Взято с нашего ящика. Прислано Нурковой.
Не забудьте сказать ей спасибо!
Проблема психологии смысла жизни появилась для меня как парадокс в ходе изучения механизма неврозов. Оканчивая университет в 1956 году, я считал себя клиническим психологом и гордился полученными новыми знаниями о человеке, из которых следовало, что сутью функционирования личности является адаптированность индивида к миру и что в рамках личности действуют различные необходимые для приспособления механизмы… В те годы было трюизмом, что психические сложности вызваны социальными трудностями. Я знал, что бывает наоборот, но был уверен, что в принципе все-таки социальная дезадаптация затягивает петлю психических нарушений и стабилизирует процесс их закрепления. Поэтому такими странными казались случаи неврозов у людей, жизненная ситуация которых не давала к этому никаких поводов. Они были отлично адаптированы, эффективны, компетентны в своей профессии, ценились как специалисты, были известны как энергичные и отважные. За годы моей клинической практики я встречал все больше таких случаев, словно они только начали появляться как знамения времени.
С неопределенными жалобами типа «все не так» за помощью обращались люди в возрасте около 40 лет, в основном образованные, занимавшие хорошие должности. Их невротическая симптоматика была запутанной и охватывала практически все сферы жизни. Пациенты жаловались на раздражительность, утомляемость, отвращение к работе, конфликты на работе, зачастую проблемы с памятью, сложности в сексуальной жизни. Они жаловались, что охотнее всего лежат на диване и смотрят в потолок.
Если все так хорошо, то почему так плохо? Если они так хорошо адаптированы, то почему чувствуют себя так плохо? Ведь эти больные осуществили все, что от них требовали: «построили дом, вырастили сына, посадили дерево». Их жизненный баланс положителен. Значит, все в порядке. Почему же эти «воины» «не отдыхают после битвы», почему что-то их мучает, почему они чувствуют беспокойство, исходящее из таких глубинных слоев личности, что это дезорганизует психическую жизнь и социальные отношения?
Первый приходящий в голову ответ был тогда поразительным: может это только мне, молодому человеку, начинающему карьеру, кажется, что они всего добились. Может, они добились всего, что следует достичь, но не добились того, что важно для них?
Можно сказать, настаивая на терминологии теории адаптации, что эти люди были адаптированы к миру, но не адаптированы к себе, и это открылось лишь после достижения зрелости, в той фазе жизни, которая, казалось бы, уже не должна доставлять таких технических сложностей, которые доставляла фаза достижения зрелости.
Приведу описания трех клинических случаев экзистенциальных неврозов, очень разных, но имеющих одну основу.
Вот первый пример: У. , 45-летний председатель кооператива, обратился в центр психологической помощи. Его жалобы указывают на депрессию и переутомление, которые продолжаются уже давно, а сейчас, усилились. Длительный больничный и лечение в санатории не поправляют здоровье. Скорее, происходит ухудшение. Прежде он никогда не жаловался на физическое здоровье. Данные интервью позволяют утверждать, что его награждали на работе, он быстро шел в гору. Однако в ситуации болезни он чувствует себя плохо и намерен подать в отставку, может, даже выйти на пенсию. Тем не менее, терапевтические исследования указывают на хорошее состояние здоровья.
Удается выяснить, что в начале самостоятельной жизни У. хотел путешествовать. Он коллекционировал карты, собирал литературу о путешествиях. Он мечтал о дальних странах, переправах через горы, а оказался в кабинете председателя хорошо организованного кооператива, где неплохо зарабатывал. У него было множество хороших контактов с людьми, что позволило ему построить дом, покупать многие товары и обеспечить семье хорошие материальные условия.
Добавлю, что формулированию этих мечтаний юности, свободным беседам о них сопутствовало дальнейшее улучшение психического состояния. Симптомы невроза практически исчезли, и пациент приходил ко мне раз в неделю уже не столько за советом, сколько для того, чтобы рассказать о своих новых жизненных планах. Он окончил курсы экскурсоводов Туристско-краеведческого общества, наладил контакты и достаточно быстро организовал возможность выехать летом в дружественную страну как представитель бюро путешествий. Через год он оказался от работы в кооперативе.
Необходимо добавить, что со временем оказалось, что описанный выше образец экзистенциального невроза имеет многочисленные разновидности. Через несколько лет я понял, что возвращение к смыслу жизни, определенному в юности, не всегда полезно. Бывает, что сутью экзистенциального невроза является именно его осуществление, но этот смысл имеет дефектную форму. Его недостаток может заключаться в том, что эта «мечта» не была результатом выбора, формирования общей, собственной концепции, которую можно осуществлять в том или ином виде всю жизнь. Зачастую смысл жизни навязан, вынужден
Читать далее...