Мы с Н. солнечным весенним днём идём по Ленинскому проспекту. Я шествую впереди, Н. — за мной, чуть поотстав. На мне широкое и длинное чёрное пальто. Это даже скорее не пальто, а просторная мантия непонятного покроя, но из пальтовой ткани (драп?). Я то и дело закидываю один его конец (полу?) через плечо. Н., идя сзади, объясняет какому-то незнакомцу, что мы ловим сны, и потому я вынужден ходить в этом странном пальто.
Слева от меня, на краю тротуара, стоит милицейская машина. Возле неё менты (их человек восемь) заламывают руки одному или двоим «лицам кавказской национальности». Я прохожу мимо, глядя на происходящее только краешком глаза. Однако миновать их мне не удаётся: рука одного из ментов хватает меня за плечо, и я слышу выкрик: «И вот этого нацмена!» Пальто с меня срывают, и оно исчезает. Я стою прямо перед одним из ментов, глядя на него сверху вниз. Он спрашивает: «Вы нацмен?» Я надменно спрашиваю: «Что значит — нацмен?» И тут про себя, словно в кавычках, слышу такую фразу: «Через минуту я спокойно поднял взор». Я не испытываю ни испуга, ни недоумения — словом, сохраняю полное хладнокровие. На мне, кажется, какая-то каска — а может быть, даже несколько касок, надетых одна на другую. Уж не из-за них ли моё лицо как-то исказилось, и меня приняли за «нацмена»?
очень милый сон.недавно подруга рассказывала,что она заснула перед компом и ей 3 раза снился мужик,который убивал её ножом.
вчера вечером я примерно часу во втором заснула..на клавиатуре.и снится мне,что я сижу в точно такой же позе в точно том же месте,но слышу скрип двери.по идее это должны были бы быть родители,но мне кажется,что что-то не так.я оборачиваюсь..прямо сзади меня стоит мужик с ножом.и ножом прямо в горло..и у меня дико заболело горло,будто его и правда перерезали,я проснулась.
надо было кому-то рассказать x))
О сновидении, грозившем смертью в понедельник,
Сон.
я благополучно забыла, потому что была занята более интересными делами. Вероятно, я бы о нем не вспомнила и сегодня. Такие нематериальные вещи, как сон представляют интерес лишь в первые минуты пробуждения и в течение дня все меньше тревожат душу, пока совсем благополучно не испарятся из памяти. Не думаю, что этот сон стал бы исключением, если бы…Первое «если бы» − это то, что я записала о нем в дневнике. Различные версии его расшифровки будоражили воображение.
А второе «Если бы» произошло сегодня утром, когда раздался неожиданный звонок. Спросонку, ничего не соображая, я даже не поняла, откуда идет звук. Покружив по комнате, наконец, выудила мобилку из кармана халата, и от услышанного сообщения, вмиг пришла в сознание.
Звонил мой первый муж. Он произнес:
«Гала, умер Сашка Фил… Похороны завтра».
Сашка − его закадычный друг. Раньше мы все были в одной компании. Сообща встречали всевозможные праздники, да и без праздников довольно часто вместе проводили время.
Сашка − это одна из величин составляющих нашу юность.
Он умер и умерла какая-та часть нас.
Так что мне действительно незачем ехать. Вместо меня это сделал Философ…
Сон, смахивающий на кинофильм. Динамичный монтаж, ракурсы, крупные планы. Полное ощущение, что ты просто зритель. В основе сценария становление одного из церковных иерархов.
Деревенская изба. Из мебели в комнате лишь дощатый стол с лавкой. За столом дядька в белой домотканой рубахе. Лет пятидесяти, внешне похож на Юрия Лонго. На столе штоф с водкой и наполненный стакан. Раскинув руки, дядька буравит взглядом ёмкости. Штоф начинает подрагивать, стакан сдвигается, расплёскивая водку. Дядька бессильно опускает руки и морщится, типа, опять не получилось.
Спустя некоторое время. Всё те же стол, штоф, стакан. Дядька разводит руки, взгляд - посуда вдребезги. Крупным планом величавое лицо. У противоположной стены жена. Сарафан, коса до пояса. Думал, что поразится увиденному. С визгом бросится прочь ну или хотя бы челюсть отвиснет. Не угадал. Кивнула удовлетворённо, дескать, ну наконец-то и плавно удалилась. А то, что теперь вся хата в осколках – попробуй, вымети – типа не её забота.
Балетная студия. Вдоль стены шеренга женщин одетых в тельняшки. Что-то вроде смотра кандидаток на секс. Одну «Лонго» молча подталкивает к двери. Со второй стягивает тельняшку, ухватившись за рукав. Женщина согласна. «Лонго»: «Я очень рад, что ты изменила своё мнение. А если бы не заартачилась тогда на вашем семейном совете, то уже могла бы заканчивать третий курс».
уф. приснился такой вот сон.
меня парень( не знаю кто) лишал девственности, причём в позиции сзади. и так чувствовала боль, и всё так реально и кровь.
вот как бы и всё. сама то я ещё девственница.
что вообще значит этот сон?
Аэропорт. Стою у окна. Подходит Света Светикова. «Привет. А я без ребят». (Наверное, про музыкантов.) То, что это именно Светикова, я только что уточнил в картинках на Яндексв. А во сне пол дня, что мы провели в зале ожидания, мучился: ну кому бы незаметно предъявить на опознание оказавшиеся у меня её календарик с фоткой и визитку.
Так и не понял: чего мы, встретившись, так и продолжали торчать в аэропорту? Какие у нас отношения? С её стороны что-то вроде сдержанного интереса к старшему товарищу. С моей… Ну, а кому не польстит внимание молоденькой, интересной и неглупой? Опять же голосок из моих любимых.
Кто же я Свете, не понимали и её многочисленный знакомые. Подойдут, поздороваются, пара дежурных фраз, ещё разок на меня с интересом и отходят. Что, мол, за гусь тактично не интересовались А Света не находила нужным нас знакомить.
Откозырял дежурный аэропорта: «Света, хорошо я сегодня бомжей погонял? Гляньте, ни одного не видно». Света кивнула. Кого же мне он напоминал? Точнее, не напомнил, а именно был из примелькавшихся в телевизоре. Кажется, Алексей Митрофанов из ЛДПР. (Или он уже в Единой России?) Такой же «увесистый», но схуднул прилично.
А вот с родителями познакомился. Мы сидели за столиком в кафе. Папа и слова не проронил. Мама же осторожничала на манер Светиных знакомых. Разговор ни о чём, но посматривает на меня.
В конце концов, все замолчали. Не то что бы тягостная пауза, но сидишь и не знаешь куда смотреть. А уйти вроде как неприлично. Положил подбородок на кулаки, поднял глаз на Свету. Ой. Прям так романтично глянула в ответ. Вот уж маме пища для размышлений.
А мимо Митрофанов прогнал очередную пару бомжей. Две девчонки, похоже, только ряженные в лохмотья, дурачась «лыжниками» проскользили мимо. Смеются.
Взялся допочинять какой-то манипулятор. Света не против. Наоборот нахваливает, дескать, рукастый. Ну и мне ж приятно таким выглядеть. Всё ладится. Смазываю цилиндрик, меняю уплотнения, проверяю – фунциклирует. Осталось только закрыть корпусом.
Рядом чем-то занимается старшая медсестра из отделения, где я работал раньше. Вроде как ненароком влезает в разговор. Дескать, на улице такой ветрище, вон, у Олега все джинсы в пыли. (Блин, когда же я их наконец постираю?!)
Вечер. Дома. Емельяновна копошится и здесь. А мне стыдно перед Светой за неубранную с утра постель. Так всё неряшливо разбросано. Да ещё и простыни не первой свежести.
Светляков сдаёт экзамены по актёрскому мастерству, хочет поступить на соответствующее отделение. Компания человек из шести, в которую входим мы с Руденко, берётся ему помочь. Все сидят кругом на стульях, в центре — Светляков в сереньком костюмчике, понурый, скованный, жалкенькой. А мы сидим развалясь, как после бани: я голый по пояс, и вижу будто со стороны свой раздувшийся торс, красный, как рак; Руденко — в едва запахнутом халате. Что-то мямлим, едва ворочая языками. Ощущение полной безнадёжности происходящего.
Затем повторяется та же процедура, в том же составе, только на сей раз присутствует главный экзаменатор: Евстигнеев. Светляков всё так же мямлит что-то, мы такие же распаренные, едва живые...
Эпизод третий происходит в зале, полном народу. Это нечто вроде торжественного официального отказа Светлякову в приёме на соответствующее отделение. Евстигнеев что-говорит и протягивает Светлякову руку. Тот, в том же костюмчике, серенькой, жалкенькой, понурый, криво и горько улыбается и жмёт протянутую ладонь. Из светляковского носа вдруг начинают течь густые, обильные зелёные сопли. Они стекают на ладони, соединённые в рукопожатии, и я в ужасе думаю: что ж теперь будет-то? Светляков, похоже, ничего не замечает, а Евстигнеев изо всех сил делает вид, что ничего не происходит. Рукопожатие наконец разрывается, Евстигнеев аккуратно относит прочь свою ладонь, всю в светляковских соплях, а Светляков поворачивается и между рядами направляется к выходу. Вдруг его начинает шатать из стороны в сторону. Он выправляется, идёт дальше, но его снова начинает шатать, на сей раз очень сильно; он едва держится на ногах. Это выглядит настолько внезапным и нарочитым, что зал разражается хохотом.
Светляков, шатаясь, как пьяный зюзя, подходит к открытой двери в осветительскую. Заваливается вовнутрь, на некоторое время замирает возле стены, выкрашенной в казённую зелёную краску. Я вижу его очень отчётливо, словно под увеличением, хотя стою вроде бы далеко. Вдруг Светляков резко приседает, делает головокружительный прыжок и оказывается на стене, прилипнув к ней параллельно полу. Его распластанный силуэт в костюмчике, с растопыренными руками-ногами, напоминает древесную ящерицу-геккона. И действительно, он почти тут же оборачивается гекконом и делает два-три молниеносных рывка по стене, затем невероятным образом изворачивается и прыгает со стены на стол, прямо к стоящей на нём зажжённой лампе...
В зале, ревущем от восторга, раздаётся трубный торжествующий глас Евстигнеева: «Беру-у-у-у!.. Беру-у-у!..»
[480x640]
С чего начался этот сон, я уже не помню. Помню только 205-й кабинет в нашем лицее, где мы занимаемся украинишем. Там были я, Ирма (моя интернет-подруга) и Мазай (моя одногруппница). Мы нашли какую-то мокрую тетрадь советского производства и думали, что с ней делать. Но придумать ничего мы так и не успели – вдруг появился какой-то…мм… Нет, даже не человек… Оно было похоже на Смерть, ток без косы. А ещё он (это был он, до о_О) умел говорить. А ещё имел довольно своеобразное чувство юмора. Кроме того он горел желанием (если о нём можно так сказать, ибо никаких проявлений эмоций я у него не заметила) нас троих убить. Мы не могли выйти из кабинета, выпрыгнуть из окна, даже встать из-за парт. Мы могли читать, писать, слушать музыку (там откуда-то взялись какие-то странные, плоские компьютеры размером и формой напоминающие плитку шоколада, ток без кубиков), переговариваться – главное, чтоб мы сидели и спокойно дожидались смерти. И мы дожидались. Нам даже не было страшно. Единственное, о чём я волновалась, так это о том, что я не позвонила маме. А ведь она может никогда не узнать, куда я пропала… Но потом этот чувак куда-то исчез. То ли кто-то зашёл и спас нас, то ли ещё что-то случилось… не помню. Но факт в том, что он потом вернулся. Нас было уже больше – прибавилась ещё Ксюша и ещё кто-то. Этот эпизод я вообще не запомнила. Но мы снова от него избавились. В этот раз его прогнала какая-то позитивная эмоция. А вот третий его «приход» я запомнила очень хорошо. На этот раз нас было - я, Ирма (я звала её там Мария), Ксюша, Ира, Юля (которую я почему-то называла Ирой), Саша, Мазай и Аня. Мы с Ирмой сидели за второй партой первого ряда от окна, передо мной сидела Ксюша, сзади меня Ира и Юля, на третей парте второго ряда сидела Саша, на первой третьего – Мазай и Аня. Мы с Имой вдруг вспомнили о мокрой тетрадке, которая лежала под партой. Ирма оторвала от неё кусок, засунула в рот и стала жевать, прикрываясь книгой. Я сначала не поняла, но потом до меня допёрло, что она хочет плюнуть ею в чувака, который стоял у доски и следил за нами. Её примеру последовали мы с Ксюшей. Я прикрылась компьютером, а Ксюше нечем было прикрыться. Он заметил, что она жуёт, хотя сначала подошёл к Ирме и проверил её рот. Но Ирма успела проглотить этот кусок. Потом он подошёл к Ксюше. Она не успела проглотить. Я очень сильно за неё испугалась, но поскольку сама ещё не проглотила, но сидела, прикрывшись компом и упёршись глазами в парту. Я не видела, что он сделал, но услышала фразу «С этой жидкостью бумага переварится быстрее». Потом я заметила, что Ирмы нет. На её месте сидела Мария (моя одногруппница). Я начала шарить в компе в поисках папки Download (у меня в этой папке музыка). Этот хрен подошёл и начал смотреть мне через плечо. Я объяснила, что хочу послушать свою любимую песню в последний раз. И добавила «Я такая сентиментальная…» Потом Марию попёрло и она начала у всех спрашивать, сентиментальны ли они и что, по их мнению, сентиментальность. Потом мы поболтали с Ирой и «Ирой» (Юлей). В процессе разговора я вспомнила, что всё ещё не позвонила маме. Этот факт меня очень взволновал, я даже стала бояться того, что сейчас со мной случится. Я начала бубнить «Не надо думать го маме, не надо думать о маме…» Мария услышала, схватила меня под локоть и сказала «Да успокойся ты! Мы тут, все вместе…» Потом мы со всеми девчёнками на нашем ряду сидели, взявшись за руки. Я думала, что сейчас самое время для того, чтоб это случилось. Но тут в класс подвалили ещё дети. Причём не с нашего фака, а с физического и математического. С ними был какой-то чел в шортах. Народ был весел и возбуждён. Совсем не похоже было, что они пришли сюда умирать, хотя так оно и было. Они все расселись по местам, чел в шортах, выходя, сказал: «Я вам тут свет выключу, а то светло сильно». Я через весь класс: «Нет, нормально, не выключайте!» По классу прошлось хихиканье, я услышала своё имя, возмущённо так: «Ну что опять Варвара?» Саша хихикнула и сказала: «Да тут говорят, что ты темноты боишься» Я с наигранным возмущением: «Вот вечно меня обсуждают, ни стыда, ни совести!» По классу прокатывается дикий ржач. Все смеются, и все, кажется, забыли о челе в чёрном. Я оглянулась и увидела, как тот исчезает в зеркале. Что-то подсказывало, что он ещё вернётся, но нескоро. Все вскочили из-за парт и побежали к выходу (некоторые остались – их попросили прибрать класс). Мы с Ирой подскочили к Ксюше, начали теребить её и орать «Он ушёл! Ушёл!!!» Но Ксюша не отвечала. Она даже не дышала. Я испугалась до полусмерти. Ира пощупала пульс и заорала: «Сволочь, он её убил!» Саша предположила, что он отравил её той жидкостью. Я взяла её компьютер и, ошалело туда смотря, вышла из класса. Мне даже не хотелось плакать по ней, хотя я очень люблю Ксюшу. Я вышла на лестницу. Что было дальше – я не помню. Помню каких-то детективов, то, что укололась о стеклянный столик. Потом я вернулась в класс. Там на полу лежали те дети, которых попросили остаться. Они были не с моего фака, я с ними даже не была знакома.
Точнее, сразу два!
Первый просто шикарен - я в нём ходил на концерт группы Kreator!!! Они выступали где-то в каком-то небольшм городке недалеко от нашего. Здание типо школы, только странное очень. Там на входе внутри здания была толпа большая, я пробился в первые ряды и один участник группы расписался у меня на руке, чуть ниже запястья с тыльной стороны. Я просто писался от счастья! Потом они отыграли, был антракт. Я побежал в буфет, но почему-то где-то задержался и торопился обратно, боялся опоздать, потому что первой песней после антракта они должны были играть Flag Of Hate, а я обожаю эту песню! Ещё я приуныл, потому что в первый ряд уже не пробиться было бы. Но когда я вбежал в зал и заиграла эта самая песня, я оказался на каком-то широком мосту в большом-большм зале, с боков в стенах были ниши и там стояли статуи и стреляли ядом в меня. Но у меня был неплохой резист, я в один прыжок добрался до одной и за несколько ударов её разбил (привет легенда о рыцаре!) потом вторую. На этом вс и закончилось.
Второй сон более мрачный, но я от него в восторге! Всё начинается в постапокалисном мире. На какой-то пустой территории, смешанной индастриал и город. Мы с какой-то группой продвигаемся, что-то происходит. Не помню уже. Помню, что чтобы в какой-то ангар попасть двоих челов мы засовываем в какую-то штуку, где их тела вертикально на две половинки разрезают, одна из которых исчезает, но тело не разваливается. И так они должны 24 часа простоять. Мы - я и ещё чел, стали охранять небольшую коробку с полутрупами. Потом вдали показался чел, типо чистильщика - мой напарник хоетл его нейтрализовать, но чел его прибил. Я забежал в какую-то комнатку рядом с коробкой с полутрупами, хотел спрятаться, отсидеться, но чистильщик меня запалил. тогда я напрыгнул на трпичную занавесь, которая и прикрывала комнатку, приклеился к ней спиной, словно паук. Человек зашёл внутрь сквозь эту занавесь и я ему в затылок из пистолета выстрелил, а он игрушечным оказался. Ну чел мен и застрелил.
Потом я переродился и мы с челом стали перемещаться по местности и перестреливаться. Тут меня поразили пейзажи - в тёмных, оранжено-ржавых тонах. То пустые, давно заброешнные дома-панелки, то какие-то трубы, цистцерны, то мусор, то обвалы. Пейзажи меня потрсли красочностью и мрачностью. Кароче чела я растрелял. Потом я уже в каком-то большом сарае, а по нему какие-то хреновины летают. Сначала одна, не то синего, н то белого цвета, потом их две стало, а потом ещё и зелёного, красного цвета добавились. Я тоже стал летать по сараю за ними, на этом эпизод закончился.
Ещё когда я за челом бегал, я вдали видел что-то вроде железной дороги, она шла чуть вдалеке от меня, за невысокой стеной вдоль всей этой дороге, а ещё она была чуть на насыпи. И вот по этой дороге автомобиль одинокий промчался. А ещё, после того, как я чела убил, я к той дороге побежал и наткнулся на разрушенное и сожжёное сдание. Там на меня демоны напали - три маленькие девочки. Они мне сказали, что мучаются и что нужно это предотвратить. Тогда я отправился в прошлое в ту семью из которой они были. Попал я в большую квартиру, где было ну совсем дофига народу, все веселились. И я никак им не мог сказать, что им нужно умереть, чтобы чуть позже не умереть от атомного удара и не стать демонами и не мучиться. А ещё мне мешала одна девушка, она замужем была. Муж рядом, кстати, был. У девушки было милое лицо и каштановые волосы волнистые. Так вот меня эта девушка стала охмурять, что мне мешало сильно. Под конец так мы вообще поцеловались, прямо на глазах у мужа. Девушка ещё сказала "не увлекайся"
вот на этом уже всё окончательно закончилось...
ВО СНЕ И НАЯВУ
Уже через неделю жития на Тунгуске я обратил внимание на то, что в здешних богатых кислородом местах мне снятся удивительно красочные цветные сны. Причем, по 5-6 снов за ночь, в то время как в Москве - 1 сон приходится примерно на полмесяца! Поделился наблюдением с товарищами - большинство испытывали то же самое, а некоторые, к примеру, Петров, утверждали, что во сне были дома, причем, видение было настолько реальным, что впору было заявить: на Тунгуске душа спящего путешествует гораздо чаще обычного...
Впрочем, не будем вдаваться в тайну человеческого сна, которая так же мало понятна, как и тайна здешних мест. А я лишь расскажу всего лишь об одном сне, который вовсе не был для меня выдающимся с какой-либо стороны, но который имел вполне реальное продолжение. Итак, где-то дней за 8-10 до конца экспедиции примерно в 4-5 часов утра снится мне сон...
...Главный герой сна, бывший пограничник, мне, как бывшему пограничнику (родственные души), рассказывает и показывает всю свою жизнь. Как служил браво, как работал славно, как жил честно и как по-глупости вляпался в историю, когда подонки подставили его перед законом, а он оказался слишком честным, чтобы отвертеться, и достаточно наивным, чтобы попасть под суд. Далее идет длинное описание этапа в Сибирь, смакование подробностей лагерного быта, настолько гнусного, что мой собеседник решается на побег. Дерзко бежит из зоны. Далее он мне подробно объясняет, как его ищут лагерные поисковые группы. Места вокруг весьма похожи на тунгусские: болота, реки и тайга, поэтому ищут беглеца не прочесыванием тайги (это бесполезно), а осмотром с воздуха рек и троп. Главная хитрость - во всех немногочисленных избушках-зимовьях, а также на лесных тропах, на пересечениях троп и рек расставлены засады. Рано или поздно голодный, уставший беглый зек зайдет в зимовье согреться и отоспаться, а, возможно, и поесть оставленной охотниками пищи, вот тут-то его еле теплого и ослабевшего возьмут! Расчет прост и избежать поимки по такой отработанной схеме еще ни одному беглому не удавалось. (Клянусь, все эти подробности я слышал в первый раз во сне!)
Но мой заочный знакомый догадывается про засады (сам пограничник!) и не идет по тропе. Что, конечно, невыносимо труднее, но свобода важнее. Идти приходится напролом через лес и непроходимые болота, без еды, питаясь лишь подножным кормом. В то время как сытые и вооруженные солдаты-вэвэшники в своих избах-засадах все больше и больше нервничают - не идет на ловца зверь, не может этого быть, но зек уходит все южнее и южнее к цивилизации, к сухому лесу без болот, к дорогам... Развязка наступила, когда с вертолета случайно заметили свежую цепочку - вдавленные лужицы в болоте - так выглядят следы, с вертолета высадили солдат с собакой, и хотя беглец путал следы и шел по воде, но силы были не равны...
Все. Сон, такой же яркий и такой же эмоциональный, как хороший фильм, закончился. Я даже проснулся в тот момент, мне вдруг показалось, что беглеца, которому я уже мысленно симпатизировал, схватили где-то рядом и именно в этот момент. Но за стенкой палатки была тишина, а на сотни километров вокруг не было зон (если не считать зоны в «Х-файлах»), и я уснул. Так бы и забыл этот сон, как и многие-многие другие не менее яркие, если бы не...
...Во время обратной дороги мы заночевали на железнодорожном вокзале Красноярска, нашу колоритную группу веселых таежников, наверняка, запомнили соседи по залу ожидания. А утром я посадил всех на поезд до Москвы, а сам сел на скорый «Красноярск-Новороссийск» (меня ждала следующая, не менее интересная экспедиция). Ехать долго, и я, чтобы не терять время принялся рисовать карты-схемы наиболее красивых недавно виденных в тайге мест. На третьи сутки ко мне подсел скучающий молодой солдат с погонами Внутренних Войск и, желая завязать разговор, похвалил рисунки, спросил, где мои попутчики, он, оказывается, запомнил нас еще на вокзале, ну а дальше пошла неторопливая беседа. Парень был радистом и запомнил нас как раз потому, что мы доставали и опробовали в зале свои портативные радиостанции. «А покажите эти радиостанции еще!» Мне вовсе не хотелось хвастаться в поезде дорогими вещами, и я отказался, мол, радиостанций у меня нет, увезли другие. «Жаль»,- говорит
Сижу за столом с пожилым сухощавым человеком в неказистом сером пиджаке. Вдруг он подносит ладони к вискам и делает какое-то движение пальцами. Он отстёгивает лицо! Когда я понимаю это, меня охватывает ужас. Он отнюдь не снимает маску, даже самую искусно изготовленную: он снимает лицо. Я судорожно отвожу глаза и не смею, не смею заглянуть туда: чтó там, мне не известно, но это нечто жуткое, непереносимое...
оо.здрасьте. я даже удивилась,когда узнала,что есть такое сообщество. буду к вам заглядывать. кстати иногда я рисую свои сны,некоторые иллюстрации можете посмотреть у меня в дневнике.
я сегодня весь день на иголках. я лунатик?
заснула рано вечером и снится мне,что дома у меня мой очень бывший мол. чел. снится,что просыпаюсь,его почему-то нет рядом в кровати.темно,тихо. "наверное пошел покурить" - думаю я. встаю,подхожу к двери,заношу ногу над порогом,в это время громко выкрикиваю его имя и в ту же секунду просыпаюсь от боли. я лежу на полу перед открытой дверью.в комнате горит свет и играет фильм. у меня затекла нога и я упала.сильно разбила коленку. я хожу во сне =\ это страшно. а если бы не мое падение,куда бы я могла уйти? может стоит привязывать себя за ногу к кровати на ночь?)
Одна моя знакомая рассказывала, что ей часто снился мужчина, который постоянно гнался за ней. Убегая от него что есть мочи, она просыпалась в ночи с колотящемся сердцем а потом долго не могла успокоится. Этот кошмар преследовал ее несколько лет.
И вот однажды, услышав знакомый топот за спиной, она вдруг решила не трогаться с места, а там будь что будет.
Она уже ощущала тяжелое дыхание преследователя, который стремительно приближался и большим усилием гасила в себе паническое желание сорваться с места и пуститься наутек.
И что же? Мужчина пробежал мимо, а она осталась стоять позади озадачено провожая его взглядом.
С тех пор он ее больше не преследовал.
Этот сон я с утра сам себе мысленно пересказал, чтобы не забыть, но потом уснул и забыл. Сейчас вот вспомнил, как смог.
Соверешнно не помню, как он начинается, помню лишь что я на большом празднике, под названием поминки. Здание - какое-то кафе-ресторан, с несколькими залами. Народу дофига (проводя паралель с реальностью - совсем недавно был на свадьбе у родсвенников), в общем атмосфера праздничная и т.д. все ходят, едят со шведских столов, болтают и веселятся. И меня это конкретно заёбывает. (совсем как на свадьбе) Вообще любой праздник меня просто донельзя раздражает. Оно и понятно. Так вот и меня до такой степени вывело из себя, что я сорвался, сразу же перевернул стол, развалил целый зал, разломав стулья, прочие столы. Потом я, окончательно расвирипев, подбежал к кому-то и разразился речью. Сейчас уже не помню дословно, хотя утром помнил, но суть примерно такая "вот он умер, вы тут собрались и слёзы пускаете, какой весь такой был и т.д. и т.п. а то, что мне больно, плохо, что я уже на гране срыва - всем похуй" Потом я ураганом пронёсся по остальным залам и развалил их на куски. Потом я иду по какому-то вытянутому залу, напрочь заваленому обломками, натыкаюсь на свою бабушку и ещё какую-то родсвенницу. Тоже пожилую. И кто-то из них мне говорит "человек умер, а ты тут такое устраиваешь - как тебе не стыдно", а я в ответ "да мне похуй, что он умер" и ухожу. По сюжету сна, я даже не в теме был, кто умер. (а в реале отцу вчера звонила мать и сказала, что там кто-то умер - я не в теме, кто)
Дальше я иду в костюме и кроссовках по улице (реальная улица нашего города - трамвайная линия, рынок и дорога) Иду я значит, лужи грязные кругом. И тут вижу - транстлайн едет, а до остановки мне далеко. Дальший мой поступок я могу списать лишь на то, что вчера перед сном смотрел разрушителей легенд и там с манекена снимали ботинки. Так вот, я решаю, что если побегу, то и слякотная размытая земля и лужи запачкают все мои кроссовки, поэтому лучше их снять и бежать в носках, а когда добегу до остановки - снять носки, одеть чистыле кроссовки. Так я и поступаю. Бегу, перебегаю дорогу, добегаю до остановки, а трансталайн проезжает дальше, к другой. Я в пролёте (если сравнивать с реалом, то всё правильно - к той остановке, что я подбежал, транспорт подъезжает с другой стороны, как я этого не учёл. А вот автобус ехал по правильному маршруту)
Народ разнообразный стоит на остановке. Тут она как-то имзеняется, появляется забор какой-то реечный, старый, за ним дом деревенский. Я иду вдоль него, тут за забором вижу бабку, светится зелёным цветом, глаза яркие, не помутнённые, оранжевого цвета. Я такой подхожу и спрашиваю "вы ведьма?" а она мне что-то вроде "нет, просто прикид такой" (фраза была не такая и без стеба, но я её не помню). Иду я дальше по проулку, там он дальше расширился, лужа здоровенная в центре. Ну я прям по ней пропёрся, тут кошка мимо пробегает и говорит мне "скучно, не хочешь развеется?" (опять же не дословно, но смысл я передал) я соглашаюсь. Тут со всех сторон начинают лететь абсолютно белые маленькие кубы, а я их растреливаю из какой-то лазерной пушки. Кругом всё взрывается, мельтишит, летает, падает. Кароче хаос, война. Я понимаю, что мея заглючило, хватаю кошку двумя руками, и прошу всё это убрать, ведь это только в моей голове, не по настоящему. КОшма шарахается от меня, словно я ей сделал больно, но я аккуратно её сжимал. (мне тут всё равно стало её жалко, стал себя винить, что так получилось)
Кароче вся эта яркая фигня исчезает. Я каким-то боком вхожу в какую-то дверь, которая тут же исчезает за моей спиной. Я в небольшой квадртанрой ванной, примерно по середине одной из стен. В правом дальнем углу от меня стоит ванна с небольшим кол-вом воды. Слева в углу раковина. Передо мной что-то не то шкаф, не то душевая кабинка - не помню. Стены выложены маленькими белыми плитками. Тут что-то происходит (по-моему мне какой-то странный голос что-то говорит, но даже сути не помню) В ванне начинает прибывать вода, раковина начинает заполняться кровью. Очевидно, что выйти мне некуда, так что я захлебнусь. Некоторое время я пробыл в этой до жути давящей обстановке, после чего в холодном поту проснулся с бешеным сердцебиением....
17.12.08
Я совершенно не нуждалась в ее обществе. В зале ожидания было полно свободных мест, но эта тетка уселась рядом со мной. В поношенном тулупе, закутанная в серый возможно когда-то пуховой платок она еле втиснулась в кресло, всколыхнувши при этом весь ряд сидений. Ничуть не смущаясь произведенным шумом, она начала сразу же что-то искать в своих котомках, которые пристроила на обширных коленях. Я искоса наблюдала за ее манипуляциями. Закончив рыться, она, наконец, достала из одного узла замызганную картонную карточку. Беззвучно шевеля губами, начала внимательно изучать ее и вдруг, неожиданно резко подняв голову, заявила, обращаясь ко мне:
− В понедельник ты умрешь!
Я с достоинством молчала.
В доказательство своих слов она бросила мне на колени карточку. Я взяла ее в руки. Картон был темно-коричневого цвета грубый и шершавый. На одной его стороне кто-то черным фломастером вывел неумелой рукой кособокие буквы:
«Смерть»
− Так что тебе незачем ехать, − доверительно наклонилась она ко мне.
И тогда я поняла, что это правда.
На душе стало грустно, вот так скоро уходить из жизни куда-то в неизвестность, я чуть было не заплакала от жалости к себе и проснулась.
Этого и во сне не приснится, опять проверяли паспорт в метро,как это уже надоело( Зря конечно в России сэкономили на биопаспортах. Мне кажется так было бы всё на много удобнее.
«Хорошие стихи», - Сталин указал трубкой на листок бумаги: «Только короткие. Всего четыре строчки». И после паузы, едва повернувшись в мою строну, добавил: «А не могли бы вы их дописать?»
Подумалось: «Что ли взяться? Ему ж не высокий штиль нужен. А на полизать задницу партии в рифму у меня ума хватит. Вдруг понравится – премию дадут. Ну, а не понравится – я ж не поэт. Кстати, почему автор сам не допишет? Или это Сталин насочинял? Тогда тем более отказываться нехорошо».
Но вместо «попытаюсь, товарищ Сталин» - вот бы он мне, как Горькому в анекдоте: «Попытка – не пытка» – я вдруг понёс, мол, уже взялся реставрировать машину…
Стихи, ремонт машины… Что ли у нас конкурс на лучшее хобби? Или это мы к Новому году номера готовим?
Было заметно: повторять свои просьбы Сталин не привык. Доброжелательные нотки в голосе моментально сменились раздражением: «Может быть, всё-таки возьмётесь? А с материалами я помогу. Стенограмма пленума, мой доклад…» «Вот», - Сталин подвинул мне стопку бумаг: «Отсюда много можно извлечь для хороших стихов».
Но я упёрся: «Товарищ Сталин, если человек уже на что-то конкретное настроился, то будет больше пользы, если он этим и займётся». Не знаю, убедил ли его мой довод, или он, как и я, понимал: мы встретились во сне, но сердиться Сталин не стал. Молча кивнул, дескать, что с тобой поделаешь?
Он прошёл в угол комнаты, грузно спустился в подпол и через минуту показался оттуда с каким-то ружьецом. Затёртая охотничья одностволка. Поверх ствола приделана латунная табличка (похожие завод-изготовитель клепает на раму велосипеда). Что-то вроде «Коммунпромкооперация». Короче, наша вещица.
Дворня залебезила: «Товарищ Сталин, ну зачем вы в подпол сами-то? Сказали б нам. На охоту собрались? А ружьё, наверное, очень хорошее? Метко стреляет?»
Всё.
МААТ
Мне снилось: я работаю в музее
Искусств изящных. Петя Колядёнков
Там также подвизается. Должны
Мы то ль сдавать, то ль принимать экзамен:
Историю искусств. Какой-то группе
Моих учеников и подопечных
Я отвечаю на вопрос о блюде
Египетском (фарфоровом, однако),
Облитом яркой глянцевой лазурью.
Я это блюдо знаю хорошо:
Оно стоит вон там, вон в той витрине.
На нём — изображение богини
Вселенской Правды-Истины, Маас*.
Я
Хотел поделится с вами сайтиком, где можно оценить своих учителей!!! shkolniki . net ....только тсс...