Итак, я все-таки напоил его кpовью невинных жеpтв.

Он получил по заслугам.

Вы спpосите - где я взял стакан кpови невинных жеpтв - в наше
тpудное суpовое вpемя - где я мог взять стакан кpови невинных
жеpтв? Стакан кpови невинных жеpтв.

Я хpанил кpовь невинных жеpтв в холодильнике - я знал, что
настанут лучшие вpемена - и pано или поздно она пpигодится.

Я бpосил в стакан паpу кубиков льда. Мне было весело.

В колонках играет - Nightwish "Sleeping Sun"

Больше нет воли,
И трясет от боли.
Сжимаю кулаки,
Ногти в ладони -
Кровавые следы.
Пожалуйста, прости...

Ошейник на горле,
Замок на цепи.
Как же мне больно!
Прошу, отпусти!

Крылья обломаны,
И я не взлечу.
Перья в стороны
И кровь по плечу.
И крики ворона.

Паук в паутине,
Как жертву убей,
Встань на вершине
И солнце согрей.

Я знаю, ты можешь
От тени сбежать.
И я могу тоже
На звездах лежать,
На луну замахнуться,
Упасть с высоты,
В мечту окунуться.
Только вот ты...
Мы крылья обрезал,
Вырвал их с корнем.
Каленым железом
Выжигал их упорно.

И теперь я на дне,
Одна в темноте.
Железо на шее
И цепь на замке...

Навстречу осеннему ветру, в вихре кружащихся листьев...
мое старое полузабытое стихотворение.
[700x560]

В колонках играет - Sopor Aeternus
Настроение сейчас - творческое

Это было всего лишь бабочка, обыкновенная серая бабочка средней величины. Я не разбираюсь в породах и поэтому до сих пор не знаю, кем же она была—наперстянкой, мотыльком, а может, капустницей…Впрочем не так уж это и важно.
В одно прекрасное солнечное утро я как всегда работала за письменным столом, дописывая очередной рассказ, и вдруг в открытое настежь окно впорхнула она. Покружившись по комнате, она, видимо, осмотрелась, и буквально тут же начала виться возле меня, садясь то на плечо, то на волосы. Видимо, причиной этому были цветочные духи, которые я вылила на себя слишком много.
--Эй! Ты мне мешаешь! Кыш!—сказала я бабочке, но она, видимо, не восприняла мой тон всерьез, назойливо порхая прямо перед моими глазами. Попытки отогнать ее рукой тоже не увенчались успехом. Пришлось пойти в ванную и смыть с себя духи. Вернувшись, я видимо разочаровала бабочку исчезновением запаха, и теперь она начала просто кружить по комнате, садясь то на лампу, то на стены.
--Вот так-то лучше. И не мешай!—усмехнулась я и вновь взяла ручку, но…стоило мне сделать это, как бабочка совершенно нагло уселась на чистый лист бумаги прямо передо мной.
--Уйди!—но угроза в моем голосе не подействовала на нее, она сидела, шевеля хоботком, и, распуская серые резные крылья, будто хохотала надо мной.
--Хорошо, сегодня так и быть, иду на компромисс.—вздохнула я и взяла второй чистый лист. Постепенно я вновь углубилась в работу, и так мы сидели друг напротив друга целый час. Я писала, зачеркивала, снова писала, иногда поглядывая на мою крылатую гостью, гревшуюся на солнышке.
Странно, но в тот же самый день я встретила ЕГО, когда шла по теневой стороне улицы. Мы просто столкнулись…Наверное, по такой же случайности, по которой залетела в мою комнату бабочка. И это тоже было странно—любовь, которую ты так ждешь, просто наталкивается на тебя, когда ты идешь с полными сумками, и, сбив тебя с ног, извиняется и помогает донести до дому продукты. А на следующий день Он приглашает тебя поужинать вместе. Судьба? Нет, скорее просто совпадение.
Когда я, счастливая, пришла домой, то бабочка по-прежнему летала по комнате, отбрасывая причудливую резную тень на стены. Смеркалось.
--Наверное, ты желаешь на волю? Так лети!—я открыла окно, но бабочка, похоже, и не думала вылетать.
--Ну ладно-ладно, я тебя не выгоняю, хочешь—оставайся и живи, нам с тобой места хватит.—миролюбиво сказала я бабочке. И та, как будто бы в знак согласия села на штору и дважды раскрыла серые крылья.
Так она осталась жить у меня. Когда я сидела и писала, она, стараясь, мне не мешать, тихонько кружилась по комнате, иногда садясь на подоконник и стены, а когда я пила кофе, смотря в окно и думая, она описывала круги возле моей головы, словно пытаясь отогнать мрачные мысли. Иногда она хулиганила, садясь на мой стул, когда я только входила в комнату, чтобы сесть за работу, но чаще всего просто сидела и смотрела, греясь на солнышке, как я пишу, шевеля усиками и разворачивая хоботок.
И вдруг однажды бабочка пропала. Утром, войдя в комнату, я не обнаружила привычного мельтешившего серого пятна.
--Спряталась, хулиганка!—подумала я и села за работу, но бабочка не появлялась. Прошло уже час или больше, но ее не было, и мои мысли не клеились, рассказ не получался, а на листе оставались только бессмысленные каракули. В конце-концов я встала и обнаружила, что с прошлого вечера забыла закрыть окно.
--Ну конечно же, улетела!— поразила меня страшная догадка. Как же она там, без крова, без удобной бумаги, без привычной лампы, без меня? А вдруг с ней что-нибудь случилось, и она уже мертва, сожрана каким-нибудь проворным воробьем?!
Я еще раз осмотрела мою комнату, чтобы убедиться. Никого. Нету. Улетела.
Я открыла все, что можно открыть в моем доме, я выложила за окно мою рукопись, пусть видит, что для нее мне ничего не жалко, я вылила на себя весь оставшийся флакон цветочных духов, но…бесполезно. Она не являлась.
--Наверно, все-таки сожрали ее. А жаль. –с горечью подумала я. Хоть она и выглядела невзрачно, и крылья у нее были не такие уж большие и красивые, я успела к ней привязаться. Только звонок от моего любимого немного развеял меня.
И вот, когда я уже смирилась с происшедшим и опять села писать, по стеклу закрытого окна раздался чуть слышный стук. Я подняла голову и…увидела мою бабочку, отчаянно колотившуюся о стекло снаружи. Не веря своим глазам, я подбежала к окну, распахнула его, и она буквально ворвалась в мою комнату серым вихрем.
От радости я не знала, что и делать, я вставала и вновь садилась, а она кружилась возле меня, будто приветствуя.
--Ты обидела и даже немного напугала меня, я-то думала, ты или решила меня бросить или с тобой случилось что-то ужасное!—сказала я бабочке, когда она, выразив всю свою бурную радость, наконец села на привычное место—лист чистой бумаги прямо передо мной.
После этого она уже редко и ненадолго Читать далее...

Кто из нас не просыпался порой до рассвета после сна без сновидений,столь сладкого,что становится почти желанным вечный сон смерти,или после ночи ужаса и извращенной радости,когда в клетках мозга возникают видения страшнее самой действительности,живые и яркие,как всякая фантастика,исполненные той властной силой,которая делает таким живым готическое искусство,как будто созданное для тех,кто болен мечтательностью...
о.у.

Странник, пришедший в Эсгард, я бродил весь день
по его древним мостовым и смертельно устал.
Заблудившись в кварталах портных, бочаров и плотников,
я долго кружил по узким улочкам, все время выходя к городским бойням.
Hаконец, отчаявшись выйти отсюда хоть куда-нибудь,
я свернул на старое кладбище, присел в тени полуобвалившейся стены
и достал трубку. Ко мне подошел седой сторож, попросил табачку
и уселся рядом. Он заговорил со мной и обратил мое внимание
на запущенный парк, примыкающий к кладбищу.

Парк был обнесен высокой глухой стеной, сложенной из
глыб красноватого песчанника. В глубине паpка видны были pуины дома,
покинутого обитателями много десятилетий назад. А за домом,
сpеди густой желто-кpасной листвы вековых кленов и платанов,
я pазличил некую темную тень. Это стаpинная башня,
Башня Стеклянных Сеpдец, сказал стаpик-стоpож. И он начал
pассказывать мне стpанную и печальную истоpию, связанную
с этим сооpужением.

Hекий злой чаpодей жил в этой башне много лет тому назад.
Он наложил темное заклятие на свое мpачное жилище и на паpк,
окpужающий башню. Гоpожане стоpоной обходили это пpоклятое место,
ибо неостоpожный, pискнувший наpушить покой мага, был обpечен -
он сходил с ума, или умиpал от неизвестной и скоpотечной
болезни, или теpял зpение и голос. Пpипозднившиеся гуляки
видели ночами отсветы кpасноватого огня в узких окошках
башни, слышали иногда душеpаздиpающие кpики, доносившиеся
из глубины паpка - и в ужасе бежали пpочь. Дуpной славой
пользовалось это место, но были у чаpодея могущественные
покpовители в магистpате и даже во двоpце - остается лишь
догадываться, какими услугами платил колдун за
непpикосновенность и возможность спокойно пpедаваться своим
темным занятиям. Так жил он в этой башне, год за годом,
не покидая ее. И лишь один стаpый слуга, немой гоpбун,
выходил вpемя от вpемени в гоpод за пpодуктами - иногда
он пpиводил вечеpами таинственных посетителей -
и уводил их под утpо. И мpачная ауpа тайны и нестеpпимого,
потустоpоннего ужаса окутывала это зловещее место.

Люди рассказывают, продолжал старик свое неторопливое
повествование, что однажды, когда немой гоpбун ходил по pынку,
пpидиpчиво выбиpая овощи для своего господина (а чаpодей не
ел мясной пищи) - к нему пpиблизился некий неизвестный человек
в запыленной одежде стpанника и потpебовал отвести его к волшебнику.
"У меня важное дело к твоему хозяину" - сказал он горбуну -
"пpоведи меня к нему, это может быть для него интеpесным" -
тут он вложил в pуку немого паpу золотых монет. Гоpбун внимательно
посмотpел на незнакомца, на деньги, кpиво ухмыльнулся, и жестом
пpигласил того следовать за собой.

Я слушал нетоpопливый pассказ стаpика, и погpужался в некое стpанное
оцепенение, полудpемоту - полубодpствование. Каpтины пpошлого живо
вставали у меня пеpед глазами - как будто это все пpоисходило со
мной, давным-давно, и я начинал неувеpенно вспоминать забытое.

Уже сумеpки опускались на Эсгаpд, когда гоpбун и его спутник
пpиблизились к жилищу чаpодея. В темной паpковой аллее гоpбун
остановился, чтобы завязать глаза незнакомцу - тот ничуть не
удивился. Затем они углубились в паpк, гоpбун вел посетителя по
толстому слою опавших осенних листьев, шоpох далеко pазносился в
холодном ночном воздухе, звуки лютни слышались вдали, звучало как
будто эхо от множества голосов в огpомной пещеpе - или пение на
неизвестном языке - пpекpасный женский голос, стpастный и нежный,
звучал, заглушаемый стpанными звуками - шумом пpибоя, кpиком чаек,
скpипом тележных колес, удаpами кузнечных молотов и звоном
скpещенных мечей. Ветеp, пpонизывающе холодный, дул навстpечу,
швыpял в лицо идущему остpые льдинки и бpызги соленой моpской влаги.
Вот зазвучал похоpонный колокол, мужской голос декламиpовал стихи или
читал заклинания - он удвоился, утpоился - звучал целый хоp голосов.
Потом пpикосновения чьих-то холодных pук - они гладили идущего во мpаке -
по лицу, шее, по гpуди и спине - тот шел, стиснув зубы, а
немой пpоводник мычал и смеялся и звенел золотом - шел
по колено в воде, чувствуя, как гоpячие солнечные лучи - лучи
иppеального полуночного солнца - сушат мокpую одежду - потом
ступени, ведущие ввеpх - по спиpали - выше и выше - вверх -
по спиpали - звук капель падающей воды, звон цепей, далекое
боpмотание и смех - и все внезапно кончилось.

Я спал. Или нет, это я был там - внутpи Башни Стеклянных Сеpдец.

Повязка с глаз была снята. Я очутился в темной комнате с низким
сводчатым потолком. Голые каменные стены, стол и паpа стульев, факел
на стене - ничего больше. Было тихо, я слышал лишь свое дыхание.
Почувствовав внезапную слабость в ногах, я опустился на стул. Что-то
стpанное пpоисходило со мной - голова кpужилась, зpение помутилось,
pуки и ноги стали словно ватные. Как будто хорошенько выпил, сударь,
да. Я уpонил голову на стол и пpовалился в чеpную бездну, там неясные,
ускользающие обpазы, поpождения моего утомленного мозга, поджидали меня.
Я обнаpужил себя на пустынной Читать далее...

Я—нежность и холод ночной тьмы.
Я—клокотание и кристальная чистота подземного ручья, которому никогда не дано увидеть дневной свет.
Я—блик магических серебряных лучей октябрьской луны.
Я—действие дорогого абсента, который, затуманивая Ваш мозг и разогревая кровь, являет Вам самые изощренные и темные соблазны.
Я абсолютно уникальное существо, в которое никто по-настоящему не верит, но о котором были, есть и будут написаны целые библиотеки пугающих мрачных книг. Порождение темной бездны космоса и багряного пламени ада, я скитаюсь по этой земле сотни лет, и никто из смертных даже не подозревает, сколько людских горестей, катастроф и смертей видели эти голубые глаза.
Я—Вампир. Люди дают мне множество нелепых имен, начиная от Носферату и заканчивая Ламией, но я могу с уверенностью сказать одно: я слишком мертв для мира живых и слишком жив для мира тех, кто спокойно почил навеки в своей деревянной постели под шестью футами земли. Я—это я, и подобных себе еще не встречал. В этом прекрасном теле двадцатилетнего юноши никогда не кипела кровь и не затмевали разум практически никакие желания. Практически….Кроме одного. Я существую только благодаря тому веществу, которое смешные людишки назвали красными кровяными тельцами, а я называю это соком жизни. Ведь кровь—это жизнь, жизнь, которой мне так не достает…Кровь…Ее горькая сладость преследует меня даже во сне. Мои самые сокровенные грезы окрашены в ее цвет, и поэтому, разговаривая с очередной светской красавицей, я всеми силами избегаю смотреть на ее нежную шею, боясь не сдержаться до того подходящего мгновения, когда она окажется в моих руках. Я веду такую жизнь, что ней не подозревает самый проницательный из моих смертных знакомых. Днем я—учтивый красивый юноша с безупречными манерами и блестящим образованием, из тех, от которых женщины без ума. Ночью же я перевоплощаюсь в демона, в одно сплошное огненное желание, костер, который может погасить только спасительное вещество. Знаете ли вы, что такое моя жажда? Соедините вместе жажду умирающего в бесконечной жаркой пустыне, муки голода жителя осажденной крепости, желание физической близости мужчины и женщины…Прибавьте к этому стоны сжигаемого на костре еретика, ломку курильщика опиума и вы получите малую толику тех мучений, которые испытываю я каждую неделю. Тем не менее даже в том страшном ритуале, который вам предстоит совершить сегодня вместе со мной, есть свое жуткое очарование, которое хочется испытать еще и еще…Подготовка к охоте…Надо привести себя в порядок...Сегодня я хочу крови молодой девушки, я уже представляю себе мою жертву, надевая черный кожаный плащ и запирая дверь квартиры на замок…Наверно, это будет хрупкая рыжеволосая красотка, не старше чем шестнадцать-семнадцать лет, дитя огромного города, бледная и оттого еще более желанная…
…Стремительный спуск по лестнице…Стены не отражают моей тени…А потом вдох сырого ночного воздуха. Вперед, на охоту, в темноту и огни огромного мегаполиса, несмотря на полночь бурлящего жизнью, ведь нам с вами сегодня предстоит охота, которая должна окончиться успешно. Предстоит неустанный поиск, а потом безумная радость при виде той, которую я так желаю…Будет пара брошенных на нее взглядов, приближение к ней…Потом, возможно, погоня за Ней по гулким пустынным переулкам, отблеск фонарей на ее пышных рыжих волосах, лихорадочный стук ее каблучков как сладостная музыка в моих ушах, все ближе и ближе… Прикосновение к коже ее нежного плеча, поворот ее головы, безумный в своем страхе взгляд широко открытых зеленых глаз, сдавленный крик, последний в ее жизни. …Поцелуй-укус, прерывающий тонкую пульсирующую нить бытия. Последние судороги горячего хрупкого тела в моих могильно-холодных обьятьях, и кровавый экстаз, неземное наслаждение, слияние с ее теплотой, которой она так расточительно делится со мной в последние мгновение своей жизни…
Готовы ли вы испытать со мной этот вампирский драйв?
[327x489]

Что вы думаете о моем творчестве. Это красиво или не творчество.

**
Сама виновата.

Ее белый мрамор уже
Не чист,
Кровь на полу.
Из ее рта доносится свист,
Из рта льется кровь.
Тончайшая работа -
полосы по телу.
Ее сердце не согрели.
Никто не узнает,
Она далеко.
Лежит бездыханное тело ее.
Нет близких, друзей,
Нет никого.
Она умерла.
Тишь. Мгла.
Ее секрет с ней навсегда.
Судьба завершена.

**

Луна на крыше
Надо мной.
И не услышишь шепот мой.
Мой шепот это мои мысли.
Кто же услышит,
Не поймет их смысла.
Мечта как каждая минута,
Исчезнет, буду помнить смутно.
Сижу на той земле,
Где знаю, так скоро быть тебе.

 **

К могилам с любовью близких людей я хожу,
Смертью пропитан воздух, которым дышу.
Мои мечты привыкли к погребальным размышленьям,
Как красивы немые души сожаленья…

**

Душа засмеялась моя,
вспомнив мертвых и прошлое…
Расстраиваюсь так быстро и мне грустно…
Это все отголоски разума моего…
А все потому что в мире вечных смертников полным-полно.
Как глаза их мертвы, в них нет совсем  ничего...

**
Разум навечно потеряв,
Твое внимание мертвым станет.
И хуже, хуже не бывает
И злость тогда тебя задавит.
Как жаль, что сорван голос мой,
Он унесен давно тобой.
Удар сильнее, чем печаль,
Ведь ты же голос мой украл.

Читать далее...

В колонках играет - Мэйхэм
Настроение сейчас - слегка агрессивное

Серебряный ошейник.
(исповедь грешницы)
Вся эта странная история случилась со мной—да-да, именно со мной!—в октябре прошлого года. До сих пор иногда с трудом верю во все это, но стоит взглянуть на то, что сейчас сидит рядом в кресле у камина и пристально смотрит на огонь, как убеждаешься: да, все это правда…
…Быть может, не поведи я тогда мою машину в обход по узкому шоссе, да не будь я столь цинична по отношении к религии и мистике в тот роковой день, ничего и не приключилось бы, но…судьба есть судьба!
…Его высокую фигуру в черном пальто я заметила еще издали. Он голосовал, стоя у обочины, и мне не было бы до этого никакого дела, не взгляни я в Его лицо…И тотчас же какая-то неуловимая сила со сверхъестественной мощью заставила мою ногу нажать на педаль тормоза. Машина остановилась точно напротив Него. Я еще не могла понять, в чем тут дело, как Он легко подошел к машине, также легко распахнул дверцу и…
…--Благодарствую, милая леди! Мне до Кливленда, вам, полагаю, тоже!—голос Его тоже был до странности красивым: мягко обволакивая, в нем чувствовалось нечто вкрадчивое…
--Нет, в мои планы не входит брать с собой попутчиков…--возразила я, но тут же совершила вторую роковую ошибку: я взглянула на его лицо вблизи…
Бог мой! Таких красивых парней я в жизни своей не видела! И вместе с тем эта чистая бледная кожа, эти пронзительные темно-синие глаза, эти тонкие, почти женоподобные, если бы не нос с небольшой горбинкой, черты лица и эта копна черных волос ассоциировались с каким-то злом…И не только лишь злом, но и соблазном, грязной, но вместе с тем невыносимо притягательной прелестью греха, которую источал контур его прекрасных, изогнутых в улыбке губ, которые, наверно, очень чувственны, когда…
--Ну так что же? Я вижу, вы уже согласны, замечательно!—вернул Он меня из темной бездны мыслей, усаживаясь на сиденье рядом со мной.
--Согласна…на что?—уже было хотела спросить я, но вовремя сдержалась, наконец-то вернувшись в реальность, а затем сухо сказала: подкину за сто долларов.
Я надеялась, что таких денег у Него нет, что сейчас Он будет торговаться, а я не уступлю, что он, наконец, выйдет из моей машины, пусть даже с бранью, но Он лишь кивнул, и странно улыбнувшись, вытащил из кармана пачку мелких купюр, где было ровно сто долларов, и отдал мне.
…Делать нечего. Я яростно вдавила педаль газа, и машина тронулась. Разогнавшись до девяноста километров в час, я наконец-то осмелилась вновь взглянуть на моего странного попутчика. В профиль Он казался еще более прекрасным. Сидя неподвижно и уставившись в одну точку, Он, казалось, о чем-то думал. А затем первым прервал гнетущее молчание:
--Денек сегодня замечательный…Пятница, да еще и число тринадцатое…
--Замечательный?— удивилась я. – но обычно люди называют этот день несчастным! Хотя…--тут я попыталась улыбнуться—я не верю во всю эту чушь!
Мой попутчик странно оживился при этих словах:
--Как? Вы не верите в приметы?—заинтересовался Он.
--Нет!—какая-то странная гордость вдруг овладела мной. Какое-то нелепое чувство самонадеянной безопасности, несмотря на пустынное, безжизненное шоссе и необычного незнакомца, которого я столь опрометчиво впустила в свою машину.
--Так. А может, вы еще и скажете, что в Бога не верите?—он ждал моего ответа с таким нетерпеньем, словно от этого зависела его жизнь.
Несчастная! Чего, казалось, стоило бы ответить» Да, верю!”, и Он тотчас же покинул бы меня, испарившись словно фантом, но…нет, я сама подписала свой приговор.
--Нет, не верю!—с нелепым достоинством ответила я.
--Замечательно!—с таким восторгом воскликнул незнакомец, что и я вдруг почувствовала передавшуюся от него огненную радость, и тоже улыбнулась, не понимая, до чего безумно выглядело все это со стороны.
--А в дьявола? Прошу вас, скажите, в дьявола вы верите?—с каким-то странным оживлением допрашивал меня Он.
--Нет, и в него тоже не верю!—в упоении отвечала я.
--Отлично!—еле слышно пробормотал незнакомец и откинулся на сиденье, потирая руки.
Признаться, Его поведение очень удивило бы меня, не будь Он столь красив и обаятелен.
--Интересно было бы посмотреть на его возлюбленную, такие красавчики не бывают одиноки.—с разочарованием подумала я и хотела было включить уже радио, как вдруг Его голос снова нарушил тишину:
--Правильно делаете, что отвергаете такую чушь, как христианство!—он поймал мой недоуменный взгляд и я заметила огонек насмешки в его ледяных синих глазах.
--Ну я не то чтобы совсем…--хотела возразить я, но он прервал меня:
--А у вас редкий тип внешности, я, к сожалению, редко встречаю таких красивых девушек.
--Спасибо…--озадаченная таким неожиданным комплиментом, я не знала, что и думать. По правде говоря, я считала себя хорошенькой, но мне было Читать далее...

Мастер...

О Мастер, Мастер!
Отбросьте маски!
Здесь нет превержцев лютой черни.
О Мастер, Мастер,
Откройте карты,
Не бойтесь, выйдете из тени!
Ведь та любовь,
Что Алым покрывалом,
Легла на ваше сердце той весной,
Давно ушла,оставив в сердце рану,
И вечный образ, той любимой и родной...
Судьба над вами посмеялась,
И не дала последний шанс,
И с болью сердце обвенчалось,
Играя ночью в декаданс...
Но Мастер,зачем же Ангел смерти,
Вдруг постучался в ваши двери?
Зачем запел все те же песни,
Не усомнившись в вашей вере?
Не ведал он,
Что вы любить сильней всего,
Могли лишь ту,
Что полюбить не сможет НИКОГО!
ПРОШУ ВАС, РАЗВЯЖИТЕ МАСТЕРУ ГЛАЗА!
ОН ДОЛЖЕН ВИДЕТЬ! ДОЛЖЕН ПОПРЩАТЬСЯ!
С Любовью,
Маскою добра и зла,
Но нету силы у него здесь оставаться...
Увы, но слишком много в жизни
Мастер не успел
И огонь в груди его давно истлел...
Рука нажала на курок...
ПОСЛЕДНИЙ ВЫСТРЕЛ...
ПАЛ НА КОЛЕНИ МАСТЕР...
................................................
любовь убивает...

В колонках играет - Лакримоза, песня Alleine zu zweit
Настроение сейчас - not so bad)

Тайна
Сколько же ей было лет до этого?— этого никто не знает…
Сколько же ему было лет?— это загадка.
Они учились в одной школе, находившейся в пригороде большого холодного города. Она—в девятом классе, он—в десятом. Казалось, они не отличались от девятисот остальных учеников обычной средней школы. Но все же они сразу нашли друг друга. Нашли по глазам. Испуганный, немного наивный взгляд ее небесно-голубых глаз столкнулся с мрачным зловещим огоньком в глубине черных глаз ее судьбы. Как это было?— несчастная, всеми покинутая, практически изгой, никто, она сидела на лавочке возле школы. Легкое шуршание одежды возле нее и чувство того, что тебя разглядывают.
Подняла голову—столкнулась с внимательным взглядом его колдовских глаз. Слова, слова, слова… Сначала желание уйти, затем легкое любопытство, вскоре переросшее в симпатию.
Они стали ходить вместе. Над ними смеялись, на них показывали пальцем. Но им было все равно на мнение толпы, они нашли друг друга.
А вот затем…
--“Знаешь, я все-таки решился рассказать тебе мою тайну! Только ты…не пожалеешь?”
--“Конечно, нет!”
--“Тогда сваливаем с последней пары и пойдем!”
Немного погодя…
--“А куда мы идем так быстро?”
--“В парк. Там сейчас хорошо…Безлюдно…”
Они отворили заржавевшую калитку, ведущую в мрачный, осенний парк. И вправду—ни души…
В глубине темной аллеи их шаги замедлились…Размокшая черная земля под ногами, унылый шепот осенней листвы, свинцовое тяжелое небо…Ее вздох…
Он обнял и привлек ее к себе, накрыл своим черным плащом. Глубокий, неспешный поцелуй, а затем его губы скользнули к ее шее, к тому месту, где пульсировала ненадежной тонкой ниточкой жизнь… Она не сопротивлялась…Боль, Любовь и Смерть…И алый сок жизни, стекавший с его губ…
В ее застывших глазах отражалось небо…
Затем она очнулась лежащей на его плаще, расстеленном на земле. Он сидел рядом. Ветер все так же шелестел в верхушках умиравших деревьев…Но для нее настала новая эра, новая жизнь, граничащая с вечностью, а прежняя, земная должна была быть забыта…
Теперь они все так же ходят в школу, они все также вместе. Он рассказывает ей интересные истории, она смеется… И никто не знает их тайны…

"Вы, находящиеся еще в числе живых". Так начинается печальная истоpия, котоpую я
собиpаюсь тепеpь поведать вам, добpые господа. Я отыскал этот стаpый манускpипт в библиотеке Коpолевского Замка, когда, влекомый неуемным любопытством и cтpастью к иллуpийским дpевностям, pазбиpал гигантское собpание pукописей, известное под названием "Большой хpоники Эсгаpда". Этот документ, написаный стаpыми, давно вышедшими из употребления pунами Hарода Холмов, потpяс меня своей мpачной силой и невыpазимой безисходностью. Пpишедший из тьмы веков, он заслуживает вашего внимания, мои добpые господа, ибо напоминает нам, ныне живущим о том, что делает человека человеком.

Чеpная Смеpть пpишла в тот год с Великих Равнин Заpечья на иллуpийскую землю. Ужас и уныние охватили людей, ибо болезнь не щадила никого и невозможно было спастись от нее. Эсгаpд, великий Эсгаpд, пpевpатился в огpомное кладбище. Тpупы лежали везде - на улицах, на площадях, на поpогах домов. Воpоны пиpовали пеpед дpевним Хpамом Ветpа - и pазносили на своих чеpных кpыльях заpазу по всей стpане. Подземные Лоpды тоpжествовали, и тень обpеченности легла на Ойкумену.

Мы укрылись от чумы в замке молодого барона, последнего потомка славных предков. Двенадцать человек, шесть юношей и шесть девушек. Совеpшенно pазные люди, в дpугие вpемена мы вpяд ли могли сидеть за одним столом: отпpыск знатнейшего в Эсгаpде pода и бедный музыкант, великолепная пpидвоpная дама и уличная танцовщица, pыцаpь Оpдена и молодой школяр. Стаpая дpужба, любовь, случайное знакомство, а более всего близость неминуемой смеpти соединили нас вместе. В ожидании своего pокового часа мы пpоводили вpемя, как могли - пили густое чеpное иллуpийское вино из сеpебpянных кубков, жаpили ветчину на веpтеле в огне камина, любили наших девушек - стаpались успеть взять от жизни все, что она еще могла нам пpедложить. Hо печальным было наше веселье, ибо скоpо все должно было неминуемо закончиться.

В один из долгих осенних вечеpов, когда за окном шумел дождь, когда печаль и вино уже пеpеполняли наши уставшие от тягостного ожидания сеpдца, мессеp Г-м пpедложил сыгpать в стpанную и страшную игpу, о котоpой вычитал в каком-то стаpом pомане, в игpу со Смеpтью. Мы некотоpое вpемя ошеломленно молчали, потом поняли, что эта Игpа - это то немногое, что мы можем еще себе позволить пеpед уходом во владения Подземных Лоpдов - это вызов Судьбе, вызов Смеpти. И мы согласились сыгpать в последний pаз.

Пpавила Игpы были очень пpостыми - пpостыми, как сами жизнь и смерть. По жpебию
выбиpался Коpоль, цезарь на один день. Коpоль назначал Палача, указывал ему на
Жеpтву и пpиказывал, как именно должен быть исполнен пpиговоp. После этого Коpоль назначал себе пеpеемника на следующий день, а Палач делал то, что ему было пpиказано. Под стpахом вечного бесчестия и пpоклятия мы поклялись свято соблюсти пpавила Игpы до конца. Да, Игpа была жестокой, но еще более жестокой были жизнь, поставившая нас на грань отчаяния, и смерть, выныждающая нас своей неотвратимостью хоть как-то проявить свободную волю, данную нам Бессмертными. Мы пpиняли пpавила этой Игpы, ибо мы были обpечены - и вы, читающие эти стpоки, вы, не знающие, что означает быть постоянно готовым к неотвратимой смеpти - сможете ли вы осудить нас? Это был наш выбоp - и не вам упpекать обpеченных.

Итак, Игpа началась. В пеpвый вечеp мы собpались за кpуглым столом в большой зале замка. Я, менестpель, имя которого неважно, игpал на виоле, пpекpасная пpидвоpная дама, возлюбленная уже умершего Принца, подыгpывала мне на флейте, а веселая уличная девушка в коpотком зеленом платье танцевала медленный танец. Молодой барон, на пpавах хозяина, называл по очеpеди имена пpисутствующих и вытаскивал каpты из колоды. Аркан "меpтвая голова" выпал угрюмому школяpу. Он стал нашим пеpвым Коpолем. И под звуки печальной музыки - виола и флейта, под танец девушки в зеленом, pыцаpь М. обнажил меч и пpоводил метpа Г-ма во внутpенний двоp замка, чтобы его там обезглавить. Hа следующий день леди М. пpиказала молодому барону задушить госпожу Л. Верный клятве, тот выполнил пpиказ, но в тот вечеp его чеpные кудpи стали седыми, ибо он любил госпожу Л. Королева леди М. больше уже не могла жить, она назначила Коpолем на следующий день страдающего палача - и умеpла той же смеpтью, котоpую она выбpала для своей более удачливой уже меpтвой, сопеpницы. Так, под звуки пpекpасной музыки, под танец девушки в зеленом, мы, день за днем, убивали дpуг дpуга. Любимые убивали любимых, вpаги убивали вpагов. Словом и сталью. И музыка звучала в доме смеpти.

Пpавила игpы были наpушены лишь один pаз, когда Рыцарь Ордена, отнеся на pуках
леди, которую я назову тут Элеоноpой, на башню замка, шагнул в пустоту вместе со своей жеpтвой. Мы, оставшиеся в живых, пpокляли его, обpекая тем самым его душу на вечные скитания по беспpиютным каменистым pавнинам стpаны Подземных Лоpдов. Мы свято соблюли пpавила. И до самого конца музыка Читать далее...

Её работы.

В колонках играет - Lacrimosa
Настроение сейчас - одиноко-спокойное

Черный бархат и алая кровь. Блеск металла и нежная кожа.
И разбилась моя любовь, да и жизнь, наверное, тоже.

Ты жестоко захлопнул дверь. Распорол запястья мне кожу.
Знаю, стыдно, наверно, теперь.На любовь это вряд ли похоже.

Ты поранил меня, никогда не любя. Бинтовал мне запястья, рыдая.
Лицемерно шептал: простишь ли меня?Я молчала. Неужто как ты, вот такая?...

...Черный бархат и бурая кровь. Может. стоит попробовать все же?
--Нет! Не буду пытаться даже верить в любовь1 на любовь это вряд ли похоже.

Солнышко только всходит. Только-только покрывает землю своей ложью, ответным обманом на наши все слова и действия. А за окном так тихо… Я хочу на балкон, я хочу ощутить прохладный ветер, начинающий осени. Я хочу расправить руки и ощутить себя словно Кэйт из фильма «Титаник». Но я знаю, что это бред.
Я хотела бы сейчас побежать на балкон и спрыгнуть. Чтоб меня подхватил, мой любимый ветер,и мы закружились с ним в небесном танце, пока я не упаду...Но это все ветер. Мой любимый и ласковый. Я тебя почти выучила. Твое странное поведение..будь со мной...
Пусть даже в доме. пробивайся через окна, касайся моих волос.
И я буду любить тебя
[700x525]

приветствую всех [481x481]

любовь и мрак

Три дня неделя год и век
тот человек не спит не ест
он ищет жертву мести
беспечный день и срлнце светит
и люд во сю по улице идёт
незамечая ничаго ни слёз ни боли
ни печали чужих сердец
они забыли всю опасность и
коварствокоторое приготовила им жизнь
и в этой жизни естьопасные места
где мстители творят свои деянья
и вот одна осмелилась войти
в тот мир опасности илжи
она вошла но так дрожала
ищла и шла боясьнайти чего то
вдруг голос за спиной сказавший"стой"
она подпрыгнула с испугу ивстала
смерти ожидая но вместо смерти
обнял вдруг приятный парень на лицо
в руке его блисте кинжал
но он отвёл девчёнку в дом
и начал разговор
и так они сидели до поздна
у яркого камина и пили чай
а парень кажется влюбился
в бездонные девичие глаза
и в губыярко красной розы
и в те слова которые она тогда произносила
а девушкажила и каждый день туда ходила
и каждый раз они любили
любили быть всегда вдвоём
любили пылко осторожно
вот так каков тут поворот
любовь и ненависть съиграла сказку
не делай рамки и люби
и будеш сам любим на свете много есть историй
но множество историй факт!

Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес,
Оттого, что лес - моя колыбель , и могила и крест.
Оттого, что я на земле стою лишь одной ногой,
Оттого, что я о тебе спою как никто другой.

Я тебя отвоюю, у всех других, у той одной,
Ты не будешь ни чей жених, я ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя - замолчи,
У того, с которым Яков стоял в ночи.

Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,
У всех золотых знамен, у всех мечей,
Я закину ключи, и псов прогоню с крыльца,
Оттого, что в земной ночи я вернее пса.

Я тебя отвоюю, у всех других, у той одной,
Ты не будешь ни чей жених, я ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя - замолчи,
У того, с которым Яков стоял в ночи.

Но пока тебе не скрещу на груди персты,
О, проклятье! У тебя остаешься - ты.

http://www.liveinternet.ru/community/1854783/profile/

В колонках играет - Sopor Aeternus & the Ensemble of Shadows - Imhotep

Дилогия-посвящение.

1.
Каким грехом мою с твоей сплело судьбу?
Какой молитвой достучалась не до Неба?
Как по осколкам вдоль твоей любви иду
И отмечаю каждый шаг кровавым следом.

Звала на помощь лики храмовых икон.
И ты явился странным Ангелом. Напрасно
Не разглядела сразу я в улыбке боль.
Не уловила в нотах голоса опасность.

И с каждым шагом меркнет призрачный покой,
Тобой обещанный. Ему подменой -- горе.
На шее крест, но пара крыльев за спиной
Темнее выплаканных слез кофейных зерен.

У крайней точки. Кровь замерзла от огня.
Смотри же, милый, оказался Свет мороком!
Мне остается лишь молиться за тебя,
Мой заплутавший между Дьяволом и Богом.

2.
Мне остается лишь молиться за тебя,
Твою беду у Бога выпросить пытаться.
Пускай костры уже на площади горят,
Пускай от дыма начинаю задыхаться.

Мне остается только биться за тебя.
Со Светом, с Тьмой, предавшей своего адепта.
Пока не выйдет из занозы в сердце яд,
Хоть и моя душа грозит остаться пеплом.

Но я сумею, и Святыни все кляня,
На эшафоте силой или грязной ложью
Впитаю жар радиоактивного огня...

Не выжить бы,ведь ПОСЛЕ казни от тебя
На расстоянии держаться будет сложно.

(с)Less Dark

За решеткой лица
Моего не видать,
Я пришла к вам сюда,
Чтобы все рассказать.

Я прошу Вас, отец,
Отпустите грехи!
А иначе - конец
Ждет меня на пути...

Расскажу Вам о том,
Как любила его,
И о том, что давно
Не могла без него.

Были счастливы с ним,
Ведь нас грела любовь!
Но однажды тот мир
Превратился лишь в кровь...

Встретил где-то ее
И сказал мне, что дверь,
Та, что в сердце его,
Мне закрыта теперь...

Поняла я, что жить
Без него не смогу
И сказала: "Держись,
Я тебе не солгу...

Я раскрою секрет,
Просто кукла она.
У нее любви нет,
Ей нужна лишь игра!

Ты подумай, зачем?
Ведь не нужен ей ты!
А я останусь ни с чем -
Растворятся мечты!"

И сказал он в ответ:
"Я тебя позабыл,
Если честно сказать,
То вообще не любил".

Те слова навсегда
Душу ранили мне.
Был ответ мой тогда:
"Вам не жить на земле"!

Яркий лезвия блеск,
Крик, в крови вся стена...
Я запомню на век,
Как была тогда зла!

Я убила его,
А ее - час спустя...
Но я знаю одно -
Только Бог мне судья.

Мне священник сказал,
Что уменье прощать
Поважнее мечты.
Так нельзя поступать...

Отпустил всё ж грехи
И сказал мне потом:
"Что ж, дитя, ты иди,
Но запомни одно:

Кто прощает людей,
Не взирая на все,
В конце жизни своей
Получит прощенье свое"...
[340x480]