Предпочтение, оказываемое евреями революциям вообще, и ответственность их за положение, создавшееся в России в особенности, признаются не только крупными литературными именами Еврейства, но даже и мелкая газетная сошка имеет ясное об этом представление. Еврей, который участвует в революционном движении, в душе своей отдает себе отчет в том, что он этим как-то служит интересам еврейства. Быть может, с точки зрения синагоги он является и плохим евреем, но он достаточно еврей для того, чтобы охотно делать все, что может увеличить славу Израиля. Раса в еврействе сильнее религии. Русская южная газета «В Москву», в октябре 1919 года, писала: «Не следует забывать, что настоящим пролетариатом, настоящим интернационалом, не имеющим отечества, является еврейский народ, который в течение столетий угнетался королями и дворянством». Господин Коган и апреле 1919 г. писал в газете «Коммунист»: «Можно сказать без преувеличения, что великий русский социальный переворот в действительности является делом рук евреев. Разве темные, угнетенные массы русских рабочих и крестьян были бы в состоянии собственными силами сбросить иго буржуазии? Безусловно нет; евреи были теми, кто дали русскому пролетариату зарю Интернационала, и не только дали, но и теперь ведут дело Советов, крепко находящееся в их руках. Мы можем быть спокойны, пока верховное командование красной армии находится в руках товарища Троцкого. Хотя среди рядовых красной армии евреев нет, но, находясь в комитетах, в советских организациях и в командном составе, евреи ведут храбрые массы русского пролетариата к победе. Недаром при выборах во все советские учреждения евреи получают подавляющее большинство голосов... Символ еврейства, вековая борьба (?) с капитализмом, сделался символом русского пролетариата, что видно из принятия красной пятиконечной звезды, которая, как известно, в старые времена являлась символом сионизма и еврейства. Под этим знаком придет наша победа и смерть тунеядцам — буржуазии... За те слезы, которые пролило еврейство, она заплатит кровавым потом».
Это признание, полное, быть может, гордостью воистину убежденного человека, в особенности достойно внимания, благодаря своей полноте. Евреи, как говорит Коган, ведут русские массы, которые, предоставленные самим себе, никогда бы не восстали; массы эти знают лишь то, что меньшинство в настоящее время составляет правительство, как и прежде при царе. Евреи, то словам Когана, не находятся в рядах красной армии, во всяком случае не в тех рядах, которые идут в огонь. Все это вполне согласно с указанием Протоколов. Искусство полководца, изложенное в мировой программе, состоит в том, чтобы заставить убивать неевреев нееврейскими же руками.

http://video.google.com/videoplay?docid=-2230483032224920042

http://www.youtube.com/watch?v=UoQrTYwlfuw

“Жид и банк — господин уже теперь всему: и Европе, и просвещению, и цивилизации, и социализму, социализму особенно, ибо им он с корнем вырвет Христианство и разрушит ее цивилизацию. И когда останется лишь одно безначалие, тут жид и станет во главе всего. Ибо, проповедуя социализм, он останется меж собой в единении, а когда погибнет все богатство Европы, останется банк жида. Антихрист придет и станет в безначалии”.

Ф. М. Достоевский, "Еврейский вопрос", 1877

«Среди мира вполне организованных государственных единиц для
евреев имеются только две возможности успеха: либо они должны ниспровергнуть
устои чужой национально-государственной системы, либо они должны
основать собственное независимое государство... В восточной Европе,
по-видимому, большевизм и сионизм процветают бок о бок... не потому, что
евреи придают значение положительной стороне радикальных теорий, и не
потому, что они желают быть участниками не еврейского национализма и
нееврейской демократии, но потому, что всякий нееврейский государственный
уклад им ненавистен».

Ефстафий Перси (Eustace Percy).

Чтобы узнать, что думают и чего желают вожди еврейства в Соединенных Штатах или других странах, вовсе не следует прислушиваться к их речам, обращенным в к неевреям, но лишь к тому, что они говорят своему народу. Так, если вы хотите знать: — считают ли себя евреи за людей, предназначенных для господства над миром и за представителей того народа или расы, которая остро отличается от других народов и рас? смотрят ли они на все нееврейское человечество, как на законно им принадлежащее рабочее поле, которое они могут эксплуатировать, руководствуясь менее строгими нравственными правилами, чем те, которые они применяют к собственному народу? знакомы ли им основные положения Протоколов и осуществляют ли они их в жизни, — на все эти вопросы основательные ответы можно найти только в том, что еврейские вожди говорят евреям, а не в том, с чем они обращаются к посторонним.
Всем видные еврейские имена, которые чаще всего встречаются в прессе, еще не составляют собой всех глашатаев еврейства, но лишь избранную группу, представителей отдела пропаганды, чья задача выполняется либо в форме пожертвований для христианских благотворительных учреждений, либо в форме «либеральных» мнений в вопросах религиозных, социальных и политических. Однако, в какой бы форме эта лицевая сторона ни проявлялась, несомненно одно, что деятельность еврейских вожаков в собственном смысле постоянно прикрыта видимой личиной таких действий, к которым желают привлечь признательные взоры неевреев.
Высказываемые в настоящей книге мнения и констатированные в ней факты все до единого основаны на недвусмысленных доказательствах и на том, что мы слышим из уст самих еврейских вождей. Поэтому, если евреи оспаривают высказанные положения, то они оспаривают то, что сами защищают. Такое отношение к делу можно объяснить только тем, что, по их мнению, наши исследования не достигли еще до той точки, которую они стараются тщательно скрыть от мира.
С наибольшим ожесточением оспаривается мнение о том, что большевизм, будь то в России, или в Соединенных Штатах, есть вещь еврейского происхождения. Такое отрицание представляет собою один из ярких примеров дерзкого двуязычия. Перед неевреями еврейский характер большевизма отрицается. Напротив, в молчаливых недрах еврейских общин, под прикрытием еврейского жаргона и в тайниках еврейской национальной прессы мы находили горделивые признания, правда, перед лицом лишь собственного народа, что большевизм — дело еврейское.
Чтобы избежать обвинения в убийствах, моральном одичании, разбоях и в голодной смертности, которые под шум цинично звучащих гуманитарных фраз в настоящее время господствуют в России, и во всем том невероятном ужасе, который, в его целом, нельзя ни описать, ни понять, еврейская пропаганда хватается за две соломинки. Прежде всего говорят, что Керенский, который открыл дорогу большевистскому вторжению, не еврей. Если вдуматься, то едва ли можно найти более сильное доказательство в пользу еврейского характера большевизма, как это вечное, громогласное, еврейское утверждение, что, по крайней мере, двое главных виновников большевизма не были евреями. (Керенский и Ленин. — Примечание переводчика). Оспаривать, среди сотен имен, еврейское происхождение только для двоих, конечно, прием неудачный, а помимо сего, отсутствие еврейской крови в Керенском является еще делом далеко не доказанным.
«Но вот Ленин, — говорят еврейские защитники, — Ленин, глава и мозг всего — Ленин не еврей!» Может быть, но зачем выпускал он не раз свои прокламации на еврейском языке? Зачем окружил себя евреями? Почему он отменил христианское воскресенье и ввел еврейскую субботу? Объяснение этого, может быть, в том, что он женат на еврейке.
До сих пор зато никто не сомневался в национальности Троцкого: он еврей и зовут его Лейба Бронштейн. С некоторого времени евреи любят кричать, что Троцкий, де, сам заявил, что он вообще не принадлежит ни к какому вероисповеданию. Может быть, это и правда. Но к какой-нибудь вере он все же должен принадлежать. Чем иначе объяснить, что христианские церкви превращали в конюшни, бойни и танцульки, тогда как еврейские синагоги оставались нетронутыми? И почему христианское духовенство должно было производить уличные работы, тогда как раввинов оставляли при их должностях неприкосновенными? Может быть, Троцкий и не принадлежит более ни к Читать далее...

Цель настоящей главы двоякая: с одной стороны установить, что говорят Протоколы о связи между прессой и мировой программой, с другой — познакомить читателя с еврейским влиянием в прессе.
Еврейская раса всегда отдавала себе ясный отчет в той пользе, которая проистекает от быстрого получения сведений о событиях. С ранних времен такое получение являлось одним из главных факторов еврейской силы в европейской торговле. Быть осведомленным заранее, знать, что наступило, прежде чем узнают об этом окружающие неевреи, являлось одним из преимуществ евреев, благодаря тесному контакту, в котором находились рассыпанные на огромном пространстве еврейские группы и общины. С самого начала они были самыми искусными передатчиками новостей. они были даже изобретателями особых осведомительных циркуляров. Из этого, однако, вовсе не следует, что евреи были предшественниками или «крестными отцами» современной прессы. В их намерения вовсе не входило осведомлять всех о новостях; для них было гораздо важнее тайно пользоваться ими для своей выгоды. Политические, хозяйственные и торговые новости, которые передавались по всей Европе от одной еврейской общины к другой с быстротой, не соответствующей существовавшей в то время обстановке, являлись как бы общим еврейским достоянием, из которого каждая община черпала и передавала другой все сведения о том, что происходит: о войне, о торговле, о новых событиях и вообще о чем угодно. В течение столетий евреи являлись народом лучше всего осведомленным. Из своих тайных источников при дворах и государственных канцеляриях, от привилегированных евреев, которые внедрялись во все правительственные места, вся раса получала сведения о мировых событиях. Повсеместно содержались еврейские разведчики. Далеко в глубине Южной Америки, в то время, когда британские и голландские поселения в Северной Америке только что начинали появляться, уже жили евреи в качестве форпостов еврейских торговых интересов. Вся земля была покрыта соглядатаями, работающими в интересах еврейской расы, подобно тому, как и теперь весь земной шар находится под зорким наблюдением еврейских агентов — по большей части неевреев — по части осведомления об открытии новых источников золота.
Интересный исторический пример того, как ценят евреи получение новостей, находим мы в биографии Натана Ротшильда. Ротшильд построил все свои планы на том, что находящийся в то время в изгнании на острове Эльбе император Наполеон окончательно и бесповоротно выбыл, как активный фактор, из европейской политики. Наполеон неожиданно вернулся и в течение ста дней его власти в 1815 году казалось, что все финансовые планы Ротшильда обречены на гибель. Этот финансист лихорадочно поддерживал Англию и Пруссию и, когда началась битва при Ватерлоо, никто не был так заинтересован в ее исходе, как он. Ротшильд не переносил вида крови, лично был трусом и при малейшем признаке насилия терялся. Однако, интерес к битве, от исхода которой зависели его судьба и состояние, был настолько, силен, что он поспешил в Бельгию, следовал там за английскими войсками и, когда началось сражение, спрятался близ Гюгемона в убежище, безопасном от пуль, откуда он целый день следил за ходом сражения. Когда Наполеон отдал приказ о последней, отчаянной атаке, он пришел к ясному выводу. Позднее он сам рассказывал, что в эту минуту он воскликнул: «Дом Ротшильда выиграл сражение». Он стремительно удалился с поля сражения и быстро прискакал в Брюссель, не говоря ни слова любопытным, которые ему по дороге встречались. Здесь он нанял лошадь за очень дорогую цену и галопом поскакал в Остенде. В это время на море бушевала страшная буря и ни одно судно не решалось выйти в море. Ротшильд обычно боявшийся самой малой опасности, совершенно забыл всякий страх, в виду перспектив фондовой биржи. Он предлагал 500, 800 и, наконец, 1000 франков морякам, которые согласились бы переправить его в Англию. Охотников не находилось. Наконец, один моряк согласился пуститься в море, если Ротшильд выдаст вперед 2.000 франков его жене. Полумертвыми достигли они берега Англии, но Ротшильд без промедления заказал себе курьерских лошадей и поспешил в Лондон. ехали сломя голову, не жалея кнута. В то время не было телеграфа и быстрых способов сообщения. Утром 20 июня 1815 года, когда Ротшильд появился на бирже на своем обычном месте, никто в Англии еще не знал того, что было ему известно. Он был бледен и утомлен. Его вид навел других посетителей биржи на мысли, что он получил дурные известия с фронта, тем более, что он совершенно спокойно продавал свои ценные бумаги. «Как! — Ротшильд продает!» — пошел разговор. Курс быстро стал падать, настоящая паника овладела биржевыми маклерами и рынок был наводнен бумагами государственного займа, а в это время все, что предлагалось, скупалось агентами того же Ротшильда! Так шло дело 20 и 21 июня. При конце второго делового дня все шкатулки Ротшильда были переполнены ценными бумагами. Вечером прибыл курьер в Лондон с известием, что Веллингтон победил, а Наполеон бежал. Но Читать далее...

Совет не русское, но еврейское учреждение. Но он не есть современное изобретение евреев, не есть новая политическая идея, принадлежащая разным Троцким. Его происхождение древнееврейское, это — форма управления, которую евреи ввели у себя после завоевания Палестины Римлянами, с целью сохранить свою обособленность и расовую и национальную жизнь.
Современный большевизм, который ныне является простой оболочкой издавна задуманного удара, при помощи которого должно быть установлено господство одной расы, тотчас же установил советы, как форму государственного управления потому, что евреи всех стран, принимавшие участие в русском большевизме, издревле были обучены устройству советов и управлению при их помощи.
Совет упоминается в «Протоколах» под древним именем «Кагал». В 17 протоколе говорится: «Уже и в настоящее время наши братья обязаны доносить на отщепенцев из собственного своего семейства и на всякого, кто не подчиняется кагалу. Когда наступит наше царство, все подданные государства должны будут нести такую же службу».
Каждый, кто знакомь с современной жизнью евреев, знает, что значит донос на отщепенцев. Преследования которым подвергаются евреи, принявшие христианство, или сыновья и дочери строго правоверной еврейской семьи, которые женятся или выходят замуж за неевреев, по жестокости своей не имеют ничего себе подобного у остального человечества.
Недавно, в одном из Западных Штатов Америки, молодая образованная еврейка вышла замуж за нееврея, издателя газеты. С того момента, как она открыла свое намерение, с ней начали обращаться, как с отпавшей. Если бы она умерла каким-либо постыдным образом или предалась самому бесчестному ремеслу, презрение к ее судьбе не могло бы быть сильнее того, что проявили к ней с этого момента. Мрачный похоронный обряд был выполнен с упоминанием ее имени, и в день ее свадьбы она была объявлена умершей для своего народа.
Описанный случай не является чем-то особенным. Захватывающий рассказ можно найти в жизнеописании Спинозы, великого философа, которого ныне евреи охотно выставляют, как красу своего народа. Ход его мышления привел его к сомнению в истинности раввинских догматов, — тех «правил человеческих», о которых говорит Новый Завет. Так как Спиноза в то время был еще незаметной личностью, то прежде всего прибегли к влюбленному евреями способу, — подкупу. Мне следовало бы подумать прежде, чем применить выражение «излюбленный евреями способ подкупа», если бы, увы, это не было правдой. В нас нет склонности по низким мотивам говорить клевету, но история еврейского народа, написанная евреями, дает целые горы доказательств тому, что подкуп является надежным и излюбленным оружием евреев. То, что мы знаем об этом в настоящее время, подтверждает, что в этом отношении ничего не переменилось Еврейский писатель Иаков Израэль де Хаан (Haan), голландский адвокат в Иерусалиме, недавно констатировал тот факт, что подкупность арабской печати подает большие надежды к тому, что арабская агитация против евреев в Палестине в итоге прекратится. Он пишет: «Между арабами идет оживленная агитация против того, что они называют сионистской опасностью. Но арабы и в особенности арабские газеты легко поддаются подкупу. Благодаря этой слабости они проигрывают при пробеге на дальнее расстояние».
Итак Спинозе предложили 1.000 гульденов в год с тем, чтобы он молчал о своих убеждениях и время от времени появлялся в синагоге. С презрением он отклонил это предложение, решив добывать средства к жизни шлифовкой линз для оптических инструментов. Вследствие этого его извергли из общины. Вот как это описывается:
«Наконец наступил день извержения и огромная толпа собралась, чтобы присутствовать при этом мрачном обряде. Началось с того, что молча и торжественно зажгли установленное количество черных свечей и открыли Скинию Завета, в которой лежали книги Моисеева закона. Этим путем воображение верующих было подготовлено к восприятию ужаса в дальнейшем. Верховный раввин, друг и учитель, а теперь злейший враг осужденного, должен был привести в исполнение приговор. Он стоял, полный скорби, но непреклонный, а народ напряженно смотрел на него. Вверху, на хорах находился кантор, который пел громким и жалобным голосом слова проклятия. Время от времени в слова проклятия врывались пронзительные звуки трубы. Вдруг черные свечи перевернули и тающий воск их капля за каплей начал падать в большой сосуд, наполненный кровью». (Льюис (Lewes), «История философии в биографиях»).
«После этого была прочитана окончательная формула проклятия: «Именем Ангелов и Святых извергаем мы тебя, Борух Спиноза, проклинаем и изгоняем с согласия старейших и всей святой общины, пред лицом сих священных книг. Силою 613 заповедей, кои в них содержатся, проклинаем мы тебя проклятием Иисуса Навина, проклявшего Иерихон, проклятием, каковым Елисей проклинал детей своих, и всеми проклятиями, что написаны в законе. Да будешь ты проклят во дни и в нощи, во сне и во бдении, при входе и при Читать далее...

Прежде чем приступить к подробному изучению связи между программой, изложенной в «Протоколах Сионских Мудрецов», и ее осуществлением, насколько это можно проследить в жизни народов, мы рассмотрим те планы, осуществление которых в момент составления Протоколов еще являлось задачей будущего. Нужно отдать себе ясный отчет в том, что все то, что в 1896-1905 году было будущим, теперь может быть уже прошедшим, и то, что тогда было планом, теперь уже может быть действительностью. Вспомним только сказанное в Прот. 22: «Я старался тщательно раскрыть тайны прошедшего и будущего, равно как тех важных событий ближайшего будущего, к которым мы идем в потоке великих кризисов». Некоторые из этих «важных событий» уже совершились и они бросают яркий свет на вопрос, которым мы здесь занимаемся.
Доказательный пример, который еще свеж в памяти всех, дала мировая война. Еврейская критика против настоящих статей подняла, было, большой крик по поводу того, что одна из них была посвящена еврейскому вопросу в Германии, где он такой острый. Эта критика пыталась внушить всем ложное мнение, будто бы эти статьи ничто иное, как хитрая немецкая послевоенная пропаганда. В действительности дело обстоит так, что ряд статей, которые должны были быть посвящены изучению положения еврейского вопроса в разных странах, нужно было отложить для того, чтобы без замедления ознакомить американцев с еврейским вопросом в его самом остром применении. Германия же в настоящее время занимает едва ли не первое место, за исключением Соединенных Штатов, среди других стран, где еврейское влияние внутри и во вне является преобладающим. Показать это можно было бы на большом количестве примеров, гораздо большем, чем это имело место в главе второй. (Приведенные там примеры, между прочим, сперва оспаривались еврейскими защитниками, но позднее были признаны правильными). С тех пор общее настроение, создавшееся в Германии, сделало то, что большинство евреев смылось с официальных должностей. Воля германского народа приложила все свои силы для того, чтобы политическое управление вновь перешло в немецкие руки. Освободилась ли однако благодаря этому Германия от евреев? Этого никак нельзя сказать. Еврейские окопы шли дальше и глубже и не ограничивались только всем непосредственно видимой публичной властью. Их влияние на главные отрасли промышленности, на финансы и на будущность Германии вовсе не стало слабее, — оно все еще существует непоколебимо.
Здесь мы говорим о Германии в связи с еврейским вопросом по особым мотивам. Как всем известно, клич об «аннексиях» впервые раздался из Германии как раз в то время, когда вся германская военная деятельность в целом и настроение народа находились под еврейским влиянием. «Аннексии» был клич, который раздавался во всем мире. И вот из Соединенных Штатов, страны, которая в то время никакого участия в войне не принимала, в ответ раздался контр-клич: «никаких аннексий». Таким путем из этого создался мировой вопрос. Под влиянием этого, народы очень скоро совершенно забыли о потоках крови сражений, о спекулянтах на этой крови и о всех других ужасах и занялись лишь одним вопросом, вопросом об «аннексиях», который, собственно говоря, мог возникнуть только в конце войны, а никак не при ее начале. Вопрос о брошенном лозунге «аннексий» становится в особенности интересным, при всей его неясности, для всего мира, если знать, кто были те лица в Германии, от которых зависела формулировка целей войны, и кто в то же самое время были главными советчиками внешней политики в Соединенных Штатах. Вполне ясным становится этот вопрос только тогда, когда прочтешь Протоколы, время происхождения которых, по всей вероятности, относится к 1896 году, хотя они и сделались известны всему свету только теперь. Что они были написаны не позднее 1905 года, не подлежит никакому сомнению.
Второй Протокол имеет своим предметом войну. Вот как он начинается: «Для наших целей необходимо, чтобы войны, по возможности, не влекли за собой увеличения территорий. Этим путем войны получают экономическую окраску, и народы почуют силу нашего превосходства по той помощи, которую мы в этом вопросе окажем».
Кому между 1896 и 1905 годами могла придти в голову мысль, что новый лозунг «без аннексий» найдет себе применение в войнах? Кому-нибудь из нас? Какому-нибудь государственному деятелю? Но нам известно, что генеральные штабы занимались планами и операциями возможной будущей войны. Нам также известно, что государственные люди, которые сознавали лежащую на них ответственность, работали над созданием мыслимого равновесия между различными интересами, благодаря чему возможность войны делалась мало вероятной. Кто же вывел из строя при помощи простого лозунга «без аннексий» все эти планомерные и предусмотрительные начинания?
К счастью, ответ на этот вопрос дают сами бесспорные еврейские источники. В газете «American Jewish News» («Американские Еврейские Известия»), 19 сентября 1919 года на первой странице была напечатана статья под заглавием: Читать далее...

Теперь, казалось бы, читатель должен вполне уяснить себе способы, которыми Протоколы надеются добиться развала человеческих обществ. Чтобы понять значение различных противоречивых течений, которые обращают современную нам действительность в безнадежную кашу, необходимо уяснить себе вполне эти способы. Все те, которые запутались в шуме современных голосов и противоположных друг другу теорий и потому утратили мужество, найдут ключ для оценки этих голосов и определения значения этих теорий, если они поймут, что в создании господствующих ныне путаницы и упадка духа и лежит та цель, осуществления которой добиваются. Неизвестность, нерешительность, утрата надежды, страх и та жадность, с которой теперь ловят всякое новое обещание и любой проект для выхода из современного положения, — все эти настроения и являются тем, что, по планам изложенным в Протоколах, должно быть достигнуто. Создавшееся общее современное положение подтверждает действительность этой программы.
Эта программа для своего осуществления требует времени, и, действительно, Протоколы говорят, что она потребовала много времени — даже целых столетий. Всякий, кто углубится в эту проблему, найдет, что, начиная с первого века, программа, содержащаяся в Протоколах, являлась программой еврейской расы и ею проводилась в жизнь. Она потребовала 1900 лет, чтобы в результате получилось современное порабощение Европы, выразившееся в одних странах в политическом порабощении, а во всех без исключения в порабощении экономическом. Но в Америке эта программа потребовала всего лишь 50 лет для того, чтобы добиться того же результата. Ложно понятые идеи либерализма совместно с беспорядочными идеями терпимости к еврейскому происхождению, которые к тому же были совершенно затуманены тактикой протоколов, были привезены в Америку. Здесь, под покровом слепого, наивного и ложного либерализма с одной стороны и такой же терпимости с другой, при помощи современного способа фабрикации общественного мнения, удалось создать такое порабощение всего нашего уклада общественной жизни, которое приводит в удивление европейских наблюдателей. Некоторые выдающиеся исследователи еврейского вопроса, которых еврейские публицисты охотно клеймят кличкой «антисемиты», почерпнули понимание этого вопроса не из наблюдений, которые они собрали в Европе, а из быстрого и очевидного развития американского положения дел.
Центр еврейской силы и главные осуществители еврейской программы находятся в Америке. Могущество Соединенных Штатов, которое было использовано для поддержки сильного еврейского давления, явилось рычагом, посредством которого Версальскую Конференцию побудили усилит еврейское могущество в Европе. Это совместное действие с окончанием Мирной Конференции однако не прекратилось.
Весь метод протоколов может быть выражен одним словом: «разложение». Уничтожение ранее созданного, создание длинного и безнадежного переходного безвременья, а течение которого все стремления к обновлению терпят крушение, постепенная усталость общественного мнения и ослабление уверенности в себе до тех пор, пока те, которые находятся вне этого хаоса, не протянут свою сильную руку, чтобы захватить господство, — вот в чем состоит весь метод. Если сравнить мнение о человеческой природе; изложенное в протоколах, с утверждением евреев о том, что выполнение мировой программы в значительной мере уже осуществилось, то некоторые пункты этой пропаганды разложения становятся довольно ясными, однако далеко не все. Одни пункты этого метода рассмотрены в этой главе, другие, широко захватывающие план будущего, будут рассмотрены нами позднее.
Первый натиск еврейства направлен против коллективных мнений, т. е. против группы идей, которые в силу присущего им внутреннего совпадения сплачивают большие союзы людей в политическое, расовое, религиозное или социальное единство. Иногда эти идеи обозначают словом «принципы», иногда словом «идеалы». Но как бы их ни называли, несомненно одно: они являются невидимою связью единства, общей верою и связующей силою союзов, основанных на единении и верности. Протоколы высказывают мысль, что против этих духовных сил должен быть направлен первый удар. Соответственно с этим еврейская пропаганда во воем мире направлена к тому, чтобы поколебать этого рода коллективных устои, Ведь «колебать» в общепринятом смысле вовсе не значит делать дурное или бесчестное. Большое влияние всякой ереси, всякого протеста против отжившего основывается на том, что новые мысли влекут к себе также и людей честных и склонных к добру. Объяснение, почему явление, по природе своей ложное, нашло для себя такую твердую почву в современной жизни, заключается в том, что все мнимые истины убеждают, воодушевляют и с виду представляются доброкачественными и справедливыми. Только после долгой работы во имя ложных идеалов, которые выражаются однако в убедительной, воодушевляющей и с виду моральной форме, становятся ясными дурные плоды этой работы, которые проявляются в неразумных, разлагающих и в корне Читать далее...

«При современном потрясении всех существующих авторитетов, наша
сила явится более несокрушимой, чем какая-либо иная, ибо она останется невидимой,
пока не окрепнет настолько, что никакая хитрость не будет в состоянии под
нее подкопаться». Прот. 1.

«Для наших целей безусловно необходимо, чтобы, по возможности, никакая война
не влекла за собой увеличение территорий. Благодаря этому война получить
экономическую окраску... При таком положении вещей оба противника будут поставлены
под контроль наших международных агентов, вооруженных миллионами глаз,
чей кругозор не стеснен никакими границами. Тогда наши международные права станут выше
узких национальных прав и начнут управлять правительствами так, как последние управляют
своими подданными». Прот. 7.

Если бы даже так называемые «Протоколы Сионских Мудрецов» были ничем иным, как литературной достопримечательностью, все же они должны бы обладать магической притягательной силою, благодаря жуткому совершенству изложенной в них мировой программы. Однако мнение, что они являются ничем иным, как литературным произведением, опровергается самим их содержанием; в них ясно сквозит притязание на истинное знание управления государством и через все их содержание проходит нить, по которой можно определить их настоящий характер. В них, помимо планов будущего, содержится как все то, что уже сделано, так и то, что намечается к исполнению в ближайшем будущем. Нет ничего удивительного, что, обозревая по ним современное состояние мира и общий ход событий, как он изложен в протоколах, интерес к ним, как литературной достопримечательности, уступает место напряженному вниманию, которое в свою очередь переходит в изумление и даже ужас.
Мы сделали несколько выписок из них, которые бросают свет на современное положение вещей в отношении уже достигнутых целей. Чтобы обратить внимание читателя на особо важные места, мы подчеркнем слова, являющиеся ключем повествования.
Прочтем изложенное в 9 протоколе:
«В действительности, пред нами нет более препятствий. Наше верховное правительство занимает настолько высокое, превыше всех законов положение, что оно по справедливости может быть названо могучим и сильным словом «Диктатура». Вполне сознательно я могу сказать, что в настоящее время мы являемся законодателями. Мы являемся судьями и творим суд и расправу. Мы господствуем, вооруженные сильной волей, потому что в наших руках находятся остатки некогда сильных, а теперь подвластных нам партий».
Вот цитата из 8 протокола: «Мы должны окружить наше правительство множеством политико-экономов. Политическая экономия является главной наукою, которую преподают евреи. Мы окружим себя блестящей толпой банкиров, промышленников, капиталистов и в особенности миллионеров, так как все будет зависеть от могущества денег».
Во всем сказанном видны большие притязания, даже, быть может, через чур большие, но, увы, им соответствуют действительные факты. Несмотря на это, указанные притязания представляют собою лишь введение к дальнейшим, которые намечаются, как долженствующие претвориться в действительность. Как видно из вышеуказанной цитаты 8-го протокола, еврейский элемент стремится стать во главе научной области, в которую входят политико-экономические науки, что им уже и достигнуто в действительности весьма успешно. Евреи, таким образом, являются авторами тех ложных учений, которые побуждают массы стремиться к недосягаемым экономическим целям, а равно и тех популярных сочинений, которые поддерживают в различных классах заблуждение, что политико-экономические теории являются реальными политико-экономическими законами. Идеями и теориями, как средством для социального распада, пользуются, как евреи научные деятели, так и евреи-большевики, одинаково. Может быть, когда это станет известно во всех подробностях, общественное мнение изменит свой взгляд на значение доктринерских и радикальных учений. Из 9-го протокола видно, что еврейская сила в настоящее время представляет собой «Сверх-правительство». Выражение это мы находим в самом протоколе, что несомненно показательно. Ни одна нация не в состоянии осуществить все те цели, к которым она стремится, но еврейская мировая сила достигает этого, хотя требования ее выходят далеко за пределы простого равноправия с неевреями. Мы — «законодатели», — говорят Протоколы, и действительно еврейские влияния участвуют в законодательной кухне сильнее, чем кто-либо мог себе это представить, кроме посвященных. В течение последних десяти лет еврейская международная сила или другими словами группа международных евреев управляла целым светом. Более того: они были настолько могущественны, что могли мешать проведению полезных законов, а в тех случаях, когда такой законопроект принимался и делался законом, при помощи их влияния он получал толкование, парализующее его благие цели. Это можно было бы доказать большим количеством фактов. Способы, которыми это достигалось, изложенные в протоколах лишь поверхностно, были уже Читать далее...

«Заканчивая программу нашей теперешней и будущей деятельности, я
ознакомлю вас с основными положениями содержащихся в ней теорий — Проток. 16.
Во всем, о чем я до сих пор с вами беседовал, я старался тщательно изобразить
тайну прошедших и будущих событий, а равно и тех важных явлений ближайшего
будущего, к которым мы приближаемся в потоке великих кризисов; этим я преднамечаю
тайные принципы наших будущих отношений к неверным и наших финансовых
операций. — Протокол 22».

Протоколы, которые представляют собой наметку еврейской мировой программы, состоят из четырех главных отделов. Отделы эти прямо не указаны в документах, но такое деление само собой напрашивается по ходу мыслей, в них изложенных. Есть еще и пятый отдел, который содержит в себе всю программу в целом, но тема эта проходит через все Протоколы: то тут, то там она лишь принимает форму определенных выражений. Четыре главных ее отдела представляют собой крепкие суки, от которых разбегаются многочисленные ветви.
Прежде всего излагается еврейский взгляд на человеческую природу, под которой разумеется духовная сущность неевреев. План, содержащийся в протоколах, несомненно мог придти в голову только такому человеку, который вероятность его успешного достижения с самого начала строил на определенном суждении о пошлости и низости человеческой природы, — характеристика, которую протоколы неизменно дают нееврейской сущности.
Во-вторых, говорится о том, что уже сделано для осуществления плана.
В-третьих, даются подробные указания, какие средства должны быть пущены в ход, чтобы программа могла осуществляться и в дальнейшем. Уже из этих рекомендуемых средств можно было бы сделать вывод о низкой оценке человеческих свойств, на чем и построен весь план, если бы это не было прямо указано в дальнейшем изложении.
В-четвертых протоколы перечисляют успехи, достигнутые в отдельности ко времени записи протоколов. Теперь, конечно, достигнуты и другие успехи, к которым в то время лишь стремились, ибо не надо забывать, что между 1905 и 1920 годами было достаточно времени для того, чтобы пустить в ход разного рода влияния и достигнуть известных целей. Из второго абзаца эпиграфа к настоящей главе видно, что докладчик знал что близятся события «в потоке великих кризисов». Что это уже было в то время известно, можно усмотреть и из других еврейских источников, помимо протоколов.
Если бы наша книга имела целью изложить еврейский вопрос по методу формального исследования, то для того, чтобы заслужить доверие читателя, эта глава должна бы начаться прежде всего с изложения отдельных фактов, о которых мы упомянули выше под рубрикой «во вторых», говоря о четырех главных отделах. Причина, почему мы начинаем с изложения еврейского взгляда на человеческую природу, заключается в желании с места удовлетворить законный интерес читателя, в особенности если он нееврей. Еврейский взгляд на человеческую природу знаком нам по многочисленным источникам, и он вполне совпадает с тем, что по этому предмету говорится в Протоколах, тогда как всегдашним самообольщением неевреев было считать основою человеческой жизни достоинство и благородство. Если мы хорошо осветим этот вопрос со всех сторон, то едва ли будет подлежать сомнению, что еврейский взгляд окажется наиболее правильным. Равным образом глубоко справедливо, увы, и то презрение к человечеству, которым полны Протоколы, хотя сознавать это и горько для нашей гордости и тщеславия.
Перелистывая протоколы в поисках за главными местами, где высказывается этот взгляд, мы найдем довольно полное философское обоснование мотивов человеческих поступков и свойств. Так например, в первом протоколе значится: «Нужно твердо помнить, что людей со злыми инстинктами больше, чем с хорошими. Поэтому желательных результатов в людской среде скорей можно достигнуть не посредством академических доказательств, а путем внушения страха и принуждения».
«Всякий стремится к власти, каждый желает по возможности повелевать и только немногие остановятся перед тем, чтобы для достижения желанной цели пожертвовать благом других. Человеческая масса подчиняется туманным миражам страстей и мнений, привычкам, преданиям и побуждениям чувств, она склонна к распадению на множество партий, что препятствует всякой высшей форме общественности даже и тогда, когда она покоится на вполне разумных основаниях. Всякое решение масс зависит от случайного, арифметически подсчитанного большинства, которое благодаря своему незнанию глубин и тайн политической жизни приходит всегда к бессмысленным решениям. влекущим за собой анархию. При выработке целесообразного типа действий нужно всегда считаться с пошлостью, неустойчивостью и переменчивостью масс ... Никогда не следует упускать из вида, что сила, проявляемая массами, слепа, неразумна, бессмысленна и вечно склонна прислушиваться к речам то правых, то левых. Во всех случаях, когда мы вступали в неизбежные для нас сношения с массами, наше торжество над ними обеспечивалось Читать далее...

Лица, которые охотнее занимаются теорией еврейского мирового господства, чем изучением влияния этого господства на современный мир, чаще всего ссылаются на те 24 документа, которые известны под названием: «Протоколы Сионских мудрецов». Они обратили на себя внимание всей Европы и еще недавно вызвали бурный обмен мнений в Англии; напротив, в Соединенных Штатах ими занимались очень слабо. Это именно те документы, исследование которых было предпринято год тому назад Департаментом Юстиции и которые были изданы в Лондоне государственной типографией британского правительства Ейр и Спетиссвуд.
Кто дал этим документам впервые название «Протоколов Сионских мудрецов», неизвестно. Без большого искажения из них можно было бы исключить всякий намек на их еврейское происхождение, и все-таки, все главные пункты программы мирового порабощения в таком широком объеме, какого еще никогда не знал мир, остались бы во всей своей неприкосновенности. Только отсутствие указания на их еврейское происхождение внесло бы в протоколы ряд противоречий, которые ныне в них отсутствуют. Конечной целью, поставленной в протоколах, является разрушение всего уклада государственного управления современного человечества, чтобы взамен его создать новую мировую силу в форме неограниченной правящей власти. Такой план не мог возникнуть ни в одном из правящих классов, которые ныне обладают полнотой государственной власти. Скорее его могли создать анархисты. Но последние не стремятся к созданию формы правления в виде неограниченной единоличной власти. Пожалуй можно себе представить автора такого плана в виде сообщества французских революционеров, в роде тех, которые жили во времена Французской революции с хорошо известным Герцогом Орлеанским во главе. Но такие революционеры больше не существуют, а между тем изложенная в Протоколах программа находится в состоянии длящегося осуществления и не только во Франции, но и во всей Европе и, в особенности, в Соединенных Штатах.
В том виде, в каком Протоколы стали теперь известны, — а нужно думать, что это была их первоначальная форма, — в них нельзя обнаружить противоречий. Указание на еврейское авторство является существенным для внутренней связи их, как целого. Если бы они являлись подделкой, за которую их выдают еврейские подголоски, то лица, их подделавшие, не преминули бы подчеркнуть их еврейское происхождение настолько ярко, чтобы антисемитская цель их бросалась каждому в глаза. А между тем слово «еврей» встречается в них всего два раза. Лишь при внимательном их изучении, чего средний читатель в такого рода вещах не делает, представляется возможным уяснить себе план установления будущего мирового самодержца и тогда только становится ясным, из какого лагеря это исходит.
В то же время все эти документы не оставляют ни малейшего сомнения в том, против кого именно направлен план. В них не говорится о борьбе с аристократией, капиталом или правительством, как таковыми. Наоборот, там даются совершенно определенные указания, каким путем нужно создавать аристократию, капитал и правительство. Весь план направлен против всех народов мира, которым дается общее имя «неверных». Частое упоминание о «неверных» устраняет всякое сомнение о цели, которую имеют в виду документы. Большинство даваемых там указаний по части распространения разлагающих «свободолюбивых» мыслей имеет целью заручиться содействием народных масс, как средством, доведя их при том до такого состояния вырождения и духовной смуты, которое обратило бы их в лишенное всякой воли орудие. Рекомендуется поощрять всякого рода освободительные движения и сеять всюду разлагающие учения в области религии, экономической, политической и домашней жизни, чтобы расшатать человеческие общества. Расчет в том, чтобы, когда наступит время увенчать весь план, народ уже не мог этого заметить и подчинился ему, даже если обман вышеуказанных учений был бы обнаружен.
В протоколах не говорится: «мы, евреи, желаем сделать то-то». Фраза всегда строится так: «неверных надо заставить думать то-то и то-то или поступать так-то и так-то». За исключением двух-трех мест в последних протоколах, для обозначения расового различия мы неизменно встречаемся лишь с выражением «неверный». Так например, в первом протоколе мы читаем: «Драгоценные качества народа — честность и чистосердечие — в политике должны почитаться пороками, так как они ведут к погибели вернее и несомненнее, чем злейший враг. Эти качества являются отличительными признаками политики неверных; мы не будем руководствоваться ими». Далее написано: «На развалинах наследственной аристократии неверных мы воздвигнем аристократию наших образованных классов и выше всего поставим аристократию денег. В основание этой новой аристократии мы положим богатство, которым мы владеем, и науку, которая будет направляема нашими мудрецами». Наконец, сказано: «Мы заставим увеличивать рабочую плату, что, впрочем, будет бесполезно для рабочих, так как в то же самое время мы увеличим цену на необходимые предметы Читать далее...

«Мы являемся народом — нацией. Когда мы падаем, мы обращаемся в
революционный пролетариат, в унтер-офицеров революционных партий.
Когда мы идем в гору, вместе с нами растет страшная сила наших капиталов».

Теодор Герцль.

С появлением этих статей заклятие, лежавшее до тех пор на еврейском вопросе и на еврейской программе мирового господства в нашей стране, прекратилось. Стало возможным пользоваться словом «еврей» при обсуждении серьезных вопросов без страха и запугиваний. До сего времени право пользоваться этим словом составляло особую привилегию еврейских публицистов, которые применяли его исключительно в целях хорошо обдуманной и благожелательной пропаганды. Они получили даже возможность требовать изъятия из программы школьного преподавания некоторых мест из Шекспира, ссылаясь на неудовольствие вызываемое ими среди евреев, или удаления из Бостонской библиотеки картины Саргента, потому, что она изображала синагогу в упадке. Но если с нееврейской стороны делался какой-либо намек на то, что нееврей раскусил еврея, то с невероятной быстротой начинался вопль о предубежденности.
Следствием этого явилось такое стеснение в речах, примеры которого редко можно было встретить в нашей истории. — Например, на одном парадном обеде один из ораторов употребил в своей речи слово «еврей», желая обозначить им деятельность одного еврейского банкира. Один из гостей, еврей, вскочил и обратился к оратору с вопросов считает ли он приличным для американца употреблять это слово для обозначения целой нации. Оратор ответил с уверенностью «да», что было встречено общим одобрением слушателей. В той местности, где этот случай имел место, языки деловых людей долгое время были связаны тем неписанным законом, который гласил, что евреев ни в коем случае нельзя называть евреями.
Еще год тому назад никто не мот бы подумать, что такая газета, как «Chicago Tribune», признает за правильный политический шаг для ежедневной газеты поместить редакционную статью о еврейской программе мирового господства, притом на первой странице и в первом столбце, а в заглавии напечатать жирным шрифтом слово «еврей» и оставить в тексте статьи это слово везде без изменения. Обычно поступали так, как делала одна газета восточных штатов: везде, где в статье встречалось выражение «международный еврей», его заменяли словом — международный «финансист».
Итак 19 июня 1920 года «Chicago Tribune» поместила на первой странице, в первом столбце каблограмму своего специального корреспондента Джона Клайтона под заглавием: «Троцкий ведет еврейских радикалов к мировому господству. Большевизм только орудие для достижения определенного плана». Начало ее гласит:
«В течение последних двух лет, офицеры разведки и сотрудники различных секретных служб Антанты доносят о всемирном революционном движении вне большевизма. Вначале эти два течения в донесениях смешивались в одно, но в настоящее время нити, на которые удалось напасть, все более и более распутываются». Мы уже имели случай заметить, что и наша разведка располагала такими же сведениями, хотя, надо думать, в силу еврейского влияния на правительство, разведывание не велось с должной выдержкой. Во всяком случае мы знаем из еврейских источников, чтобы не называть других, что Министерство Юстиции Соединенных Штатов в течение последнего времени заинтересовалось вопросом настолько, что приступило к расследованию. Так или иначе достойно внимания, что правительственные чины Антанты выказывали интерес к этому вопросу в течение двух лет. Это — факт, который должны себе заметить те лица, которые утверждают, что весь этот вопрос выдуман немцами.
В самом деле, возникновение еврейского вопроса мыслящих людей Америки вызывает неизменно возражение с еврейской стороны, что это является немецким продуктом ввоза и что антисемитская волна, затопившая Германию и очистившая новое германское правительство от еврейского революционного влияния, является лишь уловкой для того, чтобы свалить поражение Германии на евреев. Как раз теперь все американские раввины проповедуют, что, как учит всемирная история, всякая большая война всегда вела за собой новые «нападки» на евреев. Между тем на деле бесспорно только то, что всякая новая война открывала народам глаза на влияние, которое проявляли на ход ее международные еврейские денежные властители. Казалось бы, этот факт заслуживает более обоснованного объяснения, чем простая ссылка на «предубежденность». Далее статья, помещенная в «Трибуне», равно как и все прочие данные, подтверждают, что интерес к еврейскому вопросу далеко не ограничивается одной Германией; нельзя даже сказать, что там он проявляется всего сильнее. Напротив, самую большую деятельность в этом отношении проявили отделы секретной службы Антанты.
Во второй части указанной статьи проводится различие между большевизмом и еврейским стремлением к мировому господству: «Работа большевизма направлена на разрушение существующего общества и на международное братство рабочих, как Читать далее...

Все открытые защитники еврейства в объяснение антиеврейских выступлений приводят три причины, — три и не более: религиозное предубеждение, экономическую зависть и социальное оттолкновение. Не знаю, известно ли это евреям, но всякий нееврей знает, что у него нет религиозного предубеждения против евреев. Скорее можно допустить существование экономической зависти, поскольку всесторонний успех евреев привлекает к ним общее внимание. Некоторые еврейские защитники пытаются ослабить это внимание утверждением, что вообще в финансовых делах еврейского перевеса вовсе не существует, но такая лояльность по отношению к своему народу заходит уже слишком далеко.
Мировые финансы неоспоримо находятся под еврейским господством: их решения и планы являются для нас законом. Но финансовое преобладание какого-нибудь народа еще не есть достаточное основание для предубежденности против него. Если этот народ умнее и тоньше, прилежнее и выдержаннее нас, если он, наконец, обладает такими особыми способностями, каких мы, как раса низшая и более неподвижная, лишены, то ни у кого нет права требовать от него отчета в его поведении. Но экономическая зависть дает лишь некоторое объяснение антиеврейских настроений. Сама по себе она недостаточна для объяснения еврейского вопроса хотя бы потому, что финансовое превосходство евреев является лишь частью всей проблемы. Что же касается социального оттолкновения, то на это можно сказать, что на свете существует гораздо больше неприятных неевреев, чем неприятных евреев, по той простой причине, что неевреев больше, чем евреев.
Ни один из еврейских заступников не упоминает о политической стороне вопроса; если же они ее вскользь касаются, то всегда ограничивают ее и придают ей местный характер. Дело идет не о патриотизме евреев, хотя во всех странах он находится под большим сомнением. Об этом можно узнать в Англии, Франции, Польше, России, Румынии и даже у нас, в Соединенных Штатах. Пишутся книги, публикуются и распространяются доклады, издаются умелые статистические данные, чтобы доказать, что евреи исполняют свой долг по отношению к той стране, где они живут. Все же несомненен тот факт, что, несмотря на все эти старания, противоположное мнение преобладает и держится упорно. Евреи, которые, сражаясь в войсках за свободу, исполняли свой долг и при том ради истинной любви и преданности, не могли в сердцах офицеров, солдат и гражданского населения изгладить впечатление, полученное от тех евреев, которые своего долга не исполняли.
Но дело заключается не в этом, когда мы говорим о политической стороне еврейского вопроса. Не трудно понять, почему евреи худшего мнения о других народах, населяющих мир, чем сами эти народы думают о самих себе. Ведь еврейская история это история странствований по всем народам мира. Если мы взглянем на современное еврейство, то увидим, что нет расы на нашей планете, которая проживала бы в стольких местах и среди стольких народов, как евреи. Они обладают более ясным мировым пониманием, чем любой другой народ, так как весь мир является ареной их деятельности. Мышление их всегда протекает в мировом масштабе, что для других народов, живущих в определенных границах, невозможно.
Нельзя обвинять евреев за то, что национальная верность и самосознание проявляются в них слабее, чем у коренных граждан любой страны: в течение столетий они были всесветными гражданами. Под любым национальным флагом еврей может проявлять требуемую от него, как гражданина и сожителя, корректность; однако его понимание значения этого флага будет всегда другое, чем у того, кто знает лишь одно знамя. Политический элемент рассматриваемого вопроса заключается в том, что евреи представляют собою особую нацию среди других наций. Некоторые заступники евреев, в особенности в Америке, это положение отвергают, но сам еврейский дух постоянно изобличает лживость их чрезмерных стараний. Причину, по которой наличность такой национальной особенности столь упорно отвергается, не всегда можно понять. Если бы Израиль пришел к сознанию, что его мировая миссия не может исполниться при посредстве золотого тельца, то, может быть, его мировая гражданственность по отношению к человечеству и его несокрушимая национальная замкнутость по отношению к самому себе оказались бы сильным и плодотворным фактором в деле создания человеческого единства, которому теперь поведение еврейства, как целого, так сильно мешает. Мир останавливается не на том факте, что евреи представляют собой нацию, а на том, какое употребление они делают из этого, никак и никем неустранимого факта. Народы пытались слить с собой евреев в одно целое, и такие же попытки к слиянию были сделаны и со стороны евреев. Но судьба, по-видимому, предуказала им вечную национальную обособленность, и как сами евреи, так и остальное человечество должны считаться с этим фактом; в нем нужно видеть вещее пророчество и стремиться найти пути к его осуществлению.
Теодор Герцль, один из величайших среди евреев, являлся одним из гласно выступавших Читать далее...

О чем вы говорите? Пока мы не будем держать в своих руках прессу всего
мира, все что вы делаете, будет напрасно. Мы должны быть господами газет
всего мира или иметь на них влияние, чтобы иметь возможность ослеплять
и затуманивать народы.

Барон Монтефиоре.

Нам приходится еще раз прервать наше исследование современного еврейского вопроса, чтобы познакомиться с появлением этого вопроса в другом виде, а именно, в газете «Hearts», в виде передовой статьи, более чем в два столбца, от 20 июня 1920 года, принадлежащей перу Артура Брисбейн. Назвать его самым влиятельным журналистом Америки было бы слишком много, но, во всяком случае, он принадлежит к той дюжине, чьи произведения больше всех читают. Поэтому, если журналист-писатель такой величины, как Брисбейн, начинает откровенно писать об этом вопросе, то это доказывает, что вопрос — приобретает здесь все большее и большее значение.
Брисбейн еврейского вопроса не изучал. По всей вероятности, в частной беседе он бы даже признался, что он, на самом деле, его вовсе не интересует, хотя такое признание трудно было бы согласовать с тем тоном уверенности, в котором он его обсуждает гласно. Однако, он способный журналист и знает, как нужно подойти к вопросу, когда требование момента заставляет газету высасывать из пальца определенное решение. Каждая раса имеет дурных и хороших, или из нее вышло известное количество выдающихся людей, или, наконец, она сыграла интересную роль в истории, — вот мысли, которые достаточны, чтобы написать удобочитаемую статью о любом народе, который когда-либо играл роль в человеческом общежитии. Изучать вопрос в его сущности для этого совсем лишнее. Подобно поговорить в одной-другой газетной статье о какой-нибудь народности, когда-либо выступавшей на арене человеческого общежития, — и достаточно, больше вопрос затронут не будет. Всякий газетный работник это знает. Но, все же, казалось бы, Брисбейн долгое время жил в Нью-Йорке, имел большие финансовые связи с большими группами нашей страны, несомненно успел познакомиться с ходом дел в недрах трестов и банковых групп и постоянно был окружен сотрудниками и советниками еврейской расы. Поэтому, он должен бы составить себе свое собственное мнение о предмете. Правда, высказывать мнение о расовых группах своей страны не входит в круг деятельности газетного работника: ведь, не дело экспонента на выставки высказывать мнение о владельцах других выставленных вещей. Право газеты допускать такой соблазн, равно как и случаи, когда она считает возможным это сделать, весьма немногочисленны.
Поэтому, раз Брисбейну представился случай писать о еврейском вопросе, то можно было заранее предсказать, что он напишет. Если чему можно удивляться, так это тому, что он вообще почувствовал потребность об этом писать. Неужели он мог счесть за гонение на евреев попытку положить начало выяснению причин их влияния в Соединенных Штатах и в других местах? Или со свойственной дельному газетчику проницательностью он понял, что представляется удобный случай обратить на себя благосклонное внимание самых влиятельных групп Нью-Йорка и всей страны? Или, наконец, — и это похоже на правду, — он хотел бы вообще обойти этот вопрос молчанием, но ему намекнули на необходимость соответственного выступления в виде воскресной передовой статьи и некоторые из акционеров газеты высказали по этому предмету свое мнение? Этим предположением мы вовсе не хотим порочить мотивы, побудившие Брисбейна к выступлению, а лишь желаем показать, от каких тонкостей зависят порой такого рода передовицы.
Более важно следующее: думал ли Брисбейн, что, написав воскресную передовую статью, он всерьез покончил с еврейским вопросом или что самый вопрос получил необходимое разрешение? Самая плохая сторона повседневной прессы в том и заключается: раз передовая прошла благополучно, не вызвав скандала, значит, дело, с точки зрения сочинителя, можно считать поконченным. Таково, по крайней мере, общее правило.
Будем надеяться, что г. Брисбейн не считает вопрос поконченным. Ему не следовало бы подымать столь тяжеловесный вопрос, не сделав ничего для его разрешения: в своей бойкой передовой статье он этого не сделал. У него встречаются даже ошибки, которые он должен бы исправить, изучив вопрос. «Как обстоит дело с финикийцами?» — спрашивает он. Ему следовало бы заняться этим вопросом, когда он изучал предмет. Тогда он не сделал бы грубой ошибки — ставить финикийцев в столь тесную связь с евреями; еврей этого бы не сделал. Но делать такую ошибку в статье в защиту еврейства, имеющей целью пропаганду среди нееврейских читателей, по-видимому, позволительно. Финикийцы сами, наверно, никогда не могли думать, что они находятся в какой-либо связи с евреями, а последние, уж конечно, этого и не подозревали. Уже не говоря о всем другом, финикийцы, прежде всего, отличались от евреев своим отношением к морю. Они не только строили корабли, но и плавали на них сами. Еврей же предпочитал доверять кораблю свой капитал, но не свою Читать далее...

«Мы должны принудить христианские правительства принять такие меры,
которые благоприятствовали бы осуществлению нашего обширного плана, близящегося
уже к победному завершению. Меры эти должны дать возможность выдержать
натиск возбужденного общественного мнения, что мы уже фактически организовали
при помощи так называемой великой державы» — прессы. За немногими исключениями
она уже в наших руках».

Седьмая книга «Сионских Протоколов».

Профессор одного американского университета однажды несколько лет тому назад, поехал по делам в Россию Он был сведущим человеком в одной из отраслей прикладной науки и тонким наблюдателем. Приехал он в Россию с ходячим в Америке готовым мнением о положении евреев в России и об отношении к ним русского правительства. Прожил он там три года, вернулся назад в Америку и вновь уехал в Россию примерно на тот же срок. По вторичном своем возвращении он признал своевременным основательно ознакомить американскую нацию с положением еврейского народа в России. Для этого он написал тщательно обработанную статью и послал ее издателю одного из первоклассных журналов Соединенных Штатов. Издатель пригласил автора к себе и беседовал с ними в течение почти двух дней; беседа эта произвела на издателя большое впечатление, но в заключение он объявил, что статью принять не может. Тоже повторилось со многими другими издателями влиятельных журналов. Случилось это не потому, что профессор не умел писать: издатели всегда охотно принимали все, что он напишет. И все-таки профессор не мог добиться, чтобы его статья об евреях была принята или напечатана в Нью-Йорке.
Все же в один прекрасный день еврейский вопрос был поднят статьей одного Нью-Йоркского журнала; статью эту можно сравнить с гранатой, брошенной из еврейского лагеря с целью, если возможно, взорвать весь вопрос в воздух и убедить всех, что такого вопроса вовсе не существует.
Достойно внимания, что большой журнал принял именно только эту одну статью о еврейском вопросе; было бы интересно вывести на свет Божий лиц, стоящих за кулисами этого журнала. Тем не менее, большая публика уже из этой статьи, задачей которой было доказать, что еврейский вопрос не существует, может многому научиться.
Мистер Виллиам Хард в июньском номере «Метрополитен», насколько было в его силах, очень искусно использовал эту статью, и несомненно, что все телеграфные и корреспондентские бюро, которые зорко следят за всякой похвалой по адресу евреев, уже послали бравым издателям «Метрополитена» приветствие по этому поводу за содействие дальнейшему убаюкиванию публики.
Надо надеяться, что статья Харда, в виду ее содержания, получила широкую огласку, так как из нее можно научиться многому, даже большему, чем хотел сам автор.
Прежде всего тому, что еврейский вопрос существует. Господин Хард говорит, что об этом вопросе говорят в парижских и лондонских салонах. Не вполне ясно, что должно доказать это упоминание о салонах; то ли, что сам предмет неважен и ничтожен, или широкую осведомленность Харда в этом вопросе. Далее он рассказывает, что какой-то доклад по еврейскому вопросу получил довольно широкое распространение в некоторых правительственных кругах Вашингтона. Затем он упоминает о каблограмме по этому вопросу, опубликованной нью-йоркским «Уорльд». По всей вероятности, его статья появилась слишком рано, почему он и не привел сообщение лондонского «Таймс» об вышеуказанном докладе.
Во всяком случае, читателю, интересующемуся фактическим материалом, Хард выдал секрет, что еврейский вопрос в действительности существует и при том занимает собой не подонки общества, а те круги, в которых чаще всего можно найти доказательства еврейского господства и работы. Он обнаружил не только это, но еще и то, что вопрос этот там обсуждается. Хард это категорически подтверждает. Если он не идет дальше и не признается в том, что вопрос очень серьезно обсуждается и изучается высокими сферами и притом людьми, имеющими международное значение и вес в собственной стране, то это зависит, вероятно, от двух причин: или ему это неизвестно, или упоминание об этом он считает ненужным для целей, преследуемых его статьей. Во всяком случае, Хард констатирует факт, что еврейский вопрос существует, что его изучают и при том изучают люди, которые способны судить о вопросе, о котором говорят.
Читатель получает впечатление, что еврейский вопрос носит на себе какой-то характер конспирации. Автор, однако, говорит, что сам он не верит в массовый заговор. Такое признание вызывает вздох облегчения, ибо для нееврейского мышления нет ничего более смешного, как массовый заговор, потому что нееврейский ум ничего более невозможного себе представить не может. Хард не еврейского происхождения и потому он должен знать, в какой мере заговор даже с благороднейшими намерениями не может существовать более или менее продолжительное время при участии в нем сколько-нибудь значительного числа заговорщиков неевреев. Неевреи для таких дел не созданы. Читать далее...

«Ради того мы должны начать организационную работу, чтобы
прежде всего доказать всему свету широту и силу нашего желания
свободы. Во-вторых мы должны организоваться для того, чтобы источники
нашей силы были нами осознаны и могли быть использованы... Организоваться,
организоваться, организоваться до тех пор, пока каждый еврей не встанет в строй
и не будет на счету либо на нашей стороне, либо, сознательно или бессознательно,
на стороне тех немногих, которые встали против своего народа».

Людвиг Д. Брандейс,
Судья высшего суда Соединенных Штатов.
«Сионизм», стр. 113,114.

Каждый, кто в Соединенных Штатах, либо в другой любой стране попробует заняться еврейским вопросом, должен быть готов выслушать упрек в антисемитизме или получить презрительную кличку «погромщика». Ему нечего ожидать поддержки ни со стороны населения, ни со стороны печати. Люди, обратившие внимание на этот вопрос, предпочитают выждать, к чему он приведет. По всей вероятности, ни одна американская газета и уж, наверно, ни один из рекламных журнальчиков, известных под названием «magazine», не посмеют даже серьезно намекнуть, что такой вопрос, действительно, существует. Обычная пресса в общем, в настоящее время открыта только для высокопарной хвалы всего еврейского (примеры этого можно найти везде), в то время как чисто еврейские газеты, число которых в Соединенных Штатах весьма значительно, заняты поношением и проповедью брани. Всякий писатель, издатель или человек, проявляющий интерес к еврейскому вопросу, почитается жидоненавистником; это считается единственно допустимым объяснением гласного обсуждения еврейского вопроса. По-видимому, это сделалось всеобщей idee fixe; у евреев эта идея наследственна. Непрекращающаяся пропаганда стремится внушить всем неевреям ту мысль, что всякое сочинение, в котором отсутствует слащавое отношение ко всему еврейскому, основано на предрассудке и ненависти; поэтому, де, оно всегда полно лжи, оскорблений, ругательств и науськивает на погромы. Эти выражения можно найти в любой еврейской статье, взятой наугад.
Казалось бы, нашим еврейским согражданам следовало в числе неевреев заметить и тот слой людей, которые признают существование еврейского вопроса и несмотря на это не являются антисемитами.
Само еврейство распадается на четыре партии, установить которые можно вполне точно. Во-первых, евреи, которые страстно желают сохранить без изменения еврейскую веру и еврейский жизненный уклад и готовы для этого принести любую жертву и поступиться своим успехом и расположением неевреев. Во-вторых, евреи, готовые принести необходимые жертвы для сохранения еврейской религии, но не придающие особого значения сохранению унаследованных жизненных еврейских привычек. В-третьих, евреи, не имеющие вообще никаких убеждений, евреи оппортунисты, стоящие всегда на стороне того, за кем успех. В-четвертых, евреи, которые верят и проповедуют, что единственный способ уничтожить противоречие между евреями и прочим человечеством заключается в полнейшей ассимиляции евреев с другими расами. Четвертая партия самая малочисленная, менее всего любимая и пользующаяся наименьшим уважением. Среди неевреев по отношению к еврейскому вопросу существует только две категории. Одни терпеть не могут евреев, не будучи в состоянии объяснить своего отвращения. Другие желают внести ясность в создавшееся положение и признают еврейский вопрос, как проблему. Обе категории, поскольку они выступают публично, подвергаются упреку в антисемитизме.
Выражение «антисемитизм» употребляют вообще слишком легкомысленно. Его следует применять только для обозначения активного антиеврейского настроения, основанного на чувстве и на предрассудках. Применение его без разбора ко всем тем, что желают выяснить еврейские особенности и причины их мирового господства может сделать лишь то, что эта кличка со временем обратится в выражение особо почетное и уважительное.
Антисемитизм неминуемо появится в Америке почти во всех видах; можно даже сказать, что он уже существует, и притом давно. Если он и значится под другим названием, то все же Соединенные Штаты не будут в состоянии изменить его сущности и его не постигнет участь многих других идей, которые, после кругосветного путешествия, достигли здешних берегов.

A

Большим шагом вперед для достижения ясности в этом вопросе было бы точно определить, что же подходит под понятие «антисемитизма».
1. Признание, что еврейский вопрос действительно существует, не есть еще признак антисемитизма. Если бы это было не так, то можно бы предполагать, что большинство американского народа несомненно сделается антисемитами, так как сознание, что еврейский вопрос существует, все более и более крепнет и число людей, пришедших к такому убеждению, несомненно будет увеличиваться по той простой причине, что практика обыденной жизни все более и более выдвигает этот вопрос. Факт, что еврейский вопрос существует. Возможно, конечно, закрывать перед этим Читать далее...