Погасите свет в моей клетке, я не хочу видеть, я не хочу знать.

Я становлюсь пеплом, я уже не бунтующий дым, а пыль погибших в пламени чувств.
Я не плачу даже, я бросаю горсть земли на гроб моих желаний. 

Исчезнуть. Вот, что я хочу.

Полномасштабная депрессия, привет.

Я боюсь ложиться спать - оставаться наедине с собой.

Я не в силах ничего делать, нет сил, желания, смысла.
Принимаю запрещенное и заодно ползаю по квартире за обезболивающим.
Поломка. Поломка. Поломка.
С именинами меня.
Все навалилось сразу.

 

не подохнуть бы с тоски.
у меня сентябрь позади.

еще счастливый момент: 31 мая. 12 ночи - уже 1 июня можно считать, триумфальная площадь, я читаю маяковского, меня снимают со всех сторон. встречали лето без пу
или когда узнают: это ты, ааа.
 

да, действительно, глупо говорить, что "мы" связаны, логичнее трактовка "я" с ним связана. 
просто чтобы я не делала, все равно останавливаясь и чувствую какую-то непрерывную линию от меня к нему. 
этакая связка, недо-вектор, тонкая нить.
просто я не отпустила.
успокоилась совсем, только иногда так сильно бьется, что еле сдерживаюсь.
а в большинстве моментов - все ок, держусь.
 

Надеюсь, тебе твердят обо мне так же как о тебе - слишком много. 

Вот как стало: мои друзья те, что в сводках новостей, а не в эпизодах сериалов.

только бы сойтись  характером с адвокатом.
мне кажется сойтись характером со своим адвокатом очень важно.

я всегда думала, что буду выть от счастья  видя себя в газете, фото свое, статью свою - 
оказалось, что пока идешь к этому уже ничего не остается.
это не внезапное счастье, а такой логичный этап развития.
так же было и со спектаклем - на премьере, ну не было же дичайшего восторга,
потому что все спокойно к этому шло.
и я уже не думаю, что когда однажды зайду в книжный и встану у полки со своими книгами - 
то буду плакать и говорить: это я, я!
нет, подобные успехи воспринимаются спокойно.
да. вчера я купила лучшую газету, со статьей про меня и фото даже, многократным упоминанием фамилии.
я вожу ее с собой, потому что еще не дочитала - и спокойно.
есть мои слова в газетах других, сайтах, и я спокойна.

 

да не до этого.
а все равно как-то: есть он где-то.
помнить, хотеть чтобы был, не конкретизируя кем.
какой-то въедливый, как яд, растворился во мне.

аж тошно. от них всех. мужчин плавающих в памяти

к черту. остыла и чай мой остыл.
 

я - бегущая строка.

Я не знаю, как возможно быть аполитичным в сегодняшней жизни.

Это нездоровый адреналин – но прекрасней чувства нет, ультрарадикальная я. Широко открытые глаза, слишком открытые. С таким чувством на врага бросаются, с диким смехом в горло ему зубами хищно впиваются.  Планета огромна – и вот он центр. Толпы людей, тысячи и все родные, все со мной и все мои. Это эйфория. Это то, без чего я не могу больше жить, все актерские ощущения – в сравнении ни что, серьезно. Дьявольская решительность, буйство энергии, нездоровые проявления проживания ситуации. Быть в центре событий - от этого не избавишься, желание сжирает все остальные. Когда центр найден - все вот так. Мои друзья в сводках новостей, а не в эпизодах сериалов. Хочу быть знаменитой и узнаваемой - моя новая деятельность дает мне все. И фото в газетах и статьи в газетах, и на улице узнают и в интернете обсуждают, и эмоций миллиард. Как мне терпеть иное? Как вытерпеть четыре стены вокруг - пусть даже в них заключены зал и сцена? Мне нужно больше. Масштаб - в нем все дело. 

А с ними молчи люба, они ничего не понимают, они не могут понять, но если и те, кто разделяют чувства, теперь знаю, что есть, теперь не боюсь о чувствах этих говорить. Адреналин главный из наркотиков. Эта война - стала моей. 

такая равнодушная к происходящему, веселая слишком.
так больно внутри, не знаю куда кидаться.
да любой эпитет описать меня - негодная.
бесполезно.
давай останемся.

часто бывает: чем грязней снаружи, тем чище внутри.

так больно, черт возьми. кому рассказать?
я бы его сильно била, если бы могла поймать.

иногда скучаешь, просто до чертиков.
в горле  колется, сердце сжимается,
мальчик тот, был таким добрым мне помнится,
а теперь непонятно чем и где занимается.

он забыл. я и впрямь уверена - не вспоминает,
когда вспоминать и нечего, то чего же?
от чего же мне есть о чем тосковать?
руки царапать, губы кусать.

я иногда просыпаюсь как от боли,
что-то жжет глаза, до отчаянья у виска давит, как от курка
это ты мой мальчик? где то ты хоронишь меня?
вспомнил? так ли... пустяк, ну что ж,
если все однажды воспрянет, я про одно лишь утро скажу.
когда я так удивилась, что сбежала,
боже, это мне иначе ведь не назвать,
я ходила по комнате туда-обратно,
за голову держась и подружке звоня,
как тогда ты уходил меня поцеловав - не знаю,
в след смотреть тогда я не могла.
мы не успели привыкнуть целовать друг друга,
мне каждый раз было страшно...
ты ведь ты, ты продолжишь гулять со своим псом,
я ходить в универ, тосковать...
я напьюсь завтра поплачу о тебе,
ты так грубо остался в прошлом. противно.

Новый идеальный человек – он одержим реальностью. Он более чем реален, он освещен полномасштабно, голубоглаз, и слишком много думает, да и говорит тоже много. Он умнее меня и сильнее, с ним чувствуешь себя защищенной, он отвечает на вопросы, которые мне задают, он обнимает меня. 

грустные фильмы с красивыми мальчиками - заплакала все клавиатуру. 

тебя таааак давно нет, что я и забыла.
только теперь никого нет.
и забывать тоже нечего.

     Андеграунд пати.

Геката.
Хиона.
Тефида.

Сцена 1.

Посреди темной сцены одно светлое пятно в нем видна кровать, а на ней спящая фигура мужчины. Он спит лицом от зрителя и почти с головой накрыт темным одеялом.  Сцену заполняет звук ветра. Пролетает газета, гонимая ветром, за ней еще одна, и еще одна. Играя со следующей выходит девушка, зовут ее Геката.

Геката: От точки А до точки Б миллиарды километров. Я засыпаю под холодные стоны скрипки, а не под его тихое теплое дыхание. Да, можно меня поздравить, - она показывает газету, -  я теперь печатаюсь, только к черту это!  Ничего не имеет значения, кроме всепоглощающего человеческого тепла.  Теперь знаю. А от точки А до точки Б миллиарды километров, миллиарды…

Она медленно подходит и садиться на край кровати.
Человек на кровати задвигался, и с другой стороны незаметной зрителю женская фигура падает на пол, она лениво встает и ругается, зовут ее Хиона.

Хиона: Ну, какого черта, он снова толкается! Надоело! – и вдруг произносит спокойно, с нежностью, с любовью даже, - Сил моих больше нет.
Она поправляет спящему одеяло, замечает Гекату, обращается к ней.
Хиона: Я не знаю, что из этого получится, мне хорошо с ним. Мне приятно и легко, к чему загадывать о дальнейшем?
Геката: Не надо оправдываться.
Хиона: Я не оправдываюсь, просто твое присутствие смущает.
Геката: Прости.
Хиона: Почему бы тебе не завести новый объект желания?
Геката: Ты прекрасно знаешь, он совсем не «объект желания», просто забыть – не получается…

На сцену выходит еще одна девушка, она со стулом в руках, зовут ее Тефида.

Тефида: Доброй ночи, дамы.
Тефида ставит стул неподалеку от кровати и садиться.
Геката: Думаю, ее присутствие смущает тебя куда больше.
Тефида: О чем вы?
Хиона: Не будем об этом.
Геката: А мне кажется, это как раз то, о чем следует поговорить, я то тут так… А вот вы две…
Тефида: Хиона, объясни, пожалуйста, о чем она. Впрочем, я с удовольствием, как и всегда не стала бы вмешиваться в ваши рассуждения, но если они касаются меня, то я хочу знать.
Геката: Дело в том, что Хиону смущает наше присутствие.
Тефида: Еще бы, я могу ее понять.
Геката: А я говорю о том, что мое присутствие должно бы смущать ее меньше, чем твое. Я то – всего лишь прошлое, одна из не случившихся удач, бывшая девушка, а ты…
Хиона: Геката, ты делаешь из этого трагедию, а это просто течение жизни…
Геката: Да, не просто видеть вот так рядом будущую девушку своего любимого…
Тефида: Это все далеко не факт. Хиона, не слушай ее.
Хиона: На самом деле, Геката конечно права. Просто я не буду устраивать из этого истерик…
Тефида: Я совсем не утверждаю, что он мой будущий…
Хиона: Ты его будущая, это ясно…
Тефида: У меня есть мужчина и никогда не было проблем с этим… Да, есть какие-то мысли о неком идеальном человеке… Я представляю его…
Хиона: Поэтому ты здесь… Я пойду, приготовлю вам чаю, ладно?

Хиона уходит, сбегает от тяжелого разговора, под простым предлогом.

Тефида: Ты жестока.
Геката: Я несчастна.
Тефида: Неправда, ты любишь, ты умеешь любить, ты знаешь, как это ощущать, чувствовать…
Геката: А ты?
Тефида: Я не испытываю чувств… Не умею…
Геката: А вот и нет, - рассмеялась и продолжила,-  раз уже ты здесь… то значит ты влюблена. И влюблена сильно.
Тефида: Я его даже не знаю!
Геката: Ты придумала кого-то и влюбилась… А вот и он.
Тефида: Это абсурдно.
Геката: Тогда почему ты здесь?

Входит Хиона, дает каждой из своих гостий по чашке.

Хиона: Да, чашки пустые, нечего на них смотреть.
Тефида: Почему в них нет чая?
Хиона: Чтобы вы не разлили.
Геката: А если я хочу пить?
Хиона:  Все на кухне. А уж, где кухня, ты, Геката, знаешь получше меня.
 Геката: Хорошо сказала.

Тефида: Мне сегодня было так сложно заснуть.
Геката: Просыпаться сложнее и  менее приятно.
Хиона: Сдается мне, ты любишь спать.
Геката: А мы похожи с тобой, знаешь. Я тоже люблю цеплять людей. Только бить по самому больному я бы не стала…
Хиона: Что? Нет уж, я не такая.
Геката: Не будем спорить. Ты хозяйка положения – ясное дело. Я здесь незваный гость – да. Но я в отличие вас искренняя, говорю открыто: я люблю его, разлюбить я его не в силах. Как ты удачно подметила, Хиона, и спать я люблю, потому что во сне прихожу сюда, к нему.
Хиона: Ты

познай меня мистическую.
расшифруй.

Ну конечно ко всему привыкнешь, и сердце стучать будет спокойнее. 
Моя автобиография будет называться "танец отчаяния".
у меня не разу не было нормальных отношений.

кто ты?

нет ничего сильнее желания любить, когда любить умеешь.

хочу быть красивой девочкой с фотографии за заднике книги - где про автора.

а такое вдохновение, что тошнит,
вдохновение всегда с привкусом боли.
оно всегда терпкое и волнами.
как красное вино на белоснежную скатерть,
как в море люди гибнут.

я не помню зачем стала актрисой. маленькой кино смотрела, видела играют и думала, я ведь могу так же и играла, играла. потом жажда известной быть пришла откуда-то. потом театр пришел уже позже в 15 где-то. сейчас мне 20, еще два года у меня диплом актрисы.
а я хочу играть. и известной быть - тщеславие - лучшее, что возможно.
только я еще и жить хочу.
чувствовать. это важнее.

я нуждаюсь только в мужчине. остальное смогу.
только не плачь, люба, не плачь.
не плачь палач.