[457x699]
To Someone
«Ну наконец-то! А я уж думал, обо мне совсем забыли», - сердито и… с удовольствием подумало Одиночество, просыпаясь в темной невзрачной комнатке.
Этот молодой человек не привык долго засиживаться в подобного рода чуланчиках, и теперь его самолюбие было уязвлено невниманием со стороны обожаемой пятнадцатилетней хозяйки.
- И чего это я ей вдруг понадобился? – недоумевал Одиночество, лениво натягивая черно-белые полосатые гольфы. – Задумчивость, вроде, говорила, что сама со всем справится…
- А ты угадай, - предложил Ехидство, внимательно наблюдавший за товарищем с тех самых пор, как он проснулся.
- Опять одна гулять вылезла, да? – нервно спросил Одиночество уже в дверях.
- Так точно! Эй, ты где такую забавную шляпку откопал? – хихикнул Ехидство, накручивая на длинный костлявый палец прядку рыжих волос.
Одиночество презрительно хмыкнул и, не удостоив друга даже взглядом, вышел вон из комнаты.
- А она еще говорила, я ей не нравлюсь! – рассуждал молодой человек, на ходу поправляя высокий черный цилиндр с красной лентой, который так позабавил Ехидство. – Да о таком, как я, только мечтать!!! О, добрый день, коллега, - обратился он к Грусти, сидевшей на выцветшем синем коврике и пускавшей от скуки мыльные пузыри.
- Не прошло и года, - сердито пробурчала она и, встав, поправила складочки своего серо-голубого платья в крупный белый горошек. – Ну что, начнем? Я уже вся извелась от нетерпения! – в ее больших глазах загорелся лукавый огонек.
А пока Одиночество и Грусть собирались с силами, их хозяйка преодолела сто семьдесят одну (на этот раз она точно посчитала!) ступеньку своего родного третьего подъезда, сверху донизу выкрашенного в глухой болотный цвет, и вышла на улицу. Небо по-прежнему было серым, и вялое солнце, у которого никак не хватало сил разогнать всю эту муть вокруг, едва пробивалось сквозь случайную щелочку между облаками.
- Смотри, милая, как все грустно. Видишь, даже погода не в настроении, - шептала Грусть, отбросив баночку с мыльными пузырями.
- Вот именно, - поддакнул Одиночество, выглядывая из-за плеча подруги. Его бледное личико приобрело печальный вид. – Может, стихотворение какое-нибудь сочинишь? Или песню?..
Юноша всегда пытался вдохновить хозяйку на что-нибудь творческое, но сегодня у него никак не получалось достучаться до нее.
- Да подожди ты! – раздраженно перебила Грусть. – Не видишь, она еще не готова… Пойди уж тогда за Вдохновением сходи!
- А почему бы Вам, госпожа, самой не сходить? –пробурчал Одиночество. – Вы ведь, если не ошибаюсь, особенно близки… - юноша многозначительно подергал бровями.
- Не хочу его знать больше! –Грусть и ни с того ни с сего всхлипнула. – Променял меня на какую-то гадкую Радость… Да она ж прыщавая!!!
- Ладно тебе, не ревнуй, - хихикнул Одиночество и отправился за другом. А девушка, в душе которой он обитал, тем временем шла по двору и неторопливо разматывала двухметровый шнур от наушников. С ней никто не здоровался и никто ни о чем не спрашивал: соседские подростки недолюбливали странноватую Таю. Она никогда не принимала участия в их попойках и не поддавалась на дешевые приставания, а взрослые, как это часто бывает, просто не замечали ее. Девушка уныло огляделась по сторонам, и ее сердце наполнила тоска. Друзья были далеко, а дворовые законодатели моды с пивными бутылками в руках не вызывали ничего, кроме равнодушного отвращения.
- Проснись и пой!!! – завопил Одиночество, врываясь в маленькую круглую комнатку Вдохновения.
- Да иду я, иду! – проворчал в ответ друг и сонно стянул с себя нежно-розовый ночной колпак. – Что вы все ко мне пристали?!
- Кто это – все? – поинтересовался Одиночество, с величайшим чувством собственного достоинства поправляя бордовый галстук, который он подобрал специально в тон ленточке на новой шляпе. –Ты что, старик, опять с медвежонком спишь?!!
- Да ну тебя! – лицо Вдохновения стало почти такого же цвета, как галстук его товарища, и юноша поспешно спрятал серенького Тедди с голубым носиком под подушку. – Ничего в этом смешного нет!
- Конечно, нет, - Одиночество насилу подавил смешок. – Ой, что-то весело мне… Тут что, Радость побывала?
- Значит, Грусть уже все тебе рассказала, - вздохнул Вдохновение и принялся рыться в старинном дубовом гардеробе. – И чего она так взбесилась, не понимаю… Это всего лишь работа!
- Не волнуйся, дружище, я все улажу, - заверил Одиночество. – Все, что от тебя требуется, это одеться посимпатичнее. Только у меня есть одно условие…
- Какое? – красивое худенькое личико Вдохновения, обрамленное пшеничного цвета локонами, засияло надеждой.
- Хозяйка опять не хочет ничего сочинять. Я всё тужусь, стараюсь, буквально фонтанирую идеями, а ей – хоть бы что! Даже слушать не хочет… - от волнения Одиночество принялся дергать свой галстук и чуть не задушил себя. – Без тебя, брат, никак!
Вдохновение
Читать далее...