет Леонида Губанова, истерзанного брежневскими психушками… Нет, не все в порядке в датском королевстве. Есть над чем задуматься. Что это за страна, где с такой легкостью вот уже 200 убивают лучших поэтов!
Впрочем, смерть Пушкина нельзя считать убийством. Это была честная дуэль. Соперничество из-за любимой женщины. Все, что наплели вокруг этого из политических соображений пушкинисты-пропагандисты, не заслуживает серьезной критики. Двор сделал все возможное, чтобы дуэль не состоялось, но император, запретивший дуэли юридически, не мог отменить законы дворянской чести.
Пушкин погиб на дуэли, защищая свою честь, и это славная смерть, бесславными остаются низменные интриги, подметные письма, подслушивания и подглядывания за личной жизнью поэта тех, кого поэт по достоинству назвал «светской чернью».
Нет никакого сомнения, что, кроме дуэли между Пушкиным и Дантесом, был другой, куда более захватывающий рыцарский поединок между императором и потом, между властью и интеллектуальной элитой страны.
Шеф жандармерии Бенкендорф, конечно же, не Берия, не Андропов, но он целиком и полностью разделял традиционную точку зрения российских властителей на русскую интеллигенцию как на источник смут, опасных для государства. В его глазах Пушкин даже мертвый был прежде всего «руководителем либеральной партии». Этот более чем странный взгляд на поэта, к сожалению, исходил от самого Николая I. Боясь волнений, власти приказали ночью тайно увезти его тело из Петербурга. Вороватые похороны под надзором тайной полиции навсегда останутся величайшим позором России. Вся эта недостойная возня вокруг катафалка породила миф о прямом участии Николая I в интриге вокруг дуэли. Договорились до того, что Дантес лишь выполнял задание императора. Вызывая Пушкина на дуэль.
Неприязнь властей к Пушкину была очевидна. Чего стоит фраза императора, произнесенная после смерти поэта, дескать, Жуковский хочет, чтобы с Пушкиным поступили, как с Карамзиным, но Карамзин был святой, а образ жизни Пушкина нам известен.
Очень странная фраза в устах властителя, который при многих своих достоинствах отнюдь не отличался избыточным целомудрием. Умирая, Николай I сказал: «прощаю всех, даже австрийского императора». Интересно, простил ли он Пушкина?
Не прощенный властями Пушкин перед смертью простил Николаю все. «Передай государю, жаль, что умираю, а то весь был бы его», – сказал он Жуковскому. Это были абсолютно искренние слова. Пушкин простил императору личную цензуру, негласный надзор, совет переделать драму «Борис Годунов» в роман в стиле Вальтера Скотта, запрет на выезд из столицы без специального разрешения, простил бы и тайные ночные похороны. Пушкин был благодарен императору за освобождение из Михайловской ссылки, за личное покровительство и сватовство к Наталье, за крупную денежную сумму фактически прощеного долга, которая хотя и не помогла поэту выпутаться из финансовых затруднений, но все же даровала ему несколько лет для творчества, не обремененного борьбой за существование.
Недоразумение со званием камер-юнкера, поначалу обидевшее поэта, все же следует приписать его поэтической вспыльчивости и ранимости. Титул камер-юнкера был у Жуковского и у Тютчева – это обеспечивало при дворе достаточно почетное место. Другое дело, что Пушкин знал себе цену, император же этой цены не знал.
Извечное и неистребимое недоверие власти к интеллигенции, твердая убежденность, что поэта надо учить и воспитывать, были унаследованы от власти императорской большевистской партократией. Да и довольно высокие чины власти нынешней не гнушаются длинными сентенциями и нравоучениями в адрес, по их мнению, недостаточно патриотичной интеллигенции.
Поэт умер, примирившись с властью, но власти так и не примирились с поэтом.
За недолгие 37 лет Пушкин прошел очень сложный путь жизни. От вульгарного атеизма к глубокой и мудрой вере, от призыва к убийству всей царской семьи до убежденности в необходимости для России конституционной монархии. «Не дай Бог увидеть нам русский бунт, бессмысленный и беспощадный» – эти слова Пушкина я бы золотыми буквами начертал на всех площадях вместо благополучно почившего подстрекательского призыва к мировому пожару «Пролетарии всех стран – соединяйтесь».
Пушкин называл себя космополитом – гражданином мира, не ведая, что в грядущем ХХ веке это слово превратят в ругательство новоиспеченные русопяты, облепившие его имя.
Пушкин был масоном. Он гордился своей принадлежностью к Кишиневской масонской ложе. Масонство помогло Пушкину перейти от детского атеизма к христианству. Он по-новому прочитал Евангелие и понял, что это величайшая книга, которуюЧитать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
ПОКАЯНИЕ ПУШКИНА
«Известия» № 34, 10 февраля 1992 г.
10 февраля – черная дата в русской истории. Нелепая гибель Пушкина в результате дуэли у Черной речки открыла длинный мартиролог погибших русских поэтов. Дуэль Лермонтова, самоубийство, а. может быть, и убийство Маяковского, гибель в петле Есенина и Марины Цветаевой, гибель в концлагере Осипа Мандельштама, противоестественная ранняя смерть в 37 лет Леонида Губанова, истерзанного брежневскими психушками… Нет, не все в порядке в датском королевстве. Есть над чем задуматься. Что это за страна, где с такой легкостью вот уже 200 убивают лучших поэтов!
Впрочем, смерть Пушкина нельзя считать убийством. Это была честная дуэль. Соперничество из-за любимой женщины. Все, что наплели вокруг этого из политических соображений пушкинисты-пропагандисты, не заслуживает серьезной критики. Двор сделал все возможное, чтобы дуэль не состоялось, но император, запретивший дуэли юридически, не мог отменить законы дворянской чести.
Пушкин погиб на дуэли, защищая свою честь, и это славная смерть, бесславными остаются низменные интриги, подметные письма, подслушивания и подглядывания за личной жизнью поэта тех, кого поэт по достоинству назвал «светской чернью».
Нет никакого сомнения, что, кроме дуэли между Пушкиным и Дантесом, был другой, куда более захватывающий рыцарский поединок между императором и потом, между властью и интеллектуальной элитой страны.
Шеф жандармерии Бенкендорф, конечно же, не Берия, не Андропов, но он целиком и полностью разделял традиционную точку зрения российских властителей на русскую интеллигенцию как на источник смут, опасных для государства. В его глазах Пушкин даже мертвый был прежде всего «руководителем либеральной партии». Этот более чем странный взгляд на поэта, к сожалению, исходил от самого Николая I. Боясь волнений, власти приказали ночью тайно увезти его тело из Петербурга. Вороватые похороны под надзором тайной полиции навсегда останутся величайшим позором России. Вся эта недостойная возня вокруг катафалка породила миф о прямом участии Николая I в интриге вокруг дуэли. Договорились до того, что Дантес лишь выполнял задание императора. Вызывая Пушкина на дуэль.
Неприязнь властей к Пушкину была очевидна. Чего стоит фраза императора, произнесенная после смерти поэта, дескать, Жуковский хочет, чтобы с Пушкиным поступили, как с Карамзиным, но Карамзин был святой, а образ жизни Пушкина нам известен.
Очень странная фраза в устах властителя, который при многих своих достоинствах отнюдь не отличался избыточным целомудрием. Умирая, Николай I сказал: «прощаю всех, даже австрийского императора». Интересно, простил ли он Пушкина?
Не прощенный властями Пушкин перед смертью простил Николаю все. «Передай государю, жаль, что умираю, а то весь был бы его», – сказал он Жуковскому. Это были абсолютно искренние слова. Пушкин простил императору личную цензуру, негласный надзор, совет переделать драму «Борис Годунов» в роман в стиле Вальтера Скотта, запрет на выезд из столицы без специального разрешения, простил бы и тайные ночные похороны. Пушкин был благодарен императору за освобождение из Михайловской ссылки, за личное покровительство и сватовство к Наталье, за крупную денежную сумму фактически прощеного долга, которая хотя и не помогла поэту выпутаться из финансовых затруднений, но все же даровала ему несколько лет для творчества, не обремененного борьбой за существование.
Недоразумение со званием камер-юнкера, поначалу обидевшее поэта, все же следует приписать его поэтической вспыльчивости и ранимости. Титул камер-юнкера был у Жуковского и у Тютчева – это обеспечивало при дворе достаточно почетное место. Другое дело, что Пушкин знал себе цену, император же этой цены не знал.
Извечное и неистребимое недоверие власти к интеллигенции, твердая убежденность, что поэта надо учить и воспитывать, были унаследованы от власти императорской большевистской партократией. Да и довольно высокие чины власти нынешней не гнушаются длинными сентенциями и нравоучениями в адрес, по их мнению, недостаточно патриотичной интеллигенции.
Поэт умер, примирившись с властью, но власти так и не примирились с поэтом.
За недолгие 37 лет Пушкин прошел очень сложный путь жизни. От вульгарного атеизма к глубокой и мудрой вере, от призыва к убийству всей царской семьи до убежденности в необходимости для России конституционной монархии. «Не дай Бог увидеть нам русский бунт, бессмысленный и беспощадный» – эти слова Пушкина я бы золотыми буквами начертал на всех площадях вместо благополучно почившего подстрекательского призыва к мировому пожару «Пролетарии всех стран – соединяйтесь».
Пушкин называл себя космополитом – гражданином мира, не ведая, что в грядущем ХХ веке это слово превратят в ругательство новоиспеченные русопяты, облепившие его имя.
Пушкин был масоном. Он гордился своей принадлежностью к Кишиневской масонской ложе. Масонство помогло Пушкину перейти от детского атеизма к христианству. Он по-новому прочитал Евангелие и понял, что это величайшая книга, которую
Парщиков берет интервью у К.Кедрова о метаметафоре
01-01-2011 12:38
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Без заголовка
29-12-2010 10:36
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
СCOMPUTER D^AMORE
25-12-2010 03:36
http://www.svistok.ru/users/1doosk/txt/8393679.html
[699x466]
СOMPUTER D^AMORE
Константин Кедров
версия для печати
Computer d amore
Кедров-Челищев
COMPUTER D'AMORE
Il cielo ; l’altezza dello sguardo
Lo sguardo ; la profondit; del cielo
II dolore ; un tocco di Dio
Dio ; un tocco del dolore
L’espirazione ; la profondit; dell’inspirazione
L'inspirazione ; l’altezza dell’espirazione
La luce ; la voce del silenzio
II silenzio ; la voce della luce
L’oscurit; ; il grido dello splendore
Lo splendore ; il silenzio dell’oscurit;
L’arcobaleno ; la gioia della luce
II pensiero ; il mutismo dell‘anima
La luce ; la profondit; del sapere
Il sapere ; l’altezza della luce
II cavallo ; un’animale dellо spazio
La gatta ; un’animale del tempo
II tempo ; lo spazio arrotolato
Lo spazio ; un cavallo srottolato
Le gatte sono i gatti dello spazio
Lo spazio ; il tempo dei gatti
Pushkin ; un ladro del tempo
La poesia di Pushkin ; il tempo del ladro
II sole ; il corpo della luna
II corpo ; la luna dell’amore
La nave ; un onda di ferro
L'acqua ; la nave dell’onda
La tristezza ; il vuoto dello spazio
La gioia ; la pienezza del tempo
II tempo ; la tristezza dello spazio
Lo spazio ; la pienezza del tempo
L’uomo ; il rovescio del cielo
Il cielo ; il rovescio dell’uomo
Il tocco ; il confine del bacio
II bacio ; l’infinit; del tocco
La donna ; il grembo del cielo
L'uomo ; il cielo del grembo
La donna ; lo spazio dell’uomo
II tempo della donna ; lo spazio dell’uomo
L'amore ; un soffio dell’infinito
La vita eterna ; un’attimo d’amore
La nave ; il computer della memoria
La memoria ; la nave del computer
II mare ; lo spazio della luna
Lo spazio ; il mare della luna
II sole ; la luna dello spazio
La luna ; il tempo del sole
Lo spazio ; il sole della luna
Il tempo ; la luna dello spazio
II sole ; lo spazio del tempo
Le stelle sono le voci della notte
Le voci sono le stelle del giorno
La nave ; il rifuggio di tutto l’oceano
L'oceano ; il rifuggio di tutta la nave
La pelle ; il disegno delle costellazioni
Le costellazioni sono il disegno della pelle
Cristo ; il sole del Budda
Budda ; la luna del Cristo
Il tempo del sole si misura con la luna dellо spazio
Lo spazio della luna ; il tempo del sole
L’orizzonte ; la larghezza dello sguardo
Lo sguardo ; la profondit; dell’orizonte
L’altezza ; il confine della vista
La prostituta ; la sposa del tempo
Il tempo ; la prostituta dello spazio
Il palmo ; una barchetta per la sposa
La sposa ; una barchetta per la mano
II camellо ; la nave del deserto
П deserto ; la nave del camello
L’amore ; l’ineluttabilit; dell’eternit;
L’eternit; ; l’ineluttabilit; dell’amore
La bellezza ; l'odio alla morte
L'odio alla morte ; la bellezza
La costellazione dell’Orione ; la spada dell’amore
L’amore ; la spada della costellazione dell’Orione
L’Orsa Minore ; lo spazio dell’Orsa Maggiore
L’Orsa Maggiore ; il tempo dell’Orsa Minore
La Stella Polare ; il punto dello sguardo
Lo sguardo ; la larghezza del cielo
Il cielo ; l’altezza dello sguardo
Il pensiero ; la profondit; della notte
La notte ; la larghezza del pensiero
La Via Lattea ; la via verso la luna
La luna ; la Via Lattea srotolota
Ogni stella ; una delizia
La delizia ; ogni stella
Lo spazio tra le stelle
; il tempo senza amore
L’amore ; il tempo pieno di stelle
II tempo ; tutta una stella d’amore
Gli uomini sono i ponti interstellari
I ponti sono gli uomini interstellari
La passione per la fusione ; un volo
Il volo ; una fusione continuata
La fusione ; una spinta al volo
La voce ; un lancio dell’uno verso l’altro
La раuга ; il confine della linea della vita nella mano
L'incomprensione ; un pianto sull’amico
L'amiсо ; una comprensione del pianto
La distanza tra gli uomini la colmano le stelle
La distanza tra le stelle la colmano gli uomini
L'amore ; la velocit; della luce
inversamente proporzionale alla distanza tra di noi
La distanza tra di noi
inversamente proporzionale alla velocit; della luce
; l’amore
Versione italiana di Michael Yevzlin
© Copyright: Кедров-Челищев, 2010
Свидетельство о публикации №11012251166
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
http://www.svistok.ru/users/1doosk/txt/8393679.html
[699x466]СOMPUTER D^AMORE
Константин Кедров
версия для печати
Computer d amore
Кедров-Челищев
COMPUTER D'AMORE
Il cielo ; l’altezza dello sguardo
Lo sguardo ; la profondit; del cielo
II dolore ; un tocco di Dio
Dio ; un tocco del dolore
L’espirazione ; la profondit; dell’inspirazione
L'inspirazione ; l’altezza dell’espirazione
La luce ; la voce del silenzio
II silenzio ; la voce della luce
L’oscurit; ; il grido dello splendore
Lo splendore ; il silenzio dell’oscurit;
L’arcobaleno ; la gioia della luce
II pensiero ; il mutismo dell‘anima
La luce ; la profondit; del sapere
Il sapere ; l’altezza della luce
II cavallo ; un’animale dellо spazio
La gatta ; un’animale del tempo
II tempo ; lo spazio arrotolato
Lo spazio ; un cavallo srottolato
Le gatte sono i gatti dello spazio
Lo spazio ; il tempo dei gatti
Pushkin ; un ladro del tempo
La poesia di Pushkin ; il tempo del ladro
II sole ; il corpo della luna
II corpo ; la luna dell’amore
La nave ; un onda di ferro
L'acqua ; la nave dell’onda
La tristezza ; il vuoto dello spazio
La gioia ; la pienezza del tempo
II tempo ; la tristezza dello spazio
Lo spazio ; la pienezza del tempo
L’uomo ; il rovescio del cielo
Il cielo ; il rovescio dell’uomo
Il tocco ; il confine del bacio
II bacio ; l’infinit; del tocco
La donna ; il grembo del cielo
L'uomo ; il cielo del grembo
La donna ; lo spazio dell’uomo
II tempo della donna ; lo spazio dell’uomo
L'amore ; un soffio dell’infinito
La vita eterna ; un’attimo d’amore
La nave ; il computer della memoria
La memoria ; la nave del computer
II mare ; lo spazio della luna
Lo spazio ; il mare della luna
II sole ; la luna dello spazio
La luna ; il tempo del sole
Lo spazio ; il sole della luna
Il tempo ; la luna dello spazio
II sole ; lo spazio del tempo
Le stelle sono le voci della notte
Le voci sono le stelle del giorno
La nave ; il rifuggio di tutto l’oceano
L'oceano ; il rifuggio di tutta la nave
La pelle ; il disegno delle costellazioni
Le costellazioni sono il disegno della pelle
Cristo ; il sole del Budda
Budda ; la luna del Cristo
Il tempo del sole si misura con la luna dellо spazio
Lo spazio della luna ; il tempo del sole
L’orizzonte ; la larghezza dello sguardo
Lo sguardo ; la profondit; dell’orizonte
L’altezza ; il confine della vista
La prostituta ; la sposa del tempo
Il tempo ; la prostituta dello spazio
Il palmo ; una barchetta per la sposa
La sposa ; una barchetta per la mano
II camellо ; la nave del deserto
П deserto ; la nave del camello
L’amore ; l’ineluttabilit; dell’eternit;
L’eternit; ; l’ineluttabilit; dell’amore
La bellezza ; l'odio alla morte
L'odio alla morte ; la bellezza
La costellazione dell’Orione ; la spada dell’amore
L’amore ; la spada della costellazione dell’Orione
L’Orsa Minore ; lo spazio dell’Orsa Maggiore
L’Orsa Maggiore ; il tempo dell’Orsa Minore
La Stella Polare ; il punto dello sguardo
Lo sguardo ; la larghezza del cielo
Il cielo ; l’altezza dello sguardo
Il pensiero ; la profondit; della notte
La notte ; la larghezza del pensiero
La Via Lattea ; la via verso la luna
La luna ; la Via Lattea srotolota
Ogni stella ; una delizia
La delizia ; ogni stella
Lo spazio tra le stelle
; il tempo senza amore
L’amore ; il tempo pieno di stelle
II tempo ; tutta una stella d’amore
Gli uomini sono i ponti interstellari
I ponti sono gli uomini interstellari
La passione per la fusione ; un volo
Il volo ; una fusione continuata
La fusione ; una spinta al volo
La voce ; un lancio dell’uno verso l’altro
La раuга ; il confine della linea della vita nella mano
L'incomprensione ; un pianto sull’amico
L'amiсо ; una comprensione del pianto
La distanza tra gli uomini la colmano le stelle
La distanza tra le stelle la colmano gli uomini
L'amore ; la velocit; della luce
inversamente proporzionale alla distanza tra di noi
La distanza tra di noi
inversamente proporzionale alla velocit; della luce
; l’amore
Versione italiana di Michael Yevzlin
© Copyright: Кедров-Челищев, 2010
Свидетельство о публикации №11012251166
Константин Кедров Эйнштейн без формул М Мысль 2005
20-12-2010 02:12
[url]http://www.stihi.ru/2009/10/08/180[/ur
Константин Кедров
Эйнштейн без формул
[300x460]
«Я верю в интуицию и вдохновение»
Нет ни малейшего сомнения в том, что природная гениальность позволяла Эйнштейну правильно ориентироваться в жизни. Проще говоря, он оказался на редкость удачлив благодаря природному уму. Как всякому человеку, ему много раз приходилось делать выбор. И этот выбор был всегда правильным.
Начнем с выбора образования и профессии. Ведь совсем не случайно Эйнштейн оказался студентом Цюрихского политехникума, где преподавал Герман Минковский. Два гения, один — преподаватель, другой — студент, конечно, не сразу узнали друг друга. Но факт остается фактом. Многие идеи Германа Минковского были усвоены и схвачены Эйнштейном еще во время обучения. Другое дело, что до трудов молодого Эйнштейна Минковский не мог сам для себя сформулировать главное открытие своей жизни. Нет времени, нет пространства, есть только их единое целое — пространство-время.
Работа Пуанкаре «О динамике электрона» была опубликована в 1906 г.
Как выяснилось, на чисто математическом и теоретическом уровне Пуанкаре, задолго до Эйнштейна, проиграл в уме весь сценарий теории относительности. Пуанкаре дожил до всемирной славы Эйнштейна, но, умирая, сказал, что решительно не согласен с его выводами. Почему? Да потому, что Пуанкаре не заметил собственного открытия. Для него это была всего лишь игра ума. Поиграл и забыл. Даже не забыл, а просто занялся другими проблемами.
Талант затрагивает многое. Гений попадает в яблочко, в самую суть. То, что для сверходаренного Пуанкаре было математической моделью, для Эйнштейна стало новой реальностью, в которую он поверил и заставил поверить научный мир. Прочитав труды Пуанкаре, Эйнштейн вроде бы о них «забыл», но разум продолжал прокручивать неожиданные идеи, и в конечном итоге только Эйнштейн нашел правильное истолкование идей Пуанкаре. Сам же Пуанкаре жил и умер во вселенной Ньютона.
Заметим, что в свое время великий Галилей отнюдь не сразу переселился во вселенную Коперника. А, переселившись, вынужден был публично солгать, отрекшись от гениальной идеи.
Эйнштейн не случайно, размышляя о Галилее, вернулся к легенде о том, что после отречения Галилей воскликнул: «А все-таки она вертится!» Эйнштейн заметил по этому поводу, что не может представить себе Галилея, «мечущего бисер перед свиньями». Истина не требует доказательств перед лицом глупцов. Незачем тратить время на пустое занятие. Если бы Эйнштейн знал русский язык и русскую поэзию, он обязательно вспомнил бы здесь Пушкина:
...Веленью божию, о муза, будь послушна.
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспоривай глупца.
Именно так поступал Эйнштейн, не тратя драгоценного времени на бессмысленную полемику со сталинскими и гитлеровскими академиками, критиковавшими его теорию. Он просто направил письмо, где объявил, что отказывается от академического титула Прусской Академии. Мы нигде не найдем статей, в которых Эйнштейн «с пеной у рта» доказывал бы свою правоту.
Но, отказываясь от полемики с невеждами и консерваторами, Эйнштейн сделал на редкость удачный и точный выбор, обратившись со своим открытием к Максу Планку. К тому самому Планку, который однажды с горечью сказал, что новые идеи никогда не побеждают старые. Просто представители старой идеи постепенно вымирают. И добавил: «Я вот, например, так и не смирился в душе с теорией относительности». Но, не смирившись в душе, Планк нашел в себе душевные силы услышать голос гениального разума подчиниться ему. Планк, и только он, сделал все возможное для того, чтобы ученый мир узнал о великом открытии Эйнштейна.
Кроме прочитанной и «забытой» статьи Пуанкаре были еще знаменитые формулы Лоренца, на которые Эйнштейн постоянно ссылается и активно использует. Лоренцу удалось «спасти» абсолютное пространство и абсолютное время Ньютона ценой неожиданного предположения, что под воздействием больших скоростей тела сжимаются. Это было абсолютно неверное физическое истолкование собственного открытия: сжимались не тела, а само пространство-время. Но это понял только Эйнштейн. Он соединил великолепную догадку Пуанкаре с не менее великолепными формулами Лоренца, полностью отказался от ньютоновского абсолюта и перевернул мир. Сходство с Коперником здесь налицо. Коперник вывернул наизнанку вселенную Птолемея, и Солнце с периферии переместилось в центр сферы. Эйнштейн вывернул наизнанку воображаемое абсолютное время и воображаемое абсолютное пространство, в результате чего произошло ранее в принципе непредставимое. Пространство оказалось внутри времени, а время стало в процессе мысленного выворачивания растягиваемым и сжимаемым, как поверхность надувного шара.
Однако не следует думать, что все прояснилось. За пределами физики остается ответ на вопрос, влияет лиЧитать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
[url]http://www.stihi.ru/2009/10/08/180[/ur
Константин Кедров
Эйнштейн без формул
[300x460]«Я верю в интуицию и вдохновение»
Нет ни малейшего сомнения в том, что природная гениальность позволяла Эйнштейну правильно ориентироваться в жизни. Проще говоря, он оказался на редкость удачлив благодаря природному уму. Как всякому человеку, ему много раз приходилось делать выбор. И этот выбор был всегда правильным.
Начнем с выбора образования и профессии. Ведь совсем не случайно Эйнштейн оказался студентом Цюрихского политехникума, где преподавал Герман Минковский. Два гения, один — преподаватель, другой — студент, конечно, не сразу узнали друг друга. Но факт остается фактом. Многие идеи Германа Минковского были усвоены и схвачены Эйнштейном еще во время обучения. Другое дело, что до трудов молодого Эйнштейна Минковский не мог сам для себя сформулировать главное открытие своей жизни. Нет времени, нет пространства, есть только их единое целое — пространство-время.
Работа Пуанкаре «О динамике электрона» была опубликована в 1906 г.
Как выяснилось, на чисто математическом и теоретическом уровне Пуанкаре, задолго до Эйнштейна, проиграл в уме весь сценарий теории относительности. Пуанкаре дожил до всемирной славы Эйнштейна, но, умирая, сказал, что решительно не согласен с его выводами. Почему? Да потому, что Пуанкаре не заметил собственного открытия. Для него это была всего лишь игра ума. Поиграл и забыл. Даже не забыл, а просто занялся другими проблемами.
Талант затрагивает многое. Гений попадает в яблочко, в самую суть. То, что для сверходаренного Пуанкаре было математической моделью, для Эйнштейна стало новой реальностью, в которую он поверил и заставил поверить научный мир. Прочитав труды Пуанкаре, Эйнштейн вроде бы о них «забыл», но разум продолжал прокручивать неожиданные идеи, и в конечном итоге только Эйнштейн нашел правильное истолкование идей Пуанкаре. Сам же Пуанкаре жил и умер во вселенной Ньютона.
Заметим, что в свое время великий Галилей отнюдь не сразу переселился во вселенную Коперника. А, переселившись, вынужден был публично солгать, отрекшись от гениальной идеи.
Эйнштейн не случайно, размышляя о Галилее, вернулся к легенде о том, что после отречения Галилей воскликнул: «А все-таки она вертится!» Эйнштейн заметил по этому поводу, что не может представить себе Галилея, «мечущего бисер перед свиньями». Истина не требует доказательств перед лицом глупцов. Незачем тратить время на пустое занятие. Если бы Эйнштейн знал русский язык и русскую поэзию, он обязательно вспомнил бы здесь Пушкина:
...Веленью божию, о муза, будь послушна.
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспоривай глупца.
Именно так поступал Эйнштейн, не тратя драгоценного времени на бессмысленную полемику со сталинскими и гитлеровскими академиками, критиковавшими его теорию. Он просто направил письмо, где объявил, что отказывается от академического титула Прусской Академии. Мы нигде не найдем статей, в которых Эйнштейн «с пеной у рта» доказывал бы свою правоту.
Но, отказываясь от полемики с невеждами и консерваторами, Эйнштейн сделал на редкость удачный и точный выбор, обратившись со своим открытием к Максу Планку. К тому самому Планку, который однажды с горечью сказал, что новые идеи никогда не побеждают старые. Просто представители старой идеи постепенно вымирают. И добавил: «Я вот, например, так и не смирился в душе с теорией относительности». Но, не смирившись в душе, Планк нашел в себе душевные силы услышать голос гениального разума подчиниться ему. Планк, и только он, сделал все возможное для того, чтобы ученый мир узнал о великом открытии Эйнштейна.
Кроме прочитанной и «забытой» статьи Пуанкаре были еще знаменитые формулы Лоренца, на которые Эйнштейн постоянно ссылается и активно использует. Лоренцу удалось «спасти» абсолютное пространство и абсолютное время Ньютона ценой неожиданного предположения, что под воздействием больших скоростей тела сжимаются. Это было абсолютно неверное физическое истолкование собственного открытия: сжимались не тела, а само пространство-время. Но это понял только Эйнштейн. Он соединил великолепную догадку Пуанкаре с не менее великолепными формулами Лоренца, полностью отказался от ньютоновского абсолюта и перевернул мир. Сходство с Коперником здесь налицо. Коперник вывернул наизнанку вселенную Птолемея, и Солнце с периферии переместилось в центр сферы. Эйнштейн вывернул наизнанку воображаемое абсолютное время и воображаемое абсолютное пространство, в результате чего произошло ранее в принципе непредставимое. Пространство оказалось внутри времени, а время стало в процессе мысленного выворачивания растягиваемым и сжимаемым, как поверхность надувного шара.
Однако не следует думать, что все прояснилось. За пределами физики остается ответ на вопрос, влияет ли
Перевод Симеона Полоцкого К.Кедровым О сердце..
20-12-2010 02:04
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Буква Ять Константин Кедров на Столице у М.Кононова
20-12-2010 01:53
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
