Относись ко мне как к ребенку, обожай меня, старайся для меня, контролируй меня, учи меня... Я буду брыкаться, злиться, но если у тебя выйдет, ты вырастишь прекрасную женщину..
оставайся.. просто оставайся рядом.. и я говорю не о географических расстояниях - километрах, метрах, городах… будь рядом внутри…
может мы в одно и тоже время проснемся от того, что слюна залила всю подушку. или резко одновременно станет больно. или заплачем, засмеемся. остановимся на мосту.. да что угодно..
но ведь это же и есть близость. внутренняя. настоящая.
будь рядом. (c)
А хочешь - я уйду, рассыплюсь, растворюсь
Осколком льда, подтаявшим в стакане..
Легчайшей звездной пылью под ногами,
Свистящим "эс" в знакомом слове "грусть"...
А хочешь - разобьюсь стеклом тончайших фраз,
Осколками тебя невольно раня,
С неровными, опасными краями,
Окрашенными в цвет любимых глаз...
А хочешь - я сорвусь звездой в твою ладонь,
И, колкая, прильну к тебе лучами,
Теряя свет в твоем неузнаваньи,
В твоих глазах опять зажгу огонь...
Ты можешь быть рядом, но я всегда сама по себе. Твоя внешность очаровывает других, но она не произведет на меня впечатления. Ты можешь только догадываться, но ты никогда не будешь знать о чем я на самом деле думаю. Только когда я увижу искренность в твоих глазах, я отменю все эти правила... Я не верю в слова,мне нужны действия.
И вновь, проснувшись под теми самыми деревьями, будем глядеть в небо цвета индиго и, удивлённо вдыхая запах умытых звёзд, в который раз станем очарованными пленниками де-жа-вю...
просто дети у нас стали старше. они больше не играют в игрушки, а курят Vogue. не смотрят телевизор, а ходят в ночные клубы. и принцев они тоже не ищут. они хотят только счастья, которое по каким-то странным обстоятельствам постоянно забывает их адресс. почему же? маска взрослого убивает все счастье. (с)
Никогда не говори о себе,что ты железная,не веди себя как стальная,не говори,что плачут только слабые...Каждый металл ржавеет,сталь гнется,а только настоящие женщины умеют красиво плакать....
В жизни каждого из нас наступает момент, когда необходимо делать выбор. Это происходит каждый день. Выбор куклы, платья, ВУЗа, машины, мужа, школы для ребенка и так далее.
На начальном этапе жизни, в детстве, мы искренне радуемся за выбор окружающих. Мы восхищаемся их игрушками, заколками и прочими пустяками... Маленькие дети, неиспорченные счастьем, неизбалованные вниманием. Мы дарили друг другу искренние улыбки, сияющие взгляды, мы не задумывались над тем, что такое счастье, мы просто были счастливы. Мы не умели злиться, мы не умели обижаться, наши капризы лишь умиляли всех окружающих. Мы умели быть благодарными, бескорыстными, мы верили в чудеса.
Мы бегали по дворам, с разбега прыгали в кучи сухих листьев и сугробы, мы рисовали на песке, купались в море. Мы дружили, делились. Мы не забывали близких, ждали завтрашнего дня как чуда. Мы тихо вздыхали по мальчику из соседнего двора и смотрели "Спокойной ночи, малыши". А сейчас?
Дворы сменились шикарными ресторанами. Мы ненавидим холодную воду в море, предпочитая ей обжигающие лучи солнца. Мы не умеем быть бескорыстными, и все время ждем от жизни подвоха. Мы думаем, что знаем жизнь, но тихо признаемся себе в том, что нам страшно, очень страшно. Мы насмехаемся над вечностью, наша жизнь - мгновение. Мы неровно дышим к чужим мужьям и забываем друзей. В нас ничего святого И знаете, что самое страшное? Это наш ДОБРОВОЛЬНЫЙ выбор.
Ах, как странно.. как странно.. как странно...
Эта Осень нам стала желанной..
Золотистый пасьянс разложила..
Чувства, нежность, восторг подарила..
Не исчезла.. кружила.. молилась..
Отгоняла невзгоды.. не злилась..
Улыбалась.. дразнила.. манила..
Осыпала листвой и любила..
Нашим Ангелом Осень явилась..
И над нашей Любовью раскрылась..
Словно крыльями нас сберегая, -
От ненастьев всех укрывая..
Ах, как странно.. как странно.. как странно..
То не сон был.. не призрак туманный..
Встречей жданною нас поманила..
И.. друг с другом столкнув.. закружила..
Ах, как счастливы.. счастливы были..
Мы над городом в вальсе кружили..
Кони мчали в карете воздушной..
Осень в танце была так послушна..
Нежно солнцем она согревала..
Щедро золотом нас осыпала..
Протянули друг другу мы руки..
Удалось избежать нам разлуки..
И в объятьях вдруг захмелели..
В листьях ярких - в осенней постели..
Осень нас в поцелуях купала..
Но нам мало всё было и мало...
Ах как странно.. как странно.. как странно..
Исполняет она, что желанно..
Исцеляет души и лечит..
Дарит всем долгожданные встречи..
Кружит головы яркая Осень..
Заблудиться зовёт среди сосен..
Средь берёзок, осинок и клёнов..
Листопадом маня влюблённых..
Кошки не ходят строем, у кошек нет документов.
Им не нужна прописка и даже билеты в кино.
Они сидят без работы или служат в числе агентов
Высших цивилизаций, но чаще им все равно.
Кошки не голосуют, рекламе они не верят,
Лукьяненко и Донцова для них не авторитет.
Кошки – это не люди, но кошки – это не звери,
Они - разумные монстры с весьма далеких планет.
Кошки масс не боятся и мыслят вполне свободно,
С корпоративной культурой кошкам не по пути.
Кошки всегда одеты, как кошки, а не как модно.
Навесьте ярлык на кошку – и кошка вам не простит.
Кошки не верят в бога, а если верят – то тайно,
И не в такого бога, в которого верим мы.
Все, что мы знаем о кошках, узнать удалось случайно,
Их мифы упоминают про ядерный свет зимы.
Но есть и у кошек слабость: им нравится чай в стакане -
Не пить чтоб, а любоваться, - заваренный крепко чай.
Они стучат телеграммы о стороже-ветеране,
Работающем на стройке: «Рекомендован в рай».
Он сказал: "Мне нравятся многие женщины, Я не могу быть только с одной".
Она улыбнулась в ответ.
Он сказал: "Я сам по себе, Я свободен и никому ничего не должен".
Она закурила и опустила глаза.
Он сказал: "Мне нравятся женщины, которые понимают меня, и ценят мою свободу".
Она ухмыльнулась и выдохнула струйку дыма.
Он сказал: "Давай проведем хорошо время, ты мне нравишься".
Она затушила сигарету и посмотрела ему в глаза.
Он понял, что она не возражает.
Он спросил: "У тебя, наверное, было много мужчин?"
Она обняла его и сильнее прижалась к нему.
Он спросил: "Тебе хорошо со мной?"
Она закрыла глаза и поцеловала его.
Уходя утром, он сказал: "Все было здорово, только давай это останется между нами".
Она протянула руку и смахнула невидимую пылинку с его плеча.
Он сказал: "Я как-нибудь тебе позвоню".
Она кивнула и захлопнула дверь.
Он позвонил вечером того же дня.
Её не было дома.
Он дозвонился ей на сотовый только поздней ночью.
Она позволила приехать только через неделю.
Он спросил: "Ну, как ты развлекалась без меня?"
Она улыбнулась и предложила ему кофе.
Он звонил ей почти каждый день.
Она иногда просто не поднимала трубку.
Он приезжал к ней, когда она разрешала.
Она не объясняла, почему приглашения были такими редкими.
Он понял, что хочет быть только с ней.
Он нервничал, когда она не отвечала на звонки.
Он выходил из себя, когда узнавал, что её видели с другим.
Он хотел, чтобы об их связи знали все.
Она была против.
Он хотел, чтобы она была только его.
Он приехал к ней с огромным букетом алых роз.
Она приняла цветы, но попросила больше не приезжать без приглашения.
Он хотел попросить её стать его женой.
Она сказала: "Я сама по себе".
Он закурил, у него дрожали руки.
Она сказала: "Я свободна".
Ему вдруг стало холодно.
Она сказала: "Я никому ничего не должна".
Ему показалось, что сердце остановилось.
Она сказала: "И Я не собираюсь что-либо менять"
Она относиться к числу особомодных натур- она листает ГЛАМУР
а я любитель авантюр-секс от кутюр
Её подвозят домой на Бентли цвета пур-пур, дяди из разных структур,
а у нас с ней лямур- не для купюр
и это реал гуд
Дело в том, что у них - теплые ладошки, а у нас - холодные пальцы.
Они сильные и могут поднять нас.
Однажды они обязательно поймут (хотя бы на минуту), что лучше нас - нет.
У них есть принципы.
Они нас выше и могут достать книжку с верхней полки.
Они никогда не научатся застегивать лифчики.
Когда они говорят: "Я тебя люблю", кажется, что ты есть.
Они знают и даже могут объяснить, что когда человек один, он - человек.
Они целуют нас в лоб, когда не могут остаться.
Они думают, что есть вещи, которые мы никогда не поймем, и только поэтому мы все понимаем.
Они кладут руки нам на коленки.
Они умеют драться.
Они с маниакальной настойчивостью желают платить за наш кофе, хотя и сами уже давно не понимают, почему.
У них из глаз текут слезы, когда дует сильный ветер.
Они ходят в магазин, когда идет дождь.
Они хотят иметь наши фотографии.
Они помнят о нас совсем не то, что мы - о себе.
Они не видят причин для нашей диеты.
Они молчат, когда мы говорим глупости. Хотя, когда мы говорим что-нибудь умное, они тоже молчат.
Они лучше нас знают: может быть, через сто лет, может, с каких-то других планет, но они позвонят.
Они пойдут на войну, если будет война.
Они хотят изменить нашу жизнь.
Они думают не только о любви.
Они любят своих мам гораздо сильнее, чем мы - своих пап.
Они запросто могут признаться себе в том, что цель у них в жизни одна - спать с нами.
Они вытаскивают нас из чужих гостей, увозят домой и накрывают одеялом.
Они просто иногда накрывают нас одеялом.
Они любят наши голоса.
Они не всегда провожают нас в аэропорт, но всегда встречают.
Они покупают нам конфеты и цветы.
Они думают, что наши сумки бывают тяжелыми, только когда они рядом.
Они не хотят быть похожими на нас, а мы на них - хотим.
Они смотрят, когда мы говорим: "Посмотри".
Они молчат, когда мы кричим.
Когда они уходят, мы остаемся.
Когда мы думаем о нашей прошлой жизни, мы думаем о них.
Их можно посчитать.
Они дают свои фамилии нашим детям.
Они делают вещи, которыми мы гордимся.
Нельзя ругаться матом.
Нельзя пить виски (а также все, что выше 15 градусов и не в редкие случаи).
Нельзи курить (оосбенно толстые мужские сигареты).
Нельзя целоваться на улицах.
Нельзя заниматься сексом нигде, кроме дома (и в машине тоже нельзя).
"Нельзя первой скользить пальчиками дальше одежды" (с).
Нельзя быть рядом с тем, кого не любишь.
Нельзя принимать наркотики.
Нельзя ходить в ночные клубы.
Нельзя совершать безумные и безрассудные поступки.
Нельзя быть непердсказуемой и сумасшедшей.
Нельзя.
Помните это....
А мы останемся такими....
С запахом табака от тонких пальцев... и с виски.... На нас будут оборачиваться на улицах и возмущенно качать головами.... Мы будем с теми, кто... рядом (так проще лучше).... Мы будем знакомиться в клубах, танцевать и влюбляться..., и не оставлять телефонов.... Мы будем говорить: "Блядь"... Мы будем встречать рассвет на крышах.... Мы будем звонить ночью и шептать в трубку: "Я скучаю...", даже когда поймем, что все кончено.... Мы будем....
"...Нас больше, мы стая...
И нас по-иному уже не заставишь..."
оказалось, все просто - не нужны мне ни клубы, ни пафос, ни party,
мне не надо мартини в бокале и водка с вечною колой -
а лишь подоконник широкий и кофе, последние деньги на платье,
winston, духи горько-горько, никаких больше в сердце уколов.
не нужны фотографии мальчиков сладких-пресладких,
и их поцелуи, и нежность фальшивая, мне нужно другое.
чтобы было тепло, чтобы осень и небо, наброски в тетрадке.
и образ. образ - глаза, губы, руки, лицо чтоб родное.
мне нужно, чтоб кто-нибудь где-нибудь ждал и писал смс "я скучаю"
чтоб включить телефон и увидеть, что кто-то звонил раз 15.
чтоб обнял крепко-крепко, утешил и нежно 'налить тебе чаю?'
мне надо, чтоб кто-нибудь спас, чтоб самой не стараться.
да, я хочу, чтобы кто-нибудь был моим счастьем, все просто.
чтоб всю ночь говорить, засыпать лишь, счастливой, под утро.
мне не надо любви ни безумной, ни вечной, ни броской.
оказалось, - мне нужно
всего лишь быть
важной
однажды где-то в этом городе под дождливыми крышами
она проснется утром в доме с видом на Тауэрский мост
пройдет босиком по кафелю худыми ногами к открытому окну
где кремовые занавески качаются от апрельского ветра
кто-то сказал что глаза у нее с темно-коньячным оттенком
а дождь целует скулы под рубиновым холодным небом
волосы длинные пахнут миндалем с привкусом прошлой осени
когда в воздухе белые лилии с сиреневой лавандой
она предпочитает классический ужин по воскресеньям
прогулки по промокшим скверам между гераниевых бордюров
а по вечерам пишет тебе английские записки на запястьях
читает книги лишь Буковски засыпая на кожаном диване
но, она еще вспоминает тебя льдом по коже и слезами по щекам
ты же наверно будешь уже среди небоскребов большого города
возьмешь как всегда свежий утренний номером New York Times
закуришь свои крепкие сигары и включишь любимую песню
будешь долго смотреть на черно-белую фотографию с альбома
наверно даже улыбнешься уголками губ вспоминая прошлую осень
и эту несвоевременную вечную драму между двумя людьми
ведь не было не ярких чувств, не эмоций, лишь какая-то
странная доброта и нежность, доверие и скорее понимание
настолько глубокое что вряд ли встречается в жизни
но сейчас остались лишь тонкие чувства и бесконечная тоска
опять посмотришь на стрелки серебряных часов на кисти рук
ты же знаешь ответ на главный вопрос: "всему ведь свое время"
а потом наверно возьмешь билет рейсом в Объединенное Королевство.