Внимание! Внимание! Всеми нами любимая Светлана Баскова выложила в открытый доступ книгу "90-е от первого лица", состоящую из интервью в представителями буйного московского концептуализма этих самых девяностых.
Обязательно к изучению всеми, кто интересуется "Сектой Абсолютной Любви" и прочими забытыми проектами эпохи.
http://www.bazaeducation.ru/files/90th_251014.pdf
"Сам устав "Секты..." в каком-то смысле уникален.
Что, собственно, такое "секта"? "Секта Абсолютной Любви" возникла на удивительном странном фоне, когда всякие секты плодились как грибы. Практически каждый день на улицах Москвы менялись плакаты — то "Белого братства", то "Аум Синрикё", то еще бог знает каких религиозных объединений. Мы с Пименовым много времени посвящали исследованию этих феноменов: ходили на разные собрания — адвентистов, пятидесятников, баптистов, рериховского общества, буддистов, кришнаитов, черт знает кого. Нам было любопытно рассматривать это как феномен. В "Секте..." мы постарались реализовать некоторую иронию над этим явлением, сознательно сделать компиляцию из всего того, что видели, иронизировать над самим
существованием подобных организаций.
Ни одна из этих организаций, конечно же, не называла себя сектой — это презрительное название, которое продуцируется в массмедиа как оскорбительный ярлык. Обычно они именуют себя очень громко
— "Церковь судного дня" или "Церковь всемирной евангелизации". Мы же назвали себя сектой.
Это был немножко панк-подход, когда человек называет себя свиньей, идиотом, дураком и опережает отношение обывателя или зрителя к тому, кем он является. В случае, когда ты сам приклеиваешь к себе такую
этикетку, тебя очень трудно схватить за живое.
Когда ты говоришь "Я наркоман", "Я проститутка", "Я негодяй", тебя невозможно оскорбить, навесить негативный ярлык, потому что ты и так уже этим являешься.
В то же время в нашем названии присутствовала фраза "...абсолютной любви". Что такое "абсолютная любовь"? Это любовь бога, бог как высшее суперсущество не выбирает, кого любить. Для нас было очень
важно внедрить такое понятие в современное искусство, потому что все это базировалось на том же преодолении постмодернистского дискурса. Когда мы рассуждали на многочисленных дебатах на тему о том, как нам выйти из состояния постмодернизма, обычно все дебаты заканчивались ничем, но самое важное, что, выходя с этих дебатов, я в голове перебирал бесконечные варианты, я ночи не спал. Преодолеть эту ситуацию было невозможно, потому что она всеобъемлюща: нет той области в жизни, которая не была затронута этой ситуацией, не говоря уже об искусстве. Однако все же существуют лакуны, которые ситуация постмодернизма не затрагивала, одна из них — это дискурс веры, сакрального. У этого абсолюта существуют некие абсолютные качества — например, любовь в абсолюте абсолютна; эта формулировка подразумевает, что любовь преодолевает все, она везде и накрывает собой все, в том числе и
ситуацию постмодернизма (следуя логике). Больше, чем постмодернизм, может быть только абсолютная любовь"
Олег Мавроматти.
PS
На самом деле дико хочу сразу открыть и прочитать, но я себе поставил условие на год, не отвлекаться от очень узкой темы. Придётся отложить до следующего декабря.
Напротив окна
Берёза
Уже потерявшая все листья
На крышах дремлют
Толстые чайки
Идеально приспособившиеся
К жизни в городе
Жду
Что-бы выпала
Пара снежинок
Завершив
Символический ряд
Только в этом году
Снег здесь был лишь искусственный
Из специальных машин
Для создания
У прохожих рождественского
Настроения
И я не уверен
Что вы бы увидели
В нём отражение
Собственной смертности
К тексту прилагаются несколько картин Гейкина и ссылка на его интервью .
Творчество этого художника вызывает у зрителей горячие споры и разноречивые суждения. Одни, что называется, с порога отвергают его изобразительную манеру, а с ней вместе то образно-смысловое содержание, которое она несёт. Другие, наоборот, видят в сложности формы отражение реальных сложностей современной действительности. Мне кажется, картины Ромуальда Гейкина стоят того, чтобы о них говорить. С этим, наверное, согласятся те, кто уже посмотрел его персональную выставку, развёрнутую в залах городского музея.
Усиливает интерес к творчеству Р. Гейкина то обстоятельство, что он - наш земляк, родился и жил в Даугавпилсе до поступления в Академию художеств Латвийской ССР, которое окончил в 1973 году (отделение декораторов). С той поры работает в Риге, член Союза художников, участвует в ряде республиканских и всесоюзных выставок, экспонировал свои работы в Польше.
На персональной выставке в двух небольших залах уместилась лишь часть созданного художником, но зато это срез всего его творчества последних семнадцати лет. При виде картин Р. Гейкина напрашивается аналогия с поэзией, более того - она очевидна. Через образы, символы, подчас даже аллегории, через сопоставление, казалось бы, несовместимых понятий художник пытается сформулировать для себя (а значит и для нас) своё отношение к проблемам нашей сложной и тревожной эпохи. Человек среди других людей, человек и природа, человек и история - вот основные темы творчества Р. Гейкина.
В ряде работ художника, особенно ранних, при точной постановке вопроса напрашивается пессимистический вывод, не всегда философски и житейски оправданный ("Холод", "Игра в карты", "Стена", "Семья"). Кроме того, в сочетании реального и воображаемого, в нагромождении предметов, в напластовании символов иногда теряется сама мысль.
Художник подмечает внутреннюю противоречивость эпохи, конфликтность современной цивилизации, вызывающую у него определённые опасения (одна из картин так и называется, "Конфликт"). В чём же выход? Остановится? Нет, осознаёт художник, остановка в пути, всякий духовный застой (повторяющийся многократно образ улетающей от персонажей чайки) чреваты выключением из природных связей ("Эксперимент"), умерщвлением себя и окружающего ("Остановленное время"). Так же несостоятельна мечта о сугубо личном благополучии, приводящая человека-потребителя к бессмысленному скольжению вдоль тупика ("Розовая стена").
Картины Р. Гейкина нелегки для восприятия. В них надо вглядываться, вдумываться, анализировать. Художник задаё вопросы и тем самым будит нашу мысль, приглашает к спору. Принимая или отвергая художественные принципы и жизненную позицию автора зритель точнее сформулирует своё кредо. Это, пожалуй, главное.
Уходя с выставки, зритель наверняка задержится у двух последних работ Р. Гейкина, ярких, светлых, праздничных. Видимо, не случайно они посвящены детям. Именно в жизни молодого поколения могут органически сблизиться естественное и искусственное, романтическая чайка - с рукотворным самолётом ("Сон"). Что здесь - озарение или догадка? Очень хочется, чтобы это был главный вывод из поиска художника.
В. КРУМГОЛЬД
член клуба литературного творчества при Дворце культуры строителей.
"Красное Знамя" 20.10.1984
Пост с фотографиями в вконтакте.
Он же в фейсбуке.
За пару минут до нужного мне поворота
Наткнулся на полицейскую машину
Блокировавшую А283
До момента солнцестояния
Оставалось всего полчаса
Можно было попробовать
Найти обходной путь
Рискуя встать в пробке
На узкой дороге
Только холм стоит прямо перед глазами
Бросаю машину.
Прохожу мимо места аварии
Выглядит очень серьёзной
До этого момента я отгонял мысли
О подозрительно большом
Количестве катастроф и смертей
Вокруг этой точки
Но сейчас самый короткий день
С разбитой машиной
Прямо напротив Кольца
Дорога длиннее
Чем казалось за рулём
Шансов успеть нет
Было наивно считать
Что можно всё бросить на год
И затем
Просто доехать до удобной стоянки
Зажечь огонь
Дать обещание
Спокойно вернувшись домой
К празднику
Сюда нужно идти через пот и боль в ногах
В момент перехода остановился
Сделал три ритуальных глотка мёда
Посмотрел на закат
И продолжил идти через грязь
Наверх по склону
Держась за деревья
В кустах кто-то шумно прячется
Останавливаюсь
Застываю
В листве шуршат многочисленные полёвки
Над головой темнеет небо
Вспоминаю свой старый текст
Из совсем другой жизни
Про желание сойти с ума от счастья
И вечно видеть над головой
Деревья и небо на Лиго
Вновь надо мной
Пульсирующая пустота
Словно всё загаданное
Исполнилось
Зимнее Солнцестояние было сложным, но интересным. Формата "Иди в оккультизм, говорили они... Это безвредное хобби, говорили они... Надо было идти в дацан!".
Поздравляю всех кто праздновал.
Психоделическая рок опера. Одна из первых. Именно Pretty Things были в числе пионеров, тех, кому пришла в голову идея записать альбом с сквозным сюжетом идущим через все песни. То есть их можно косвенно обвинить в появлении в семидесятые множества занудных и претенциозных записей. Это не означает что их собственный альбом был таким, первые блины далеко не всегда выходят комом.
На самом деле этот альбом писался в период серьёзного кризиса внутри группы. Их уже совсем не удовлетворял их прежний стиль. Идея уйти в более лёгкое, комерческое звучание их тоже совсем не вдохновила, на дворе был конец шестидесятых, следовательно были все шансы получить коммерческий успех через эксперименты. Бюджет на альбом у них был минимальный. Даже обложку нарисовал вокалист, денег на профессионального художника не было. Обложка получилась отличной, мрачной и минималистичной, совсем не похожей на радужную моду своей эпохи. Альбом тоже получился мрачноватым. Жизнь человека с символичной фамилией Горе включила в себя окопы Первой Мировой и гибель жены при катастрофе "Гинденбурга". В определённый момент всё трансформируется в лютый катабазис, обезумевшего от горя Себастьяна Сорроу встречает лично Барон Суббота. Забирает его глаза и берёт с собой в путешествие по аду. То есть по подсознанию. Со всеми подробностями хорошего бэд-трипа. Закончилось всё это одинокой старостью и смертью.
Примерно на половине записи альбома барабанщик Скип Алан нашёл себе девушку из Франции и неприятно удивил товарищей по группе сообщением о том что они больше не товарищи по группе. Изучение французского и устройство личной жизни оказалось для него важнее контрактных обязательств. Катастрофу предотвратил Твинк, барабанщик "Tomorrow" и легендарный в свингующем Лондоне тусовщик. В последствии он был одним из создателей великой прото-панк/прог группы "The Pink Fairies", затем поучаствовал и в панк движении конца семидесятых. Жив до сих пор, только принял ислам и поселился в Марокко. Твинк согласился помочь с записью альбома. Денег ему заплатить у группы не было, поэтому он был вписан как соавтор во все песни, что не соответствовало реальности но давало ему право на авторские отчисления. Вполне возможно, что он всё таки изменил звук этих песен, финальная часть альбома звучит тяжело и грязно.
Альбом провалился. Эксперимент не привёл к коммерчекому успеху. Зато с годами стало ясно, что это одна из самых ярких записей 68-го года, в котором хватало ярких записей. Но было мало настолько тёмных и депрессивных.
Поклонники группы "Ulver" наверняка узнают, "Bracelets of Fingers", с которой начинается "Childhood's End". Гарм выбрал самую светлую и мелодичную из песен, посвящённую детству персонажа. Это отличная песня и отличный кавер, но было бы очень интересно услышать в их исполнении остальные, более тёмные песни.
City it leaves without traces
Blind sparrow's carry me
Оригинал на сайте.
Пост в telegram
Пост в вконтакте
Альбом для скачивания в телеграм-катабазитории:
The Pretty Things - S.F. Sorrow Is Born
The Pretty Things - Bracelets of Fingers
The Pretty Things - She Says Good Morning
The Pretty Things - Private Sorrow
The Pretty Things - Balloon Burning
The Pretty Things - Death
The Pretty Things - Baron Saturday
The Pretty Things - The Journey
The Pretty Things - I See You
The Pretty Things - Well of Destiny
The Pretty Things - Trust
The Pretty Things - Old Man Going
The Pretty
Один из поздних проектов Джимма Морисона, попытка снять авангардный фильм за свой счёт и с собой в главной роли.
Это ещё совсем сырой полуфабрикат, пятьдесят минут атмосферных пейзажей пустыни, плюс монолог в начале и диалог в конце. В связи с чудовищным качеством единственной доступной копии фильма трудно оценить пейзажи. Зато звучащие тексты очень хороши. Начальный монолог - история из детства самого Моррисона, про аварию и трупы индейцев, душа одного из которых вселяется в мальчика из проезжавшей мимо машины. Он потом был использован в посмертном альбоме "An American Prayer" и стал основой для вступительного эпизода в байопике Оливера Стоуна.
Моррисон изначально хотел стать режиссёром. Учился в киноинституте. Судя по описаниям, среди его студенческих фильмов были и авангардные, но единственный доступный сейчас фильм периода учёбы представляет собой студенческое кино в худшем смысле этого слова. Затем вся история с The Doors, которая явно не оставила ему времени на кинематограф. Следовательно этот недоведённый до конца эксперимент - единственная для нас возможность заглянуть в альтернативную версию истории Моррисона, с другим медиа в качестве средства самовыражения. Сам Моррисон признавал, что HWY- черновик, первая попытка, которой предназначено стать фундаментом для более амбициозного проекта. Так и не реализованного в реальности. Черновики иногда остаются единственным доступным источником.
Фильм явно связан с поэзией Моррисона, его даже можно определить как своеобразную экранизацию песни "Riders on the Storm", конкретно куплета с убийцей на дороге. Интересна сама самоидентификация автора с немотивированным убийцей. В сохранившемся сценарии (который мы прилагаем к посту) персонаж выглядит чистым психопатом, убиващим детей. Сценарий с диалогами, ясным сюжетом и по настоящему хороший. Если бы снимали по тексту, мог бы получится прямой аналог и предшественник "Badlands".Но в получившемся в итоге фильме нет ни серии убийств, ни сюрреалистического финала с "бродягами бесконечности" Убийство одно, и оно происходит за кадром. Зритель понимает что что-то произошло только по изменению статуса персонажа, незаметно трансформировавшегося в водителя из бродяги путешествующего автостопом. Даже удивительно, что фильм снимался до начала истерии вокруг дела Мэнсона, образ хиппи убийцы блуждающего по пустыне очётливо напоминает о происходившем одновременно со съёмками. Пустыня - прекрасный символ для тёмной стороны шестидесятых. Судя по этому фильму, Моррисон хорошо чувствовал эту теневую составляющую своей эпохи.
Не самый лёгкий для восприятия фильм. Хорошая музыка, никак не связанная с The Doors. Ощущение тихой жути, особенно в эпизоде с умирающим на асфальте койотом. Очень надеемся, что этот фильм в будущем издадут в хорошем качестве и мы сможем оценить пейзажи.
Фильм на ютубе
The Hitchhiker (An American Pastoral).pdf
Оригинал поста.
Пост в telegram
Пост в вконтакте
PS
Вот, к дню рождения, написал про фильм Моррисона. Люблю такие вот примеры не реализованного кино, оставшегося на обочине.
Дуб
Первый день зимы
Короткий, светлый и холодный
Под Гастингсом
Начались неизбежные пробки
Но мы успели доехать до Netherwood Close до заката
Первый раз вижу эту улицу днём
На указателе
С названием улицы
Наклеена цитата
Про Волю и Закон
Последняя сохранившаяся часть
Старого комплекса зданий
Плотно огорожена забором
Паб тоже закрылся
Но он не огорожен
Можно спокойно пройти в заросшее травой и кустами пространство
Одичавший сад рядом с самыми старыми зданиями
Вырвать траву
Выкопать ямку
Оставить там подношение
Таблетку кодеина
Единственный доступный нам легальный опиат
Залив его меадом из фляги
Элем люди зовут,
а Беором — асы,
ваны — Пьянящим,
в Хель Меадом зовут
Уходя из сада
Поднял несколько жёлудей
Дуб выглядит уже старым
Достаточно старым
Единственная встреченная толпа окружила детский хор, поющий рождественские песни
Шучу, что годовщина смерти тоже может считаться вариантом рождества.
Заполнившие город напоминания о завоевании 1066-го года мутировали в граффити 10666.
Эти же цифры встретили нас на дверях внутри Masonic Hall на посвящённой юбилею смерти лекции/концерте.
Лекторы и музыканты сменяли друг друга, на сцене возле рождественской ёлки, в комнате с фотографиями королевской семьи на стенах.
Меня реально интересовала история пансионата Netherwood. Фотографии и планы подтвердили что я правильно понял разрушенную структуру. Затем был хороший дроун-эмбиент от Мэтью Шоу. Ещё одна лекция, про печальную судьбу тёмнокожего оккультиста Ролло Ахмеда, эмигранта из Гаити выдававшего себя в тридцатые за египетского мага.
В финале вечера вышли организаторы, проект English Heretic.
С длинным представлением, почти музыкальным спектаклем, про общую тему в истории поместья Болескин, фильме Романа Полански "Жилец" и рассказе Лавкрафта "Сны в Ведьмином Доме"
Я долго откладывал знакомство с этим проектом. Темы альбомов были столь знакомы, что казались банальными. Или пугали тем, что казались знакомыми,,
С первой же попытки я услышал семпл из телефильма "Робин-Малиновка", который сам предлагал знакомым музыкантам.
"Что хорошего даст женская кровь для земли?"
Немного странный опыт, найти незнакомую прежде музыку совпадающую по концепции и затронутым темам с собственными идеями про то, что хотелось бы записать. Давно думал про проект основанный на своих текстах, но не представлял, что кто-то ещё пишет похожие. Что есть люди с похожими маниями, тоже изучающие всякие странные закоулки в Англии для собственной версии психогеографии, только фиксируемой через звук.
В огромном творческом наследии Кроули его поэзия занимает особое место. Особое и несколько противоречивое. Сам он был высочайшего мнения о собственной поэзии, в результате чего испытывал явные проблемы с отсеиванием зёрен от плевел. Если называть вещи своими именами, Кроули большую часть времени вёл себя как классический графоман. Он потратил весомую часть унаследованных капиталов на дорогостоящие издания собственных стихов. Болезненно обижался на любую критику – история взаимоотношений с гениальным соратником по Золотой Заре, Уильямом Батлером Йейтсом, говорит о многом.
Разумеется, есть вероятность того, что когда он цитировал собственные стихи в изданном под псевдонимом "Марк Веллс" рассказе "The God of Ibreez", то это была самоирония. В противном случае заявление, что процитированный, но не названный по имени автор "сделал свой родной Уорикшир не только центром, но и короной Англии" звучит немного пугающе. Особенно если учесть, что процитированный там текст явно не относился к лучшим образцам творчества, радуя читателя рифмами формата "Where the trembling captive-woman / Waits his pleasure-hour inhuman!".
Было бы легко, на основании всего лишь нескольких цитат с самопрославлением, просто объявить Кроули бездарностью и забыть о вопросе – мало ли плохих поэтов проявляли исключительные таланты в других сферах деятельности? Мешает одно – сфера деятельности, в которой он проявил явную гениальность, плотно пересекается с поэзией. Если вынести за скобки предпосылку, что "Книгу Закона" надиктовал демон Айваз, то нужно признать что это поэзия и поэзия отличная. Другой пример – Гимн Пану, тот самый, который прочли при церемонии кремации в Woodvale Crematorium – к ужасу жёлтой прессы. Этот гимн – действительно великое стихотворение, заслуживающий быть эпитафией. Одно хорошее стихотворение на момент смерти автора уже обеспечивает ему звание поэта, даже если оно окружено сотнями слабых.
Сопоставляя эти два примера, нетрудно заметить, что это не просто поэзия. Это гимн и пророчество (или же откровение). Парадоксальным образом, Кроули становился поэтом тогда, когда переставал изображать из себя поэта – словно смена позы освобождала его от соответствующих штампов в тексте. Это важный аспект: претензия на роль великого поэта явно помешала ему встать великим поэтом. Он так много сил и времени и средств потратил на внешнюю форму – в виде безумно дорогих томов со своими не отсортированными по качеству стихами, что в итоге спрятал свои жемчужины среди собственного же мусора, отпугнув тех, кто мог увидеть в Кроули не только мага и пророка.
Стоит заметить, что в прозе у Кроули схожие проблемы. Есть безусловно блестящие вещи и есть столь же безусловный шлак, когда болезненное эго берёт верх над отстранённостью писателя. Особенно это заметно по
Театральные постановки, в отличии от кино, часто остаются не зафиксированными на плёнке. Как ни печально, но мы не можем увидеть, как работали на сцене Орсон Уэллс или Эйзенштейн. Только читать описания от тех, кому повезло присутствовать в нужное время и в нужном месте. Сейчас, с развитием цифровых камер, шансов для произведения искусства остаться не зафиксированным стало намного меньше. Прежние спектакли так и остались чем-то вроде мандал, моментально стёртые временем.
Один из таких, утерянных для потомков спектаклей, был поставлен ровно сорок два года назад в Ливерпуле. Это была адаптация Illuminatus!, разделённая на пять пьес, по двадцать три минуты каждая. Произошло это славное событие 23-го ноября 1976-го года, уже на следующий год после публикации самой трилогии. Её автор, Кен Кемпбелл, затем поставил на сцене " The Hitchhiker’s Guide to the Galaxy" и безуспешно пытался поставить "Valis" Филипа Дика, что тоже вызывает глубокое уважение. Только для нас от данного подвига остались только несколько фотографий и совершенно грандиозное влияние на последовавшую британскую контркультуру. Дизайнером спектакля, к примеру, был молодой Билл Драммонд, одним из зрителей на лондонских гастролях 77-го года — его будущий партнёр по The KFL Джимми Коти. В Лондоне в массовке оказались даже сами авторы книги, РАУ оставил восторженные воспоминания о своём участии:
"С некоторыми актерами труппы мы много выпивали, и ребята рассказали мне о массе синхронистичностей, связанных с этой постановкой. Во время Ливерпульского показа пятеро актеров получили травмы, тем самым выполняя Закон Пяти. Затем начали обнаруживаться закономерности в соответствии с "Законом 23" (когда Гитлеру было 23 года, он прожил пять месяцев в Ливерпуле. Ливерпульский район, в котором состоялась премьера спектакля, находится на улице, описанной в сновидении Карла Юнга на странице 23 в книге "Воспоминания, сновидения, размышления". Театр в Ливерпуле открылся в день смерти Юнга). Далее, в "Иллюминатусе" фигурирует желтая подводная лодка, а первой песней, которую пели Битлз в этом же ливерпульском театре была Yellow Submarine. Актер, играющий падре Педерастиа в сцене черной мессы, однажды встретил в поезде Алистера Кроули.
Во время показа в Национальном театре труппа рискнула предложить мне роль в массовке. Я согласился быть статистом в сцене черной мессы, но меня там затмил один идиот, который непрерывно чихал.
И все же я был там, на сцене, с голой задницей, распевающий: "Делай, что хочешь — вот один закон" в спектакле под патронажем Елизаветы II, королевы Англии. Я по сей день гадаю, какая же часть всего этого была запрограммирована Алистером Кроули еще до моего рождения."
Судя по данным архивов, существует аудио-запись этого спектакля, только она тоже нигде, на
Хороший пример синхронистичности. Прямо вечером 22 ноября нам попадается альбом посвящённый этой дате. Не дате в целом, а конкретному дню, 22 ноября 1963 года, когда один за другим был убит Кеннеди и умерли Олдос Хаксли и Клайв Стейплз Льюис.
Эти события, одно из которых стало краеугольным камней для всей конспирологии, совместилось в сознании создателя English Heretic с выходом второго альбома The Beatles и первой серией Dr. Who, породив совершенно невероятный альбом. Чистая паранойя, одновременно являющаяся попыткой заглянуть в подсознание ранних шестидесятых.
В сам момент, когда шестидесятые стали шестидесятыми. Десятилетием, которое изменило в итоге, всё. Хороший альбом. Современное мифоторчество, казнь Короля, вечная зима атомной эры.
Желающие услышать в хорошем качестве могут купить его на bandcamp. Заодно рекомендуем другие альбомы проекта.
English Heretic - Mondo Paranoia
English Heretic - Motorcade Taurobolium
English Heretic - Forensic Spiritualism Today!
English Heretic - The Injectors
English Heretic - Hymns For The Fimbulwinter
English Heretic - Runnymede 68
Пост в telegram
Пост в вконтакте
PS
Вот, качал вечером музыку на смартофон к предстоящему концерту Еретика, и понял что альбом посвящён буквально этому дню.
Незнакомая мне часть Англии
Больше похожая на средиземноморье
Синее море
Пляж с песком
Холодно
Среди песка стоит маленькое кафе
На стене фотография
Это же место в семидесятые
Когда здесь собирались хиппи
Фотография красивее современного состояния места
В кафе готовятся к концерту
Я что-то безуспешно ремонтирую на кухне
Потом слушаю как семейная пара пытается играть в двоём на одном синтезаторе
У них постоянные ошибки и неполалдки
Пытаясь помочь случайно нажимаю сразу несколько клавиш
Синтезатор выдаёт совершенно неподходящую мелодию
Ухожу к морю
На дороге возле него останавливается машина
Мой дядя и его семья
Но другие
Иные чем в Даугавпилсе
Они едут из Франции
На переднем сидении машины лежит комикс
С названием на французском
Baise-moi
Вспоминаю как переводилось
Такое название фильма
Но не решаюсь произнести
Следующий момент исчез из памяти при пробуждении
Но я его помнил во сне
Когда я вернулся к кафе и начал убивать слушателей
То знал
Что у моря я встретил Богов
И сломался
Сдался перед их жаждой
Я подходил среди общей паники к людям
Бил их в спину и перемещался к новым жертвам
Никем не замеченный
Не остановленный
Принеся десятую жертву
Снова ушел в сторону моря
Опустошённый
С окровавленным ножом
Для лепки по глине
В руках
Звонит жена
Спрашивает что случилось
Но я по голосу понимаю
Она уже знает
Узнала нож
Взятый из её инструментов
Мне нечего сказать
Всё кончено
Возле моря закопан в песок
Огромный железный квадрат
В моих окровавленных руках
Большая бутылка
С жидкой как вода белой краской
Медленно окрашиваю ей квадрат
Пока не просыпаюсь
Утром пошёл на квакерское собрания
Час сидел в тишине
С закрытыми глазами
И видел белый квадрат
Возле холодного
Синего моря
Образ был чист и прозрачен
Но мои руки
По прежнему пахли
Кровью и первобытной
Тьмой
Перед работой решил заскочить в магазин с дисками, в котором приметил "Different Trains" Стивена Рейха. Накануне послушал, оказался шедевром.
Времени мало. Тороплюсь. Вдруг меня останавливает молодая женщина, плотная, и по всем признакам принадлежащая к экс-рабочему классу. В наушниках грохочет блэк, не слышу ни слова. Только вижу, что она показывает пальцем на огромный окровавленный шрам во все горло. Удивлённо выключаю музыку. Слышу, что она объясняет - это не шрам, а татуировка. Огромная и уродливая. Затем просит о помощи. У неё разрядился телефон, а мать не открывает дверь, очевидно не слышит звонка. Ключей нет, тут холодно, она беремена. Короче, ей срочно нужно отправить смс. Моей фантазии не хватает придумать мошенничество с такими вводными, поэтому я набираю продиктованный номер, заодно убедившись, что он местный, и даю набрать текст.
Уже в магазине получаю два смс подряд. Открываю, заглянув в чью-то чужую жизнь.
Исходящее едва расшифровываемо. Нет заглавных букв и знаков препинания, зато куча сленга. Ответ на хорошем английском. Сперва "Ok". Затем сообщение, что ей пришло письмо из службы пробации.
Если бы я прочитал эту сцену в книге, счёл бы её неправдоподобной.
В любом случае, отступать было уже поздно, так что я загрузился лекарствами и музыкой. Большую часть последовавших суток провёл за рулём, имея всё шансы угробить надежду постсоветской журналистики.
Мне реально нравится возить гостей по любимым местам на острове. Раскрывать психогеографию маленьких закоулков. Всё это я нашёл для себя. Однако этим нельзя не делиться. Я не имею в виду камень от крематория и заклёпку из чёрной двери сквота на Beck Road, ни один материальный объект не передаст места, откуда он взят. Самого поиска пути до места, времени, погоды. Даже физического состояния.
В каждом новом городе и в каждую поездку я обязательно устраиваю марш-бросок, превращая карту в территорию, пока не начинаю падать от усталости. В этот раз это был марш-бросок по хорошо знакомой территории, но физическое состояние изменило восприятие, всё было почти как в первый раз.
Машина ехала в темноте через тихие города на максимальной разрешённой скорости с "Looney Runes" грохотавшей на максимально возможной громкости. Можно взять собой камень, но как заберёшь вышеописанный момент?
Ночью я был окончательно разбит. Тяжело болел неделю. Всё равно, оставшись крайне довольный единственным выходным за несколько недель.
Ёж побежал вперёд
Врезавшись в мою ногу
Постоял секунду
Рванулся в сторону
Зарывшись в листья
Его всё равно хорошо видно
Стою в лёгком ошеломлении
Это ведь раннее утро седьмое ноября
Они должны давно впасть в спячку
Зарывшись в листву действительно глубоко
Он не должен идти мне навстречу
Когда я возвращаюсь из леса
Где осень укрыла все кости
После одинокого празднования
Астрономической ночи мёртвых
С маленьким оберегом на шее
Из лисьих клыков
И челюсти старого ежа
Иглы которого
В этот раз
Я не смог
Отыскать
Под листвой
Это могла быть чайка, но чайки не летают в темноте.
К тому-же у неё была явно круглая голова.
Сова.
Вторая дикая сова, встреченная мной за годы жизни на острове.
Ещё были прирученные совы, для показа которых сняли сад возле нашего дома.
Это было отвратительное зрелище, птицы в явном стрессе среди радостных пенсионеров.
Я тогда подобрал с земли перо, и потом долго хранил его на полке как символ всего, что ненавижу.
Эта сова свободна.
Встреча с любым редким, но свободным животным или птицей - хорошая для меня примета.
Не важно, какое значение придаёт таким встречам традиция.
На самом деле этот день должен был пройти совсем иначе. В начале года я планировал взять в ноябре выходной и поехать в день смерти Бэланса в другую часть Англии. У меня получилось найти адрес их последнего дома-студии. Место, где они записали несколько гениальных альбомов до момента пьяного падения после недельного запоя.
Там сейчас дом престарелых. Меня не бы пустили внутрь, но я хочу прикоснуться к стене.
Интересно, слышат ли там старики в глубоком маразме тихую музыку, не
Выставка. Встречаю гостей в маске. Сколько себя помню, мне хотелось иметь второе, искусственное лицо. Был один фантастический рассказ, довольно посредственный, про общество где все носили те маски, на которые могли претендовать. Мне нравилось его перечитывать, раз за разом, и представлять себе цивилизацию бесконечного карнавала.
Хозяин галереи тоже любит маски. Я не спрашивал, откуда у него это увлечение. На самом деле я никогда не говорил с ним всерьёз, хотя и познакомился первым. Сперва как с владельцем маленького магазина бывших в употреблении дисков с фильмами, музыкой и книгами. Ещё одно увлечение с подросткового возраста, любовь к просеиванию полок с сотнями пыльных образцов дешёвого ширпотреба в поисках того, что выпадает за рамки и тем привлекает внимание. В этом магазине таких вещей хватает.
Затем обратил внимание на комнату с картинами, где регулярно менялась экспозиция. Обсудили идею с выставкой картин Алёны, цены и условия оказались отличными. Вот тогда в разговоре и прозвучало, что он любит маски и хотел бы выделить под них пространство в магазине. У него даже есть своя нойз группа, выступающая в масках. Алёна просто показала маску, сделанную для меня несколько лет назад и ставшую вторым, виртуальным лицом. Моим знаком в сети. Именем Гиперион, почти заменившим забытое партийное прозвище.
Мы сходили на концерт его группы. Маски были так себе, но само мероприятие оказалось внезапно отличным. Вместо привычного уже квадратно-гнездового штампованного нойза мы оказались на подчёркнуто комичном ритуале поклонения редиске. Именно качественный, ритуальный нойз на 666 секунд выступления с сопутствующим перфомансом от которого начинаешь хохотать в голос. Совсем не провинциальный уровень. С такими людьми уже можно проводить выставку, они отличаются от кастрированного и лоботомированного современного искусства из многочисленных галерей.
Мы не стали делать никакого специального перфоманса, просто поставили фоном Majdanek Waltz и меня на вход в качестве живого образца. В непривычно приличной одежде. Картины на стенах чем-то похожи на маски, под краской скрывается нечто живое. Только у масок всегда есть глаза.
Для коллективного фото в конце разобрали все маски со стен. Едва хватило. Я стоял с краю с головой Цернуноса в руках, сделанной из пенопласта, рогов антилопы и ветвей тиса, хранившихся у меня с весны. Каждая деталь долго лежала без дела, пока не пришло время. Затем естественно включилась в произведение.
В последнее время я понимаю, что не нужно ничего форсировать. Заставлять себя писать. Резать руны или огам, делать ритуалы по графику. Заставлять себя кем-то быть.
Маска тоже должна быть естественной. Быть лицом.
Северное полушарие всё ближе к положению между осенним равноденствием и зимним солнцестоянием. Это время во многих европейских традициях считалось периодом, когда завеса, отделяющая мир людей от мира духов становится тоньше. В кельтской традиции на начало ноября приходится Самайн.
В ожидании этого момента в городе Уэртинг на юге Англии пройдёт первая выставка художника-визионера Алёны Крумгольд.
Открытие произойдёт в субботу 14 октября в 18.00 в галерее Train of Thought Emporium. Картины будут доступны до первого ноября. С любезного разрешения группы Majdanek Waltz открытие выставки будет озвучено их музыкой.
По пути на работу
Постоянно
Прохожу мимо старого араба
С видимой болью
Хромающего
Опираясь на трость
Возможно он турок
Или пакистанец
Я не могу понять этого
По его экзотической одежде
Совсем не подходящей
Для местного климата
Она напоминает мне
Иллюстрации к советским сказкам
Или старые фильмы
О пустыне
Провоцируя
Поток стереотипных образов
С пожилыми мудрецами
Молча сидящими на раскалённом песке
Или наоборот
Злобно обсуждающими
Наказание для девушки
Опозорившей род
Меня это злит
Как по нажатию кнопки
Во мне просыпается
Ориентализм
Сведение живого
Незнакомого мне человека
К его внешнему виду
Ведь я даже не знаю
Какой он национальности
Когда и зачем
Прибыл сюда
Просто впервые
За многие годы
Я прохожу мимо человека
Действительно не совпадающего
С железной дорогой
Мелким дождём
Складами
Растрескавшимся асфальтом
Началом холодного
Октября
С вами снова наша нерегулярная рубрика "помолимся вместе, братья!", посвящённая всяким странным образцам сектантской, простите, нетрадиционно религиозной музыке вообще и психоделике в частности.
Адепты Общества Сознания Кришны обладают отличными способностями к музыкальной мимикрии, что доказывается существованием кришнакора и кришна-блатняка. Однако реальное начало этого движения лежит в Сан-Франциско конца шестидесятых. И хорошо, что ещё остались там люди помнящие об этом и держащиеся корней.
The Gouranga Powered Band - команда шотландских кришнаитов. Судя по тексту в буклете их лидер, Puri Maharaj, вступил в движение в 73-ем, после чего, судя по всему, его музыкальные вкусы застыли и мумифицировались. Понять когда возникла группа и когда был записан этот альбом физически невозможно, в буклете указаны только годы вступления каждого музыканта в ISKCON. Последняя дата - 1996, ясно что альбом записан позднее. Только по музыке этот промежуток никак не определяется, напоминая как раз начало семидесятых.
Перед нами пещерный тяжёлый психодел с длинными повторяющимися композициями. Никакой изысканности и изощрённости, всё просто как топор Парашурама, рассекающий ложные идеи вместе с их носителями. Иногда певец начинает проповедовать на тему временности всех наркотиков и развлечений за исключением одобренных Кришной, только всё это быстро сводится к однообразному повторения всем известной мантры под гитары и барабаны. Нельзя не признать, что звучит это мощно. Странно, но сильно, за счёт своей зверской серьёзности. Даже вышеописанная повторяемость, давно вошедшая в анекдоты про кришнаитов, здесь превращается в достоинство.
Главная причина, по которой этот образец музыкального аутсайдерства стоит послушать - финальная Kali's Come. Для фактически монотеистского гаудия-вайшнавизма крайне необычно обращение к другим божествам индуистского пантеона, но нужно же как то нагнать на слушателя/потенциального новообращённого апокалиптического мрака. Это вполне получилось, данные четырнадцать минут приближаются по звуку к прото-думу, причём даже неизбежное Харе Кришна начинает звучать весьма зловеще.
The Gouranga Powered Band - Be Free Boogie (https://t.me/katabasitory/374)
The Gouranga Powered Band - Gouranga Rock (https://t.me/katabasitory/375)
The Gouranga Powered Band - Super Soul (https://t.me/katabasitory/376)
The Gouranga Powered Band - oh Gouranga (https://t.me/katabasitory/377)
The Gouranga Powered Band - Call out Gouranga (https://t.me/katabasitory/378)
The Gouranga Powered Band - KALI'S COME(IT's HELLISH) (https://t.me/katabasitory/379)
Оригинал на сайте (можно послушать онлайн)
Пост в telegram
Пост в вконтакте
Увидел в чарити за фунт, решил купить вслепую за отсылку к Кали. Очень доволен и задумался о создании сборника "Сера и пламя - сектантская психоделика про ад и апокалипсис ".
Нечто вроде дрона, только состоящего из вращающихся по кругу полос метала.
Опаздываю к бабушке, но думаю, что нужно посмотреть, что это такое.
Кто бы не запустил его - вещь выглядит слишком опасной для населённого города.
Снимаю полёт на видео, вижу, что он опускается с другой стороны дороги.
Подхожу.
Там военные, которых не могу идентифицировать, и некий мужчина. Во сне я знаю, что это писатель фантаст Юрий Морозов, автор патриотических параноидальных книг.
Он начинает по памяти читать собравшимся начало своего романа.
Мне становится неприятно и я ухожу, только с удивлением замечаю у писателя на руке повязку похожую на нацбольскую.
Долго поднимаюсь на нужный этаж.
Сперва жду лифт, потом выхожу не там и спускаюсь по лестнице.
Наконец - знакомая квартира.
Дверь открывает мать.
Только я знаю, что мы с ней давно не разговариваем и её никак не может быть в этой квартире, учитывая застарелый семейный конфликт.
Прохожу в комнату.
Она, как всегда, рыдает и зло комментирует каждое моё слово, пока я показываю собравшимся видео и рассказываю про летательный аппарат.
В следующем эпизоде я иду в сторону города по улице 18-го Ноября, география совпадает с реальной.
На мне красная майка, которую только что выдали.
Майка партийная, такая какую выдавали на пятом съезде, только серп и молот поверх заклеен.
На наклейке некий адрес сайта (я знаю что это сайт новой организации), в центре большие буквы LV.
На улице много старых партийцев.
Мимо меня проходит сочувствовавший музыкант, у него тоже наклейка, но с лимонкой.
Затем стоят два моих бывших лучших друга, с которым я не разговариваю с момента того конфликта, от которого я ушёл из политики.
Они не могут быть тут, один вообще воюет.
Их майки заклеены точно так-же как моя.
Прохожу мимо них молча и стараясь не глядеть в их сторону.
Я понимаю что в Латвии ходит с открытой символикой - нарушение закона.
Но меня берёт злость и я срываю наклейку.
Потом останавливаюсь и признаюсь себе самому, что смысла нет. Мне это дорого как прошлое, но сейчас ходит так - значит поддерживать нынешние тексты Лимонова, от которых меня берёт только злость и раздражение.
Всё осталось в прошлом.
Снимаю майку и захожу в маленький магазин, который всегда стоял на этом месте.
Магазин стал двухэтажным.
Подхожу к продавщицам и по привычке заговариваю на английском.
Потом извиняюсь и говорю что уже десять лет тут не был (в реальности немного меньше). Объясняю что ищу пирожные, которые всегда покупал в детстве в этом магазине.
Наверху их нет.
Спускаюсь вниз, там нахожу нужны пирожные, но понимаю что в кошельке фунты.
Валюта не подходящая.
Начинаю искать евро.
С удивлением нахожу франк (в реальности в поездке в Париж, естественно, были евро, причём я про это помню и во сне).
Нужных монет почти нет.
Пока я стою и перебираю монеты, рядом включён телевизор.
По нему показывают некий исторический фильм про революцию 1905-го года.
По сюжету революционеров (эс-эров) объявили провокаторами и расстреляли.
Их трупы лежат возле церкви.
Мимо идут люди, как ни странно, голосовать.
Их ведёт некая женщина провокатор, с презрением показывающая на трупы как на виновник всех бедствий.
Просыпаюсь, считая монеты и глядя на трупы.
Лестницы, дверные проёмы, полуразрушенные помещения, явно взятые моим подсознанием из "Дела для начинающего палача".
По ним идёт процессия из весёлых людей и несёт с собой гроб.
Куда-то наверх, через бесконечные лестницы.
Из разговоров понимаю, что по сюжету в крошечной Чехословакии не осталось места для могил, поэтому трупы несут хоронить в СССР.
Люди доходят до цели.
Последняя лестница мне хорошо знакома, это мой родной, первый дом в Даугавпилсе.
На улице Марияс.
Все выходят на улицу, и это мой родной район.
Церковная горка.
Лето.
Синее небо и прозрачный воздух.
Только там где должна стоять одна из церквей, стоит средневековый замок.
Он похож на реконструкцию Динабургской Крепости, только в реальности она стояла совсем в другом месте, вдалеке от современного города.
Замок очень красив на фоне неба.
Переключение каналов.
Теперь мне показывают третий сезон Твин Пикс.
Шестнадцатую серию, которую мы, на тот момент, ещё не посмотрели в реальности.
Там кто-то приезжает в полуразрушенный дом в котором живут деклассированные элементы.
Я знаю что это цыгане и говорю об этом вслух, семье, с которой смотрю на экран.
Человек начинает их медленно расстреливать, причём я удивляюсь тому, что его никто не убъёт, учитывая как медленно он
Человек
Запертый в подвале
Хутора
Вокруг которого стояли
Люди норвежского конунга
Конечно не мог
Сравнить свою смерть
С старыми сагами
Записанными им для хроники древних норвежских правителей
С тем как на тризне в Упсале
В легендарные времена
Ингьяльд
Кому в детстве
Запекли волчье сердце
Сжёг сразу шесть конунгов
И как потом его сын
Олав Лесоруб
Был окружён и сожжён вместе с домом
Собственными людьми
Ради грядущего урожая
Записывая эти истории
Снорри сын Стурлы
Мог думать о нападении на хутор "Овечья Гора"
И собственных строках
Хвастовстве о том, что:
"Не одна лишь свора
— чадь чтит покоя —
Фьорда Шхер на сходы
Копий днесь способна"
О том как он
Долго пытался взять власть на острове
Не прикасаясь к оружию
Ещё не зная
Что в осеннее равноденствие
И в его хуторе вспыхнет пламя
Пламенем станет сам его дом
Опыляя поля пеплом
Удобрением смешиваясь с золой
Пламенем вспыхнет сам его хутор
Пламенем
Станет
И его
Дом