Ты- еще одно подтверждение того, что бороться надо всегда.

Стискивая кулаки, сглатывая слезы, улыбаясь через силу, надо стремиться к тому, что ты хочешь. До конца. Всегда.

А еще верить, знаешь, надо верить в то, что когда-нибудь все будет хорошо, что сегодняшние крики, сменятся завтрашним смехом.

Что руки будут в руках, глаза в глазах, и губы почти в губах.

Путаясь в линиях и теряясь в тумане, хвататься друг за друга как за последнее,

что осталось на этом свете и ощущать близкое, уже ставшее родным, тепло. Перешагивать через упреки, крики, звон бьющейся посуды. Тонуть в зеленом взгляде, таять в утренних объятиях.

А однажды, в какой-то из дней, я рассыплю по полу новые пазлы. И каждый из них история наших отношений с тобой. Вот этот маленький угловой кусочек будет какой-нибудь из наших редких мелких ссор, где я явно была неправа, а ты опять переживал.

Я буду поворачивать эти пазлы в нужном направлении, собирая целостную картину общего прошлого. От паркета заболят коленки, от напряжения сухие глаза, от усердия руки. Я буду как маньяк, вспоминать все плохое и вкладывать в пока еще несуществующий, но уже намеченный рисунок.

А потом, закончив, встану с колен, отряхну невидимую пыль с платья и выкину это "шедевр" к чертовой матери. Отпущу.

Лягу рядом с тобой, зароюсь носом в плечо. Обниму. Прошепчу. Люблю.

У каждой из нас летом текло эскимо на белые футболки,
у каждой "рушилась жизнь" под песню krec'а "нежность"
каждая хоть раз клялась в вечной любви ему, а потом смеялась над своей глупостью.
каждая мечтала познакомиться с ним, ждала и надеялась, когда это случалось чувствовала внутри какую-то пустоту,
каждая хоть раз в своей жизни билась в истерике на полу и кричала в голос "за что мне это?"
каждая качалась на качелях так сильно, что захватывало сердце
каждая попадала под дождь, когда не было зонта
и хотя бы раз радовалась этому.
каждая просила Бога помочь, когда кажется, что все так плохо
каждая писала ему открытки и не выкидывала до последнего его цветы.
каждая из нас же - любила...

часы за компьютером, жизнь идет мимо
сегодня зима, завтра тоже зима
откуда хандра? - от безделья, вестимо,
отсутствия секса, избытка ума.
займи себя чем-то, живи настоящим,
не парься. поможет, так все говорят.
друзей заведи, улыбайся почаще
и может начнешь просыпаться не зря.

ДУСЯ
Была у писюна кошка, звали Дусей. Дуся была нещадно пизданутое жывотное -
въебывалась с разбегу в стены, промахивалась наxуй мимо миски с молоком
харей в пол, корчила непанятные ебала. Дусей, хстати, она была чиста
формально, паскольку отзывалась и на Дусю, и на Васю с Петей, и на "пошла на
xуй". В общем Дуся была не жилец палюбому - каску у неё снесло при рождении,
и по законам природы она должна была скопытицца фпезду ещё в раннем децтве,
когда вместо титьки тыкалась ебалам маме в сраку - но тут блять в планы
естественнаго отбора вмешался известный гринписовец писюн. Дефективную Дусю
он нарыл на какой-та памойке и припёр, естесна, в дом - ето паходу был ваще
последний раз, когда писюн полноценно держал лохматую бестию в руках, патаму
как, когда Дуся подросла и превратилась в трёхцветную лопоухо-косоглазую
паибень, она начала двигацца и xуй ты её поймаешь блять Двигалась Дуся
оченно резво - создавалось впечатление што даже срала на ходу, а если
задерживалась в адном месте больше десьти сикунд, значит либо спала, либо
отъехала наxуй. Ну или задумалась - периодически с ней случались
кратковременные приступы спокойствия: она ни с таво, ни с сево замирала,
таращила косые банки в неизвесном направлении и напряжённо ожидала в какое
полушарие ебнет моча на етот раз - ну и в зависимости от результата через
полторы секунды начинала отчаянно щемицца либо влево, либо вправо, затем
обычно въебывалась жбаном в стену, отскочив сломя голову xуячила в
противоположную сторону, въебывалась в дверь и аxуевая от такого обилия
препяцтвий начинала щемицца вверх па шторам. Там, где-нить сука под паталком
вдруг опять замирала с таким ебалам типа "во, бля: где ето я?..", снова
задумывалась, неожиданно пукала, с перепугу въебывалась тыквой в багету,
падала сракой на подоконник и по новой начинала гонзать по жилплощади -
шерсть дыбом, глаза на выкате бля Мне думаецца, што именно так выглядел
бы кошачий вариант гибрида Алины Кабаевой и Жанны сука Агузаровой. Наблюдая
такую поебень, миша неоднократно говорил писюну, типа "писюн, она у тебя
походу слепая ваще:" "Да не, не: - успокаивал себя писюн - проста ебанутая"

Поначалу дусина движуха вызывала у меня дезориентацию и приступы марской
болезни, а миша её ваще боялся и не любил совсем. Потомушто один раз, ниxуя
неразглядев Дусю на фоне писюновского ковра (связанного наверно тем же
дальтоником, который мише свитер красный заxуячил), миша наступил на ейный
ебальник, а поскольку Дуся пачимуто мяукать не умела нихера, издавая заместо
етого какие-то кряхтяще-пердящие гортанные звуки на манер тувинских духовых
инструментов, она со всей своей кошачей пизданутости начала сцука страшным
тувинским голосом орать - я, чесно признаюсь, малёха припустил жыдким в
трусники, а вот 12-ти летний миша впервые в своей жызни схватился за серце,
а когда отошёл, начал Дусю ненавидить лютой ненавистью.

И вот однажды, когда писюн в очередной раз ушёл посрать и залип в толчке на
полчаса, разглядывая в унитазе чудные какашные узоры, мы с мишей остались
тупить в писюновской комнате в два рыла. Тут я обратил внимание, што Дуся
заговорщицки выглядывает из-за кресла и щуря один глаз палит в мишину
сторону. Я мише ето дело показал и только хотел уже чё-то по этому поводу
пиздануть, как вдруг миша, внук ворошиловского стрелка, ниxуя не
растерявшись, мощным вдохом собрал все плескавшиеся в голове сопли (грамм
думаю 200, не меньше - зима была) и смачно с присвистом форчманул Дусе прям
в летсо. Я даже растерялся как-то. Дуся пролетела всего-то метра полтора,
зато с такими выебами, што Алине Кабаевой и не снилось нах.

Через пару дней Дуся начала по-маленьку облазить. Писюн говорил што ето на
нервной почве, но мы-то с мишей знали, што после такого заряда гайморита в
голову ваще не жывут - так што ей ещё повезло, можно сказать.

А писюновская мама походу стреманулась, што кошке настает постепенный пиздец
и купила писюну на замену большова такого xуй-пойми африканского попугая по
кличке Розелло нах. Продавец её пролечил што Розелло пздец какой умный и
говорящий, схватывает типа всё на лету, xуй заткнёшь. Но Розелло почему-то
оказался на редкость тупым ебланом. В течение недели мы с мишей учили его
говорить одно единственное слово "писюн". День изо дня мы ебали ему мозг часа
наверна по два, штоб не спизднуть, ": писюн, писюн, писюн,: говори сука
ебаная - писюн, писюн: вот веть педораз: писюн, писюн" - ну и в таком духе;
под конец даже нещасная облезлая Дуся, не выдержав такова напора, корча
ебало и заикаясь начала гудеть што-то подозрительно напоминающее слово
"писюн", лишь бы мы заткнулись наx. А Розелле хоть бы xуй - сидел в углу
клетки, таращил полные непонимания глаза и обильно серил.

Миша уже хотел писюна разачаравать, типа "писюн, он у тебя походу глухой
ваще.", но как выяснилось, Розелло был ниxуя не глухой, а даже савсем
наоборот. Всё это время хитрый пернатый слушал: набирался, тыксызыть,
сеансу. Через пару недель етот пидар выдал всё - и "писюн", и "сука ебаная",
и "педораз" с "мудаком", и ещё целый ряд Читать далее...

Про собачку Клепу
У Миши есть Маша, а у Маши есть Клёпа (Клеопатра, блин)... Клёпа эта такая
собака вроде, из породы, знаете, таких жалких карманных невнятностей -
маленькая-маленькая, пучеглазая и нервная как все маленькие. Бегает этот
дрищ по квартире в трясках и судорогах каких-то, вечно мёрзнет и писается. Я
отказываюсь верить что это убожество кто-то там вывел специально, скорее
всего клёпины доисторические предки, настоящие большие собаки с зубами, по
неясным науке причинам нет-нет да и трахали каких-нить доисторических
хомяков там или прочих грызунов... Поэтому по внешнему виду этот маленький
скот с гордым именем Клеопатра напоминает чота среднее между крысой и
смертельно больной крысой.

Хрен знает, была ли она такой же нервной до знакомства с Мишей, но то что
после этого знакового события ее жизнь радикально изменилась - это факт.
Такое часто бывает что маленькие собачки писаются, а иногда и какаются от
избытка чувств. Если допустим их сильно нахлобучивает какая-нить радость,
они начинают судорожно так ссокращаться, пытаясь найти выход своему счастью,
визжат, крутятся, а потом вдруг замирают, глазища по пятаку - и потекло...
Раньше Клёпа любила жизнь и писалась исключительно от положительных эмоций:
типа там хозяйка пришла - лужа, конфетку дали - вторая, ну и в таком духе.
Hо с появлением в ее жизни Миши все стало намного мрачней. Теперь писается и
какается еще и от страха, т.е. от одного мишиного вида.

Клёпины страхи перед Мишей имеют давние причины. Их знакомство начиналось
на редкость плачевно. Когда Миша только подкатывал к своей бабе, он вёл себя
прилично - чистил там ей картошку, в магазин бегал, ведро мусорное выносил и
прочее. А у жадной и вечно голодной Клёпы была галимая привычка тырить
ништяки из мусорного ведра и потом точить их где-нить под диваном (точно
хомячьи гены) - пока ведро стоит в коридоре, она нырнёт в него тихо,
пороется, уписается от радости и слинивает незаметно. Миша про эту мазу не
знал, ну и один раз слинять из ведра Клёпа просто не успела, и её вылазка
окончилась страшным полётом по мусоропроводу с восьмого этажа в говносборник
к ее потенциальным крысячьим родственникам. Мне думается, что у такой
маленький собачки нервы и так ни к черту, а тут ещо эти прыжки затяжные...
Её искали искали, потом думали, что убежала, потом думали, что украли
(кому она нужна...) - короче, горе в семье. А потом Миша идя с утра на
работу услышал подозрительно знакомый лай навзрыд. Вобщем, когда собаку
вытащили, она выглядела ещо хуже, чем ей положено быть, имела частичную
потерю ориентации и совсем перестала гавкать, зато, как грит Миша, ништяков
помойных объелась на всю жизнь вперёд.

Буквально через пару недель после этого события мы с Мишей, с нашими
бабцами и Клёпой совершили загородную поездку - типа пиво, речка,
бадмингтон...Hу и когда мы начали играть в этот бадмингтон, Миша решил
загладить свою вину перед животным и типа развести бедную хиврю на поиграть.

Hадо отметить, что Клёпа к этому моменту положила глаз на перьевой
воланчик, Миша эту тему просёк, поставил волан на землю и с улыбкой доброго
гестаповца начал команды раздавать, типа "Клёпа - фас! Клёпа - анфас..."
Клёпа на это сомнительное игрище не велась, поскоку все еще боялась
подходить к Мише ближе чем на пять метров и падала в обморок при виде
мусорных вёдер. Миша повтыкал на это дело минут пять, ну и решил мне
показать, как правильно поднимать волан с земли одним ударом - и замахнулся
ракеткой. В этот ключевой момент хитрая и жадная Клёпа решила воланчик
все-таки слямзить, пока Миша не видит, и заранее уписавшись, кинулась к
этому объекту... А ведь бегает, падла, быстро, хрен уследишь: раз-раз - и
уже воланчик в зубах держит... А Миша-то замах уже взял и тормознуться не
успел... Короче, через секунду Клёпа получила нехилый такой хук ракеткой и в
компании с валанчиком на скорости, близкой к световой, улетела в близлежащие
кусты. У Миши ракетка в двух местах погнулась.

Чудесным образом Клёпа была обнаружена. Вид она имела прямо скажем
неважный - от перегрузок у неё по ходу случился коллапс нервных систем,
собака сократилась до размеров волнистого попугайчика, а зенки наобарот -
стали с еёйную головёшку каждая и обе косили в разные стороны. Hа этот раз
потеря ориентации оказалась полной - животное перестало откликаться на
собственное имя и еще пару недель передвигалось по местности непонятными
диагональными рисунками. Воланчик, кстати, так и не нашли, Миша меня уверял,
что Клёпа его проглотила - стопудово...

У учительницы первого класса возникли трудности с одним из учеников.
Она спросила: «Что с тобой, мальчик?»
Мальчик ответил: "Я слишком умный для первого класса. Моя сестра в третьем, а я умнее ее! Думаю, я тоже должен учиться в третьем!»
Для учительницы это было уже слишком. Она повела мальчика к директору и объяснила всю ситуацию. Директор подумал и сказал мальчику: «Я проведу тест, и если ты не сможет ответить на какой-нибудь из вопросов, то вернешься обратно в первый класс, и будешь вести себя хорошо».
Мальчик согласился.
- Сколько будет 3 x 3?»
- 9
- Сколько будет 6 x 6?
- 36
И так было с каждым вопросом, на который, по мнению директора, третьеклассник должен знать ответ. Тогда директор повернулся к учительнице и сказал: «Думаю, мальчик может пойти в третий класс».
Тогда преподавательница ответила, "У меня тоже есть свои вопросы:

- Что есть у коровы в количестве 4, а у меня только 2?
Мальчик, после паузы ответил:
- Ноги
- А что есть такого в твоих брюках, чего нет в моих?
- Карманы
- Что твердое и розовое - когда входит, и мягкое и липкое - когда выходит?
Директор остолбенел с раскрытыми глазами, и не успел опередить ответ.
- Жвачка!
- Что делает мужчина - стоя, женщина - сидя, а пес - на трех лапах?
Теперь глаза директора на самом деле выпучились широко, но прежде чем он успел, что-то сказать, мальчик ответил:
- Подает руку
- Теперь я задам 7 вопросов из разряда КТО Я? Ты вставляешь в меня свой кол. И я становлюсь мокрой раньше тебя:
- Палатка
- В меня входит палец. Лучший мужчина получает меня первым?
- Обручальное кольцо
- У меня тугой стержень. Мой конец вонзается. В движении я дрожу?
- Стрела
- Какое слово в английском языке начинается с F и заканчивается на K и означает много жара и волнений?
- Firetruck» (Пожарка)
- Какое слово начинается с F и заканчивается на K? Если этого нет, тебе приходится работать руками?
Fork (Вилка)
«Это есть у всех мужчин, у кого-то это длиннее, у кого-то короче. Мужчина дает это своей жене, после свадьбы?
- Фамилия
- У какого органа нет костей, есть мышцы и много вен. Он пульсирует и отвечает за занятия любовью?
- Сердце
Директор с облегчением выдохнул и сказал учительнице:
Отправьте нахуй его прямо в университет!!! На последние 7 вопросов я сам ответил неправильно!

Уснуть в твоих руках, чтобы проснуться от твоего теплого дыхания. Сидеть, поджав под себя ноги, и смотреть, как ты готовишь. Смотреть фильм, положив подбородок тебе на грудь. Вдыхать твой запах, такой свежий и теплый, уткнувшись носом в твою шею. Брать тебя под руку, выходя на улицу. Засыпать, положив голову тебе на колени и ощущая, как ты кончиками пальцев водишь мне по спине. Идти с тобой по улице, рука в руке, иногда сжимая пальчики, чтобы ты мне их погрел. Как кошка, сжимать кулачки, впиваясь ногтями в ладошки, чтобы не поцарапать тебя. Разглядывать твою улыбку во сне, силуэт твоего такого детского личика, твой такой правильный носик и добрые глаза с длинными ресничками. Подойти и обнять тебя, почувствовав, как ты целуешь мои волосы. Стоя рядом, ощущать, как ты крепко-крепко прижимаешься ко мне, потому что устал, а все сложности нам проще проходить вместе. Прижаться щекой к твоей щеке. Кормить тебя апельсином с рук. Слушать, как ты сдавленно дышишь мне в ухо. Дунуть на тебя, чтобы ты повернулся и поцеловал меня. Лежать под твоей рукой, задыхаясь, но не смея шевельнуться, чтобы не разбудить тебя. Проснуться от твоего поцелуя, такого нежного, теплого и утреннего. Вспоминая тебя, ощущать, как холодеют кончики пальцев. Знать, что под твоей футболкой есть секрет, известный только тебе и мне. Сидеть на работе, положив телефон рядом с собой и ждать, когда же он завибрирует от твоей смски. Знать, что в твоем телефоне мой номер в списке быстрого набора стоит под номером один. Быть уверенной в том, что между нами никогда не встанет другая. Этого просто не может быть. Я знаю. Засыпать в твоей футболке, ощущая твой запах. Умирать от нежности, падая в твои объятия. Хочу. Чтобы. Так. Было. Всегда.

Ты – женщина. Ты – мать. Сестра. Подруга.
Любимая. Любовница. Жена.
Ты – солнце. Ты – земля. Ты – мир. Ты – вьюга.
Ты – вера. Ты – надежда. Ты – весна.

Ты – счастье. Ослепительное счастье.
Ты – лучик ласковый. Ты – бархатный цветок.
Нет, лепесток цветочный. На запястье
Ты поцелуй. Ты – взгляда уголёк.

Ты – сон степей. Ты – чистое дыханье.
Ты – сок берёз. Ты – летний быстрый дождь.
Ты – бабочки свободное порханье.
Росинки утренней застенчивая дрожь.

Ты – молния. Ты – жаркая пустыня.
Травинка на ветру. Ты – снежный плед.
Ты – день и ночь. Часть Бога – ты – богиня.
И вечная любовь. И горя след.

Осколок зеркала. Златая чаша мёда.
Слеза солёная. И горькая полынь.
Бальзам на рану с каплей жгучей йода.
Луна. Звезда. Зарница. Неба синь.

Улыбка нежная. Туман. Холодный вечер.
Волна прибрежная. Серебряная даль.
И расставанье после сладкой встречи.
Тоска и радость. Песня и печаль.

Ты – праздник. Ты- мечта. Святая тайна.
Открытая и добрая душа.
Ты – навсегда, а, может, ты – случайна.
Ты – шаг уверенный по лезвию ножа.

Ты – пропасть. Буря. Чувств шальных затменье.
Ты – упоенье. Музыка. Полёт.
И губ горячих ты прикосновенье.
Спасенье. Утешенье. Хрупкий лёд.

Ты - женщина. Ты – мать. Жена. Подруга.
Любимая. Хозяйка. И сестра.
Вселенная. Страдание. И мука.
Ты – женщина. Ты – искра от костра.

Ты – женщина. Ты – истина. Ты – сила.
И красота. ГОСПОДЬ благословил
Тебя на все дела, как ты просила.
БОГ чудом – женщиной – нас щедро одарил.

В жизни каждого человека неизменно нужны моменты нежности.

Это когда вы сидите совсем рядом, а мир вокруг взрывается, раскаты музыки бьют по стенам, сидящие рядом люди что-то говорят о моде, политике, смешных моментах прошедшей недели, шутят, смеются, потягивают коктейли и курят. А тут под столом такая маленькая вселенная в замке ваших рук…

Мама купила мне велосипед. Я прыгал вокруг нее как ребенок. Да я и был ребенком шести лет. Немного оседлав свой восторг я отошел в сторону:
-Спасибо мама, как-то застенчиво сказал я.
Да, я никогда не был ласковым ребенком. Чтобы там обнять и поцеловать, прижавшись к ней. Никогда.
-И в кого ты такой неласковый, улыбаясь говорила мама.
-Ну мам,- я же ласков с девочками, меня даже Ленка вчера поцеловала.
-Эх ты,- обхватив мою шею и теребя мои волосы - ответила она.
Вырвавшись из ее объятий, сверкая пятками я бросился поделиться этой поистине радостной новостью с пацанами.

Как неумолимо бежит время. Казалось, еще вчера играли с ребятами в прятки, были разбойниками и казаками. Бродили, бегали беззаботными глазами по городу. Рассматривали прелести девочек в подъездах.

-У меня шоколадка есть. Вот так вот.
-Сереженька, а ты мне дашь половинку,- верещала Светка.
-А ты мне покажешь свою пипиську,- отвечал с полной серьезностью этого вопроса я.
-Ух ты!!!-лишился я половины сладкого какао.
-А потрогать можно?- застенчиво вопрошал я.
-Тогда вся шоколадка.
-Давай.

Прятки остались, но сейчас я уже прячусь не от Кольки из семнадцатой и не от Ленки из двадцать пятой. Прячусь от книг, от профессора нашего университета, также спрятавшего свой хитрый взгляд за толстым стеклом в костяной оправе, от проблем быта.

Уже и деревья кажутся не такими большими, и ноги, в этих смешных сандалиях, превратились в муж-скую ступню сорок четвертого размера. Лишь какие-то воспоминания.
Помню лишь свои слезы. Мама сняла ремень со стенки.
- Мама, не надо.- Ну за что, они сами не отдавали свои игрушки.

Помню дядю милиционера, который к нам приходил, по поводу этого так сказать маленького проступ-ка. У маленьких - маленькие проступки.

-Ну мама, за что?- голосил я на весь дом.
-Что же ты делаешь негодник?!
-Тебе мало игрушек?
-Я тебе в чем-то отказываю, в твоих прихотях,- кричала мама, меняя фразы с кожаным ремнем.
-Да как ты мог ударить по голове кирпичом Колю.
-А Лену? - Зачем ты ее тащил за волосы по всему двору? Это же девочка.
Я был заперт в комнате.
Ну да ладно, все уладилось. Все потом помирились: Эх детство.
Да, все изменилось. Все стало казаться с другой точки зрения. С более взрослой.

Дядя милиционер с усиками - стал ментом. Светка с Ленкой поменяли свои детские формы. Теперь уже не проходил шоколадный бартер. Да и мои желания возросли.

Мороженое с лиманадом поменялось на водку с пивом. Теперь за свои поступки я должен отвечать сам, самостоятельно. Взял академ, чтобы из универа не выгнали. Это как в том анекдоте:
-А ты что развелся то?
-Плохо что ли готовила?
-Да нет. За непосещаемость.

За все нужно платить. Платить самому. Вот в этом я не хотел взрослеть ни капли. Я взрослый, я решаю свои проблемы сам; я пью с кем хочу, я приду во столько, во сколько мне это заблагорассудиться.
Я взрослый настолько, что могу сказать без зазрения совести. Назвать ее на.
-Слышь, мать - дай мне пять сотен.
Дает. Иду на день рождения к Ленке.
-Когда вернешься?
-Не знаю мам. Может завтра вечером.
Пришел через два дня, не один. С Ленкой. Мамы не было дома. Сразу на кухню.
-б...: Даже поесть не оставила. Сложно что ли. Поворачиваюсь к шкафу.
Записка: Я до вечера среды в командировке.
-Деньги в моей тумбочке. Целую. Не баловаться.
Пошел, нет, рванул со скоростью света в ее комнату. Глаза прокрутились - три семерки вместе с носом. Две штуки. Так-с. Сегодня суббота, полдень. По пять сотен на день. До вечера, до среды.
-Ленка,- живем.

-Привет мать. Как дела?
-Сам то как?
-Нормально все.
-Мам ты же знаешь Ленку. Так вот. Она теперь будет жить со мной, в моей комнате.
. ?
Ленка появилась вовремя, выручила от ответа на ненужные вопросы.
-Так-с.
-Хоть вы и знакомы, вот мам - моя девушка.
-Здраствуй, наигранной улыбкой, поприветствовала ее мама.
-Здраствуйте, тетя Катя.
-Мам, мы гулять пошли.
-Когда придешь?
-Когда придем?- Ну: не знаю, но не жди. Может опять поздно.
-Нет мам,- она будет со мной.
-Все мам, я не хочу с тобой больше разговаривать,- сказал я закрывая дверь в свою комнату.

-Денег тебе?
-А за что?
-Мам, хорошь прикидоваться. Ты никогда не спрашивала.
-Нет мам.- Я не наркоман.
-Не дашь?!
-Хорошо.- Нет так нет.
-Я ухожу из дома.
-Покушай хоть на дорожку,- съехидничила мать.
-Да пошла ты, хлопнул я дверью.
Улица приняла меня потоками ливня. Мокро, холодно, хоть и лето.

Ленка дура. Что еще сказать. Да, мама у меня бывает немного резкой. Но зачем бежать от меня, тогда, когда мне больше всего нужна поддержка.
-Сама ты мама- дура.
-Хорошо.
-Да, да я пойду к друзьям.
-Все пока.

Куда-то сразу подевались те, кто называл меня своим другом. Когда я остался один, без денег, без крыши над головой, под которой всем и всегда так хорошо пилось пиво, съедалось множество бутер-бродов. Где все? Наверное, тогда я понял, что друзей не может быть много.
Ленка ушла: Увы. Не посчитав меня за грош. Все ушли. Я один. Да будет - вперед!

-Серега,- ты понимаешь,- мать приехала с отдыха,- отзвонил мне на телефон Ромка.
-б...: опять движение сумки. Опять туда. В Читать далее...

Сегодня вечер для тебя.. садись,
расслабься и устройся поудобней..
не дёргайся и не волнуйся, улыбнись)
и.. галстук сделай посвободней..

Сегодня ждёт тебя большой сюрприз..
Я ужин приготовила чудесный..
Мурчат колонки музыкально: "..kiss.."
Быть обещает вечер интересным..

Ещё чуть-чуть.. раскроется секрет,
Тебя что за подарок ожидает..
Ловлю твой взгляд.. Чуть приглушаю свет..
Сердечко от волненья замирает..

И пальчики предательски дрожат..
Впервые для тебя.. о, как же сложно..
Но полон вызова-желанья взгляд,
И отступленье невозможно..

По шёлку провожу рукой.. ты восхищённо
Следишь за мной, сюжет предвосхищая..
Я начинаю танец, чуть смущённо..
И бёдрами в такт музыки качаю..

Ловлю я ритм.. И плавно извиваюсь..
Игру воображения включаю..
И от халатика неспешно избавляясь,
Нетерпеливое движенье замечаю..

И взгляд,пылающий.. испепелить готовый
На теле у меня остатки кружев..
Пульсирующий страстью танец.. И со стоном
Срываешься.. В объятья заключая, кружишь..

Целуешь чувственно, желанье не скрывая..
Шепча: "Любимая.. спасибо за стриптиз!.."
Тону я в наслажденьи понимая:
Мы оба получили главный приз..

Дверь тихо скрипнула. Девочка сидела у окна и судорожно набирала чей-то номер телефона. Позади нее кто-то прошептал: «Не терзай себя вымышленной любовью. Оставь всё это. Он тебя не любит, слышишь, не любит! И никогда не любил, девочка. Ему просто нужно было твое присутствие». Голос растворился в темноте. Маленькая девочка, всхлипнув, обернулась. На полу, у двери, лежала иссиня-красная роза. С большими острыми шипами, переливаясь на лунном свету интересным загадочным отблеском. Ей хотелось лишь, вскрикнув, выбежать из комнаты, но любопытство взяло вверх. Она ползком подобралась к душераздирающему предмету. Она хотела было взять эту иссиня-красную розу, но острый шип глубоко врезался в ее палец. Девчушка вскрикнула, ей хотелось заплакать от обиды, но чадной голос прошептал: «Вот она, твоя вымышленная любовь. Красивая, в твоем понимании. Но каждый ее шип глубоко врезается в твое покрытое шрамами сердце. Такая любовь красива для тебя, но слишком жестока для твоего сердца». Голос вновь растворился в полумраке. Девчушка подняла аккуратно розу, снова и снова чувствуя запах крови от ран на руках, и поставила в вазу на стол. Роза блеснула неярким свечением и укоренилась в маленькой вазочке…

Мы не находим слов и ставим смайлики ... Мы боимся сказать три простых слова... и ставим виртуальные сердца . На статус "он - лайн " мы реагируем, как будто человек рядом с нами, и сразу на душе становиться теплее. Мы не задумываемся, нажимая ctrl + shift, потомучто пальцы сами помнят эту комбинацию . Вместо слов мы посылаем ссылки, где все это уже сказано . Мы узнаем о состояние человека по статусу ICQ и по цитатам дневника . Мы думаем, что знаем людей, забывая что это лишь виртуальный мир ... Мир, где улыбки уже ничего не значат, мир, где можно сказать " все хорошо " ... и тебе поверят. Где можна плакать перед монитором, доказывая всем, что ничего не случилось... Мы можем биться в истерике, но никогда не написать тому, единственному, что ты чувствуешь... Мы живет, учимся, работаем,ездим в метро, встречаемся с друзьями... чтобы когда наступит ночь, возвратиться в этот мир...Мир, который строим сами... Мир, где друзья формируются " списком друзей", в котором можно удалить человека из жизни простым нажатием Delete ...Это так банально ...так глупо и так просто...На самом же деле мы никогда не вычеркнем человека из памяти, просто удалив его из контакта... А когда нам плохо, мы все равно будем ставить смайлики в конце фраз, только бы не показать кому-то, что что-то в твоем мире рухнуло или задело тебя до глубины сердца... Мы понимаем, что интернет занимает слишком много времени и обещаем себе поменьше находиться в контакте.... И каждый день, забывая свое обещание сидим часами в "он-лайне"... В этом мире все позитивно, просто и банально... Хотя порой интернет убивает искренность... Хотя все поправимо) И все в наших руках..

В неверном пламени свечи
Тела сплетаются в ночи..
И с губ слетает сладкий стон..
И воздух страстью напоён..

Я..чуть дыша..к твоим губам
Горячим,сладким припадаю..
И сразу кругом голова..
В твоих руках,как воск я таю..

И пальчики скользят по коже..
Уверенно..легко..умело..
И лаской нежною до дрожи..
До стона сладкого доводят смело..

И я..без всякого смущенья,
Взглянув в горящие глаза..
Ныряю в омут наслажденья..
Вдруг разом отпуская тормоза...

И полностью в твоей я власти..
В твоих объятьях растворяюсь..
И в океане дикой страсти
Я с наслаждением купаюсь...

В неверном пламени свечи
Тела сплетаются в ночи..
.................

А ведь, если задуматься, то для маленького, обыкновенного, кратковременного счастья мне сейчас надо так мало...
Целовать самые сладкие на свете губы с привкусом ванили...
Держать в своей руке самую тёплую и нежную руку, снова и снова прорисовывая на ней линии жизни...Засыпать на самом мягком и родном плече, убаюканной твоей лаской...Биться сердцем в унисон с самым горячим сердцем, наполненным неизведанным богатством ощущений...
Просыпаться в самых горячих объятиях, так похожих на пламя...
Улыбаться в ответ на самую красивую улыбку, излучающую твои истинные чувства...
Тонуть в самых бездонных в мире глазах цвета бушующего моря...
Упиваться самым волшебным и чарующим голосом с нотками приглушённой грусти...
Гладить самые мягкие волосы, сопротивляясь усиливающемуся ветру...
Растворяться в самых желанных словах, так похожих на правду...
И услышать заветное "люблю" от того, кто был мечтой...
Почему же всего этого нет в моей жизни?
Почему мне так сложно быть одной???

Я тебя никому не отдам-
Замерзающий плакал котенок,
Умудренный не по годам,
Рыл он снег серебристый под кленом.

Навсегда я останусь с тобой,
Я спасу нас обоих от стужи,
Потому что под этой луной
Мне никто больше в мире не нужен,

Я сейчас закопаю нас в снег,
Там тепло, отогреются лапки,
Мимо быстро прошел человек
В зимней куртке и пуховой шапке.

А потом все опять расцветет,
Будет солнце сиять над землей,
И никто никогда не поймет,
Что пришлось пережить нам с тобой.

Ты держись, не смотри, что я мал,
Что в кровь разодрались лапки,
Я не выдохся, просто устал,
Ничего - нам помогут боги

Нет,серьезно,я слышал о них,
Есть такие кошачьи боги.
Даже ветер в долине стих -
Слушал сказ малыша у дороги.

А котенок копал и копал,
Вспоминая о солнечном лете,
Он, безумец, еще не знал,
Что остался один на свете...

Рядом с ним, на седом полотне,
Еще теплое тело лежало,
А из глаз, по мохнатой щеке,
Золотая слезинка бежала.

Эй, малыш, перестань копать,
Все равно ей уже не поможешь,
Будет лучше тебе поспать,
О нее погреться ты сможешь.

Но безумец не слышит, сопит,
Он не сдастся теперь холодам,
И упрямо в углу твердит:
Я тебя никому не отдам.

Время за полночь, люди спят,
Находясь в поддельном раю.
У котенка глаза блестят-
Он закончил работу свою...

Тихо-тихо, ступая на снег,
Подошел туда, где трупик лежал,
И, почти как человек,
Он на ушко ей прошептал:

Милая, милая, я с тобой,
Я тебя никому не отдам,
Я у клена, под снежной горой,
Нам построил постельку, мам...

Он туда перенес ее,
А потом закопался сам,
Колыбельную пел мороз,
Но ее не услышать вам,

Колыбельная эта для тех,
Кто любовью всю жизнь живет,
Забывая о бедах своих,
Только верность в крови несет...

Он, безумец, в холодном снегу.
Он за ближнего душу отдал,
До последнего мига, в бреду,
Он за шею ее обнимал...

Всегда есть тот, кому ты нужен,
кто так в тебя наивно верит,
кто доверяет смело душу,
кто ждать готов, любя, у двери...

Кто каждый миг - дыханьем, взглядом
к тебе всегда готов стремиться,
всегда есть тот, кто просто рядом,
кто быть ненужным не боится...

Кто знает, что любовь не просят,
кто знает, что любовь не милость,
чтобы её монеткой бросить,
чтобы она к ногам скатилась...

Но в час любой, когда невзгоды
в свои тиски сжимают сердце,
всегда есть тот, кто в непогоду
тепло отдаст тебе - согреться...

...Всегда есть тот, кому ты нужен,
упрямый, гордый, полный боли,
кто молча примет твою душу
в свои горячие ладони...

Она темным подводит глаза
Слишком сильно красит ресницы
Ее редко видят в слезах
Ее грусть – в шумной жизни столицы

Ненавидит снег, ждет весну
Вырывает листы из тетради
Она прячет любую слепую вину
В безразличном насмешливом взгляде

В ее плеере – сотни придуманных нот
В ее сердце – цинизм и усмешка
Она верит в фортуну, ей часто везет…
Для нее ты – бесправная пешка

Любит ночь, недовольно щурится днем
Хамовата. И этим гордится
Она умная: больше не помнит о нем
И старается впредь не влюбится

Уходи, пока можешь. Пока она врет
Что влюбилась. Пока ценит нервы.
Уходи. Она это переживет.
Она знает, как трудно быть стервой

Я запомню тебя страстным и ревнивым.
Буду помнить глубину бездонных глаз.
Для меня твои глаза останутся родными,
Помню блеск их точно как сейчас.

Буду помнить рук твоих прикосновенья,
В них мужскую силу, нежность и тепло.
Я запомню всё одним мгновеньем,
Я забуду всё, что помнить тяжело.

Бывают люди столь светлые,
добрые, искренние и приятные, что в их присутствии невольно чувствуешь
себя лучше, словно они вносят в комнату зажженную свечу.

(с)Генри Уорд Бичер