Андрей Мельников, "Независимая газета"
Москвичи увидели художественный фильм об Иисусе, основанный на
мусульманских источниках. Кинокартина иранского режиссера Надера Талибзаде
предлагает версию евангельских событий, способную повергнуть в шок не
только христиан, но и иудеев. Только плохое качество ленты, возможно,
спасет ее от массовых протестов, которыми сопровождались демонстрации
"Последнего искушения Христа" Мартина Скорсезе и "Страстей Христовых" Мела
Гибсона.
Фильм Надера Талибзаде был снят осенью 2007 года, с тех пор появилось
только несколько робких публикаций, которые были связаны с попытками
Министерства культуры и исламской ориентации Ирана познакомить с этой
кинолентой христианский мир. Картина начала свое международное турне как
раз в разгар скандалов, связанных с "антиисламскими" выступлениями
европейских журналистов, прежде всего со второй волной "карикатурного
скандала". Однако, похоже, демонстрация фильма задумывалась вовсе не как
"фига в кармане" христианскому Западу, а своеобразный "жест доброй воли",
открывающий глаза "людям Книги" на "истинную" историю Иисуса. Об этом
простодушно заявлял автор фильма, господин Талибзаде.
Некоторые журналисты с опаской ждали того момента, когда картина пересечет
российскую границу. Российская премьера состоялась в Казани, а 21 апреля, в
рамках Дней иранской культуры в России, фильм увидели москвичи. Но...
скандала не случилось. Бесплатная демонстрация ленты в "Иллюзионе" собрала
несколько десятков пенсионеров, исправно посещающих все бесплатные сеансы в
этом кинотеатре, и несколько человек явно ближневосточной наружности.
Интересно, что русский перевод названия фильма принципиально (в контексте
противостояния христианской и мусульманской трактовок евангельской истории)
отличался от английского. Если на языке "империалистов" его название звучит
как "Иисус, одухотворенный Богом", то русский вариант мягче по отношению к
убеждениям христиан - "Иисус Спаситель (Благая весть Спасителя)". Но сюжет
фильма не стал от этого менее шокирующим. Об этом честно предупредил
режиссер, выйдя перед показом на сцену: "В картине два финала. Один - как
принято у вас - христиан, а другой - основанный на мусульманских
источниках".
Первые кадры иранского "Иисуса" напомнили бесчисленные киноинсценировки
Евангелий, которые в начале 90-х годов обильно демонстрировали в российских
домах культуры и сельских клубах заезжие протестантские проповедники.
Иисус, небрежно перекрашенный в блондина, в окружении кучки учеников
шествует по цветущим полям. Параллельно развиваются события в Иерусалиме и
других местах страны, названной почему-то "Палестиной", хотя это слово было
придумано римлянами только через столетие, чтобы искоренить память об
Иудее, откуда после восстания Бар-Кохбы были изгнаны все иудеи. Но в фильме
речь идет о 30-м годе от Рождества Христова. В Иерусалиме поднимают
восстание иудейские патриоты. Они бросают камни в римских солдат из-за
угла, их лица закутаны в платки. "Интифада", - удовлетворенно шелестит зал.
Нехитрый посыл режиссера понят зрителями.
Восстание зелотов подавлено. И вот первая сцена, производящая непривычное
впечатление. По иерусалимской улице, согнувшись под тяжестью креста,
подгоняемый бичами римлян, бредет на казнь Варавва, предводитель
неудавшегося восстания. Он обращает гневные проклятия в адрес римских
оккупантов. Такая вот нетрадиционная трактовка крестного пути.
Фильм грешит не только против Евангелий, но и исторической достоверности.
Иисус приходит на похороны Лазаря, который почему-то оказывается братом
Марии Магдалины. Толпа женщин в черных мусульманских чадрах оплакивает
покойного, производя при помощи пальцев и губ особый звук, который можно
услышать в телерепортажах из Газы после очередного "воспитательного" налета
израильской авиации.
Чтобы узнать суть проповеди Иисуса, к нему в поле приходят первосвященник
Иерусалимского храма Каиафа, прокуратор Иудеи Понтий Пилат и царь Ирод.
Странно, что первосвященник, предводитель жреческой аристократии, которая в
те времена, по свидетельству историков, окончательно "оторвалась от
народа", высокопоставленный чиновник могущественной Римской империи и
правитель Галилеи Ирод Антипа отправились в сельскую местность на встречу с
бродячим проповедником. Так или иначе, но троица злоумышленников подступает
к Учителю и требует ответить на принципиальный вопрос: считает ли себя
Иисус Богом или сыном Божьим. Иисус гневно требует прекратить провокации.
"Конечно же, нет, - восклицает он. - Я только предрекаю грядущий приход
Пророка, чье учение завоюет весь мир!"
Но враги его - священники Храма и примкнувшие к ним фарисеи - не
успокаиваются. Они снова подговаривают Понтия Пилата испытать мятежного
проповедника. "Ваш Бог - богатство, а мы, римляне, следуем принципам", -
гордо заявляет евреям прокуратор. Но, искушаемый обещаниями вознаграждения
в размере десятилетнего жалованья, соглашается: "Это хорошая плата, но
плохая
Читать далее...