В колонках играет - Tokio HotelНастроение сейчас - badВот почитайте это. Говорят, это просто фанфик. Оставьте плиз свои коменты на него. Плииз. Мне его прислали на мыло.
Я знаком с одиночеством, хотя у меня много фанаток, даже фанатов. Я много путешествую, но я по-прежнему одинок. Почему? Где ты, моя единственная, которая будет любить меня не как исполнителя, а как простого Билла Каулитца из простого города Магдебурга, ходящего в простую школу? Я задавался этим вопросом не раз. Он мучил меня в турах, во снах, в простой жизни. Я забывал об этом только на концертах. Да, эта полная разрядка, прилив адреналина давал мне повод забыть обо всем, ведь я перед теми, кому я нужен. Может, не совсем я. Может быть, и Том и Георг и Густав. А может быть даже и наши продюсеры. Да, было бы смешно, особенно Дэвид. Ха-ха-ха.
Не теряя ни минуты, я мчался домой, чтобы сообщить Тому, что у нас намечается day-off. Он сегодня немного заболел, живот крутит, а тут нам позвонил Питер и сказал, что нужно с нами поговорить. Естественно я пошел один. Питер дал мне указания, на следующие полгода. Месяц нам можно будет отдохнуть, даже съездить куда-то, а потом с новыми силами за работу. Я не знал тогда, чем это может закончиться.
- Том, - сказал я осторожно, входя в дом, и пока не зная, где мой брат, - ты где? Как ты?
- Аааа! Я здесь, Билл, - послышался голос Тома из туалета, а сразу за ним последовал звук жестокого блевка.
Я поморщился, но все-таки подошел к двери туалета и аккуратненько постучал. Ответом мне послужил еще один блевок.
- Том, ты как?
- Не спрашивай, принеси полотенце и стакан воды.
Я пожал плечами и пошел исполнять указание Томми. Когда я вернулся, то увидел Тома, который, жестоко матерясь, стоял около туалета, весь в блевотине.
- Долго, однако.
- Прости, как мог. Держи.
- Спасибо. Что сказал Питер? Он нам повысит гонорар?
- Ага, жди! Он сказал, что месяц мы будем свободны.
- Не может быть, месяц. Раньше было две недели, а тут…
Том вытерся, и стал размахивать руками. Я замечал за ним, он много жестикулирует.
Я задумался. Здорово, я теперь смогу отдыхать, где захочу, сколько захочу. Смогу спать весь день. И никто мне не скажет ни слова.
Тем временем, Том, который допил залпом воду из стакана, воспользовался тем, что я погрузился в раздумья и сунул мне грязное полотенце прямо в руки.
До меня не сразу дошло, что я держу тряпку, полную блевотины. Очнувшись, я бросил ее на пол, и побежал накостылять Тому.
- Билл, вставай, хорош уже спать!!!
Том кричал мне прямо на ухо, иначе, я бы не проснулся.
- Билл, как мне тебя назвать?
- Хороший, умный, красивый, смышленый…
- Неа, так я тебя называть не буду. Ты мне обещал, что я тебя вытяну на вечеринку, в честь нашего «отпуска». И что теперь? Твоя рожа отпечатывается на подушке?
Я взглянул на подушку. Брат явно преувеличивал. На ней не было и следа.
- Прости, я забыл. Честно. Ты же знаешь, какой я соня.
Я оправдывался, но Том меня не слушал. Он явно был очень сильно возбужден и зол. И тогда я решил прибегнуть к способу, который всегда заставлял Тома пулей выскакивать из моей комнаты. Я по-кошачьи выгнул спину и поправил волосы, подражая гею. Затем подошел близко к Тому, обнял его за талию и сильно прижал к себе. Затем посмотрел ему в глаза и, нагнувшись к уху прошептал.
- Хорошо, сегодня я твой, пупсик.
Но Том явно не собирался сегодня сдаваться. Он также посмотрел мне в глаза и приблизил свои губы очень близко к моим, но этого было недостаточно, для того чтобы поцеловаться. Он тоже прошептал:
- Да, эта ночь будет наша.
Он стал уменьшать расстояние между нашими губами, постепенно приближаясь. Я не желал сдаваться, но чувствовал, что мурашки медленно ползут по низу моего живота. Я знал, что Том не сможет этого сделать. Я более упрям, чем он. Это проверено уже со временем. И поэтому я стал еще сильнее сжимать его талию. Но тут же почувствовал что его руки лежат на моих ягодицах. Расстояние было пройдено и Том впился в меня губами. Я почувствовал его я зык у меня во рту. Но все еще это был не конец. Я решил, что не буду сдаваться и поддался. Множество мыслей прокрутилось у меня в голове. И то, что если Том станет геем, то, я подумаю насчет своей ориентации. Еще, я подумал, что его девчонкам везет, он прекрасно целуется. Никто из нас не хотел отрываться первым, толи потому, что не хотел сдаваться, или нам просто нравилось это делать. Последняя мысль показалась мне ужасной. Мы целовались минут пять, не отрываясь. И тут услышали женский голос:
- Мальчики?!
Это в дверях стояла мама. Она вопросительно смотрела на нас. Из-за ее спины выглядывало нахальное лицо Георга, который хихикал, в предвкушении чего-то новенького. Из-за другого плеча выглядывала физиономия Густава. Он сначала смотрел на нас огромными, как блюдца глазами, а затем заржал, чуть не упав.
У нас был реальный ступор. Сказать было нечего, да и в этом случае оправдания не прокатили бы. Мама сделала паузу, посмотрела вниз,
Читать далее...