Приветствую, моя скромная обитель.
Я не помню сны, а в снах не помню посмотреть на свои руки. Говорят, на это уйдут годы. Ну что же. Я не спешу.
Я замедлила мир и извлекаю из него хорошее. Я так боялась майских праздников ещё месяц назад, но они прошли, и прошли превосходно.
Со дна можно смотреть только вверх. Как-то забываешь это со временем, начинаешь боятся падения. А ведь иногда это единственный способ заставить себя поднять голову.
Бывают моменты, когда даже насморку радуешься...
Каждый день я прохожу мимо почтамта, где на экране один и тот же клип именно в это время. Я хожу в кафе, где в обеденное время крутят те же самые песни. Именно те же 4-5 песен я слышу каждый раз. Производит впечатление глобального Дня Сурка.
Я в этом году уеду - ещё не знаю, куда и с кем.
по случаю счастливого возвращения мореплавателей на родину! Вкусно покушать у нас в семье любят все, но не всегда есть время и желание сильно заморачиваться. На мой взгляд это не сильно замороченное блюдо....
Вещи этого мира очень мало беспокоят меня сами по себе. У меня узкий диапазон вещей, доставляющих мне удовольствие, и то, часто это удовольствие не связано с их прямым назначением.Ценность вещей велика, если они помогают мне в том, что мне интересно. Ценность не дорогой мне вещи растёт в двух случаях - если я сформировала привычку к ней и если она связана с ярким воспоминанием - психологи называют это якорем.
Не связанный с моими интересами и незапланированный подарок поэтому редко доставляет мне удовольствие сам по себе. С этим угадывают очень редко - с тех пор, как я сама могу купить себе кусок хлеба, то что мне нужно, у меня есть. Остаётся привыкание, когда предмет напитывается мной а я -им, и нам становится интересно друг с другом. Как с любовью - она формируется у меня по мере привыкания. Ещё связь с личность дарящего, ассоциация с ним.
А порой бывает распутье. Ассоциативная ценность ушла в небытие, и даже заменилась отторжением. При этом привычка к вещи достаточна, чтобы её не выбросить, но мала, чтобы любить её и получать от неё удовольствие. И за десятки лет растёт куча таких полу-нужных вещей, когда проглотить - тошно, выплюнуть - жалко. Остаётся ждать, когда ослабнет или усилится отторжение или привычка возрастёт до степени привязанности.
... мне тогда казалось, если я не сделаю этого, я умру. Просто потому, что не сумею жить с этим. Системная ошибка. Мозг требует перезагрузки или закрытия приложения. А приложение - системное. А к перезагрузке я не готова.
Я так и не узнаю, какую возможность скрывала для меня "перезагрузка". Но я сделала правильно - я так чувствую, значит, так и есть. И главное, после этого пришла мысль, что я более свободна теперь в своей смерти, чем в повторении этого пути. Ибо теперь я знаю, что сделала всё, что могла из того, что свойственно делать в моей системе координат. Остальное - в руках провидения.
Лёгкие птицы с маленькими крыльями ведут борьбу с сильным ветром, трепыхаясь и силясь его преодолеть. Большие с большими крыльями замирают в полёте, наслаждаясь падением, которое не превратится в упадок, пока есть ветер.
Мысль о том, что когда-нибудь я буду рассказывать своей маленькой дочери, "откуда эти миленькие цветочки", вызвала желание отправить в окно всё, что могло бы ещё раз вызвать эту мысль.
На большом холме, когда ветер гонит низкие, но тонкие тучи и слышно только шуршание травы и песню мечущегося воздуха, и в песне, и в рисунке туч, и в полёте птиц я читаю то, что хочу не читать, слышу то, что хочу не слышать, чувствую то, что вызывает желание закрыть глаза, уши и сердце навсегда.
"Всё могло быть так хорошо. Ну почему, почему ты такой дурак?"
И только разум шепчет мне, что это пройдёт
Этот дневник задумывался как работа над ошибками. А я опять ною, ай-яй-яй.
На самом деле, всё замечательно. И я молодец. Скоро закончится пятая неделя поста, останется ещё 3. Властелин колец дочитан. Каждый день минут по 15 уделяю развитию навыков рисования. Хотя бы по полчаса читаю Кастанеду. Он тяжёл и субъективно "тёмен", бездуховен, что ли. Но интересен. Хотя бы что-то делаю по дому, даже если возвращаюсь поздно. В общем, что-то вроде индивидуальной школы благородных девиц.
Мне снилась половина головы с коричневой шерстью и карим глазом.
Скоро закончится аудиокнига, найду другую, и буду засыпать под неё.
Странное ощущение разделения - с одной стороны смирение, планы на будущее, радость, любовь. Ррядом с этим всем - куски не моей личности, проблемы не моей жизни, цели не моей души. Так разрезают сросшихся близнецов, и дай Всевышний, чтобы выжили оба. За себя я не боюсь.
- Он позвонит тебе завтра. Позвонит и поздравит.
- Откуда ты знаешь?
- Меня колбасит целый вечер. Теперь я знаю, что это значит. Я реагирую на него, как ревматик на дождь. Чем он ближе, тем мне хуже.
- Успокойся, он наверно забудет.
- Нет. Он позвонит.
...
- Ты права, он звонил...
Хочется напиться. Но боюсь, вся эта фигня только обострится...
"я сободна"
Слова наполняют комнату, отражаясь от стен, пола, потолка, звуковые колебания возвращаются ко мне, проходят сквозь меня. Я свободна, я свободна, я свободна... Весь воздух вокруг наполнен словами, их всё больше, всё плотнее вокруг меня сгущаются они, пока не поглотят меня без остатка.
Проблема одиночества - что некому спросить "ну и какого хрена ты делаешь?". А иногда очень надо. Потому что самой задать себе этот вопрос не получается.
Я держу свою дверь закрытой
Чтобы стучалась она, прежде чем войти
Чтобы не оказалась той, давно мною забытой
Той, с которой мне не по пути...
То есть, с точностью до наоборот. Любовь - моя жизнь. Даже вред, который она наносит, даже когда наносит преимущественно вред - не умею иначе. В чём же в этом мире слабость, в чём сила?