Недавно в интернат престижный,
где дочек наших бизнесменов
натаскивают на миллионеров,
(готовя из щенят элитных сук),
известного профессора позвали,
тройную ставку дать пообещали
за курс психологических наук.
Студентки, спонсоры, отцы, учителя
на лекции ученого встречают
несут букеты, руки пожимают,
и щелкает затворами родня..
Уже звонок... Смахнув седую прядь,
на кафедру взбирается философ:
"Начнем урок, как водится, с вопросов"
За лучший, сразу ставлю "5".
Признание в любви порой определяет
течение Вашей жизни после свадьбы.
Всего четыре типа их бывает и
первое коварнее других...
Когда в елейной речи превозносят:
"Богиня, Чудо,Cовершенный ангел,
я никогда не видел дев прекрасней?"
то большей частью перед Вами бабник,
который Вас сравнил уже с другими,
(прошедшими через его судьбу...)
Тут Вам решать, хотите ли Вы дальше
предметом быть сравнения с другими,
поскольку в нашей жизни, как известно,
цена красот капризна у мужчин.
Так мало времени произнести "прощай",
и бережно согреть дыханьем руки.
Не ускользай у края, не бросай -
мне в эту ночь не вынести разлуки!...
Так мало времени оставила весна -
не наглядеться, опьянев от счастья.
Рассыпались последние слова
осколками сердечного ненастья.
Так мало времени остаться молодым
в твоих воспоминаниях о лете...
Кто был любимым - часто не любил,
а кто полюбит - редко будет светел...
Ты вошла в мою раннюю осень белым танго в лучах листопада,
окрылив безмятежной улыбкой и наполнив весенним ручьем.
Только розы на стареньком платье прошептали "не стоит, не надо...",
предвещая печаль и разлуку, все твердили о счастье твоем.
Я поверил прекрасным кликушам и не тронул хрустальные нити,
не просил, не ответил, не обнял, притворившись, что чувства мертвы...
И теперь я ловлю твои тени на остывшем от боли граните
и кружусь одиноким партнером в вечном танце осенней листвы.
Твоя душа - языческий алтарь
под сводами чарующего храма.
Бьет в колокол невидимый звонарь
- чужой судьбы неотвратима драма.
И рыцари неведомых земель,
закованные в латы самомнения,
спешат на битву,а любовный хмель
всегда умерит горечь поражения.
И стонут стрелы и дрожат мечи,
срывают флаги, режут барабаны
под хохот обезумевшей в ночи,
приумножая гибельные раны.
И победитель в жертвенном венце
на мрамор опускается холодный
к старухе в окровавленном чепце
с улыбкой Рафаэлевской Мадонны...
Не упади святая ось.
Всегда будь вертикальна!
Нетварным светом жги насквозь
все воды мироздания!
Останься навсегда крепка
и милосердна к людям,
пока к руке спешит рука,
а расставаясь, любим..
Мы знаем, имена любимых звучат не так, как в паспортах
их буквы пахнут карамелью и тают сладко на губах
и хочется ласкать подольше, не отпуская с языка
нежнейших звуков переливы, как трепет крыльев мотылька...
Мы знаем, имена любимых звучат не так как в паспортах:
их буквы цвета карамели желаньем тают на губах
и хочется ласкать подольше, не отпуская с языка
нежнейших звуков переливы, как трепет крыльев мотылька...
Пусть глаза твои будут карими,
голубыми, можно и серыми,
лишь бы только нога твоя правая
не короче была чем левая.
Я смирюсь и с годами - морщинами,
париками, зубами свистящими
только ноги должны быть длинными,
симметричными и настоящими.
Чем важна мне деталь конечная -
ты не спрашивай - не отвечу я.
Это химия - тайна вечная
слишком личного возбуждения.
Пришел отец и скинут строгий китель,
отставлена фуражка до утра
и опускается на золоченый шпиндель
зеленым яблоком битловское "Вчера".
Колонки загудят и вздрогнут полусонно,
игла шуршит, царапая винил,
поет Маккартни трогательно, больно
"Мишель, Мишель, тебя я не забыл...."
А мне шесть лет и я не понимаю
мотива грусти нежного певца,
лишь сердце растревожено вздыхая,
торопится скорей обнять отца...
И оказавшись в теплой паутине
из рук и слов "Я так люблю тебя",
вновь падаю на желтой субмарине
в бездонно-земляничные поля...
Это цитата сообщения vados2384 Оригинальное сообщение
С начала 70-х и до краха Советского Союза в 1991, СССР пережил уникальный и период в архитектуре. Главный редактор французского журнала Citizen K Фредерик Шобен, очарованный этим периодом времени в советской архитектуре, в течение семи лет отбирал и фотографировал эти объекты.
Данное произведение входит в список книг, рекомендованных Бродским к прочтению. В путешествии Кюстина показана Николаевская Россия во всем блеске подлинной нищеты крестьянства и рабства, которым болеет все русское общество сверху до низу. Автор исследует русский национальный характер, сравнивая его с европейскими образцами и ,зачастую, данное сопоставление оказывается не в пользу наших соотечественников.
Кюстин путешествовал в Нижний Новгород, посетил Москву и Владимир. Большое внимание уделено маркизом русскому царю, придворным и Петербургу, городу, который произвел на него особо неприятное впечатление. В книге даны потрясающие прогнозы возможного развития России, многие из которых сбылись. Во многих описаных бытовых и жанровых сценках узнаешь, к сожалению, себя и своих современников - чиновников и средний класс, новых русских, новомодных священников и крестьян.,
Следует отметить тот факт, что маркиз был сыном и внуком, казненных на гильотине во времена французской революции высокопоставленных дворян. Дед автора - генерал французской армии. Их потомок приехал в Россию роялистом, а уехал либералом...
Грязь, притворство, лизоблюдство перед вышестоящими и надменность, переходящая в жестокость с нижестоящими, а также неумение трудится, слепое и глупое подражание всему западному, - самые неприятные черты русских, подмеченные автором.
В России данное произведение было долгое время запрещено и вышло в свет в конце 20 века с большими купюрами, под названием "Николаевская Росиия". Многие наши соотечественники, особенно деятели культуры, не желая признать справедливость точных и резких строк автора, заклеймили данное произведение как руссофобское.
Рекомендуется всем к прочтению. Моя оценка 5 баллов из 5 имеющихся. Желательно ознакомится с книгой путешествий Радищева, для более глубокого постижения рассматриваемого предмета - Русского народа.
Выдержка из словаря:
КЮСТИ́Н Астольф, де (1790—1857) — маркиз, франц. писатель. Потомок аристократич. рода, подвергшегося репрессиям в период якобинской диктатуры. Автор очерков, описывающих его многолетние странствия по Англии, Шотландии, Швейцарии, Испании. Лит. известность К. была связана также с его ром. ("Этель", 1839; "Ромуальд, или Признание", 1848 и др.) и пьесами (трагедия "Беатриса Ченчи", пост. 1833). В 1839 совершил путешествие в Россию, итогом к-рого стала кн. "Россия в 1839" (4 т., 1843), переведенная на мн. яз. и оказавшая серьезное воздействие на европ. обществ. мнение. В ней К. подверг резкой критике режим Николая I, однако точность и яркость мн. негативных суждений сочетались с тенденциозностью и категоричностью оценок. К. склонен объяснять пороки самодержавной системы спецификой рус. нац. характера, проявляет непонимание своеобразия рус. культуры. Пытаясь бороться с впечатлением от кн. К., царское пр-во запретило ее ввоз в Россию, инспирировало публикацию за границей опровержений Н. Греча, Я. Толстого, К. Лабенского, И. Головина. Сложной оказалась реакция на кн. рус. интеллигенции, в среде к-рой возмущение К. (В. Жуковский, Ф. Тютчев, П. Вяземский) сочеталось с признанием справедливости выдвинутых обвинений (А. Тургенев, А. Герцен).
Особенность поэтики Шмелева: за монологичной формой повествования скрыта целая эпопея.
Солнце Мёртвых и Няня из Москвы. Всё повествование в том и другом случаях идёт от одного лица, в первом – от героя, во втором от няни, которая рассказывает историю своей жизни и жизни семейства, в котором она служила, барыне, встретившейся няне в Париже после революции. За незамысловатой тульской речью старой нянечки развертывается громадная картина жизни всего русского народа в преддверии социалистической революции.
По рассказу няни мы видим дворянскую семью. Не случайно глава семьи и его жена умирают в мучениях и от язв. Гниение, виной которому становится образ жизни героев. Нет, он не отличается каким-то особым развратом от других людей того времени, он идёт в ногу со временем, и является типичным для той эпохи. Жажда накопительства за чужой счет, а именно за счет наследств, за счёт незаконных абортов, провождение времени в скачках, кутеже, веселии. Ни раз нянечка упоминает, что доме не висело икон, и не раз повторяет она мысль «Нет у них Бога». При всем при этом отец семейства хочет свержения царя и участия во временном правительстве, жаждет управлением всеми больницами. Человек, устроивший кавардак из своей жизни, хочет власти. Тоже самое хотят по мнению автора и большевики, чего стоит описание захвата дач в Крыму настоящими бездельниками, перешедшими на сторону красных. Были и такие, которые сегодня белые, завтра красные, потом снова красные. Такой «бес» - театральный знакомый Катечки. «Перебежчик» - слово, схожее со словом «бес», да и если давать определение слову «бес» - то искушающий других, а именно Катечку своим авторитетом и театральным искусством. Нянечка вообще мастер давать названия персонажам. Возьмем к примеру американского благодетеля Катечки – «Идола». Под идолом нянечка понимает власть денег, идол – деньги, на которых все в Америке помешались, живя только накопительством, чтобы хоть что-то значить в жизни.
Так вот, постепенно эти дворяне, потерявшие Бога в своей жизни, уходят, рассыпается без Бога и Россия для страшного примера в истории человечества. Миллион оторванных от родной земли людей, сотни таких вот «нянь» с материнской любовь, которые и за границей ходят в платочках, молятся Николаю угоднику, ищут православные церкви. Няня – яркий пример самопожертвования собой ради ближнего человека. Яркий образ Христовой всепрощающей любви. Она до последнего была с Катечкой, опекала ее, при чем в таких ситуациях. И именно благодаря няне Катечка обвенчается с Васенькой, а не с «идолом», с властью денег. Няня – своего рода старец Зосима из Братьев Карамазовых, который своими делами действует на сюжетное повествование.
Вот снова мы сравнили Шмелева и Достоевского. И не случайно: Шмелев вводит один аргумент в пользу дел няни: она постоянно молится. Будь то Николаю угоднику, Божией Матери, Христу, молитва постоянно сопровождает няню. Вспомним Весеньку, которому во время сильной болезни приснилась няня, выводящая его из огня, а няня молилась тогда о здравии Васеньки. Ценность Шмелева именно в этом и заключается, он вводит молитву как средство для преодоления жизненной ситуации. Наряду с этим нянечка не какая-то прожженная верующая, знающая законы. Она обычная тульская. Наряду с молитвой они с знакомой гадают по какой-то книге. Казалось бы вещь не совместимая с верой в Бога. Но няня относится к разряду тех православных верующих ,которые молятся Николаю-угоднику и верят в дымового. Это тип, вышедший из русского народа. Кстати по поводу гадальной книги… странная оказалась книга. Ведь что они в итоге нагадали: что няня будет долго странствовать по свету, а после Господь поможет ей. Странная книга волхвования, в которой опора идет на Господа Бога.
"Костры амбиций" - обязательное чтение, сокрушительный, бьющий в глаза роман; тысячестраничный железный поток. Он слишком нагляден, он как книги для слепых, его чувствуешь пальцами, из него выпирает рельефная, трехмерная, бугристая реальность, его не читаешь - трешься взглядом; этот текст, у которого небывало высок коэффициент сцепления с реальностью, он как будто весь иссечен протектором. Вулф открыл какой-то суперпрозрачный, абсолютно функциональный язык, который совершенно не отчуждает жизнь от литературы; язык, у которого нет опосредующих функций, сверхлегкий и сверхпрочный.
Нью-Йорк, середина восьмидесятых. Несколько персонажей, относящихся к разным слоям общества. Центральное событие романа - странное ДТП: двое белых как бы случайно сбивают негра, получается непредумышленное убийство, которое и расследуется сначала вяло, а потом со скандалом национального масштаба. Можно, конечно, назвать "Костры амбиций" судебным романом или даже детективом, но на самом деле это софокловская трагедия, главное настроение которой - чувство неотвратимости, ощущения человека, угодившего в песчаную яму. Современная Америка - сильно стратифицированное общество; Вулф фиксирует тот неуловимый для обычного глаза катастрофический момент, когда в социуме, как в болоте, начинается сдвиг слоев, смещение: какие-то субстанции вытесняются наверх, а какие-то, напротив, уходят в пучину. "Болота иногда издают престранные звуки", - сказано в "Собаке Баскервилей". Вот этот надсадный, ужасный звук и есть роман Вулфа: третий мир становится первым, черно-белое общество превращается в цветное, англосаксонская Америка титаником уходит под воду.
Книга потрясающая. Великолепный срез Америки 1987г , актуальный до сих пор. Читать обязательно...
9.5 баллов из десяти имеющихся. Немного снизил бал за некоторую журналистскую обширность и монотонность некоторых глав, немного повредившей скорости разворачивающихся событий.
Прекрасным весенним утром Чарли Крокер, селф-мейд-мен из южной американской глубинки, разъезжает на чистокровном жеребце по полям Джорджии. У него все замечательно. Ему 60, но он крепок телом и бодр духом, содержит молодую красотку-жену, несколько особняков, плантацию и еще много чего - в общем, альфа-самец. Но тут - бац! - телефонный звонок, от которого жизнь начинает идти трещинами. Банк требует возврата долгов, женушка начинает заявлять претензии, да еще и старая спортивная травма начинает давать о себе знать. Кто-то (в конце Чарли узнает, кто - некий Всевышний Менеджер) намекает Крокеру на то, что он живет не по средствам. Магнат психует, демонстративно крушит конфискованный у него самолет, закатывает вечеринку, демонстрируя гостям племенного жеребца-производителя Прикупа в процессе исполнения им своих основных обязанностей. Но все напрасно - приятели в ужасе отворачиваются от него, а неприятности и не думают прекращаться. Внезапно герой получает интересное предложение от мэра города (кстати, чернокожего) - слегка полицемерить, высказаться в защиту черного спортсмена, обвиняемого в изнасиловании богатой белой девушки. Случай действительно спорный - но для истового южанина Крокера, у которого негры после ужина до сих пор развлекают гостей пением спиричуэлс, заступиться за черного выскочку означает переступить через себя.
Вулф помещает канонический и в общем тривиальный сюжет в оплетку разнообразных примеров бьющей через край жизненной силы - будь то разнузданный шабаш негритянской молодежи в центре Атланты (столица Джорджии вообще предстает "черным" городом в кольце "белых" пригородов) или сцена случки породистых лошадей. 70-летний патриарх американской журналистики плевал на политкорректность; его "черные" - это элита жизни, бета-самец, который только и ждет момента вцепиться в горло дряхлеющему или впавшему в рефлексии белому истеблишменту.
Лично мне книга понравилась. Запоминаются сильные характеры главных героев, их способность противостоять невзгодам в быстро меняющемся мире. Отдельной линией романа идет рассказ о влиянии нарождающейся черной политической элиты на современную Америку, силы не только дикой, варварской и темной, но еще и глубоко разрушительной для устоявшегося белого общества. Жаль только, что автор , по моему мнению, смазал концовку романа, сделав ее не такой убедительной и печальной, как в Костре Тщеславия
Итог : 8, 5 баллов из имеющихся у меня 10
Это цитата сообщения Desert_Man Оригинальное сообщение
Хорошее настроение от животных
Хочется немножко юмора добавить в свой дневник.
