Стояли звери около двери.
В них стреляли, они умирали.
Братья Стругацкие "Жук в муравейнике"
Утро как утро. Как обычно. Возвращение из ниоткуда, серой пелены на грани обморока и потусторонних теней. Сердце колотилось. Протянув руку в нужном направлении, Григорий Степанович нащупал мобильник и, стараясь не светить им в глаза, взглянул на время. 06.42 беспристрастно высветилось на экранчике. До противной мелодии-побудки оставалось 18 минут. Мысленно повздыхав, он свесил ноги с кровати и побрел в ванную. Поставив пластмассовый тазик под кран, он со вздохом открыл холодную воду. Привычка обливаться появилась недавно, с месяц назад, наверное. Григорий Степанович попытался вспомнить, о чем же думается в те мгновения, когда тазик холодной воды опрокидывается на голову? Какая-то часть существа, ленивая и пугливая, с ужасом взывает к разуму и сердцу с просьбой прекратить эту экзекуцию... Короткий вздох...поток холодной воды плотно стекает с головы вниз по телу... Быстро растираешься полотенцем. Тело становится легким, почти невесомым, легкие увеличиваются в два раза... Мир становится цветным! Кажется, что можешь свернуть горы, летать и парить над землей как птица, как воздух... Запахи! Чувствуешь такой контраст запахов, наверное такое обоняние у собак... Кофе напрочь не хочется! Ты и так наполнен адреналином... Здравствуй, мир!
Григорий Степанович быстро умылся и пока в турке закипало кофе, включил компьютер. Тоже привычка, подумалось. И при чем не просто привычка, а привязанность. Вот надо это мне? Но детище Била Гейтса уже загрузилось... В почтовом ящике новых сообщений не было.
Громким шипением кофе дало о себе знать, что не дождалось его и самостоятельно отправилось посмотреть на мир, попутно заливая плиту.
Быстро допив остатки кофе и проглотив бутерброд, он сел за компьютер. Кровь из носу, но резюме должно быть сегодня доделано! Быстро пробежал глазами строчки. Так, родился, учился... Служба в Армии, причина увольнения... Пожалуй, вычеркнем. Прежняя работа... агент, специалист, начальник, заместитель директора, директор... Хм, подумалось с гордостью, все-таки карьера как не крути! Конечно жизнь на гражданке не сахар, особенно когда без профессии, связей, да еще в новом, незнакомом городе.Да еще без, пусть и трижды проклятой, но Организации. Когда за тебя думает командир, государство дает деньги, льготы, проездные, пайковые... Шок первых месяцем ухода из армии прошел. Чем только не приходилось заниматься! Ремонтом телевизоров, работой экспедитора, организацией гаражного кооператива... Когда комиссионные страхового агента сравнялись по величине с остальными заработками, всерьез подумалось о переходе в новую сферу деятельности. Тогда он не ошибся. Но время шло, работа превращалась в обыденность, скуку, в конце концов опостылела. И он методично рассылал свои резюме, стараясь найти что-нибудь интересное...
Все, хватит, пора собираться, подумал он. Привычка быть точным и не опаздывать осталась от прежней военной жизни. И хотя можно было, а может и нужно, чтобы поддерживать реноме директора, опоздать, привычка брала свое. До остановки было ходу минуты две. Но ноги сами несли до следующей.
Он любил ходить пешком. Пока шел, просыпался, дышал свежим воздухом. Да и лишних несколько минут в автобусе проводить не хотелось.
Пройдя до следующей остановки, он увидел подъезжающую "девятку". Ну что ж, едем на "девятке"!
Подошедший к остановке "гадюшник на колесиках" представлял собой образец некогда известной марки, поистрепавшийся по дорогам Германии и порядком избитый местными кочками и ямами. Грязный, потертый, но еще резво бегающий в руках умелого водителя, автобус приветственно лязгнул створками дверей.
Автобусы в городе ходили по только Богу и самому водителю известному расписанию. Скорость движения подбиралась не по загруженности дороги, а в зависимости от конкурентов. Вполне определенно можно было увидеть гонки ни чем не уступающие Формуле-1, с лихими обгонами, невероятными маневрами и подрезами на поворотах. Все это сопровождалось смачными выражениями небритых водителей. Но чаще всего, автобусы просто ползли по дороге, как удав по пачке дуста. Водитель в таком случае напоминал старого извозчика на полудохлой кляче, степенно перебиравшей копытами по гулкой мостовой. Если какая дамочка не выдерживала и нервно пыталась высказать водителю своё недоумение, то получала под свой любопытный нос грязную измятую бумагу и уверял, что точно выдерживает расписание движения и все претензии пусть отправляет в письменном виде тому, кто сочинял мудрый график. Конечно, дамочка вспыхивала, пыталась записать фамилию и номер автобуса, выйдя на ближайшей остановке. Но, судя по тому, что на завтра тот же водитель тряс тем же расписанием под носом у другой дамочки, все оставалось по
Читать далее...