1 Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих.
2 Польется как дождь учение мое, как роса речь моя, как мелкий дождь на зелень, как ливень на траву.
3 Имя Господа прославляю; воздайте славу Богу нашему.
4 Он твердыня; совершенны дела Его, и все пути Его праведны; Бог верен, и нет неправды [в Нем]; Он праведен и истинен;
5 но они развратились пред Ним, они не дети Его по своим порокам, род строптивый и развращенный.
6 Сие ли воздаете вы Господу, народ глупый и несмысленный? не Он ли Отец твой, Который усвоил тебя, создал тебя и устроил тебя?
7 Вспомни дни древние, помысли о летах прежних родов; спроси отца твоего, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они скажут тебе.
8 Когда Всевышний давал уделы народам и расселял сынов человеческих, тогда поставил пределы народов по числу сынов Израилевых;
9 ибо часть Господа народ Его, Иаков наследственный удел Его.
10 Он нашел его в пустыне, в степи печальной и дикой, ограждал его, смотрел за ним, хранил его, как зеницу ока Своего;
11 как орел вызывает гнездо свое, носится над птенцами своими, распростирает крылья свои, берет их и носит их на перьях своих,
12 так Господь один водил его, и не было с Ним чужого бога.
13 Он вознес его на высоту земли и кормил произведениями полей, и питал его медом из камня и елеем из твердой скалы,
14 маслом коровьим и молоком овечьим, и туком агнцев и овнов Васанских и козлов, и тучною пшеницею, и ты пил вино, кровь виноградных ягод.
15 И [ел Иаков, и] утучнел Израиль, и стал упрям; утучнел, отолстел и разжирел; и оставил он Бога, создавшего его, и презрел твердыню спасения своего.
16 Богами чуждыми они раздражили Его и мерзостями [своими] разгневали Его:
17 приносили жертвы бесам, а не Богу, богам, которых они не знали, новым, которые пришли от соседей и о которых не помышляли отцы ваши.
18 А Заступника, родившего тебя, ты забыл, и не помнил Бога, создавшего тебя.
19 Господь увидел [и вознегодовал], и в негодовании пренебрег сынов Своих и дочерей Своих,
20 и сказал: сокрою лице Мое от них [и] увижу, какой будет конец их; ибо они род развращенный; дети, в которых нет верности;
21 они раздражили Меня не богом, суетными своими огорчили Меня: и Я раздражу их не народом, народом бессмысленным огорчу их;
22 ибо огонь возгорелся во гневе Моем, жжет до ада преисподнего, и поядает землю и произведения ее, и попаляет основания гор;
23 соберу на них бедствия и истощу на них стрелы Мои:
24 будут истощены голодом, истреблены горячкою и лютою заразою; и пошлю на них зубы зверей и яд ползающих по земле;
25 извне будет губить их меч, а в домах ужас -- и юношу, и девицу, и грудного младенца, и покрытого сединою старца.
26 Я сказал бы: рассею их и изглажу из среды людей память о них;
27 но отложил это ради озлобления врагов, чтобы враги его не возомнили и не сказали: наша рука высока, и не Господь сделал все сие.
28 Ибо они народ, потерявший рассудок, и нет в них смысла.
29 О, если бы они рассудили, подумали о сем, уразумели, что с ними будет!
30 Как бы мог один преследовать тысячу и двое прогонять тьму, если бы Заступник их не предал их, и Господь не отдал их!
31 Ибо заступник их не таков, как наш Заступник; сами враги наши судьи в том.
32 Ибо виноград их от виноградной лозы Содомской и с полей Гоморрских; ягоды их ягоды ядовитые, грозды их горькие;
33 вино их яд драконов и гибельная отрава аспидов.
34 Не сокрыто ли это у Меня? не запечатано ли в хранилищах Моих?
35 У Меня отмщение и воздаяние, когда поколеблется нога их; ибо близок день погибели их, скоро наступит уготованное для них.
36 Но Господь будет судить народ Свой и над рабами Своими умилосердится, когда Он увидит, что рука их ослабела, и не стало ни заключенных, ни оставшихся вне.
37 Тогда скажет [Господь]: где боги их, твердыня, на которую они надеялись,
38 которые ели тук жертв их [и] пили вино возлияний их? пусть они восстанут и помогут вам, пусть будут для вас покровом!
39 Видите ныне, [видите,] что это Я, Я -- и нет Бога, кроме Меня: Я умерщвляю и оживляю, Я поражаю и Я исцеляю, и никто не избавит от руки Моей.
40 Я подъемлю к небесам руку Мою и [клянусь десницею Моею и] говорю: живу Я вовек!
41 Когда изострю сверкающий меч Мой, и рука Моя приимет суд, то отмщу врагам Моим и ненавидящим Меня воздам;
42 упою стрелы Мои кровью, и меч Мой насытится плотью, кровью убитых и пленных, головами начальников врага.

1 Пою Господу, ибо Он высоко превознесся; коня и всадника его ввергнул в море.
2 Господь крепость моя и слава моя, Он был мне спасением. Он Бог мой, и прославлю Его; Бог отца моего, и превознесу Его.
3 Господь муж брани, Иегова имя Ему.
4 Колесницы фараона и войско его ввергнул Он в море, и избранные военачальники его потонули в Чермном море.
5 Пучины покрыли их: они пошли в глубину, как камень.
6 Десница Твоя, Господи, прославилась силою; десница Твоя, Господи, сразила врага.
7 Величием славы Твоей Ты низложил восставших против Тебя. Ты послал гнев Твой, и он попалил их, как солому.
8 От дуновения Твоего расступились воды, влага стала, как стена, огустели пучины в сердце моря.
9 Враг сказал: погонюсь, настигну, разделю добычу; насытится ими душа моя, обнажу меч мой, истребит их рука моя.
10 Ты дунул духом Твоим, и покрыло их море: они погрузились, как свинец, в великих водах.
11 Кто, как Ты, Господи, между богами? Кто, как Ты, величествен святостью, досточтим хвалами, Творец чудес?
12 Ты простер десницу Твою: поглотила их земля.
13 Ты ведешь милостью Твоею народ сей, который Ты избавил, -- сопровождаешь силою Твоею в жилище святыни Твоей.
14 Услышали народы и трепещут: ужас объял жителей Филистимских;
15 тогда смутились князья Едомовы, трепет объял вождей Моавитских, уныли все жители Ханаана.
16 Да нападет на них страх и ужас; от величия мышцы Твоей да онемеют они, как камень, доколе проходит народ Твой, Господи, доколе проходит сей народ, который Ты приобрел.
17 Введи его и насади его на горе достояния Твоего, на месте, которое Ты соделал жилищем Себе, Господи, во святилище, которое создали руки Твои, Владыка!
18 Господь будет царствовать во веки и в вечность.
19 Когда вошли кони фараона с колесницами его и с всадниками его в море, то Господь обратил на них воды морские, а сыны Израилевы прошли по суше среди моря.

Это цитата сообщения Оригинальное сообщение

Марианна Озолиня

...

Роятся современные иуды,
Еще дешевле предка своего.
Заразные от денежного зуда
За грош не пожалеют никого.

Все глубже в эти сделки входят,
Угодливо прислуживая тьме.
И вроде люди и не люди вроде
И нет покоя из-за них нигде!

Под флагом сатаны они пируют
И гулом бедствия монетный звон.
Пируют те,которые воруют,
Не думая раскаиваться в том.

В таком разгуле жутком под сурдинку
Как будто бы в кошмарном сне,
Гуляет тьма на собственных поминках,
В преддверии сгорания в огне.

И тот огонь у самого порога,
Остались тьме последние часы,
Все будут сметены,кто против Бога,
И жизни восстановятся весы.

http://www.abideinchrist.com/messages/devotion.html

http://ricolor.org/rus/nr/23/1/

http://atheism.com1.ru/shmidt-o-yu/

http://www.ufn.ru/tribune/nirvsm.html

http://www.vehi.net/frank/religiya.html#_ftn1

http://scepsis.ru/library/id_50.html

http://www.skeptik.net/religion/science/darwin1.htm

http://www.skeptik.net/religion/judaism/potop.htm

http://lib.ru/FOUNDATION/wnachale.txt

Слово, к-рым обозначается Б. (греч χάρις), - не плод лишь исключительно хр-нской мысли; оно встречается в ВЗ. Но только в НЗ твердо установился его смысл во всей его широте. Оно характеризует новое домостроительство, установленное Иисусом Христом, и противополагается домостроительству ветхому: то управлялось 3аконом, это управляется Б.

(Рим 6.14 сл; Ин 1.17).

Б. это дар Божий, содержащий все другие, дар Сына Его

(Рим 8.32).

Это дар, излучающий щедрость Дарующего и осеняющий ею тварь, принимающую его. Бог одаряет по Б., и получающий Его дар находит в Нем милость и благоволение.

По знаменательному совпадению как евр. слово, так и греч., по-латыни переводящиеся gratia, могут оба означать и источник дара у дающего, и действие, производимое даром у получающего. Можно сказать, что преподание ч-ку высшего дара Божия не полностью отлично от установления связей, объединяющих людей, и что между Богом и нами существу ют аналогичные связи, открывающие Его образ в нас. Тогда как евр. хен означает в первую очередь милость, благорасположение, по собственному почину оказываемое каким-нибудь высокостоящим лицом, затем - конкретное засвидетельствование этого, показываемое тем, кто дает и милует, и воспринимаемое тем, кто получает и оказывается помилованным, наконец - привлекательность, притягивающую взор и удерживающую милость, греч. χάρις означает, почти в обратном порядке, прежде всего чарующее сияние красоты, затем - уже более внутреннее сияние доброты, наконец - дары, свидетельствующие об этой щедрости.

Господь вверяет овец Своей паствы

(Пс99.3; 78.13; 73.1; Мих 7.14)

Своим служителям: Он их ведет «рукою Моисея»

(Пс 76.21)

и, «чтобы не осталось общество Господне как овцы, у которых нет пастыря», Он после Моисея указывает на Иисуса Навина как на нового вождя

(Числ 27.15-20);

Он берет Давида «от дворов овчих», чтобы дать ему пасти Свой народ

(Пс 77.70 слл; 2 Цар 7.8; см 5.2; 24.17).

Однако, звание П. никогда не применяется прямо к царям Израилевым, хотя роль П. и приписывается им

(3 Цар 22.17; Иер 23. 1-2; Иез 34.1-10);

оно дается только Судьям

(2 Цар 7.7),

народным вождям

(Иер 2.8)

и князьям народов языч.

(Иер 25.34 слл; Наум 3.18; Ис 44.28).

Как и в отношении Ягве, это наименование как бы приберегается для нового Давида; так оно становится одним из образов эсхатологической надежды. Таково благовествование Иезекииля, подготовленное Иеремией: Ягве вновь берет на Себя водительство Своим стадом и поручит его Мессии.

Пастыри Израиля проявили неверность своей миссии. Они не искали Ягве

(Иер 10.21)

и возмутились против Него (2.8), заботясь не о стаде, а о самих себе (Иез 34.3), допуская блуждания и рассеяние овец

(Иер 23.1 сл; 50.6; Иез 34.1-10).

«Всех пастырей твоих унесет ветер»

(Иер 22.22).

По словам пророков

(Мих 7.14 сл),

Ягве возьмет в руки Свое С.

(Иер 23.3),

соберет его

(Мих 4.6),

«возвратит его на пажить его»

(Иер 50.19)

и там будет охранять его

(Иер 31.10; Иез 34.11-22).

Затем Он поставит ему «пастырей по сердцу Своему, которые будут пасти с знанием и благоразумием»

(Иер 3.15; 23.4);

наконец, согласно Иезекиилю, будет только один Пастырь, Новый Давид, Бог Которого - Ягве

(Иез 34.23 сл):

вы «овцы паствы Моей» - говорит Ягве (34.31) и паства эта будет умножаться (36.37 сл); при этом едином Пастыре Иуда и Израиль, прежде враждовавшие, объединятся

(37.22,24; ср Мих 2.12 сл).

П-ри общины, однако, и после плена не отвечают ожиданию Ягве, и Захария снова начинает их обличать, возвещая судьбу грядущего Пастыря. Этих неверных пастырей Ягве «посетит» в гневе Своем

(Зах 10.3; 11.4-17),

подняв меч (13.7); от очищенного т. обр. Израиля сохранится Остаток (13.8 сл). Общая связь пророческого текста побуждает видеть в пораженном пастыре (13.7) не неразумного пастуха (11.15 слл), а того «Пронзенного» (12.10), смерть К-рого была во спасение (13.1-6). Этот Пастырь конкретно отождествляется с Отроком, К-рый, как «агнец безгласный», должен Своею жертвой оправдать овец рассеянных

(Ис 53.6 сл, 11 сл).

Вопреки тому, чего можно было бы ожидать, Бог почти никогда не именуется пастырем; исключение составляют только два древних Его обозначения

(Быт 49.24; 48.15)

и два обращения к Нему в Псалтири

(Пс22.1; 79.2).

По-видимому, наименование это оставляется только за Тем, К-рый должен прийти. Зато, если нет аллегорического транспонирования на Ягве такого наименования, отношения Бога с Его народом могут быть представлены как настоящая притча о добром П. При Исходе Израиль был «народом паствы Его и овцами руки Его»

(Пс 94.7)

и Бог «вел их, как стадо, пустынею»

(Пс 77.52);

и Ягве продолжает быть «водящим» в отношении Своего народа

(Пс 79.2),

«как пастырь Он будет пасти стадо Свое, агнцев будет брать на руки и носить на груди Своей, и водить дойных»

(Ис 40.11);

правда, Израиль больше похож на упрямую телицу, чем на ягненка на пастбище

(Ос 4.16);

и потому «стадо Господне отведено будет в плен»

(Иер 13.17).

Но Ягве снова «будет вести их и приведет их к источникам вод»

(Ис 49.10),

давая «знак» (евр. «свистя») рассеянным овцам

(Зах 10.8)

и собирая их

(ср Ис 56.8).

Такую же заботливость Он проявляет по отношению к каждому верному, к-рый под посохом Божиим не имеет недостатка ни в чем и ничего не может бояться

(Пс 22.1-4).

Его милосердие распространяется на всякую плоть

(Сир 18.13).

Глубоко укорененный в опыте «кочующих арамеян»

(Втор 26.5),

какими были праотцы Израиля в условиях пастушеской жизни

(Быт 4.2),

образ пастуха, ведущего свое С., отлично выражает два аспекта власти, осуществляемой над людьми, как будто противоположные и часто разделяемые. П. одновременно и возглавитель и сотоварищ. Это ч-к сильный, способный защищать свое С. от диких зверей

(1 Цар 17.34-37; ср Мф 10.16; Деян 20.29);

вместе с тем он внимателен к своим овцам, хорошо их зная

(Притч 27.23),

применяясь к их положению

(Быт 33.13),

нося их на своих руках

(Ис 40.11),

даже любя ту или другую из них «как дочь»

(2 Цар 12.3).

Его власть неоспорима, она основана на преданности и любви. На древнем Востоке (в Вавилоне, в Ассирии) цари называли себя П-ми, на к-рых божество возложило определенное служение - собирать овец С. и заботиться о них. В Библии также часто встречается этот образ, помогающий понять отношения, к-рые соединяют Израиля с Богом через Христа и Его посланников.

Ч-к должен брать за образец Д. Господне, Д. Иисуса. Во время гонений и страданий, допускаемых Господом, ч-к должен черпать силы у Самого Бога, К-рый дает ему надежду и спасение; в повседневной жизни терпение ч-ка по отношению к своим ближним является одним из проявлений его любви к ним.

1. Перед лицом Бога, К-рый страданием испытывает ч-ка, или дозволяет гонение, ч-к постепенно открывает смысл этих страданий и научается противопоставлять им терпение, «приносящее плоды»

(Ин 15.2).

Иов понимал, что страдания не всегда кара за грех и терпеливо их переносил - это было испытанием его веры: перед этой тайной он кротко смирялся, но еще не понимал ни значения, ни ценности своего испытания. Проявлял терпение и гонимый евр. народ, перенося с твердостью свои испытания и пребывая в напряженном ожидании царства Мессии

(1 и 2 Макк; Дан 12.12):

угнетаемый праведник не должен ли всегда доверяться Слову и любви Господа

(Пс 129.5; 24.3,5,21; Сир 2)?

Хр-н, знающий, что Христу надлежало страдать, чтобы войти в Славу Свою

(Лк 24.26),

должен по Его примеру переносить с твердостью все гонения; он их переносит с надеждой на спасение, к-рое он обретет, когда Иисус возвратится во славе Своей, зная, что через терпеливо переносимые страдания он становится соработником Спасителя. Он «принимает участие в страданиях Христовых, чтобы быть прославленным вместе с Ним

(Флп 3.10; Рим 8.17).

В несчастьи он берет «в пример злострадание и долготерпение пророков, к-рые говорили именем Господним»

(Иак 5.10)

и вообще всех великих служителей Господа в ВЗ

(Евр 6.12; 11),

в особенности Авраама

(Евр 6.15)

и Иова

(Иак 5.11).

Но прежде всего он подражает Д. Христа

(Деян 8.32; Евр 12.2 сл; 2 Фес 3.5)

и взирая на Него, он «с терпением будет проходить предлежащее ему поприще»

(Евр 12.1 сл).

Это терпение, как и любовь: «плод Духа»

(Гал 5.22; см 1 Кор 10.13; Кол 1.11);

созрев в испытании

(Рим 5.3 слл; Иак 1.2 слл),

постоянство породит надежду, к-рая не будет тщетной

(Рим 5.5).

Так, укрепленные Господом и утешенные Св. Писанием

(Рим 15.4),

все хр-не могут остаться верными, перенося страдания во Имя Христа

(Откр 2.10; 3.21);

они обретут т. обр. блаженство, обещанное претерпевшим до конца

(Мф 10.22; см Мф 5.11 сл; Иак 1.12; 5.11; см Дан 12.12),

это будет особенно важно во время последних великих испытаний

(Мк 13.13; Л к 21.19).

Что касается апостолов, то они призваны к еще большему сопричастию к Страстям и Д. Христа: «но во всем являем себя, как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах»

(2 Кор 6.4; 12.12; 1 Тим 6.11; 2 Тим 2.10; 3.10).

Жизнь Христа проявляется в их теле через страдания и терпение; так что смерть действует в них, чтобы жизнь могла действовать в хр-нах

(2 Кор 4.10-12).

2. Когда братья раздражают его, мудрый вспоминает, что «долготерпеливый лучше храброго и владеющий собою лучше завоевателя города»

(Притч 16.32; см 25.15; Екк 7.8).

Он должен взять за образец прежде всего Д. Христа по отношению к Своим Апостолам и по отношению к грешникам. Он не беспощаден

(Мф 18.23-35),

но даже терпим (5.45), его постоянное терпение проявляет его любовь

(1 Кор 13.4).

Чтобы жить согласно своему призванию, он должен относиться к своим ближним «со всяким смиренномудрием, и кротостью и долготерпением»

(Еф 4.2; Кол 3.12 сл; 1 Фес 5.14).

Тогда он будет истинным сыном долготерпеливого Бога, К-рый любит, прощает и хочет спасти, и учеником кроткого и смиренного сердцем Христа

ВЗ
1. Бог утверждает Свою правду, не считаясь с грехами, соделанными прежде, «во время долготерпения Божия»

(Рим 3.25).

Т. обр. ВЗ понимается Павлом как время, когда Бог переносил грехи Своего народа и языч. народов, чтобы проявить Свою спасительную правду «в наше время»

(1 Петр 3.20; Рим 9.22 слл). В продолжении своей истории святой народ все

глубже проникался сознанием этого Д. Божия. В откр. данном Моисею, Ягве провозгласил: «Господь Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление». Но Он также и «не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода»

(Исх 34.6 сл; ср Числ 14.18).

Последовательные откр. все больше настаивают на Д. и милосердной любви Отца, К-рый знает, каковы мы; долготерпеливый и любвеобильный, Он не обращается с нами, как мы этого заслуживаем нашими грехами

(Пс 102.8; ср Сир 18.8-14).

Если у пророков и не иссякают темы гнева и Суда Господних, то они все же делают больший упор на прощение Божие, а согласно некоторым текстам Бог как бы готов раскаяться в Своих угрозах

(Иоил 2.13 сл; Ион 4.2).

Но это Д. Божие не есть слабость: оно призыв к обращению - «Обратитесь к Господу Богу вашему, ибо Он благ и милосерд, долготерпелив и многомилостив..»

(Иоил 2.13; см Ис 55.6).

Израиль постепенно понимал, что не только он один имеет преимущество этого Д.: Бог любит все народы. История Иова напоминает, что милосердие Божие обращено ко всем, кто кается в своих грехах.

НЗ


Иисус Своим отношением к грешникам и Своими наставлениями наглядно показывает и олицетворяет долготерпение Господне; Он порицает Своих нетерпеливых и мстительных учеников

(Лк 9.55).

Притча о бесплодной смоковнице (13.6-9), о блудном сыне (15), о немилосердном заимодавце

(Мф 18. 23-35)

- все они откр. Д. Господа, К-рый хочет спасти грешников, и уроки терпения и любви, наставляющие Его учеников. Мужество Иисуса во время Страстей, что так подчеркнуто в повествовании Луки, стало примером всяческого терпения для ч-ка, к-рый, подвергаясь гонениям, начинает понимать значение и искупительную ценность страданий.

В кажущемся замедлении возвращения Христа Апостолы видят проявление Д. Божия: «Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию»

(2 Петр 3.9,15).

Но если ч-к пренебрегает этим «богатством благости, кротости и долготерпения Божия», то он «сам себе собирает по упорству своему и нераскаянием сердца, гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога»

(Рим 2.5).

Оттого, пока еще длится Д. Господне и Он еще призывает нас к покаянию, избранные должны слушать Его Слово и стараться войти в покой Божий

(Евр 3.7-4.11).

ОТВЕТ НА ОПРЕДЕЛЕНИЕ СИНОДА ОТ 20-22 ФЕВРАЛЯ И НА ПОЛУЧЕННЫЕ МНОЮ ПО ЭТОМУ СЛУЧАЮ ПИСЬМА

"Тот, кто начнет с того, что полюбит христианство более истины, очень
скоро полюбит свою церковь или секту более, чем христианство, и кончит тем, что будет любить себя (свое спокойствие) больше всего на свете", Кольридж.

Я не хотел сначала отвечать на постановление обо мне синода, но
постановление это вызвало очень много писем, в которых неизвестные мне корреспонденты - одни бранят меня за то, что я отвергаю то, чего я не отвергаю, другие увещевают меня поверить в то, но что я не переставал верить, третьи выражают со мной, единомыслие, которое едва ли в действительности существует, и сочувствие, на которое я едва ли имею право; и я решил ответить и на самое постановление, указав на то, что в нем
несправедливо, и на обращения ко мне моих неизвестных корреспондентов.

Постановление синода вообще имеет много недостатков. Оно незаконно или умышленно двусмысленно; оно произвольно, неосновательно, неправдиво и, кроме того, содержит в себе клевету и подстрекательство к дурным чувствам и поступкам.

Оно незаконно или умышленно двусмысленно - потому, что если оно хочет быть отлучением от церкви, то оно не удовлетворяет тем церковным правилам, по которым может произноситься такое отлучение; если же это есть заявление о том, что тот, кто но верит в церковь и ее догматы, не принадлежит к ней, то это само собой разумеется, и такое заявление не может иметь никакой другой
цели, как только ту, чтобы, не будучи в сущности отлучением, оно бы казалось таковым, что собственно и случилось, потому что оно так и было понято.

Оно произвольно, потому что обвиняет одного меня в неверии во все
пункты, выписанные в постановлении, тогда как не только многие, но почти все образованные люди в России разделяют такое неверие и беспрестанно выражали и выражают его и в разговорах, и в чтении, и в брошюрах и книгах.

Оно неосновательно, потому что главным поводом своего появления
выставляет большое распространение моего совращающего людей лжеучения, тогда как мне хорошо известно, что людей, разделяющих мои взгляды, едва ли есть сотня, и распространение моих писаний о религии, благодаря цензуре, так ничтожно, что большинство людей, прочитавших постановление синода, не имеют ни малейшего понятия о том, что мною писано о религии, как это видно из получаемых много писем.

Оно содержит в себе явную неправду, утверждая, что со стороны церкви были сделаны относительно меня не увенчавшиеся успехом попытки вразумления, тогда как ничего подобного никогда не было.
Оно представляет из себя то, что на юридическом языке называется
клеветой, так как в нем заключаются заведомо несправедливые и клонящиеся к моему вреду утверждения.

Оно есть, наконец, подстрекательство к дурным чувствам к поступкам, так как вызвало, как и должно было ожидать, в людях епросвещенных и нерассуждающих озлобление и ненависть ко мне, доходящие до угроз убийства и высказываемые в получаемых мною письмах.

"Теперь ты предан анафеме и пойдешь по смерти в вечное мучение и издохнешь как собака... анафема ты, старый чорт... проклят будь", пишет один.

Другой делает упреки правительству за то, что я не заключен еще в монастырь, и наполняет письмо ругательствами.

Третий пишет: "Если правительство не уберет тебя, - мы сами заставим тебя замолчать"; письмо кончается проклятиями.

"Чтобы уничтожить прохвоста тебя, - пишет четвертый, - у меня найдутся средства..." Следуют неприличные ругательства.

Признаки такого же озлобления после постановления синода я
замечаю и при встречах с некоторыми людьми. В самый же день 25 февраля, когда было опубликовано постановление, я, проходя по площади, слышал обращенные ко мне слова: "Вот дьявол в образе человека", и если бы толпа была иначе составлена, очень может быть, что меня бы избили, как избили, несколько лет тому назад, человека у Пантелеймоновской часовни.

Так что постановление синода вообще очень нехорошо; то, что в конце постановления сказано, что лица, подписавшие его, молятся, чтобы я стал таким же, как они, не делает его лучше.

Это так вообще, в частностях же постановление это несправедливо в
следующем. В постановлении сказано: "Известный миру писатель, русский по рождению, православный по крещению и воспитанию, граф Толстой, в прельщении гордого ума своего, дерзко восстал на господа и на Христа его и на святое его достояние, явно перед всеми отрекся от вскормившей и воспитавшей его матери, церкви православной".

То, что я отрекся от церкви, называющей себя православной, это
совершенно справедливо. Но отрекся я от нее не потому, что я восстал на господа, а напротив, только потому, что всеми силами души желал служить ему.

Прежде чем отречься от церкви и единения с народом, которое мне было не выразимо дорого, я, по некоторым признакам усомнившись в правоте церкви, посвятил несколько лет на то, чтобы исследовать теоретически и практически учение церкви: теоретически - я перечитал все, что мог, об Читать далее...

1. Согласно основному опыту странствия народа в пустыне, О. выражает не только славу, но прежде всего святость Божию, и влекущую к себе, и устрашающую.

На горе Хорив Моисея привлекает явление горящего куста, к-рый горит огнем и не «сгорает»; но голос Божий предостерегает его, что он не сможет приблизиться, пока Бог не позовет его и пока он сам не очистится

(Исх 3.2).

На Синае гора дымится от окружающего ее О.

(19.18),

но не разрушается, в то время как народ трепещет от страха; он не должен приближаться к горе, а Моисей вновь призывается взойти к Господу, открывающему ему Себя. Т. обр. Бог проявляется как О. поедающий не для того, чтобы сжигать все на пути Своем, ибо он призывает тех, кого очищает.

Событие, происшедшее позже на этом же месте, помогает лучшему пониманию символического значения О.

Илия, пророк исполненный ревности и сан подобный О.

(Сир 48.1),

ищет на Синае присутствия Божия. После большого и сильного ветра и землетрясения он видит О., но «не в огне Господь»: о том, что проходит Господь, возвещается как раз противоположным символом: веянием тихого ветра

(3 Цар 19.12).

Равным образом, когда Илия несется на небо в огненной колеснице

(4 Цар 2.11),

О. этот является всего лишь одним из ряда символов, возвещающих посещение Бога живого.

2. Пророческое предание также уделяет значительное место роли знамения О. в религиозной символике. Исаия в час своего призвания видит только дым

(Ис 6.4)

и думает, что погиб, ибо приблизился к святости Божией; но в конце видения уста его очищаются углем горящим

(6.6,7).

В первом видении Иезекииля бурный ветер и О. сопоставляются с радугой, сияющей в облаках

(Иез 1.28),

но из них видно «как бы подобие человека»

(1.26):

этот образ напоминает скорее светящееся облако Исхода, чем Богоявление на Синае. В апокалипсисе Даниила О. входит в то окружение, на фоне которого проявляется присутствие Божие

(Дан 7.10),

а еще более значительна его роль в описании Суда

(7.11).

3. Толкуя теофанию, совершившуюся в пустыне, традиции, как Второзакония, так и священнические, уточнили двойное значение знамения О.: откр. Бога живого и требование чистоты Богом святым. Бог говорил «из среды огня»

(Втор 4.12; 5.4,22,24)

и дал скрижали Закона

(9.10),

чтобы стало понятно, что не следует представлять Его посредством изображений. Но этот О. был также О. разрушающим

(5.25; 18.16),

устрашающим ч-ка

(5.5);

только избранник Божий видит себя уцелевшим, несмотря на то, что он находился перед лицом этого О. (4.33). Достигнув этой стадии, Израиль может представлять Бога в образе «поядающего огня» (4.24; 6.15), не отожествляя его с естественной стихией; выражение это есть не что иное как транспонирование темы божественной ревности

(Исх 20.5; 34.14; Втор 5.9; 6.15).

О. символизирует непримиримость Бога к греху; он пожирает все, что встречает; так же поступает Бог в отношении к закоренелому грешнику. Иначе обстоит дело с избранными: им дано приблизиться к О., дабы преобразиться.