Анатолию Крупнову 50. Вместе вспоминаем великого музыканта с Дмитрием Борисенковым, ныне лидером
26 Ноября 2015 года в 16:35 | Автор: Александр Августин
Год Крупнова продолжается, продолжается и серия интервью с теми людьми кто непосредственно знал Анатолия, дружил с ним, играл в одной группе. Дошла очередь до Дмитрия Борисенкова, гитариста группы "Черный Обелиск", а с 1999 года и по ныне, Дмитрий Александрович является лидером группы, после трагической смерти Крупнова в 1997 году. Вашему вниманию представлено откровенное интервью Дмитрия, о времени проведенном вместе с Крупновым в одной лодке под названием "Черный Обелиск".
В этом году Толику исполнился бы полтинник. Какие первые мысли пришли тебе в голову, когда ты услышал эту новость?
Ты знаешь, дата эта если бы и случилась при живом Толике, то это была бы случайность. Потому что человек всегда говорил, что я не доживу. Типа, я такой, второй Высоцкий. Доживать до 50-летия у него точно не было планов. К сожалению, но это так. Отсюда и весь этот образ жизни.
То есть, он какие-то мистические нотки проглядывал?
Да тут ничего мистического и нет. Потому что сам себя он не мог остановить.
И не хотел?
И не хотел.
Получается, что твоя точка зрения, стоит особняком, в отличие от других. Поскольку все говорят, начиная от близких людей до Юрасова и Гарика Сукачева, что он якобы боролся со своими пагубными привычками.
Курил очень много.
Ты говоришь, он не хотел бороться. Они говорят, что хотел бороться, лечился в больнице лежал.
Ты знаешь, все эти лечения в большей степени не его заслуга, а тех же Юрасова, Алины и остальных людей, которые просто каким-то образом заставляли его туда ложиться. Конечно, он все понимал. Ведь никто не хочет раньше времени сыграть в ящик. Да, может быть, он даже был и не против полежать, дабы немного прийти в форму.
Опять же, все песни были написаны в период ремиссий. Я не знаю ни одной песни, которая была бы написана в так называемом угаре. Во всяком случае, при мне и немножко позже, все по трезвяку. У него был блокнотик, в который он записывал идеи и фразы, все, что в голову падало. Но, доводил до кондиции он свои идеи, только тогда, когда у него было время полежать или отдохнуть.
Давай вспомним, как ты с ним познакомился. Я так понимаю, это был переломный момент у нас в стране. Ужасные годы.
Это был, наверное, 90-й год. Может чуть пораньше.
То есть, ты с ним познакомился даже раньше, чем он взял тебя в команду?
Дело в том, что у меня было некоторое количество друзей, которые с ним общались, угорали в том числе. И, я прекрасно был осведомлен о том, что происходит в этой группе, на тот момент, когда можно было пойти играть в «Обелиск». То есть, я готовился к этому.
Он еще в «Шахе» работал?
Он вернулся из «Шаха» как раз. В «Обелиске» играл Вася Белошинский. Поскольку я знал, что у них были определенные разногласия, то понимал прекрасно, что Вася уйдет и это всего лишь вопрос времени.
Я познакомился с Юрасовым раньше, чем попал в группу и мы с ним даже пытались какой-то проект сделать музыкальный, в том числе и с Булгаковым.
Это тот, который из «Легиона»?
Да.
Но вы тоже хотели работать в таком же духе, как и «Обелиск»?
Нет, это было спонтанное решение. Мы как-то даже собрались на репетиционной базе и что-то поиграли. Поговорили, но не пришли к консенсусу и ничего не стали делать. Потому что Булгаков хотел петь высоким голосом, что он потом и сделал. Какой-то у него был дикий проект, где всё жужжало, и он там пищал. Нет, мы с Юрасовым поняли, что не хотим такого (смеется).
И тут уже как раз подступал тот самый момент и я сел активно заниматься.
[500x386]
А тебе Юрасов как сказал? Вот, готовься, будет такой момент?
Да. И я прекрасно знал, что он будет.
Вроде писали «Еще один день» без тебя, с Егором Жирновым. Но, в тот момент, когда писали, тебе уже сказали, чтобы ты готовился?
Нет, это было еще раньше. До «Еще одного дня». Была репетиция, когда меня и Жирнова, Толик пригласил на прослушивание. Это было лето 90-го. Мы приехали, поиграли.
Причем еще гораздо раньше до этого, Юрасов говорил, учи, занимайся. И я учил все эти песни, трешнячки, рифы. А Толик меня озадачил тем, что на прослушивании вдруг спросил, могу ли я сыграть что-то в стиле «Rollin Stones»? Меня прямо замкнуло. Я и вспомнить не могу, что играют «Rolling Stones».
Ты даже не слушал?
Нет. У меня было пару древнющих пластинок. Но что, там играют гитаристы, я даже не в курсе. На тот момент мне даже в голову ничего не могло прийти, и у меня был полнейший ступор (смеется).
А он хотел играть симбиоз фанка с риффаками.
Что собственно он и воплотил.
Объяснить он мне толком не мог, что хотел, а Жирнов, он все-таки более такой рок-н-ролльный человек, подхватил эту тему и влился.
Это и был окончательный выбор. Так-то по идее ты мог бы
Читать далее...