|
Коробкина Диана Валерьевна родилась в 1980г. Закончила Брянское художественное училищe отделение живописи. В 2000 году поступила в Российскую Академию Живописи Ваяния и Зодчества. В 2007г. приняла участие в творческой поездке Центра Поддержки Искусств Санкт-Петербург в г. Кострoму. В 2007г.-участие в выставке, посвященной 20-ти летию РАЖВиЗ, Москва, Манеж. Выставка в " Klaipedos gallery', Клайпеда и "Библиотеке Мажвидаса", Вильнюс, Литва. Работы находятся в музее РАЖВиЗ и частных собраниях.
Подснежники
Верба
Весна на Клязьме
Ева пришла к Богу и говорит:
- Господь, у меня проблема!
- Какая проблема, Ева?
- Господь, я знаю, что сотворена тобою и дан мне этот прекрасный сад, все эти чудесные животные и эта уморительная змея, но я всё равно несчастна.
- Почему, Ева? – спросил голос свыше.
- Господи, я так одинока и мне до смерти надоели яблоки.
- Хорошо, Ева, в таком случае у меня есть решение. Я сотворю тебе мужчину.
- Что такое мужчина, Господь?
- Это будет такое испорченное создание с кучей вредных привычек. Он будет лживым и тщеславным, но будет сильнее, быстрее тебя и ему будет нравиться охотиться и убивать. Он будет выглядеть глупо в возбуждённом состоянии, но так как ты жалуешься, я сотворю его таким образом, что он сможет удовлетворять твои физические потребности. Он будет туповат и будет увлекаться такими детскими забавами, как драки и игры с мячом. Он не будет слишком умён, так что ему будут нужны твои советы, чтобы правильно думать.
- Звучит замечательно, - ответила Ева, иронично подняв бровь. – В чём подвох, Господь?
- Ну... ты получишь его при одном условии.
- И каком же, Господь?
- Как уже говорилось, он будет гордым, высокомерным и самовлюблённым... Так что тебе придётся позволить ему верить, что он был создан первым. Просто помни, это наш маленький секрет... Ну ты понимаешь, между нами, женщинами...
[520x390]
Михайлов Игорь Юрьевич, родился в 1963г., в городе Магдебург. В 1980г окончил cреднюю школу №6 в г. Алма-Ата. Овладев азами живописи в школе, далее занимался самостоятельно. Увлёкшись пейзажем изучал творчество таких мастеров как Шишкин И.И., Щербаков Б.В., Саврасов А.К. и многих других художников.
Часто выезжая на этюды, стремится остаться верным природе и вместе с тем увидеть в её будничной повседневности что-то необыкновенное, прекрасное и светлое…
Его картины находятся в частных коллекциях многих стран мира, таких как США, Германия, Израиль, Великобритания и т.д.
Картины пишет в реалистичной манере, маслянной краской на холсте.
Копим праздников ворох на день, что темнее...
только, вдруг, на цветущёй сиренью аллее,
будто сердцем вдохнув тишину аромата,
расправляем свод крыльев над плеч нетерпеньем,
выдыхаем прощальное слово аккордом...
Вот теперь мы в порядке, теперь мы посмеем
настоять на желаньи - любить - своём твёрдо...
Невыносимо стало ждать.
Глазами вклеиваться в окна.
Всем своим телом ощущать
Зимы стеклянные волокна.
Быть тенью на твоей руке
От пролетающей снежинки
И вечно жить на сквозняке,
К вискам прикладывая льдинки.
Что мне осталось от тебя?
Разлуки в залах ожиданья
Да поцелуи второпях
Под знаком минуса в сознанье.
А мне так хочется, поверь,
Ладонью тронуть твое имя,
Чтобы опять открылась дверь
В тот мир, где я была любима.
Мне б только знать, что я не зря,
Перемолов себя, как кофе,
Молочной краской января
Рисую твой знакомый профиль.
Что мне осталось от любви?
Лишь горький вкус забытой страсти.
У двух усталых половин
Нет основания для счастья.
[168x280] |
Дефицит дыхания
Я познакомился с Сашей Щупловым давно, в доисторические времена, когда и на самом деле история как бы не двигалась. Только что воцарился Леонид Брежнев, все, что можно, медленно и верно развивалось или разваливалось, иногда одновременно. Все, что надо, медленно и лениво преследовалось. Мы жили без войн и катастроф, но дышать нам, молодым литераторам, особо не давали. И прежде всего не власти, до которых было далеко, а чиновные литераторы. Боялись последствий Венгрии и Чехословакии, где все началось с фрондирующих писателей. Но в России со времен древних скоморохов и летописцев реальная литература всегда жила вопреки.
Саша тогда работал вместе с Геной Красниковым в знаменитом альманахе «Поэзия», в котором умудрялись печататься многие запрещенные и полузапрещенные поэты. Альманах был чисто поэтическим, возглавлял его славный фронтовик и добрый человек Николай Старшинов, и как-то цензура особенно за него не цеплялась. Вот в этой редакции царил балагур и острослов из рода скоморохов Александр Щуплов.
Не рыщу счастье по уму
и презираю лесть...
А просто радуюсь тому,
что ты на свете есть.
Не верю жалобам, слезам,
удачам - наяву...
А просто радуюсь глазам,
в которых я живу.
Не говорю: - О, как велик
их свет - соперник дня!..
А просто ты закроешь их -
и значит, нет меня.
***
...И тогда я увижу воочью,
оборвав шевеленье в крови,
недоробость твою перед ночью,
недорослость твою до любви.
Недосмотренность снов серебристых,
недалекость руки ото льда,
недобытость отчаяний острых
в незабытую бытность, когда
не поется, когда не дается
сумасбродное счастье вдвоем.
Только жизнь удается, и бьется,
и сдается вторичным сырьем.
И опять в темноте обогретой
ожидает тебя впереди
недопытанность губ сигаретой,
недопрятанность рук на груди.