Настроение сейчас - плохое

Белое - чёрное, чёрное - белое.
Строчки в записке рукою несмелою.
Чёрные буквы на белой странице
Плачут и скачут, как чёрные птицы.
Катятся строки прощанья печального
Шлейфом разлуки ......
Капают слёзы на белое поле.
Сердце устало томиться в неволе.
Счастье закончилось, словно растаяло.
Память душе ничего не оставила.
Наша любовь оказалась несладкой:
Чёрною кляксой на белой тетрадке.

А зима хрустит снежками.
Лёгким чистым серебром
Укрывает всё кругом,
Плоть, равняя с небесами.

И под песню вольной вьюги
Белый город мирно спит.
Ночь-колдунья ворожит,
Нарядив в фату округу.

Раздарив зимы подарки,
Засмеялась, как дитя,
Забавляясь и шутя,
В небо звёзд швырнула ярких.

И горят на чёрном небе
Миллионы огоньков,
Посылая свет веков
Всей земле, уснувшей в неге.

Было поздно в наших думах.
Пела полночь с дальних башен.
Темный сон домов угрюмых
Был таинственен и страшен.

Было тягостно-обидно.
Даль небес была беззвездна.
Было слишком очевидно,
Что любить, любить нам - поздно.

Мы не поняли начала
Наших снов и песнопений.
И созвучье отзвучало
Без блаженных исступлений.
И на улицах угрюмых
Было скучно и морозно.
Било полночь в наших думах
Было поздно, поздно, поздно.

…я буду рядом с тобой, буду легким ветром
буду гладить твое лицо, целовать губы
исчезать в полнолунье, но вновь приходить с рассветом
и просто рядом с тобою буду...
посвящается Двум Ветрам
Я ушла. Хлопнула дверью и ушла.. от бесполезных и ничего не значащих слов, от глупых и нелепых обвинений, наконец, ото лжи… Я должна быть сильнее и выше этого. Я должна перебороть себя и выдержать этот удар… я шла по улице, залитой светом, и напевала какую-то странную песенку, пришедшую в голову пару минут назад:
Не плачь, только не плачь
На морозе замерзнут слезы
Не плачь, только не плачь,
А тем более, если поздно
Не плачь, я прошу, не плачь,
Ты сильная, это правда
Не плачь, я прошу, не плачь,
Скоро наступит завтра…
Да уж… главное не расплакаться…. Я шла по направлению к лесу.. мне просто необходимо было побыть одной. Навстречу мне на тропинку выбежала пушистая смешная белка… она села и вопросительно посмотрела на меня..
- На, угощайся! – я протянула ей орешки, так кстати оказавшиеся у меня в кармане.
Она подбежала и своими маленькими лапками быстро-быстро очистила орешек и начала его грызть…я высыпала остальные и пошла дальше, вглубь…
- Эй, подожди! – я услышала чей-то голос и обернулась. – Подожди.. ко мне подошел парень, непонятно откуда появившийся в этом лесу.
- Почему она тебя не испугалась? Я много раз пытался кормить белок, но они даже не подходят. – он с удивлением посмотрел на меня.
- Просто они очень хорошо меня знают… я часто кормлю их.
- Здорово. А почему ты одна? Можно составить тебе компанию?
Я хотела уже ответить, что я ушла, чтоб побыть в одиночестве, но передумала и согласилась. И дальше мы шли уже вдвоем. Он представился. Его звали Вадим. Я тоже представилась. А осень уже ворвалась в мир и заняла власть над природой. Под ногами был ворох опавших листьев, которые мы поднимали ногами. Он практически ничего не говорил. Лишь иногда комментировал сорвавшийся листик или пробежавшего от дерева к дереву зверька.
- А ты часто так уходишь и бродишь в одиночестве? – спросил Вадим.
- Да. Когда мне нужно подумать и принять важное решение…
- А сейчас, ты тоже принимаешь решение?
- Нет, я его давно приняла, а теперь пытаюсь это осознать.
Он снова замолчал. Время от времени он оглядывался на меня и, иногда, улыбался... его глаза светились.. или просто мне тогда так казалось…
- Ты любишь мечтать? – вдруг спросил Вадим
- Да, но потом сложно принимать реальность…
- А ты мечтай о реальности! – он сказал эту фразу и вдруг рассказал мне свои мысли. – Я мечтаю быть ветром, чтобы быть свободным, гладить верхушки деревьев, поднимать волны на море, приносить прохладу в жаркие дни… - он немного затих, но продолжил – чтобы гладить твои волосы, прикасаться к твоим губам.
- Но зачем … – я пыталась возразить – ты же знаешь меня всего несколько минут?
- А мне кажется, что целую вечность… – Он остановился.
- Не стоит – я пыталась притормозить его. – Я не обещаю тебе ничего. Я сейчас ни к чему не готова.
Он ничего не сказал. Просто взял меня за руку и мы пошли дальше. На мир уже опускался вечер. Мне нужно было возвращаться.
- А что бы делала ты, если бы стала ветром? – спросил неожиданно Вадим.
- Я? – я задумалась – Я бы, наверно, была очень веселым и непоседливым ветерком. Летала бы по лесам и полям, поднимая траву и листья, взъерошила бы людям волосы, подгоняла бы их идти вперед.
- А если бы ты встретила меня?
- Тогда я бы утихла, чтобы ты не заметил меня и стала рассматривать твои глаза. А потом улеглась бы у тебя на плече и уснула, согревшись твоим теплом.
– Я сама не ожидала от себя такого ответа. Больше мы не говорили об этом. Мы возвращались домой. Вадим поехал провожать меня домой. Мы шли по дорожке от метро, а ветер летал вокруг, он был теплым и легким…
- Мы увидимся еще? – он уже собирался уходить.
- Да. Завтра, там где встречаются ветра, чтобы наслаждаться свободой…
- Хорошо – Вадим скользнул по моим губам, погладил волосы и улыбнулся.
А я… я стояла и смотрела в его глаза.
- До завтра, ветер!
- До завтра…

Больно…оттого, что бьётся сердце. И эту боль ничем не заглушить, ведь она самая сильная из всех ощущений. Вот и мечта столкнулась с реальностью и оказалось, что они вовсе не похожи. Можно похоронить подобие любви, стерев номер, имя, удалив его фотки, но из памяти человека не выкинешь. Говорят, под стук влюблённых сердец падают звёзды, и отношения превращаются в сказку, может быть…..24 часа в сутки ты посвящаешь ему, буквально дышишь им, а в ответ холодное молчание. Вечность в ожидании звонка….и никому ненужная надежда, через неделю умирающая от безысходности, когда окончательно понимаешь, что абсолютно ничего не осталось от сгорающих чувств….лишь пепел…. И первый раз ты смотришь правде в глаза. И первый раз ты понимаешь, что стрела Амура пронзила твоё сердце….боль…грусть…одиночество…. Но проходит время, и ты понимаешь, что жизнь на этом не кончается, а в твоём сердечке найдётся место для новой любви, ведь оно у тебя большое. И снова ты улыбаешься этому миру, который дарит тебе новых людей.

Холод. Мерзкий, противный холод. Ненавижу его. Ветер. Сильный ледяной ветер. Ненавижу его. Стою, закутавшись с головы до ног, и все равно холодно. Зеленый. Ну, наконец-то. Иду. Черт! Опять этот ветер! Прямо в лицо. Да когда же это закончится? Яркий свет сбоку. Визг тормозов. Я даже не успеваю повернуться. Глухой удар. Дальнейшее помнится с трудом. Помню, как падала. Помню, как осознала, что лежу на дороге. Боль. Нестерпимая, невыносимая боль. Ненавижу ее (что-то слишком много «ненавижу» для одного дня). Не хочу сейчас умирать! Не хочу в такой холод! - проносится в голове.
- А тебя никто спрашивать и не будет! доносится с боку чей-то металлический голос. Не успеваю даже удивиться. Слышу еще один голос. Мягкий, нежный, абсолютно противоположный первому:
- Ты не посмеешь! Она должна жить!
- С какой стати?
- Есть Договор! Она любит!
Это что они обо мне? С каждой минутой становится все хуже. Я уже не на дороге. Но где? Вокруг темно. Пустота. Может, я уже умерла?
Пытаюсь повернуться в сторону говорящих. Не получается.
Секунда. Резкая боль в сердце. Будто удар током. Еще секунда. Вижу каких-то людей. Еще миг. Вокруг снова эта пугающая пустота.
Диалог продолжается.
- Она не может любить! Он не верит! Она сама это повторяет все время! Ты слышал! ледяной голос звенит в ушах.
- Но ты сам отобрал у нее любовь!
- Я не отбирал. Я просто показал, какой она может быть.
Снова пытаюсь повернуться. Начинает немного получаться. Еще немного… Опять разряд… Люди в белом (врачи, наверное)… И снова пустота…
Демон и Ангел продолжают свой разговор.
- Ты жесток! Почему именно ей?
- Не только ей, ты же знаешь!
- Ты специально…
- Думай, как знаешь!
- Все равно она любит. Просто не говорит об этом.
- Ты врешь!
…Разряд… Опять резкая боль… Снова пустота… Я так долго не протяну…
- И он ее любит! Ты нарушаешь Договор! не сдается Ангел.
- Она не любит! Все решено. Она умрет.
Он?.. Любит? Перед глазами на миг появляется парень с чертятами в глазах… Я начинаю понимать, о ком они говорили. Люблю?.. да… ДА, черт возьми, люблю!
Пытаюсь говорить. Не получается…
…Разряд.. Да сколько можно уже?.. Пустота… Никто уже не говорит. Грустно вздыхает Ангел. Весело ухмыляется Демон. Все решено…
Нет! Так не правильно! Стойте!
- Люблю! не знаю, откуда взялись силы на крик.
Миг. Они оба смотрят удивленно. Еще миг. Белый потолок. Немного испуганные лица врачей… Боль. Усталость… Снова темнота. Но уже другая. Не такая пугающая…
Через 7 часов я проснусь в больнице. Живой и невредимой. Такой же, какой и была. Ну, почти. Я снова поверю в любовь. Из-за нее я получила возможность снова жить. Все правильно. Договор не нарушен. Кто верит живет. Кто любит не должен умирать.

Я не верю. Я устала. Я хочу лечь, закрыть глаза, и что бы этот долгий дождь своей монотонной прохладой смочил мне веки, что бы его капли слезинками застыли на губах. Не хочу, что бы тучи высвободили из своего тёмного плена солнце. Его лучи опять пронзят моё сердце и заставят хотеть любви. Я не хочу. Всё уже было, и теперь ничего не надо. Хочу лежать в белом, плыть на сырой волне ветра, быть похожей на облако, и пусть он несёт меня неведомо куда между небом и землёй. А может, и я потом превращусь в дождь и стеку слезами в землю, а музыка этого дождя прольётся в чьи-нибудь стихи. Слишком грустные стихи. Я их уже так много прочитала. Лучше бы писали радостные. Нет, уж пусть всё будет правдой. Любви нет. И я уже ничего не хочу. Я устала, хотя мне так мало лет. В старом парке пахло прелой землёй, и даже оставался кое-где снег. Мокрые, чёрные стволы тихонечко гудели, готовясь удивить мир своей волшебной листвой. А главное - это первый весенний дождь. Настоящий весенний дождь, который потом будет пахнуть солнцем, пыльцой и цветами.

Перед ним вприпрыжку важно прошлась мокрая ворона. Она посмотрела на него одним глазом и деловито каркнула. Потом взмахнула крыльями и, очертив дугу, скрылась за кустом, за ветками которого смутно проглядывался силуэт скамейки. Кажется, на ней кто-то сидел. Сердце вздрогнуло, и волна предчувствий захлестнула с головой. Несколько шагов...

- Здравствуй. Ты мне снишься почти каждую ночь.
- Молодой человек, я не ищу знакомств. Оставьте свои шуточки и идите своей дорогой.
- Я видел, как у тебя растут крылья, только вместо перьев были лепестки орхидей.
- Отстаньте!
- Ты переливалась, как радуга, и от тебя лилась музыка. Вот прямо из тела. Ты просто звучала вся целиком.
- Прекратите!
- Я прикасался к тебе, а ты, смеясь, рассыпалась на тысячу маленьких звёздочек, а потом снова превращалась в радугу, и опять из тебя лилась музыка.
- Замолчите! Я прошу Вас уйти!

Когда силуэт незнакомца окончательно растворился в сумраке парка, к ней подошла ворона. Она внимательно посмотрела на неё сначала одним глазом, потом другим, поворчала, а потом подошла и клюнула в ногу. Его остановил крик. Кричала она. Он бросился назад. Она забралась с ногами на скамейку, но это ли преграда вороне, которая уже намеревалась снова клюнуть её в ногу.
- Помоги же, что ты стоишь!
- Не бойся, пойдём.
- Куда?!
- Друг к другу!

Ворона смотрела, как они удалялись по аллее. Ей нравилось, что от его прикосновения она рассыпалась на маленькие звёздочки, а потом снова превращалась в радугу. Вороне очень нравилась музыка. Их музыка. Ведь именно он был создателем этих аккордов, и только он мог подарить ей те самые крылья.
- Так значит, она есть? - спросила она.
- А разве что-то есть другое? - ответил он.

Ворона спокойно расправила крылья и, превратившись в солнечный луч, поднялась к небу, разорвав мутное одеяло нескончаемых туч.

— Смотри: звезда… одна. Мне нужно отыскать вторую. Это единственная примета, в которую я верю, — подняла голову, увеличивая размах неба. Еще пара звезд шагнула навстречу.

— Ну, так уже лучше — погладила теплый акрил домашнего льва.

Вот так бы навсегда: теплая рука гуляет мурашками по животу, улыбающийся голос, пушистая кошка под спиной. А можно встать, подойти к окну и смотреть на серые купола, считать шпили московских высоток. Редкая, почти невозможная гармония.

Во рту, в голове, в кончиках пальцев растекается банальная фраза: «Я люблю тебя» Ее динамика уже передается губам. Носом уже, на глубоком вдохе, ловится ее запах. Но связки не находят интонации для передачи, в коротком наборе слов, шороха осенних листьев, стекающего по фонарному свету снега, белого аромата ландышевой поляны, теплоты самого единственного дыхания на шее.

— Я буду признаваться тебе в любви, но ты не верь. Не верь потому, что я не знаю что это такое. Не знаю то, о чем говорю. Нельзя назвать такие разные вещи одним и тем же словом, нельзя слить в одном определении материнский инстинкт, чувство собственности, безумную страсть, привязанность, всепрощающую нежность.

А если бы ты знал, какие у тебя глаза. НИКТО кроме тебя не умеет так улыбаться. Сколько тепла, искренности, я не умею это принимать, я этого не стою.

Встала, мимолетный взгляд желтому циферблату.

Перестал улыбаться, сел, расширив окно до трех звезд.

— Не уходи!

— Зачем?..

Она сидела у окна, укутавшись в плед, и, потягивая мартини, наблюдала из окна за прохожими. Все они куда-то спешили, у всех были свои дела. Кто-то хотел скорее попасть домой после трудного дня, кто-то просто спешил к семье. И она позавидовала им, ведь они были счастливы. Их счастливые улыбки были видны даже в темноте и с высоты 6-го этажа. И вдруг она заметила влюбленную парочку. Они шли, обнявшись и целуясь на ходу. Среди тишины двора был громко слышен их звонкий смех.

По её щекам потекли слёзы, а перед глазами стали мелькать картинки – воспоминания о её счастливом романе с ним. С тем, кого больше нет рядом, и не будет. Который её больше никогда не обнимет, не поцелует. А самое главное – она больше никогда не увидит его.

Она вспомнила, как они познакомились, так нелепо и самое главное он ей совсем не понравился. Это было на остановке автобуса, было раннее весеннее утро - он спешил на автобус и задел её так, что она чуть не упала. И она упала бы, если бы он не заметил этого вовремя и не поддержал её. Ох, как её это разозлило тогда! Она хотела наговорить ему кучу гадостей:

- Вы что совсем не видите куда бежите? – заорала она.
- Извини, я не специально.
- Да конечно, а как же иначе? – всё ещё злилась она.
- Может я могу загладить свою вину? – спросил он улыбаясь.
- Вряд ли у Вас это получится! – гордо ответила она и зашагала прочь от остановки.

На следующий день на этой же остановке, в то же время, он ждал её с букетом цветов. И они все-таки познакомились, и он загладил свою вину, сполна. Ведь он подарил ей целый счастливый год. Он подарил ей место в своём сердце.

Её тихий плач стал перерастать в громкие рыдания. Она ещё ни разу не заплакала после всего, что случилось. Как ей хотелось сейчас услышать его нежный голос, уткнуться ему в грудь и быть счастливой от того, что он рядом и самое главное, что навсегда.

Ох, как она ошибалась, когда думала, что ничто и никто не сможет помешать им любить друг друга и быть вместе. Как она ошибалась, что пока они вместе – им ничего не страшно.

И как трудно сейчас стало дышать и жить с мыслью о том, что его больше нет в её жизни.

Она закурила и, аккуратно стряхивая пепел, стала вспоминать каждую мелочь, каждый вздох и каждую минуту проведенную рядом с ним. Она вспомнила, как они поехали за город, чтобы провести целый день на безлюдном пляже. И как это было – понимать, что они существуют только друг для друга. Как это – сидеть, обнявшись, и наблюдать за закатом. Как это – любить друг друга под открытым небом на ещё не остывшем песке.

Она смогла вспомнить всё, но не смогла почувствовать. И горько заплакав, она поняла, что вместе с ним, умерли и все её чувства.
Она никогда больше не полюбит так – как любила его.
Немного успокоившись и сделав глоток мартини, она громко крикнула :
- Я люблю тебя! И мне больше никто не нужен!!!

Эхо ещё долго доносилось посреди двора. Прохожие вертели головами, ища глазами того, кто прокричал эти слова. А она сидела и смеялась. Слёзы текли из глаз, а она не переставала смеяться.

Допив мартини, она прошла в ванную.
Лезвие оставило тонкую полоску, из которой стала течь бардовая кровь. Она закрыла глаза и прошептала:
- Скоро мы снова будем вместе любимый…

* * *

…Первое, что она увидела – было его лицо.
- С добрым утром милая! Ты так долго спала, что я стал беспокоиться.
Она посмотрела на свою руку – всё было в порядке. Но щёки были мокрые от слёз.
- Доброе утро любимый, – улыбнулась она и перевела дух, – «Это был всего лишь СОН! Хмм…всего лишь СОН!»

Ты лучик солнца в моей жизни! Ты мой самый близкий и родной человечек! Ты моя радость, моя поддержка, мое счастье, моя нежность, моя жизнь, моя судьба! Мне безумно плохо, когда тебя нет рядом! Спасибо, что ты есть у меня, солнышко! Я дышу вместе с тобой, наши сердца бьются вместе, ты это знаешь, ты это чувствуешь.Я знаю, никто нас не разлучит, не отнимет друг от друга никогда. Я очень хочу подарить тебе себя всю, свое тело, свою жизнь. Мы все сможем, все преодолеем вместе. Ты самое дорогое, что есть у меня в жизни.Ты самый замечательный человечек в мире, самый лучший на свете, ты для меня весь мир! Ты научил меня жить и радоваться жизни несмотря ни на что. Я безумно люблю тебя! Я не смогу жить без тебя!

А ты придешь, когда темно,
когда в стекло ударит вьюга,
когда припомнишь, как давно,
не согревали мы друг друга.
И так захочешь теплоты,
неполюбившейся когда-то,
что переждать не сможешь ты
трех человек у автомата,
и будет, как назло, ползти
трамвай, метро, не знаю, что там...
И вьюга заметет пути
на дальних подступах к воротам...
А в доме будет грусть и тишь,
хрип счетчика и шорох книжки,
когда ты в двери постучишь,
взбежав наверх без передышки.
За это можно все отдать,
и до того я в это верю,
что не могу тебя я ждать,
весь день не отходя от двери.

Беззащитно сердце человека,
если без любви...
Любовь-река.
Ты швырнул в сердцах булыжник в реку,
канул камень в реку
на века.

Осенний пожар полыхает в лесу,
плывут паутин волоконца,
тяжелые капли дрожат на весу,
и в каждой по целому солнцу.
Какой нерушимый сегодня покой,
как тихо планируют листья...
Хочу вороха их потрогать рукой,
как шкурку потрогала б лисью.
Как много их - рыжих, лиловых почти,
коричневых и золотистых.
Слетают на плечи, лежат на пути,
трепещут на кронах сквозистых.
Торжественной бронзой покрыты дубы,
горят фонари-мухоморы...
Я нынче с рассвета пошла по грибы,
бродить по глухим косогорам.
Брожу -
и нет-нет
да присяду на ствол,
к осенней прислушаюсь речи.
Почудилось - кто-то по лесу прошел.
Не ты ли прошел недалече?
Брожу -
и нет-нет
да тебя позову,
молчанье лесное развею.
Мне эхо ответит, лукавя: ау...
А я вот возьму и поверю!

Настроение сейчас - Скверное

Всегда так было
и всегда так будет:
ты забываешь обо мне порой,
твой скучный взгляд
порой мне сердце студит...
Но у тебя ведь нет такой второй!
Несвойственна любви красноречивость,
боюсь я слов красивых как огня.
Я от тебя молчанью научилась,
и ты к терпенью
приучил меня.
Нет, не к тому, что родственно бессилью,
что вызвано покорностью судьбе,
нет, не к тому, что сломанные крылья
даруют в утешение тебе.
Ты научил меня терпенью поля,
когда земля суха и горяча,
терпенью трав, томящихся в неволе
до первого весеннего луча,
ты научил меня терпенью птицы,
готовящейся в дальний перелет,
терпенью всех, кто знает,
что случится,
И молча неминуемого ждет.

Настроение сейчас - скверное

В чем отказала я тебе,
скажи?
Ты целовать просил —
я целовала.
Ты лгать просил,—
как помнишь, и во лжи
ни разу я тебе не отказала.
Всегда была такая, как хотел:
хотел — смеялась,
а хотел — молчала...
Но гибкости душевной есть предел,
и есть конец
у каждого начала.
Меня одну во всех грехах виня,
все обсудив
и все обдумав трезво,
желаешь ты, чтоб не было меня...
Не беспокойся —
я уже исчезла.

Холод во мраке сковал сердце....
Замерзло время.....
Остоновился стук.........
Одна...
Меч в руках горит....
Накажи порви.(мысли)
Пусть идет....
пусть попробует....
ему не жить больше....Отныне он её враг.........
уничтож....вот её судьба....

Дайя

Я не помню дороги назад
По которой пришел в этот дом,
С золочёным куполом неба
И великой печалью озер –
Сын дождя, сын грозы.
Только ночь – странные сны.

Видно семя рано взошло.
Пожиная ветер пустынь,
Я прошел по дорогам земным
Всюду проклят и всюду гоним –
Сын дождя, сын грозы.
Только ночь – странные сны.

Дайя, нежность твоя
Теплом хранит нежность добра.
Дайя – вечности дитя,
Я – только искра
Твоего костра.

Войны и троны,
Плачи и стоны,
Счастье испивших рай –
Всё это так далеко
От той, чьё имя Дай – иа – иай.
Земля – жемчужина в пасти дракона
Пой, час твой Господь творил.
Прощай, я только парус
Её ветрил.

Дайя, нежность твоя
Теплом хранит нежность добра.
Дайя – вечности дитя,
Я – только искра
Твоего костра.

Дайя, нежность твоя
Теплом хранит нежность добра.
Дайя – вечности дитя,
Я – только искра
Твоего костра.

Я – только искра от костра.