Это цитата сообщения
Святослов Оригинальное сообщениегоблины в лесу...житомир
Настоящая тайна - это когда просто-таки невозможно объяснить произошедшее ну никоим образом.
Мой собеседник - ветеран тех самых органов, о которых еще в не столь отдаленные времена без содрогания не вспоминали. С середины 60-х годов прошлого века Дмитрий Васильевич работал в житомирском КГБ, откуда в 1981 году вышел на пенсию в звании полковника. Специфика его работы, сами понимаете, была таковой, что сочинять, привирать что-либо в зафиксированных фактах категорически воспрещалось. Да и сам Дмитрий Васильевич совершенно не похож на человека, который любит травить байки. Поэтому история, рассказанная им, на первый взгляд кажется ну совершенно нереальной, однако в устах отставного чекиста звучит как свершившийся на самом деле факт. Рассказчик уверял нашего корреспондента: было это, было! Вот только что именно это было, Дмитрий Васильевич так объяснить и не смог.
- Случилось это в июне 1979 года, - рассказывает старый чекист. - Меня и двоих моих напарников послали в Олевский район. Мы должны были встретить одного товарища с каким-то грузом и сопроводить его в Житомир. В суть дела: зачем мы должны встретить этого товарища, для чего необходимо сопровождать его в Житомир и зачем нас обязали взять с собою табельное оружие - нас никто не посвятил. А мы и не интересовались, поскольку задавать начальству вопросы у нас было не принято. И то, что в сопровождении должны участвовать три человека, несколько удивило, но опять же, повторюсь, вопросов никто не задавал. Мои товарищи, Игорь Еремеев и Серега Петраковский, восприняли команду начальства как обычное распоряжение. Знали мы только, что человек, которого мы должны были забрать, якобы имел отношение к геологии и вез какой-то суперценный груз, который нам следовало охранять пуще зеницы ока. В Олевске нас проинструктировал начальник районного КГБ на предмет того, что человека этого мы должны были подобрать в пяти километрах северней села Замысло-вичи. И добавил, мол, если чего такого странного увидите, не удивляйтесь. На вопрос Петракоеско-го, что он имеет в виду, олевский чекист даже не смутился, и пояснил, что странного в местных лесах много. Например, дедушка какой-то в тех местах странный завелся, на хуторе одном проживает. К нему паспортный режим проверить зашли, а он паспорт показал 1899 года, дореволюционный. И по паспорту этому выходило, что от роду дедушке - 224 года. Паспорт тот у деда конфисковали, а взамен советский выдали, вот только точный возраст старожила установить так и не удалось. Начальник хохотнул и добавил, что если мы на тот хутор наткнемся, так чтобы дедульку не очень-то всерьез воспринимали. А то сразу про восстание декабристов начнет рассказывать, в качестве свидетеля, бзик у него такой, говорит, сам тогда в 1825 году на Сенатской площади был, видел, как декабристов из пушек расстреливали. Мы посмеялись, мол, от шизы никто не застрахован, и поехали в сторону Замысловичей на "Жигулях", которые нам в Житомирском управлении выдали в качестве служебного автомобиля.
Между прочим, на дедульку этого, ровесника декабристов, мы таки напоролись. Его хутор, два убогих домика, стоял возле самой дороги, во дворе свежая копна сена, рядом с копной - лошадь. В хлеву, слышно, свинья хрюкает... Дорога, кстати, представляла из себя обычную глинистую грунтовку. Хорошо, что погода была сухой, иначе мы бы просто по дороге этой не проехали. Дедушка стоял у самого проселка, высокий, худой, бородатый, и махал нам рукой, просил, чтобы остановились. Мы так и сделали. Дедушка стал приглашать нас в дом, посидеть-поговорить, но мы сказали, что спешим, и обещали зайти на обратном пути.
Нашего геолога мы увидели как раз в назначенном месте. Представились. Геолог, мужчина лет сорока, уселся на заднее сиденье, как раз между Еремеевым и Петраков-ским. Мало того, что ребятам пришлось здорово потесниться, так этот геолог еще затянул с собой в машину здоровенный брезентовый мешок типа рюкзак и воодру-зил себе на колени. Я предложил положить поклажу в багажник, но геолог так странно на меня посмотрел, что мне перехотелось ему что-либо предлагать. Возможно, в рюкзаке был тот самый груз, который мы должны были доставить в Житомир без промедления. В рюкзаке, похоже, что-то шевелилось. Ну да ладно. Рванули мы на Олевск. Через минут пятнадцать до дедушкиного хутора добрались. Геолог вдруг предложил зайти в дом, попросить хлеба. Необходимо, мол, срочно. Короче, вышли мы из машины все четверо. Геолог со своим мешком во дворе остался, а мы в дом. Стали звать деда, а его нет! Еремеев, который в хату вошел, стал меня звать, я пошел на его голос. Зашел в хату, а там... Словом, нежилое помещение: ни мебели, ни стола, ни лавки, одни стены да голый земляной пол. То же самое - и в другом строении, которое мы поначалу за хлев приняли. Словом, не жили здесь люди уже лет десять. И копна во дворе исчезла...
И тут я слышу: орет кто-то. Я во двор, а там наш геолог лежит на животе, рюзак почти развязался, а он со всех сил пытается его
Читать далее...