[700x274]
[700x321]
[600x367]
[700x301]
[700x161]
[700x149]
[700x149]Раньше и меня вела дорога приключений,
а потом мне прострелили колено
[700x154]
[700x154]
[700x154]Убойный коктейль: яркий Greenfest, курочка KFC и библия.
Взболтать, но не смешивать.
В стародавние времена, когда волосы мои были длинны и ни разу не острижены, а носила я чёрную футболку с волком и сумку с самодельной надписью «Make Love Not War», летние + музыкальные + пивные фестивали были не редкостью и проходили у нас на острове Отдыха, прямо перед обителью спортсменов – стадионом им. Ярыгина.
Зрелище это было крайне задорное и трешовое: пьяная молодёжь, активно потрясающая хаерами и цепями, девушки, пытающиеся победить в игре «кто дальше кинет бюстгалтер», старые седые и суровые рокеры, а также куча мусора и пива. Логично, что ежегодный рассадник нефорского разврата вскоре свернули – нельзя алкоголь под открытым небом распивать, и всё тут. Прощай, молодость в косухах, под раскаты рока на улице!
Ох-хо-хох. Выпала тут немного, а товарищи понаписали уже, что читать не перечитать. Надо будет заняться. С понедельника. Да.
Любимый Хомяк вернулся из своих Европ (отпустили раньше, урраа), и сейчас мы занимаемся хождением по друзьям и спорами, у чьей мамы мы будем жить, пока готовятся документы на визу. Ну, у моей же лучше!
Седьмого ноября мы почти весь день спали, потому что Ник в самолётах спал совсем мало, а я и вовсе не смыкала глаз всю ночь перед его приездом, неясно по какой причине. Я честно пыталась уснуть часов до шести утра, вставать нужно было в восемь, поэтому я уже плюнула, встала с постели и пошла смотреть бабское шоу "Моя свадьба лучше".
В аэропорту я долго ходила возле окна, выходящего на поле, порой поглядывала на табло - самолёт опаздывал. Потом посадку объявили, но пассажиров с самолёта всё не выпинывали. И вот, ура - едет автобус, прилипаю к окну и вижу, как в автобусе мелькает Ник, задорно махая мне лапой. Воссоединение произошло! Оказалось, автобус долго не ехал, потому что все пассажиры ждали, пока какая-то маман оденет своего ребёнка в самолёте... Никита немного смешно повозбухал по этому поводу, потом рассказал историю про мужика-ТП, который делал в самолёте селфи, посетовал, что в Минске его багаж потеряли и в Красноярск он летел крайне заинтригованный - прибудет ли за ним его чемодан. Потом перелётные истории кончились и начались истории из жизни заезжих пражаков.
Какое-то странное ощущение, будто он и не уезжал, только проблем в жизни прибавилось. Ещё мы стали чаще спорить. Может, отвыкли друг от друга, а может всё та же кучка проблем давит. Хотя, Ник говорит, что это просто я дерзкая. А вот и неправда. Пф.
Главное в этой жизни – найти своих, и успокоиться (с)
[600x370]
[500x463]
[700x275] - Почему ты не хочешь жениться?
- Я слишком люблю ездить в поезде. Стоит только жениться, и ты уже никогда в жизни не сможешь сидеть у окошка.
[700x143]бог пятниц пьяный и веселый
а сред обычный серый бог
воскресный также чейто папа
а в понедельник бога нет
[700x132]
[700x330] В отель мы вернулись вечером, но, не смотря на то, что дорога была крайне утомительна, всё равно собрались и отправились на прогулку по городу. Предварительно мы очень долго вспоминали, выступают ли Trafo Cat’s сегодня вечером. По нашим подсчётам получалось, что выступают, повторно на их концерт идти не хотелось, но мы всё-таки решили проверить – вдруг будет другая группа, и мы сможем последовать странному импровизированному правилу «не ходить в одно место дважды» (исключение – Merlot).
В этот вечер я впервые за весь отпуск надела джинсы и сразу почему-то стала себя чувствовать жительницей Алании, а не туристкой, т.к. приезжие дамы (да и я до этого момента) ходили в шортах, юбочках, а молодые, привыкшие к жаре, турчанки часто облачались в брюки.
На выходе из отеля мы снова встретили нашего дружелюбного Каспера, но он был не так радушен и радостен, как обычно, сдержанно кивнул и сразу же отвернулся. Обиделся, шельма. Мы пожали плечами, и пошли в центр. Настроение у нас было хорошее, подобное тому, как когда возвращаешься из интересной, но утомительной поездки в родной дом, где всё тебе знакомо. Привычная улица, знакомые лица продавцов, шум моря вдалеке, особый воздух. У меня создалось впечатление, что мы с Мариной всегда жили здесь, и нет, и не было никогда никакой жизни в Сибири. По нашему плану мы сделали ещё не все наши дела в Турции: сходить в торговый центр за покупками (на рынке в центре – дорого), сходить в знаменитый турецкий хамам и устроить фотосессию, так как до этого мы фотографировались маловато (по нашим меркам, кхе-кхе), покататься на «электронном самокате». Оставалось два дня, и мы решили сделать всё в пятницу. Вообще всё. А в субботу собирать вещи и прощаться с морем. Проща-а-а-ай, люби-и-ить не обязу-у-уйся-я-а!
По дороге в бар зашли в сувенирный магазинчик, купили друзьям необычные магниты на холодильник, абсолютно не связанные с Турцией. Ну, а что, все наши уже были в Турции, у всех давно есть и магниты, и кружки, и всё на свете, поэтому мы решили соригинальничать. В «HARRY’S» выступали не котики, поэтому мы с радостью плюхнулись на высокие стульчики и стали высматривать официанта. Народу в этот раз было очень много, к нам подскочил неприятный официант, жующий жвачку, с серёжкой в ухе, положил перед нами меню и сразу же исчез в толпе. Когда он вернулся, мы заказали пиво. Вместе с заказом он сразу же принёс счёт. Испугался, что мы сбежим, что ли. Желание заказывать что-то ещё у нас отпало, а со сцены не очень качественно доносились сплошь турецкие песни. Мы взгрустнули, немного поговорили о проклятье «не ходить в одно и тоже место два раза» и ушли прочь. А точнее, в бар на другой улице с названием «EV» - пока мы гуляли, я слышала, что оттуда доносилась неплохая музыка, и мы решили протестировать это место. Людей в баре было не очень много, выступала задорная группа, состоящая из одних парней – два гитариста, толстенький солист в банданке и чрезмерно весёлый барабанщик, барабанил который по… колонке! Оседлав её и активно размахивая хаером, получалось очень весело и необычно. Мы сели за столик поближе к сцене, барабанщик сразу начал нам махать и улыбаться. Я сразу же замахала в ответ, я дружелюбная крошка.
Группа была классная, песни очень заводные и рок-н-ролльные, всё как мы любим. Пиво, орешки, приплясываем, болтаем. «EV» оказался в одной сети вместе с «HARRY’S», но с более мягким, романтичным оформлением. Ушастый официант зачем-то пару раз поменял нам поп-корн, хотя в тарелке ещё было больше половины. Потом начал знакомиться, вот зачем нам столько поп-корн внимания – хитрый план! Я тут же представилась «Мелек», он сделал недоуменное лицо, немного похихикал и начал направлять своё обаяние на Марину, интересуясь, есть ли у неё парень и не хочет ли она погулять. Со сцены весёлый барабанщик снова лихо улыбался мне и махал лапкой. Где-то я уже эту историю видела. Я ушла в туалет, раздумывая о возможности флирт-заговора официантов и музыкантов. Вернувшись, узнала от Марины, что с официантом, вроде как, покончено (МУАХАХА!), и мы продолжили наслаждаться вечером и музыкой. Турецких песен не было совсем, да и на турков половина группы не похожа (хотя это не показатель, как показали TRAFO CAT’S), пели на чистом английском, поэтому мы дружно решили, что группа не турецкая, а очень даже англоязычная. Но, к нашему большому сожалению, музыка очень быстро закончилась, и нам было мало. Но ничего не поделаешь, на HARRY’S мы потратили много времени, и в «EV» попали
#маслова_2 #детство #уменяпохмелье #незнаюзачемтутхэштеги
[500x333]
Маслова 2. Совсем ещё детство. Родители молоды, в квартире часто шумно и весело, а ковёр устлан маленькими прожёнными дырочками от упавшего с сигарет пепла. Порой включен телевизор и мамин брат, вернувшийся из Чечни, вместе с другом курят траву и смотрят "Крепкого орешка". Мама полная и очень сильно накрашенная, папа худой и красивый. Иногда в гостях бабушка, мамина мама - роскошная, загорелая, безумно молодая и свободная. В её честь меня назвали Надеждой. Отдыхать ездили в Сочи, Анапу и Феодоссию. У бабушки был новый каваллер - усатый дядя Вова, похожий на Акопяна. Все вместе мы летом жили в сочинском пансионате для норильчан "Заполярье", мне приходилось делать ингаляции, зато потом можно было вдоволь купаться, собирать ракушки и бояться медуз. А дедушка Петя (мамин папа) тоже нашёл себе новую жену - бабу Ларису. Иногда я у них гостила и прыгала на пуфиках. А бабушка Надя порой спрашивала, кого я больше любл: её или бабу Ларису?
Ещё была деревня. Ужур - здесь живёт моя тётя Маша (сестра папы), двое её сыновей: Сашка и Антон, и бабушка Тома. Бабушка Тома спорит с папой, где нужно хранить деньги, а по вечерам у печки поёт мне песню про партизан, рассказывает о своём военном детстве в детском доме и просит меня никогда не становится журналистом, потому что все они - продажные шкуры. Бабушка Тома учила меня стирать и копать картошку. Копать мне нравилось. Машин огород был окружён забором, а за ним - бескрайние поля, засаженные картошкой. С Антоном и Сашкой бегали по улице, были ещё какие-то ребята, катались на велосипеде по колдобинам прямиком до деревенского магазина, рвали цветы из сада бабы Любы, кидались крапивой и лазили в сгоревший дом.
Первым моим другом была Олеся. Девочка из моего подъезда - на два этажа выше, на три года старше. Обещала подарить мне стиральную машинку для Барби, но отдала её кому-то другому. У неё была черепаха, копна русых волос, и энергия через край. Вместе мы были влюблены в Руслана – гадали на него на ромашке. Олеся хотела, чтобы я на Руслана не гадала, а гадала на Ромку – пухлого мальчишку моего возраста, который потом стал моим одноклассником. Я пыталась спорить, а потом просто говорила: «Хорошо, буду гадать на Рому», а сама продолжала отрывать лепестки от ромашки и думать о Руслане. Жили все в одном доме – я, Олеся и Руслан в одном подъезде; пухлый Рома, да ещё девчонка Женя – в другом. С Женей часто перестукивались по стенке. А ещё у неё были обои с огромными разноцветными слонами, я лежала на кровати, пыталась ухватить какого-нибудь из слонов за хобот, и распевала песню Крематория «Таня». Да, в 6 лет, это всё отец-рокер. Ходили смотреть, что интересного выбросил на мусорку детский сад напротив, прямо на улице ели белый хлеб с молоком, воровали копейки из карманов родителей и покупали жвачку, из ларьков через дорогу добрая продавщица Света отдавала нам коробки из-под Рафаэлло – мы собирали и ели кокосовую стружку, смотреть на неё теперь не могу.
Воевали с соседним двором. Однажды мальчишки поймали меня одну, повалили на землю и били ногами. Самый главный враг – Гришка. Когда он переехал, война закончилась и обиды забылись. Однажды пошли с Ромой и Русланом гулять по трубам, очень далеко (в рамках маленького Талнаха) вернулись вечером и получили по первое число - моя мама уже буквально народ собирала на поиски моего охладевшего трупа. Грелись в подъезде, изо рта шёл пар, а один мальчик говорил, что у кого идёт пар – тот курит. Очень долго верила этому утверждению и сильно переживала, что мама увидит. В подъезде же Руслан меня поцеловал в щёчку и убежал. Ранней весной, когда снег только начинал подтаивать, во двор прилетали бакланы. Высовывала белобрысую голову в окно, получала в нос ветрянной поцелуй от северного городка, но всё равно стояла на подоконнике, и смотрела на больших белых птиц, которые деловито сидели повсюду.
Перед началом школьной жизни мы поменялись квартирами с бабушкой. Мотивировалось это тем, что из бабушкиной квартиры, чтобы дойти до школы, не нужно переходить дорогу. Так мы переехали в большой красный дом, в котором когда-то давали квартиры только начальникам, и на фасаде которого красовалась надпись «Миру мир». Маслова 3. Руслан у меня в голове остался мальчиком, стоящим под окном и кричащим: «Надя-я, выходи гулять», мальчиком, который здоровается со мной в школе, пытаясь протиснуться сквозь толпу поближе. Он уехал, и ничего я об этом мальчике больше не знаю. Женя вышла замуж и тоже живёт в
[391x661]Один из лучших художников-акварелистов современности Стив Хэнкс свой стиль называет «эмоциональным реализмом».
Лица людей на большинстве картин художника затемнены или повернуты в сторону. Для того, чтобы выражало эмоции и «говорило» тело. Его обнаженные картины — это не просто портреты ню, а изображения со сложно выстроенной композицией, в которой детали имеют доминирующую роль. Особенно свет. Он просачивается сквозь предметы и наполняет всю комнату цветом. «На самом деле мои картины чаще всего о солнечном свете, нежели о чем-либо другом», — признается автор.
Стив Хэнкс изображает людей в интимные моменты уединения в тех местах, где все мы чувствуем себя наиболее комфортно: в спальне, на диване или в ванной комнате. Наедине со своими мыслями, в состоянии полного согласия с самим собой, человек полностью расслабляется и принимает себя и свое тело таким, какое оно есть.
Стив Хэнкс рисует не только обнаженную натуру, но сегодня мы сделали подборку красивейших женщин, которых Стив Хэнкс запечатлел на своих чувственных акварелях.