ЧЕРНЫЙ ОБЕЛИСК
Читайте Ремарка!
В прошлом выпуске «ЗД» подробно рассказала о ходе и итогах конкурса «Звуковая дорожка-88». Проходил он, как говорят, на слуху и на виду многочисленных поклонников рок-музыки. На финальном концерте 26 июня в Зеленом театре ЦПКиО им. М. Горького был назван победитель — группа Московской рок-лаборатории «Черный обелиск».
Состав группы: бас-гитарист и вокалист Анатолий Крупное, гитаристы Михаил Светлов и Юрий Алексеев, барабанщик Николай Агафошкин.
Сегодня «ЗД» предлагает ближе познакомиться с музыкантами.
НУ КАК видеотрофей? — спросил я Толю Крупнова, имея в виду видеомагнитофон и телевизор — главный приз победителей конкурса «Звуковая дорожка-88». — Что смотрите?
— Стоит себе спокойно. Ничего не смотрим. Времени нет.
«Какая жалость, — подумал я, — пропадает сенсационный сюжет. Ладно, поговорим о другом».
— Скажи, а почему «Черный обелиск»?
— Когда-то я прочитал повесть Ремарка «Черный обелиск». У каждого человека есть любимые произведения, те, которые потрясли его, которые созвучны его мироощущению или просто нравятся, но он не знает почему. От «Черного обелиска» я был в восторге. И когда решался вопрос о названии нашей группы, для меня сомнений не было — только «Черный обелиск».
— Просто здорово. Если бы все группы следовали такому правилу, то рок-болельщики оказались бы самыми образованными по литературной части гражданами.
— Я понимаю твою иронию. Хотя, конечно, было бы радостно, если бы, полюбив «Юрайя Хип», «Алису» или «Урфина Джюса», поклонники заинтересовались их, так сказать, литературными истоками. Ведь не роком же единым...
— Толя, жутко каверзный вопрос. Твоя группа играет «хэви». Однако всеобщая истерия по металлу вроде как улеглась. Публика охладела. У тебя нет ощущения, что хард'н'хэви, по крайней мере у нас, оказался у «разбитого корыта»?
— Если вспомнить историю рока, и хард'н'хэви в частности, то она полностью вписывается в общие закономерности. Начало семидесятых — подъем. Потом — спад. Вновь подъем. Даже былые киты воспряли духом — «Юрайя Хип», «Дип Перпл»... Хотя, может, им и не стоило этого делать. А сейчас у «тяжелой» музыки очередной циклический кризис, сильнее всех, кстати, ударивший по нам. Из-за того, что «хэви» у нас в зародышевом состоянии (три года — разве это возраст?), слабенький еще, неокрепший, несамостоятельный...
— Что же будет?
— Будет все прекрасно! За двадцать лет своей истории «тяжелая» музыка превратилась в целое направление, даже в самостоятельную теорию в роке. Каких только разновидностей в ней не появилось! А теперь назови мне хоть одну чисто хардовую, без примесей, или, скажем, трэшевую группу...
— «Шах»...
— Ну, есть экземпляры. Но я говорю об общей тенденции. Начинается жуткое смешение стилей, и в результате двадцатилетние количественные накопления приобретут рано или поздно новое качество. Наша новая, третья по счету программа — «Серый святой» — тоже эксперимент в этом направлении. Все в одну кучу: и хард, и блэк, и трэш...
— В общем, хард'н'хэви мы пока не хороним?
— Нет.
ТОЛЮ Крупнова, бас-гитариста, вокалиста и основателя «Черного обелиска», впервые я увидел в конце 1986 года в Перовском райкоме комсомола. Была тогда в комсомоле модная идея — создавать так называемые фонды молодежной инициативы. Создавали его и комсомольские активисты Перовского района.
К ним в райком и пришли делегаты от «Черного обелиска». Группу выгоняли с репетиционной базы. Хранящейся там аппаратуре грозило оказаться под открытым небом. Комсомольцы тогда помогли, чем могли.
Затем начался рок-лабораторный период в творчестве, продолжающийся до сих пор. «Черный обелиск» в кратчайшие сроки выдвинулся в лидирующий список московских любительских рок-групп, подтвердив, что талант не скроешь даже за плохонькой аппаратурой.
Часто концерты омрачались отвратительным звуком, ужасной акустикой неприспособленных залов. И все же среди многих групп, всплывших на гребне металлической волны, «Обелиск» был из тех, кто пришел в этот жанр, следуя искренней преданности ему. Можно, конечно, по косточкам разобрать любое, даже самое гениальное творение. Тем более что «Звуковую дорожку» постоянно упрекают в отсутствии «здоровой критики» по адресу отечественных рокеров. Но, знаете, как-то рука иной раз не поднимается, видя, в каких нечеловеческих условиях эти самые рокеры творят. Можно ли их упрекать за огрехи, глубинные причины которых кроются часто в обстоятельствах, не зависящих от воли творцов?
У «Черного обелиска» на подходе уже третья программа, но пока не приходится говорить не только о пластинках, но даже о мало-мальски приемлемых магнитофонных записях. А ведь поговорить есть о чем. Первые произведения «Обелиска» — «Троянский конь», «Полночь», «Аба-донна» — имели большой отклик у публики. Вторая программа — «Цветы зла» была наполнена очень симпатичными ассоциативными картинками, возникшими из соединения магии металлического звука и поэтических образов французского классика Шарля Бодлера. Нынешняя
Читать далее...