Утро раннее и ещё более раннее

П о л н о ч ь. Предельный час для пристойных увеселений; всё, что делают после полуночи, - безнравственно.

Ночь, говорю, выдалась неожиданно насыщенной. Т.е., спать легли с твёрдым намерением выспаться перед тяжёлой дорогой, встать пораньше и выйти тоже пораньше. А ещё сложить палатку и рюкзаки. И позавтракать. Правда, не помню: завтракали мы или только чай пили. Хотя могли и просто доесть макароны с соевым мясом. Тьфу, какие макарон, сперва легли спать.
И вот в нале третьего – шум, свет, голоса. Это кто-то ещё более поздний, чем мы вчера, приехал. Читать далее...

Ночь, тёмная река...

Вот ведь склероз! Это никому неинтересно, но я ж собиралась описать окружающий пейзад. А в лесу за спиной – ёлки, лиственницы, местами берёзы. А напротив, за рекой Катунью – сразу горы. Или холмы, вот горы – правильные высокие скалистые или снежные – они за перевалом. А тут такие зелёные, хоть и зубчатые. Вполне восходимые за пару часов, сплошь поросшие лесом. Или не сплошь. Вот змей горыныч… Да, потом мы встречали похожие, но не многошеие. Как будто какая-то огромная зелёная лошадь наклонила голову так, что головы уже из-под земли и не видно, зато так хорошо видно травяную шерсть и гриву из деревьев, растущих узкой полосой аккурат по хребту, по траверсу или как его ещё?
А тут был целый такой дракончик трёхголовый, три головы прятал, три шеи с леском. Только бок у него был как-то срезан и обнажались камни – там, ниже, дорога по посёлку. Но по посёлку мы прогулялись уже на совсем обратном пути. А вечером 16 июля пошли в деревню – ту, что направо. По дороге. По грунтовке, щебёнке, гравийке. С небольшим уклоном, если бывает уклон вверх. Ну, тогда с подъёмом. Это мне трудно пишетсЯ, и я так раскатываюсь.
Налегке – красота. Хотя всё равно, не так уж оно и замечательно, если долго в гору. И вдобавок думаешь: ёлки, это ж завтра мне тут с рюкзаком и даже с рюкзачарой!!!
Деревенька, как же её, да нам неважно, тоже такая вся деревянно-некрашенная, заборы, коровки бродят, телёночек под забором лежит, Макс, Макс, смотри – свинка!!! Забуревшая. А вон и поросятки побежали. И знак цивилизации – белые тарелки огромных размеров. Далеко видать. У одного дома, правда, раритет увидели: антенну совершенно инопланетной формы, такую всю этажерчатую, из большого количества металлический штырей во все стороны. И Макс, представьте себе, её не снял. Не сфотографировал. Темно, говорит, ничего не получится. Правда, в настоящий момент мне уже пофиг, что он там снимал, потому что фотографий всё равно не допросишься. Только что для восстановления хронологии.
Поскольку мы взошли на возвышенность, то увидели с неё далеко вниз. Где вилась уже Кучерла. Река. Вилась и даже кое-где разветвлялась – получались островки. С деревьями. И нам требовалось определить, где там мост. Мы даже спросили у местного населения, а то макс засомневался. После того, как у нас раза 2-3 спросили, не нужно ли нам молока. Встречная тётенька показала нам в одну сторону. Но мы до него доходить не стали, спустились просто к Кучерле (даже купаться не потянуло), перелезли как-то по поваленной берёзе на один из островков, посмотрели на пасущихся лошадок (а лошадки – на нас), что-то там ещё поделали и решили возвращаться. Возвращались, кажется, лицом на закат, но краски в этот раз были так себе.
Вернулись в лагерь, уже темно, горят костры и электричество от движка. Новые лица и даже морды – бегает рыжая такая собака, на спаниеля похожая. А может, спаниель и был. И хозяйки у него – две девушки, а третий с ними – мужик в летах, но мы подумали, что гид или что-то вроде.
Девушки сидели у костра, беседовали, что-то там насчёт Белухи и опасностей пути. И тот дядечка-турист, который с семьёй, и, видимо, из-за малых дочек никуда далеко из лагеря уходить не может. Тот дядечка так серьёзно сказал, мол вы-то ладно, а вот этот глупый городской пёс – за него тревожно. Городского пса (и девушек) мы потом встречали по пути и стояли рядом с ними на Аккемском озере. Так девушки жаловались, что собак на воле отказывается жрать вискас (или как называется сухой собачий корм в кусочках?), вот набрали ему с собой в дорогу, а он не ест. Только я так и не поняла, а что ж он тогда ест, неужели мышкует? В общем, когда мы ушли с аккема на Томские стоянки, животный был вполне бодр и полон жизни, а дальше уж не знаю.
А пока вот он бега вокруг костра и не знал-не ведал, что ему предстоит. Впрочем, я – почти что тоже.
Можно было уже ложиться спать, а то завтра – ранний подъём, чтоб не по жаре топать. Но тут пришла в голову блажь, и мы пошли опять купаться. В темноте. В Катунь. У! Рррромантически завершили вечер. Если б мы ещё знали, что за рррромантическая ночь у нас будет.

Утро начинающего автостопщика

Итак, Макс героически встал и отправился обратно в Усть-Коксу, на том же микроавтобусе. Он шёл волшебным алтайским утром, обратно через мост в тумане. И ехал потом вдоль реки Катунь, тоже всей в тумане (мы, когда возвращались, я примерно ту же картину видела
http://www.istockphoto.com/file_closeup/locations-...altai-landscape.php?id=6904795
По такому пейзажу Макс и шёл с утра.

Или по такому http://www.istockphoto.com/file_closeup/food-and-d...of-bread-grains.php?id=6904685
Когда обратно ехали, пшеница - эээ.... наверное, таки рожь, уже изрядно пожелтела

Мост и Катунь
http://www.istockphoto.com/file_closeup/industry/c...idge-over-katun.php?id=6901049

Мост в тумане
http://www.istockphoto.com/file_closeup/industry/c...-in-morning-fog.php?id=6901193).
А я продолжала безответственно спать, заодно караулила палатку. Во сне. Часов с девяти снаружи уже шумела жизнь, кажется, мужики, напоившие ночью Макса, собирались. Т.е., когда я часу в одиннадцатом вылезла, наконец, из палатки – их уже не было. Ушли в горы. Ну, сильны, ничего не скажешь. Им торопиться было надо, дней – в обрез.
Комендатура открывалась в восемь или в полвосьмого. Читать далее...

Туда-сюда на микрике

Эх, дороги!..

Предыдущий пост был посвящен тому, как мы отметились в МЧС, купили всё недостающее, в т.ч. и бумажную карту, и погрузились в микроавтобус до Тюнгура.
А весь этот пост мы будем туда ехать (тоже можно пропустить почти без ущерба). Потому что дорога занимала по паспорту 8 часов, а в реале вышло больше. А, с нами вечно всё не слава богу!
Двинулись. Читать далее...

Пока суббота и тут почти никого нет, я потихоньку продолжу алтайскую летопись - занудные моменты

И разбудил меня Макс, и восьми утра ещё не было. Тем не менее, уже был яркий солнечный и жаркий день. От оно где пряталось, наше лето! За Уралом. Рюкзаки, слава богу, оставили в номере, на вахте (или как её там? Портье?) пообещали, что ещё вернёмся, и пошли. По длинной главной улице – в обратную стону. У кого-то Макс ещё спрашивал, как найти адрес. А шли мы отмечаться в МЧС и по пути билеты на автобус купить. И ещё кой-куда зашли по дороге. Потому что я вспомнила, что, кроме непромокаемого чехла на рюкзак я ещё забыла дома крем от загара. А в снежные горы без него никак! Сгорает морда и особенно уши. У кого не прикрыты. И средства от комаров и клещей Макс хотел купить. Особенно от клещей. Читать далее...

Не, ну надо с этим что-то делать!
Двигаться надо.
Вы можете не читать, но мне какое-то идиотское чувство упорно не позволяет пропускать куски.
День нулевой – рывок последний.

Читать далее
Но в Барнауле, говорю, вечереет, так что спортивные и хозяйственные магазины уже закрыты. Так что прямо на автовокзал, ждали недолго, купили воды, а вот и наш автобус.
Ой. Это недоавтобус вообще. Наш, советский, как его? Ещё не микроавтобус, но до взрослого не дорос. У нас такие маршрутки ходят. А напихалось в него… Не, сперва все сели, да какие там места нумерованные – как попало напихались, рюкзаки тут же рядом на полу пристроили. Но на выезде с автовокзала автобус остановился и принял ещё. Пассажиров. И они уже ехали стоя. Это 4 часа до Горно-Алтайска, представляете?
Не, старушку местного, алтайского вида (блин, так и не посмотрела, а что за азиатская народность там) и детей как-то таки посадили, а кто-то ещё на вещах пристроился. И поехали в переполненном автобусе. А на небе - такой роскошный закат, такие розовые краски на полнеба.
Реку Обь ещё было видно, как переехали, а дальше уже стемнело, толком ничего не видно.
И даже самые антикварно-древние недоавтобусы в сибирской глуши нынче снабжены телевизорами. А показывают по этому телевизору – «Нашу Рашу». Так что я, наконец, узнала, что это. Вот все 4 часа тесноты и качки – под «Нашу Рашу». Наверное, я её не полюблю.
Останавливались несколько раз подышать, желающие – купить чего-нибудь. Мы с Максом на вокзале-то стормозили, не взяли ему еды (да там и не особо), спасались сникерсом от голода.
Кое-где народ выходил, так что в конце концов стоящие или высадились, или сели. Впечатлило, что одна девушка попросила остановить и вышла совершенно в пустынном месте, никаких огоньков, один лес неподалёку виднеется.
А мы едем и едем. Вот и 12 уже. И час ночи… Не, приехали всё-таки. В полвторого. В Горно-Алтайск.

Горноночие

Кстати, да. Макс тут начало прочитал, говорит, это у меня воображение буйное, не говорил он про гору «Каюк», только с А. Ну да Каюка нам ещё идти и идти, а пока мы высадились из недоавтобуса в Горно-Алтайске. Знаете ли вы алтайскую ночь?
Это кругом тьма, автовокзал заперт и безжизнен, улицы пусты, зато звёзды, какие звёзды!
Читать далее...

О простых дробях
Так ошибиться!

Вообще я хорошо считаю в уме. Сколько раз за поход мне пришлось в уме пересчитывать раскладку, сколько и чего можно есть в день (вот на Максову хреновую горчицу был коммунизм, а с чаем и сахаром – не рассчитали), да ещё два раза делали заброску, когда шли в гору – чтоб лишнего с собой не поднимать. И всё сошлось практически тютелька в тютельку, только полпакета риса осталось. Ну так они на высоте плохо ели горячее, и вообще, я заказывала гречку.
И поэтому совершенно непонятно, как.
Как я могла так обсчитаться?
На Камчатку когда летели, взвешивали рюкзаки в Шереметьево – я посчитала, что у меня выходит около трети моего веса. В этот раз у меня выходило уже больше. Читать далее
Вот, говорю, я ж прекрасно в уме считаю. В том числе и дроби. И как же меня угораздило: стала прикидывать, сколько ж весит мой свежезагруженный рюкзак и сколько это будет от моего веса. Насчитала чуть больше двух пятых. Подумала: ох!
И только уже дома, когда вернулось, что-то мне стукнуло: это ж никакие не две пятых! Это ж было – пока не отъели – больше трёх седьмых!
Хотя, с другой стороны, это, наверное, и к счастью. Потому что, если б я сразу осознала, что мне предстоит переть на своей спине, через перевал – три седьмых собственного веса – я б померла на месте и с места не сдвинулась.

Ах, лишний вес!..

Я подумала: вы, наверное, с ужасом ждёте, когда я про Алтай начну писать, а я всё не начинаю, то вдохновения нет, то.
Ну вот сегодня вроде сдвинулась-утешилась, надо таки попробовать начать. Но начинать вечно приходится с какого-нибудь занудства, с оргвопросов. Я уже писала, что мы с Максом летели на несколько дней раньше, с планами получше акклиматизироваться, может, влезть куда пониже. Чем Белуха.
- На гору Каюк, - сказал Макс. – Или нет. Каяк? Акаяк?
Читать далее...

Эх, если б я была… если б я была не я, короче, я б это со смаком расписала (если, конечно, слово «смак» тут уместно)
Но я бегло постараюсь.
А вот на Эльбрусе туалет был… На Бочках, на 3 800. Это начало мая было. Снег ещё валил и валил.
Кстати да. Отступление о внимании и заботе. Вот это вот «надень шапочку, застегни курточку». Ну вы же на гору сегодня пойдёте. Ага, на гору, 300 метров над уровнем Уфалейского пруда.
- Да чего вы в самом деле, какая гора, какая шапочка!!! Я на Эльбрусе была.
- Ну ты же летом была!
Ага, летом – в начале мая. Так иду в первый раз из бочки, туалет ищу, метель, не видно ни хрена. Хорошо ещё, мужик стоял какой-то, руководил моими движениями:
- Правильно идёте, правильно… Осторожно, провод! А теперь направо поворачивайте.
- Да, спасибо, вижу, тут тропинка.
И ведёт тропинка в снежную пещерку, к дощатой дверке… А вторую дверку так занесло вообще капитально. Так что я вообще сперва не знала, что их два. Жалко, на следующий день расчистили, а такой бы был кадр, такая живописность.
На Приюте Одиннадцати, тремя сотнями метров выше – там живописность другая. Там знаменитый Туалет над Обрывом. Вот так заходишь, краем глаза смотришь в ведущую дырку – а там под тобой, птицы летают. Вы понимаете, что сосредоточиться и спокойно подумать в таких условиях – ну никак! Особенно с непривычки. Так что к шестому дню… Как раз погода позволила и мы полезли наверх. Часов девять уже шли, рассчитывали меньше, но. Уже до вершины – метров 50. Вверх. До западной. И тут меня прихватывает. Совсем.
И вот картина: снег, мороз, ветер ледяной (у Макса рукавицу унесло порывом), температура комфорта -35. И я сижу, скрючившись, за каким-то заснеженным камнем и наконец-то облегчаюсь. На высоте почти 5 600, над горами, облаками и над всей Европой.
С одной стороны – неловко в этическом плане (про физический вообще молчу) всё ж там борьба за экологию и всё такое. С другой – сижу и ржу, потому что ещё вспомнила растаманскую сказку про свыню, точнее, про свыней и их свинский обычай: кто залезет на гору повыше и там кучку наложит, тот, значит, и круче. Вот уж залезла так залезла, ни одной свыне не снилось. Круче всех свыней, получается.
Зарыла в снег по возможности и побежала восходить дальше, а то Макс за углом меня уже заждался.
Не, ну повезло, я считаю, а то, если б чуть позже приспичило – вот прям на самой на вершине, у флажков. Там как раз ещё австрийцы подошли, фотографировали себя, а потом и нас.
А про то, как я ходила в туалет на Берельском седле под Белухой – выходит, в следующем номере.

Это вот как раз я так, без шапочки на Эльбрусе, с Бочками на заднем плане. Фото, естественно, Макса.

[692x462]

В Беловодье все люди – братья. Ну, кроме тех, кто ср*т на тропинке. А, пардон, мне сказали, что это был медведь. Ещё там, по слухам, водятся пограничники, но мы не встретили.
Так вот идёшь с рюкзаком на спине (про рюкзак – отдельно) по узкой тропке, а навстречу – длинная такая цепочка туристов, с рюкзаками тоже. И каждый каждому: - Здравствуйте!
Или: - Добрый день!
И неважно, что в тени жара за 30. или наоборот: под моросящим дождём по скользкой глиняной тропинке, да ещё корни – того и гляди, навернёшься.
Я предложение хотела внести, чтоб первый с первым только здоровался. Ну, если очень надо, то пусть ещё последний – с последним. А то чувствуешь себя, как в анекдоте про Здравствуй, птичка колибри!
В Беловодье мох свисает серыми прядями с еловых веток, а белки роняют на голову розовые чешуйки недозрелых шишек. В Беловодье голубые звонкие камни. Лошади и горы.
Ак-кем – белая река. Вытекает из белого озера. В белом озере отражаются вершины гор – серые или снежные.
- Вон восточная Белуха, - показал Макс. – А рядом - западная.
- Кааак?!? – заорала я. – ОПЯТЬ???*
Читать далее...

Итак, утро раннее, Старый Новый год, аэропорт, Хельсинки. Жду. Ждём. Я и три рюкзака. Читать далее...

Так, ну, кажется, мы заканчиваем. Медленно и печально… Ну, или необязательно так. Догуливали последние минуты в Барселоне. В вечерней, романтической и загадочной Барселоне. Всё ещё в центре, в Готическом квартале, у Рамблы. Вот так – снова вдруг – оп… - и выпали на такую площадь.
82 кб, фото Макса, он герой!
Читать далее...

И снова – улицы, улочки, балкончики, брусчатка… Фонари, витрины. И ах!
Тут мы увидели, увидели…
Два окна, а в них! Мы таки встали. И снова Макс героически достал девайс, хоть и через стекло. Потому что это надо.

675 кб рыцарей и ножей.
Читать далее...

И двинулись в город. Вот два фото всё ещё от Макса (У B почему-то практически фотографий последней Барселоны не оказалось. Только две пляжные. Что ж он тогда делал в базилике, неужели смотрел только?).
Так что у нас тут
фото Макса, 365 кб и текст
Читать далее...

Итак, мимо леса яхт (вообще мачт, но мачты - от яхт), в старом порту, перешли дорогу. А там ещё скульптура стоит, современное исскуство, хрен поймёшь - но, возможно, человеческие фигуры... И вышли таки на пляж, который по пути туда не нашли. Но знали, что есть! Искупаться. В Средиземном море. В январе.
Берег и мелкий песочек, не белый, но так светлый, желтоватый, даже вроде не загаженный, хоть и город. И пальмы на берегу. И фонари - современного функционального вида, на высоких столбах. Слева -
город, новостройки даже высятся, эти вот два высоких зубца - кажетсЯ, к Олимиаде выстроенные (там вообще до фига всего олимпиадного есть но мы не смотрели). Справа - порт, суда и яхты.
А прям перед нами - ОНО. Море. Средиземное. Человечества цветная колыбель и всё такое. А у меня плавок нет. И всего купальникав целом. И Максу я тоже забыла. Засада... Это вам не горное озеро, это центр европейского города, и народ ходит. Кстати, не знаю, насколько это правильный пляж - ничего подобного на раздевалки тоже нет. Только будка какая-то или ящик - без входа. Но мужикам всё равно проще, так что B спокойно переоделся в плавки иполез в воду. А мы ему отчаянно завидовали. Хоть вода там и холоднее, чем в Атлантике у берегов Марокко. Так что, сами понимаете, у меня в Барселоне... Дела остались.

И вот вылезает B из моря, не помню точно, сколько он там вынес, но поплавал. Вытирается-одевается, и тут подходят к нам иностранные туристы. Точно - иностранные, потому что с лица так вроде японцы. На худой конец - корейцы. Ну, я мало разбираюсь. Трое, мужик и две дамы. или наоборот. И спрашивают что-то на счёт Дую-спик-инглиш. Ну как же, B-то - он лучше всех нас дует.
Ну, они ему что-то тоже, как мол, вода, ощущения и прочее. Ну, как, как. Гуд, конечно, хотя дословно я не помню, чего сказали. И они восхищённо:
- Морж!
- Ага, - отвечаем, морж, морж.
И тут они так радостно между собой:
- О, понимает! - по русски говорят.
- Ага, - говорим, - понимает понимает. Русский морж!
Короче, никакие не японцы - калмыки оказались. Я ещё удивилась, как же они не обратили внимания: я уже при них по-русски говорила. Впрочем, может, и они при нас, тоже, да мы внимания не обратили. Ну, посмеядись, спросили, кто откуда и как тут и разошлись.
Фото Макса, пляж. 110 кб
Читать далее...

Итак, никто не верил, но с Марокко мы закончили. Но у нас ещё Европа. Хотя я хитрая, часть Барселоны я уже описала раньше. Например. Как эти злые циничные люди – не только не дали мне купить кусок хлеба в Марракеше, но и слопали – почти весь! – мой бутерброд с бананами. Когда мы пытались поесть в Барселоне на обратном пути.
Вообще, какой-то обломный день был.

и 930 кб фото
Читать далее...

А больше я про день 12-й в Марокко ничего не помню. Вероятно, легли спать. В отеле. После душа. Ну, может, ещё рюкзаки на завтра уложили - самолёт у нас часов в 12 был. А песок из штанов, белый песок с пляжа, с побережья Атлантики - я, кажется, накануне ещё в раковину из кармана просыпала, когда пыталась штаны немного застирать .Так что песок из Сахары я сберегла, а вот морской - забыла.
И утром, быстрей-быстрей. встали, оделись, вышли - а там уж караулят: такси? Ага.
Эх. Не. эти злые, циничные люди... Запихали меня в такси вотпрямсразу. Какой там рынок, какие там мандарины-финики! Я только с тоской из машины посмотрела на двух-дирхемные (дихрамные? - блин, так и путаю) на лотке. Так вот и увезли голодную. И без мандаринов. До сих пор обидно, хоть Разведчик потмо и сказал на мои жалобы, что лучше на 3 часа раньше, чем на 5 минут позже. Но три часа проторчать в Марракешском аэропорту!!! Где всех развлечений - это сменять оставшиеся дихрамы обратно на евры. 7 с половиной месяцев прошло, а обидно до сих пор. Так и не поняла, зачем они дёрнулись, когда можно было... Не, запас времени - я понимаю, но не до такой же степени. Там ехать из города не больше получаса. По дороге больше всего запомнилась искусственная пальма. Вроде фонаря.

Ну, погрузились тоже без приключений, анкету на выезд заполнили, посадка. испанские стюардессы в бирюзовых костюмчиках и т.п. Я у окошка сидела, так и смотрела на Африку сверху вних. И Тубкаль даже показали, но плохо помню. Больше - как взлетели над Марракешем. Розовые домик, много, большой город. И всё воспоминание почему-то, как о розовой земле. Розовая земля под крылом, и на ней - блёклая зелень полей. Или пальм. А иногда поля круглой формы почему-то. И местами - реки. Или, изредка, потом - оживление. Озеро! Большой! И зелёное-зелёное. Почти аквамариновое.
А потом земля закончилась, и началось море. Синее. Тут можно было расслабиться, но через какое-то время появился большой остров. Тогда мы вроде даже вычислили, какой - но сейчас я забыла, без карты - не.
Очень интересно: лодки, суда, гавани сверху, порты и прочее.
А мы уже строили планы на остаток дня в Барселоне. Сколько-то там часов нам полагалось. До вечернего самолёта.
И если вы думаете что история на этом закончилась... То у нас есть ещё Испания и Финляндия!

И наш педантичный рассказ о странном парке современной скульптуры в филологической дворике СПбГУ заканчиваем коллекцией (ну хоть тут однообразие!)
табличек.
55 kb
Читать далее...

У центрального входа, напротив бегемотихи Тони. Посажено:

285 кб

Читать далее...