***Дом дверей***
На пустыре, не далеко от пересохшего ручья стоял старый, но очень хорошо сохранившийся дом. Он был не большого размера и совершенно без окон. И однажды мальчик, которого звали Анатолием, пришёл посмотреть, что это за дом и по возможности заглянуть внутрь. Было довольно прохладно и солнце практически не показывалось из-за туч. Он подошёл к двери. Его удивило то, что на двери не было ручки. Он обошёл дом вокруг и убедился в том, что окон в доме тоже нет. Отойдя несколько в сторону Толик замер. Он был умным мальчиком, но как никогда его снедало любопытство, его всем существом тянуло к этому дому. Наконец он решился. Вторично подойдя к двери, он толкнул её. Дверь не поддалась. Он толкнул ещё раз, но дверь не открылась. Ещё несколько толчков не привели ни к какому результату. Отойдя на шаг, он сделал глубокий вдох и с силой выдохнул. Дверь отворилась. Это произошло так спокойно плавно и не торопливо, что было даже странно. За дверью было темно, как и предполагал Толик. Он включил фонарик и вошёл внутрь. Фонарь был хороший и мощный, но проку от него не было совершенно. Толик оглянулся и не увидел ничего кроме темноты. Сделав глубокий вдох, он решил двигаться вперёд. Через пару шагов в кромешной тьме он вдруг вошёл, как будто сквозь плотную ширму, в освещённый коридор. Свет не шёл ниоткуда, он просто был. Толик стал оглядываться вокруг. На протяжении всего коридора с обеих сторон были плотно стоящие друг к другу двери, тоже без ручек.
Толик подошёл к первой попавшейся двери и дунул на неё, дверь послушно отворилась. Он ожидал увидеть там маленький стенной шкаф, но за дверью была громадная комната. Внешне она казалась больше самого дома. В комнате был кафельный пол, белые стены, куча белых шкафов с какими-то банками и приборами, больничные койки со следами крови, непонятные старые приборы с множеством кнопок и мониторами, пеленальные столы и прочее медицинское оборудование. Хорошенько осмотревшись, Толик решил, что это родильное отделение. Только как оно здесь оказалось, он понять не мог. Воздух был давно сгнивший и спёртый. В ушах звучали детские крики и плач, крики рожениц, мат акушерок и ободряющие поздравления. Душу Толика скрутило, выжало и вывернуло. Он вылетел из комнаты и сильно ударился о дверь напротив. Дверь в комнату за ним плавно закрывалась. Отдышавшись и уняв себя, Толик решил заглянуть в следующую дверь.
Он немного прошёл и открыл первую попавшуюся. За ней была довольно не большая комнатка. На полу лежал полуистлевший ковёр, стены были оклеены голубыми обоями с медвежатами и собачками, стояли разрисованные деревянные шкафы с приоткрытыми и отваливающимися дверцами, также стояла покосившаяся детская кроватка. Воздух был засушенный и выжженный, а в ушах звучала колыбельная, рвущая на части от жалости. Над кроваткой были погремушки, сделанные из костей, на которых ещё остались куски догнивающей плоти. В самой кроватке лежало несколько детских косточек и слипшиеся окровавленные ползунки. Толика стошнило. Он долго приходил в себя сидя в коридоре. Пока он сидел, он стал разглядывать пол. Тут он встал на четвереньки и пополз, потом встал на ноги и пошёл, потом побежал. Доски, настеленные на полу, не кончались, и он не заметил ни одного гвоздя, которым они могли бы крепиться к чему-нибудь. Сквозь щели между соседними досками Толик не заметил ни одной балки. Там была абсолютная чернота. Он бежал прямо до тех пор, пока не устал. А когда он остановился, он прикинул, сколько он пробежал. Дом не мог быть таким длинным. Толик сел отдохнуть.
Переведя дыхание, он решительно открыл дверь. За ней была средних размеров комната с линолеумом на полу и спокойными обоями. Стоял шкаф для одежды и вещей. Из него выпало несколько изуродованных мягких игрушек, на полу были вперемешку куклы и машинки, сломанные и разбитые, на кровати были остатки супа и дерьма. Воздух был сырым и удушающим. На этот раз звучал детский смех и весёлые песенки. В центре комнаты на потрескавшейся люстре был повешен на мясницких крюках почти разложившийся труп ребёнка. Было не понятно мальчик это или девочка. Часть черепа отсутствовала. Толик отвернулся и вышел. У него подкашивались ноги, и помутнело сознание. Он тяжело и долго собирался открыть следующую дверь. По непонятным для себя причинам, Толик не мог просто пойти обратно и обо всём забыть, хотя забыть такое… Он чувствовал в себе не преодолимое желание дойти до конца, заглянуть во все двери.
И он открыл следующую дверь. Комната была небольшая, на полу был ковёр, испачканный тушью и чем-то ещё, стены с затрапезными обоями были оклеены постерами и плакатами, на которых лица и тела были непонятным образом искажены. Воздух залипал в лёгких и сжимал их. Перед уродливо нарисованным окном стоял письменный стол, на котором лежали огромные трухлявые фолианты, а также сатанистская литература, учебник по анатомии и практикум патологоанатома. Вместо стула было сиденье, на саженное на окровавленный кол, который был вместо ножек. У стены стоял
Читать далее...