Эта девочка любила читать сказки Андерсена,сонеты Шекспира, зимой на улицу выходила без шапки. Девочка мысли записывала, складывала их в папки, вечерами плакала над жестокостью этого мира. Девочка не играла в любовь - лучше подождать, а потом по-правде, перед сном любила мечтать - о мальчике-чародее да о том, чтобы научиться летать...и чуть-чуть - о красной губной помаде. Девочке снились высокие башни, замки, горы, снились гномы на луной освещенной полянке, снились монахи, свершались обряды - не по завету новому, не по уставам торы, колдовские. А еще снились новые санки. Девочка мечтала, грустила, сны смотрела - представляла, как хорошо бы туда, подальше отсюда, где в вальсе странном кружатся Пилат, Иисус и Иуда, и над каждой дверью висит омела. Девочка, не замечая сама, взрослела, шапку купила, читает Ницше, Сорокина, курит в ванной, по магазинам ходит из разряда "чтоб по карману" - Oggi, Depo, L'etoile и Sela.
Во сне веселится, гуляет, пьет колу с ромом,не видит больше мальчика-чародея, что лежит головой на плахе, и не видит, как слезы платочком вытирают монахи седые гномам.
маленькие девочки, у которых чаще теперь все по-взрослому
выкручиваются под утро в своих горячих/временами холодных/ постелях
заспиртованную нежность не выжечь таблетками,
не задушить алкоголем и городским сигаретным дымом
фарфоровые куклы с пустыми глазами
размалеванными личиками и потекшей тушью
летают ночами с разными мальчиками, чтобы продать себя за
потерявшее срок годности чувство
сгорают дотла в ночных колыбелях
разрывая пальчиками белые простыни
они часто кричат, убивая голос
их хрупкие позвонки бьются подкожным током
а днем они прячутся в свои липкие коконы
без слов, без букв, без нот проводят часы,
листают модные глянцы
и пытаются писать стихи о любви
маленькие девочки не знают сами, что им надо
не то, что нужно находят
считают правдой пустые слова, обещания
а после плачут навзрыд
истерики в туалете под шум воды
обычное дело для них
отравленные насквозь спиртным
хрупкие девочки надевают платья на голое тело
и засыпают ночью с другим.
Научите меня нервно и аристократично курить, прищуриваясь и ломая изгибы пальцев о кожаные кресла и диваны, путать дымом шелковые шторы, и возможно я смогу красиво признаться вам в любви, стихами и безумно красивыми словами, без орфографических ошибок, а пока - увольте, но я хочу вас трахнуть прямо здесь на полу...
если ты не скажешь, что свободна
в этот праздник рваных душ [н.г]
я куплю в ближайшем магазине martini.
и стану pornoзвездой грязных улиц.
тоннами раздавая нежность всем без разбора
меня будет знать каждая мразь
нашего холодного города.
я разобью пьяный февраль
в котором было слишком много пустоты
и никотина.
в котором мы с тобой [не] встретились.
и стану девушкой витрин.одной из тех
героиново-анорексичных модниц.
с глянцевых обложек твоих журналов.
я куплю себе свободу этой ночью
и запью ее обжигающим гланды холодом, martini.
Я хочу, чтобы страстно.
Нет, глупый, ты меня не слышишь - не нежно, а страстно.
Хочу на столе, или на полу, где угодно, чтобы до хрипа в голосе и глубоких порезов на твоей спине, до крови под ногтями и следов на теле.
Нет, ты опять меня не понимаешь, я не больно хочу, а страстно. Понимаешь, чтобы чувствовать
Чтобы с_тобой хоть что-нибудь чувствовать!
Сжимаюсь в комок от минуса на градуснике,завязываю на шее узлы рубиновой ангоры,а за моим окном-тысячи огоньков,в каждом из них струится и хлещет чья-то жизнь,где мальчики занимаются NEлюбовью в презервативах,а какой нибудь редкой деликатесной девочке хочется зажать в себе какой нибудь символичный сперматозоид,сдавить бедра в мертвой хватке,чтобы потом по утрам дышать запахом детского питания и облизывать диатесные щеки своего ребенка. В аксиоме несовершенства-заниматься сексом ради детей,любить ради денег,трахаться в четырех квадратных метрах и ходить на массаж для снятия стресса,губить здоровье в амфитаминах и причина стоять на коленях лишь перед церковным алтарём или резинкой трусов с надписью ''Versus''.
...однажды он сказал:
"она самая лучшая девушка в мире.
ради меня она готова на многое-
недавно я попросил ее бросить курить,
а она бросила.ты представляешь?
я получил разрешение спать с любой девушкой и она
никогда, предстваляешь?никогда не ругает меня.
мы не ссоримся с ней.
она не кричит и не бьет посуду.
она идеальная"
...как же ты глубоко заблуждался.
я била посуду ночью-когда крепко спал
и курила сигареты в туалете.
я разрешала тебе трахаться-потому что
ты не исправимый гонщик за юбками.
и не ругала я тебя-потому что без смысленно все.
но я всегда была рядом.
я целовала тебя на ночь и смотрела на снег.
и была идеальной в твоих глазах.
ела ириски, готовила тебе диетические продукты
не ела мясо и почти не курила.
виски постоянно были мне ужином-обедом и завтраком.
но я была идеальной для тебя.
миллиарды чужих звёзд светят не нам.
незнакомое солнце ласкает осенние дни
ближе к вечеру мы расходимся по домам,
чтобы ночью остаться одним.
мне много не надо,
чтобы ночь под одним одеялом,
а на утро - поцелуй, кофе и завтрак.
рядом бы быть. только рядом.
Надо внушить мужчине, что он замечательный или даже гениальный, но что другие этого не понимают.
И разрешить ему то, что не разрешают дома. Например, курить или ездить, куда вздумается.
Ну а остальное сделают хорошая обувь и шелковое белье.
(c) Лиля Брик
С такими девочками надо быть троготельно - нежными. Надо сжимать их худенькие запястья и целовать пальчики поочередно. Надо показывать заботу, и всю трогательность, даже пустых сердец.
Девочки должны чувствовать крепкие плечи, в которые можно спрятаться с наслаждением. Девочки должны сжимать грубые мужские ладони и ничего не боялись, идя вперед, только вперед.
Глупым тонко-чувствующим девочкам надо покупать джинсы по размеру, и целовать их грудь, восторгаясь.
Слушать их бред, и подыгрывать блеску глаз, добрым улыбкам, и настроениям. С ними нельзя играть, потому что из-за тонкой душевной организации каждая игра может оказаться для них последней.
Их можно/нужно скромно целовать в висок, и пришептывать «бросай курить». Иногда надо варить им кофе по утрам, прям в постель подносить чашечки из тонкого фарфора, и пижамы сохраняют тепло.
Нужно быть дерзким, чтобы синдром «принцессы» не зашкаливал нормы. Шалостям нужно не только по-доброму улыбаться, но и поддаваться. Будьте в строгих костюмах, а они в гольфиках и с карамелькой за щекой, и пускайте мыльные пузыри и поите их ирландским кофе в дорогих ресторанах.
Таких ранимых девочек надо крепко сжимать в объятиях и говорить им шепотом «будь у меня умницей».
Смеяться с ними над поклонниками-ровесниками, но, ни в коем случае не над чувствами.
Целовать девочек в ссадины худеньких коленочек.
Улыбаться их маленьким обидам, и показывать украдкой жизнь.
С такими девочками надо быть аккуратным в постелях, потому что они могут расцарапать потом себе души за то, что обнажили спины. Такие девочки распускают локоны, и придаются похоти в дорогих отелях, но потом хотят воздушных шариков и плюшевых мишек в руках.
С девочками надо быть осторожными, ведь они могут незаметно влипнуть в души.
я потеряла тот день в календаре,то число,ту минуту,в которую ты перестал быть для меня просто парнем.когда это все перестало быть для меня просто отношениями.а стало смыслом жить.стало единственно значимым.стало- всем.
я потеряла тот день в календаре,то число, ту минуту,в которую я стала думать о тебе больше чем о себе.когда ты заменил для меня всех тех кто был для меня значимым.
я потеряла тот день в календаре,то число, ту минуту,в которую твое счастье,твое здоровье,твоя радость и твои мечты- стали мне важнее моих.когда реализация твоих надежд стала реализацией моих мечтаний.
я потеряла тот день в календаре,то число, ту минуту,в которую я стала ревновать тебя не из-за чувства собственничества,а из-за инстинкта самосохранения.ведь ты- моя жизнь.потерять тебя- равносильно смерти.
я потеряла все дни и все числа,я потеряла все часовые механизмы в мире- ты заменил мне все.когда стал для меня не просто синонимом,а равнозначным понятием - воздуха.жизни.счастья.мечты.надежды.смысла существования.
я потеряла. и мне уже не найти тот день в календаре.то число.ту минуту.но какая в сущности разница.
по факту мы все равно имеем то, что я стерла себя и осталась вся без остатка в тебе.
Смотрел ли кто-нибудь из вас
Сквозь белоснежную фату?
И говорил пред алтарем,
Как клятву вслух: «Да, я люблю»?
Смотрел ли кто-нибудь в глаза,
А в них – вопрос, а в них – печаль,
Когда пред небом и землей
Ты понимаешь: «Юность жаль».
Кидал букет в толпу девчат,
Закрыв глаза, а про себя:
«Стояла б лучше среди них,
Была бы лучше я одна…»
И кто из вас не видел роз,
А в них любви святой венца?
Кто думал в свой счастливый час:
«У горя больше нет конца».
А кто сжимал ладонь его,
В ладони не найдя тепла?
И кто мечтал из этих стен
Бежать, исчезнуть навсегда?
Смотрел ли кто-нибудь из вас
На обручальное кольцо
Пред алтарем: «Да, я люблю!»
А в мыслях: «Боже, не его!»
...А по утрам они просыпались сами
Переговаривались простуженными голосами,
Любили друг друга, потом курили в постели,
Разглядывали заоконные акварели.
Той зимою смеркалось рано, уже в четыре
Становилось все расплывчатым в этом мире,
Люди, дома, деревья, площадь у рынка
Подернуты были сиреневой, сизой дымкой.
Той зимою не было солнца, но было небо,
Заполнявшее этот город так, что где бы
Ни находились бы мы с тобою, всегда казалось,
Что нас от него отделяет всего лишь малость.
иногда я хочу плюнуть на истерики Москвы и уехать в другой город.
плюнуть на ее постоянные слезы и капризы и свалить.
чтобы далеко отсюда, далеко от тебя.
жить в каком-нибудь шикарном городе типа Нью-Йорка
выходить на улицу, оказываться зажатой между небоскребами
каждое утро наслаждаться кофе из starbucks'a
и просто дышать... в полную силу.
и ни капли не бояться встретить тебя на улице.
прогуливаться по манхеттену, улыбаться американцам и просто радоваться жизни.
жить там. учиться. работать. замуж можно даже выйти.
а потом, года через полтора-два встретить тебя случайно на оксфорд стрит
веселого, жизнерадостного, с пакетами из фирменных магазинов.
остановиться посреди кипящего мегаполиса
и понять, что хуйня этот Нью-Йорк. и не моя это жизнь вовсе.
но вернуться будет слишком поздно.
я буду слышать как ты дышишь в тишине квартир,
я буду слышать даже если вдруг исчезнет мир.
Проснуться ночью от моих стонов и прижаться к стене,чтобы услышать,как плачет Лондон ,и я люблю там кого то другого-это будет твоей модой в будущем сезоне.
Я внесу ревность в твой этикет.
я с неба звёзд
тебе
не соберу.
свою любовь
я выражу
иначе.
нет... я не стану
ни певцом, ни мачо,
и не включусь в азартную игру.
не завлеку поездкой в Куршавель,
и не куплю юдашкинскую шмотку...
я встану в шесть,
спеку тебе шарлотку,
и с чашкой кофе
принесу в постель...