Перед встречей с журналистами дочь и одновременно литературный агент – Надин красит ей в дамской комнате ресницы и оживляет неяркой помадой губы. Наконец-то я поняла, что такое настоящая француженка – Анн в декабре исполнится 87, но она стремится быть привлекательной. Войдя в комнату, писательница задержалась у постера актрисы Мишель Мерсье в роли Анжелики, секунду смотрела на него довольно удивленно, потом произнесла: «А! Oui!»
– Мадам Голон, поясните, пожалуйста, ситуацию с обновленной версией саги.
– Начиная прямо с первого тома, я добавляю туда очень важные, интересные факты. Новая версия книги получается в полтора раза больше старой, потому что иногда дополняется до 50 процентов текста. Многие говорят: да, наверное, это просто новая обложка, а писательница доработала всего-то пару страниц. Но это не так.
– Русские поклонники Анжелики вас не один раз спрашивали, почему же она никак не доедет до России. А вы всегда отвечали, что в XVII веке Россия была варварской страной. Но прекрасные соборы Кремля, куда вы собираетесь, были построены именно в XVII веке. А сидевший тогда на престоле царь Алексей Михайлович был, как писали иноземные послы, румян и статен. И любвеобилен: будущий император Петр Первый был его двенадцатым ребенком. Почему бы вашей Анжелике не родить от Алексея Михайловича – при таком количестве детей одним больше, одним меньше. Как вам такой сюжет?
– Да, это вполне хороший сюжет, но книга написана на основе реальных исторических событий, а в то время интерес Франции был обращен не к востоку, а к западу.
– Когда-то в интервью одной газете вы назвали актрису Мишель Мерсье дурой и сказали, что Анжелика в ее исполнении выглядит шлюхой. Со временем вы не полюбили этот фильм больше?
– Я никогда так не говорила, это полная ошибка. Единственный раз, когда я видела Мишель, она сказала, что это роль всей ее жизни и другой подобной у нее, конечно, уже не будет. Но она даже не сказала мне спасибо за этот подарок, хотя вышло целых пять фильмов. Что касается картины: это было зрелищно, Мишель – красивая актриса, но духа Анжелики там не было. Те люди, что делали фильм, не могли допустить, что женщина может думать, что в голове у нее что-то есть. Мы надеемся, что в ближайшее время появится новый фильм, который будет больше соответствовать книге.
– У вашей Анжелики много куртуазных приключений. Книга изначально задумывалась в основном для женщин?
– Когда серия начиналась, мало говорили о любви, тем более – физической любви. Поэтому – почему бы и нет? В смысле почему бы не написать о женщине, которая не боится любви, в том числе физической. Но сейчас-то таких, видимо, уже миллионы.
– Обычная женщина, живущая семьей и работой, такое количество авантюр, которое было у Анжелики, может рисовать только в своем воображении. А вы сами, мадам, замечали других мужчин, помимо мужа? Кто-нибудь из них завоевывал ваше внимание?
– Я не Анжелика, я тихонько сижу в своем уголочке и пишу книгу.
– Что в Анжелике от вас и что в Жоффрее де Пейраке от вашего русского мужа?
– Конечно, Жоффрей чем-то похож на Сержа. Чем-то. И конечно, вера, сила духа, которая позволяет Анжелике пройти испытания – это часть характера Сержа. Видимо, и часть моего характера, потому что бывали дни, когда после смерти мужа (он умер в 1972году. – Авт.) я, оказавшись в настоящей нищете, тоже задавала себе вопросы, на что я буду жить, на что буду покупать еду. Как видите, я остаюсь бодрой и мой дух жив.
– Расскажите о своем муже. Когда в 1919 году он наконец добрался из России до Марселя, его единственным имуществом был пистолет, из-за чего возникли большие проблемы с властями.
– Я вижу, вы знаете больше, чем другие. Ну да, пистолет и, может, еще немного рублей. Серж (Всеволод Сергеевич Голубинов. – Авт.) был сыном российского консула в Персии. Когда его отправили учиться в Севастополь в гимназию, началась революция, потом гражданская война. Он ехал по России с золотом, которое было спрятано в башмаках, и пистолетом, укрытым под бедной одеждой – он чувствал себя с ним немного спокойнее, в конце концов, ему ведь было всего 16 лет. Он пробрался во Францию под видом помощника кочегара. Его семья, которая бежала из Персии через Константинополь, уже была там.