Люсёнок
Очень интересное инфо - читать всем!!!
Вдумчивый анализ знакомых с детства сказок позволяет иначе взглянуть на «плохих» персонажей и даже отчасти переквалифицировать их в положительных героев.
Найдется ли в русской сказочной мифологии другой персонаж, о котором бы спорили так много, как о Бабе-Яге? За право называться ее прародиной решительно высказывался русский Север. В то же время не раз выдвигались версии об иностранном происхождении лесной ведьмы. Ряд мифологических школ признавал Бабу-Ягу добрым существом.
С последним мнением согласиться уж никак нельзя. Во-первых, нет таких персонажей в отражающих древние ритуальные действия народных сказках, которые бы несли на себе исключительно литературную нагрузку. Манера поведения, слова и поступки героев и антигероев вращаются вокруг единого стержня, имя которому — обряды языческой религии. Во-вторых, Баба-Яга скорее помогает, чем мешает главному герою, наделяя его волшебными предметами и животными, такими как меч или конь.
Тогда, возможно, правы те, кто признает Ягу добрым божеством славянского пантеона? В какой-то степени, да. Баба-Яга персонаж не отрицательный. Впрочем, и не положительный. Создается впечатление, что у нее свой собственный кодекс чести (совсем как у эпических богов древности) и свои секреты. И эти секреты хорошо известны главному герою. Он без колебаний открывает дверь в избушку лесной колдуньи, с порога упрекает хозяйку в недостатке гостеприимства, рассказывает ей, «с чем пожаловал», и мгновенно заручается ее магической поддержкой.
Иное дело, если вместо Ивана-царевича в гости к Бабе-Яге попадают дети, как в сказках «Гуси-лебеди» и «Терёшечка». Они не произносят сакральных слов, не просят волшебные предметы, лишь пугаются, видя жаркую печь, которую истопила ведьма, чтобы их изжарить и съесть. Может ли людоедка быть добрым божеством? Нет, но ведь Баба-Яга и не людоедка. Сказка доносит до нас древний ритуал перепекания ребенка. Суть его заключалась в следующем: если младенец рождался недоношенным, то его сажали на хлебную лопату и трижды всовывали в теплую печь, символизирующую женское лоно. Там малыш «допекался», становился сильнее и жизнеспособнее. Подобным образом лечили детей постарше, если они заболевали: их сажали на лопату и осторожно подносили к горящей печи. В этом случае считалось, что болезни сжигаются и вместе с дымом выходят через трубу, а «заново перепеченный» ребенок становится более здоровым. Выполняла этот ритуал деревенская знахарка. Таким образом, версия о Бабе-Яге, ведунье и знахарке, небезосновательна. Сказка лишь исправила знак «плюс» (перепекание ребенка приносит ему пользу), на «минус» (ведьма детей жарит и ест), что могло произойти в период утверждения христианства.
Отрицательная ипостась Баба-Яги легла в основу еще одной теории, согласно которой прототипом этого сказочного персонажа были предводительницы враждебных славянам племен. Лихие амазонки ехали во главе своего отряда в железных чанах, которые тащили лошади, и, указывая перстом на русское войско, восклицали «Яга!», что принято трактовать как «ура!» или «ага». Еще один сравнительно недавно обнаруженный раритет — «Велесова книга»(чья подлинность не доказана!), повествует о племени ягов, возглавляемых шаманами и шаманками (бабами ягов) и воевавших с русскими.
С точки зрения эмоций возникновение теорий об иноземном, «нерусском» происхождении ведьмы понятно: в славянских сказках Баба-Яга — отрицательный персонаж, следовательно, ее прототипом послужил исконный враг. Но подвести к этим теориям научную базу удается далеко не всегда. К тому же, как мы уже выяснили, лесная колдунья не всегда настроена против главного героя. И, кроме того, остается непонятным, отчего это предводительницы или шаманки враждебных племен лишились своего войска, но при этом избежали смерти или плена, мирно поселились в избушках и добровольно помогают Иванам?
Впрочем, мы не станем спорить ни с теорией об амазонках, ни с версией о ягах-шаманках. В этом нет смысла, потому что при ближайшем рассмотрении Баба-Яга теряет свои человеческие (славянские ли, иноземные ли) характеристики и превращается… в существо, принадлежащее тому, а не этому свету, — в мертвеца. Вот доказательства.
Археологам хорошо известны небольшие деревянные срубы, стоящие на «курьих ножках», то есть на пнях, которые можно обнаружить при раскопках курганов Х века. Вокруг них, как правило, идет кольцевая ограда из шестов, а на шестах человеческие черепа. Предназначались эти срубы или домовины для погребального обряда. В них, совершив положенные ритуалы, оставляли покойника. Через некоторое время истлевшие останки выбрасывали, череп водружали на шест, а в сруб клали другого покойника. Помните, какой ужас объял Ивана-царевича, когда он подошел к избушке Баб-Яги? «Стоит избушка на курьих ножках, кругом избушки двенадцать шестов, на одиннадцати шестах по человечьей голове и только один не занятый. Подумал Иван-царевич: "Уж не моей ли он головы дожидается?"»
Дальше Иван совершает хорошо знакомый читательской
Читать далее...