Снилось, что я актриса и пришла работать в новый театр вместе со своими двумя друзьями (я их вообще знать не знаю). Режиссер принял с легкостью, даже специально для нас троих САМ написал пьесу.
Стоит заметить, что театр был очень странно устроен. Сцена находилась на балконе, но начиналась не сразу. От края балкона до неё был насыпан песок, много песка. Зрительный зал – внизу, балконов для зрителей нет.
И вот приходим на премьеру. Зал пуст, а мы просто пришли осмотреть сцену. Мои друзья взобрались на неё, стоят. А я подбегаю к песку и падаю на него, отбросив опасение запачкать волосы. Надо мной – черное звездное небо. Актеры стоят на сцене и смотрят на меня, не желая беспокоить. Я поворачиваю голову и смотрю на свою правую руку: мокрый, теплый песок забылся под ногти. Меня посещает странная мысль: «Зачем он сам забивается мне под ногти? Я же этого не хочу… Потом опять руки мыть». И всё-таки не встаю, закрываю глаза, сжимаю в кулаках песок, пересыпаю его, наслаждаюсь очень странным ощущением.
Наконец, я открыла глаза и услышала голоса на сцене. Линия песка теперь была уже. Я встала (почему-то в халате). Волосы были мокрые и завернутые в оранжево-синее полотенце.
Зал был полон зрителей, но они не обратили никакого внимания на меня. Тем не менее, я пригнулась, чтобы меня всё же не было видно за перегородкой. На сцене шел спектакль. Без меня.
Недоумевая, почему они меня не позвали переодеваться и почему не выучила слов, я аккуратно вползла в небольшую комнатку. Противоположная дверь распахнулась и внутрь вошла женщина лет сорока пяти, в белом халате. Она сразу протянула мне какую-то ампулу и две очень маленькие ложечки:
- Передай, пожалуйста, моему сыну. Ему нужно это пить.
«Но там ведь спектакль…», - подумала я недоумевая.
- Ничего страшного, - улыбнулась женщина, - Ты поставь на столик, а он изловчится выпить. Он же актер.
- Но я не могу…
«Я с таким трудом выползла оттуда».
- Мне нельзя там появляться, меня могут…
«Меня могут заставить играть в спектакле, а я без костюма и не знаю слов».
- Ты просто сползай, - советует женщина, - Тебя никто не заставит.
- Хорошо, - соглашаюсь я не без колебаний.
Кратковременное молчание.
- Вы режиссер? – задаю, наконец, вопрос (странный, если учесть, что брал нас на работу мужчина).
- Нет, но я здесь работаю.
- Врач?
- Нет…
- Так кто вы? – спрашиваю я подозрительно.
Женщина начинает пятиться к двери, не сводя с меня глаз. Я сверлю её своим взглядом.
Вот, она уже у двери и начинает очень медленно, бочком, выходить.
- Мы все будем скорбить по тебе, - вдруг говорит она.
«Как скорбить? Я что мертва?».
Мне сразу вспомнились зрители и актеры, не обратившие никакого внимания на моё присутствие…
- Стойте, - говорю я спокойным голосом, - Как скорбить? Подождите…
Женщина всё дальше и дальше…
Меня разбудили.
К чему снится сон, что я сдаю экзамен неудачно?
Не так давно приснился сон, слегка легкомысленный даже сон. мне приснился ангел, даже скорее это был человек, но он был ангелом, он попросил описать моё счастье и сказал, что тогда он подарит мне его....... я сказала ему, что моё счастье цвета моря, утром я проснулась и в тот же день узнала о намечающемся отпуске ! пускай не совсем море, но на две недели в великие горы Тянь - Шаня, быть оторванной от цивилизации, дышать запахом гор, травы, ощущать брызги горной реки, да, это похоже на счастье, но во сне я имела в виду всего лишь цвет его глаз.......
Снился весьма абсурдный сон, если учесть, что у меня нет отца, а брата я своего ни разу не видела. Приснился после того, как мама (в спешке) надела мне на руку свои часы и убежала.
А сюжет такой. Я сплю, в той же позе, что и на самом деле. И просыпаюсь от странного ощущения, что мне срочно надо залезть в интернет. Вскакиваю с постели, включаю ноутбук и узнаю, что мой отец якобы умер. Меня – в слезы, на душе погано. В дверь звонят. Не реагирую, потому что испугана: кому что надо в пять утра? Звонящий, видимо, упрямый. Подхожу к двери, включаю свет, потом понимаю, что когда я подниму медальку, закрывающую глазок, он сверкнет желтым, и выключаю свет. На лестничной площадке – какие-то два мужчины, нерусской национальности. У обоих щетины и…колбаса в руках. «Кто они такие? В такую рань продают что-ли??», - думаю. Мужчины перестают звонить и подходят к двери напротив. Потом я уже сижу за обычным компьютером, который почему-то стоит на подушке моей кровати. В дверной скважине кто-то копается. Я напрягаюсь. Дверь хлопает – мама. Выглядит она совсем не так, как в жизни.
- Так, я сейчас ненадолго забежала, мне скоро нужно уходить.
- Мам, папа умер.
- Ну и что?
Это выводит из себя: как так «ну и что?»??
- Меня абсолютно не интересует, что происходит с твоим отцом. Пусть он хоть в космос полетит…
- Как ты так можешь!
Обстановка меняется. Пляж, прозрачное голубое море, слегка бушующее, ветер. Мы с братом лежим на берегу (едим виноград), омываемые теплыми волнами. Мама тоже лежит, только впереди нас. Я чем-то смешу брата, как вдруг меня опять возвращает на старое.
- Разве так можно? – вопрошаю, - Это же мой отец!!
- Вот именно, что твой. Меня это не касается.
- Мама, почему ты так жестока?? – чуть ли не плачу.
- Так, всё, я устала. Я пошла плавать… - говорит она.
- Подожди! Я ещё не договорила! Ты ужасна, я тебя просто не-понимаю!! Ты жестока, ты…
Она оборачивается:
- Так, замолчи немедленно. Я пошла плавать. Всё, пока.
Я снова у себя дома, за тем же компьютером, как вдруг в дверь опять звонят. И опять долго. Это оказались те же мужчины, только они ещё разговаривали с какой-то бабулькой. И тут я колеблюсь: надо открыть, а я…кхм…прошу прощения за интимную подробность…в одних плавках. В результате, я всё-таки открываю, прикрывая топлес левой рукой.
- Девушка, возьмите колбасу, она вкусная! Правда, только привезли с <откуда не помню>.
- Берите, девушка, не пожалеете, - участливо советует бабулька, - Я уже и своим несколько палок взяла! Вкууууусная!!
Я зачем-то беру в руки эту колбасу, деньги с меня не требуют, будто они и не нужны. В недоумении начинаю рассматривать, а она какая-то заплесневелая, покоцанная…
- Мужчина, возьмите, мне не надо… - наконец, выхожу я из простракции и хлопаю дверью.
Дальше – что-то смутное, переживания вроде «как так можно? почему?» и т.п.
Во время сна постоянно ощущалось очень сильное нервное напряжение и я не могла расслабится. Не покидало маниакальное чувство, что на меня кто-то пристально смотрит, кто-то касается моего тела рукой… Ощущения слежки и нервного напряжения не исчезло до сих пор. Возможно, это всего лишь из-за предстоящего важного события, но как-то слишком странно… Вот сейчас нужно расслабиться, перед этим самым событием, а не могу.
Проснувшись, подумала: «Какое счастье, что мне это только приснилось. Это всего лишь сон», но я продолжаю ощущать себя так же, как в том сне, вот в чем фишка…
Сегодня мне приснилось, что я какая-то богатая европейская вдова, устраиваю светский приём. Приветствую прибывших, переходя из залы в залу, включаюсь в короткие беседы с группками каких-то боевых офицеров и юных мормазелей. Подозреваю какую-то свою дальнюю родственницу в охоте за моим наследством, о чем-то с ней говорю. Девушка чрезмерно весела и любезна, рассказывает о делах столицы, приглашает погостить, несмотря на печаль предсмертного состояния её матери. Я отвечаю учтивостью и непременно обещаю навестить её, как только «мадам* станет лучше», т.к. якобы не хочу её беспокоить своим присутствием. В толпе разыскиваю какого-то мужчину, но безуспешно, ревную. Меня выцепляют какие-то два брюнета. Один худой, молодой и щуплый; другой – чрезмерно полон и слащав. Второй целует мне руку, осыпает комплиментами и обещает счастливую и обеспеченную жизнь, если я всё-таки соглашусь стать его супругой. Заменяю издевательскую ухмылку улыбкой ангела и мягко напоминаю, что мой муж оставил мне огромное состояние, а так как детей у меня нет желаю побыстрее его растратить, чтобы умереть без мыслей о всяких охотниках за наживой… Полный мужчина осыпает меня горстью комплиментов, касающихся состояния моих дел, моей прекрасной внешности и мне, наконец, удается от него отделаться. Я продолжаю осторожно всматриваться в толпу, обмахиваясь веером.
Кстати, о моей внешности. Опишу детально, ибо нет сил на бесполезную образность. Волосы кудрявые, светло-русые, аккуратно забранные в высокую прическу. Глаза большие, темные, зелено-карие. Нос длинноватый, кончик заостренный. Губы тонкие и чуть более длинноватые, чем нужно. Подбородок острый, широкие скулы. Лицо абсолютно безэмоционально, что даже удивительно. Взгляд очень определенный и осмысленный: никогда не направлен в пространство, замечает каждую деталь, каждую мелочь. Быть может поэтому многие приглашенные прячут мины недовольства и осуждения. Большинству я тайно противна. Платье у меня темно-зеленое. Корсет затянут очень туго, сложно даже дышать. Эта мера не была необходимостью: фигура очень худая. Просто привычка «полноватой молодости» и желание быть ещё тоньше и ещё изящнее.
Наконец, появился он. Брюнет, постоянно смотрящий в пол и нехотя приветствовавший попавшихся ему на пути генералов. Увидев меня, он по-идиотски улыбнулся и ускорил шаг. Я, прокляная его чрезмерную детскую открытость, мгновенно отвернулась и включилась в разговор троих замужних дам о современном воспитании детей (тема была наискучнейшая). Глаза брюнета погасли, он неопределенно остановился, не зная, куда деть свои руки. Будто вообще не знал, что он забыл в этом душной, переполненной людей зале. К нему подошла та самая моя родственница в окружении двух молодых господ и, излучая радость встречи, что-то защебетала ему на иностранном языке. Брюнет понял, что от него хотят не сразу, но поймав мой взгляд начал оживленный монолог. Кавалеры смеялись, дама что-то переспрашивала…
Конец.