Если мы говорим и пишем о достоплачевном, это не значит, что у нас тоска внутри. И если мы смеемся и искримся остроумием, - это, может быть, просто завеса от внутренней боли и неустройства. Человек внутренний не всегда совпадает с внешним, поэтому трудно судить, плохо ему или хорошо. Я часто погружаюсь умом во мрак и делаю это сознательно, чтобы увидеть яснее внутренний свет. Киевские пещерники на всю жизнь затворялись в подземелье, отказавшись от солнечных лучей. Они это делали потому, что в их сердце и уме блистал Свет Истинный, Свет Невечерний и он был настолько ярок и сладок, что они не могли поменять его на сияние всех звезд небесных... Этот Свет до сих пор чувствуется реально, когда находишься возле гробниц...
Вот, я стараюсь жить, как запаведано в Писании, но отчего душа моя не находит покоя, страдает и мучается?
Я верю в Свет, который исцеляет и воскрешает, но почему душа моя чаще всего пребывает во тьме, уязвленная страстями и болезнями?
Я отринул богатство, чтобы идти путем праведных, но живущие рядом веселятся и пиршествуют, а в доме моем нужда и печаль...
Всей душой стараюсь помочь страдающему, но вместо благодарности слышу насмешки...
Я верю в любовь бескорыстную и жертвенную, но те, кого люблю, пользуются этим и одаривают предательством...
Сказано быть добрым и смренным, но окружающие меня злы и агрессивны, их слова как жало, а на языке их яд...
Сила Божия в немощи совершается, но сила грубая пользуется этим, чтобы отнять последнее...
Вот, изнемогает мое терпение, я убегаю в горы, там спасаюсь от стрел греха, но скоро душа моя мертвеет не только к соблазнам мира, но и к божественной мудрости..
Где же выход? Где путь, ведущий к спасению? Где ответы, не общие, касающиеся всех и вся, а только меня, моей жизни, моей души?..
Вы скажете - это ропот, нужно упражнятся в смирении и терпении. Я знаю это, как и помню Иова Многострадального, который с мужеством принимал все удары судьбы, но потом взроптал и стал вопрошать Небо...
Мне думается, каждый человек должен задавать свои вопросы, чтобы получить не пилюлю утешения, а действительно - ответ.. И он его получит. Без сомнения...
Мы живем одну непрерывную жизнь, из которой трудно выбросить и слово, но в то же время, когда оглядываешься назад, то понимаешь, что жизней на самом деле много. Свет первоначальных дней, и купол неба над вершинами гор, крик иволги в заветерье, и бормотание реки на перекатах с плесканием серебристых хариусов на закате... Все это было, или только давний сон? А белый мир больничной палаты, когда перед глазами один лишь ровный потолок, на котором мысленно рисуешь разные картины, баталии. Боль, от которой гаснет рассудок, и бесшумные шины страшной каталки, на которой навсегда увозили умерших соседей... Неужели и это случилось со мной, а не с кем-то знакомым, рассказавшим все это?.. А студенческий вдохновенный полет, перемешанный с черными загулами,спорами, разочарованиями... А бесконечная, неразделенная, мучительная любовь, которая до сих пор отдается внутри болью... Это тоже я? Как и долгие странствия по городам, заброшенным приходам, монастырям моей милой и несчастной родины? И рождение сына, и гибель брата - все в один год, - разве это не другие, чужие жизни? Нет, это все мое, все помещается в моем малом мозгу, в моем больном и некрепком сердце. Картины прошлых жизней встают перед глазами, как будто это происходит теперь, обжигают грустью и ностальгией... Но еще не все. Сколько будет впереди этих новых жизней?.. О прошлом не жалею, от настоящего не ропщу, будущего не страшусь... Все будет хорошо. Я верю...
Нет, мы не изгнанники, мы блудные дети. Взяли наследство, полученное от Отца, - таланты, ум, красоту, душевное богатство, - и пошли на страну далече, где правит бал тщеславие, зависть, алчность, превозношение,пустота - чтобы растратить там все до последнего гроша. Что нам Отец и Его наставления, зачем нам жить, как заповедал Он, когда душа просит безумства и упоения, когда жизнь дразнит нас призраком богатства, наслаждения и славы. Пей душа, веселись душа, пока молода, покуда в силах! Познай все радости телесные, всю бездну и очарование греха!.. Вот состаримся, тогда и вернемся в Отечество, на покой... Ой, ли!.. Как скоро леденящая пустота подкрадывается к нашему сердцу, как быстро пресыщается наше сердце от яств земных. Мы хотим что-то сделать доброе, но не можем, потому что растратили свои силы, погубили ума красоту. Те, кто были рядом, когда мы были сильны и щедры, теперь отшли и смеются над нами. Душа валяется в одном хлеву с грязными страстями-свиньями, и никто не даст нам хлеба, чтобы ее насытить, и воды, чтобы утолить жажду... Соберем остаток сил. Если не можем подняться, поползем в сторону, где светлеется Небо, где наше место рождения, где милосердный Отец ждет, рапростерши объятия. Стол накрыт и трапеза для нас готова. Одежды чистые и белые сшиты для нас. Путь возвращения труден, болезнен и долог... Дай, Отче сил, чтобы до Дома дойти!..
Читаешь историю религий и видишь, что подвижники и праведники, нашедшие путь на небо, познавшие истину, были нищими, смиренными странниками. Они учили, что богатство растлевает душу, а власть, как яд, убивает в человеке любовь. Но отчего же теперь, когда высоко подняты замена пророка и православные хоругви, где слова этих Странников поминаются на каждом углу, служители веры и истины с азартом, достойным лучшего применения,гордо подъезжают к своим храмам на блестящих лимузинах, строят дачи, раболепно склоняют выи перед хозяевами жизни, выпршивая пожертвования, нажитые убийством и ложью, а после этого с праведным гневом гонят вон с паперти бродяг и нищих, потому что они дурно пахнут и вообще...
Зачем все это?
Мне трудно представить в наши дни святого Иоанна Шанхайского, который, пока шел до церкви, раздавал бедным китайцам все, даже обувь, так что потом, во время поклона на литургии, из под облачения сверкали его пятки...
Мне кажется, все временно. Безумие скоро пройдет... Да, и сейчас есть, есть настоящие рабы Божии. Но их мало и они скрыты от людей... "Ей, гряди, Господи Иисусе!"...
Один мой знакомый монах как-то заметил: раньше было богословие, а теперь многословие... То же можно сказать о нашей письменности, философии, науках. Пишется и говорится очень много. Интернет открыл широчайшие возможности для любого графомана. Он может изливать потоки малосвязных мыслей и слов,- все равно найдется читатель или потребитель... Зачем? Ведь пустословие и суесловие выхолащивает душу. Попробуйте целый день жевать сухую бумагу - не станет ли вам плохо? Так же и здесь.
Если слово не рождается из самых глубин сердца, если оно не окрашено искренним переживанием или болью, если нет в нем восхищения от встречи с высотой Духа, или страха от того, что стоишь на краю бездны, иначе говоря, если это просто колебание воздуха, то лучше сомкнуть уста и дождаться, пока родится настоящее Слово. Живое...
Все-таки иногда полезно болеть!Можно на время отключиться от внешних дел, заглянуть внутрь себя и попытаться понять: все ли хорошо в твоем сердце? А там нехорошо, кошки скребут, всюду пыль и грязь, лень и расслабленность... В уме тоже все раскидано, да разбросано. Как избавиться от этого хаоса? Как душу сделать деятельной, бодрой, неунывающей? Конечно, нужно этим заниматься каждый день. Но как это сделать, когда ты каждый день тонешь в бурных волнах житейского моря? Остается одно - просить: "приди и вселися в нас, и очисти нас от всякой скверны."...
Когда был юн, начитавшись о жизни аскетов, мечтал построить хижину у подножия гор, и жить одиноко в ней - в трудах и молитве, чтобы рядом звенел прозрачный ручей, чтобы дикие звери приходили в гости и птицы пернатые брали еду с рук. Не получилось, хотя было близко... Но позже, один мудрый человек сказал мне: построй хижину внутри себя, у подножия снежных вершин человеческой и божественной мудрости, и пусть течет рядом чистый ручей твоих состояний и слов, пусть приходят на водопой твои послушные олени-чувства, и слетают с высоких ветвей твои мысли-птицы... И живи там. Тогда душа, уставшая от шума и суеты городов, от горечи и разорчарований жизни, всегда найдет убежище, тишину и покой...
Лет двадцать назад довелось мне жить при Троицкой церкви в с. Родовом, что на Псковщине, на границе с Латвией. Это бывшее родовое имение дворян Нехлюдовых, с барской усадьбой, где тогда располагался детский дом, с липовыми аллеями и парком с прудом. Был я при храме всем - чтецом, певцом, дворником, просфорником,сторожем, истопником. В свободное время иконы писал и много читал из святых отцов. Прихожане - старики, старухи, и среди них выделялся некто Петр Федорович, бывший бондарь, 95-ти лет. Отличался он тем, что ходил на каждую службу - зимой и летом, в дождь и снег, подпевал в хоре, как мог, очень интересно рассуждал о жизни. Когда мы навещали его с настоятелем на его хуторе и спрашивали "Чем занимаешься, Петр Федорович?", он отвечал, усмехнувшись -"Молюсь!". "Что же ты читаешь?" "Так, сто осьмнадцатый псалом.." (это псалом, который стихословят на отпевании). А потом хвастался, с гордостью показывал нам свой гроб, который сделал для себя - красивый, просторный, дубовый... Как-то зимой мы стали замечать, что П.Ф. приходит на службу с черным от копоти лицом. Наверное, печь растапливает, сажей вымазался...Но это было не так. От его хутора до церкви было версты три, и зимой добираться было темно. Петр Федорович брал кусок резиновой шины, привязывал ее к своему посоху, зажигал, и с этим чадащим факелом шагал в храм Божий. У меня до сих пор в глазах стоит эта картина: вьюга, снег и мгла кругом, а навстречу ветру упрямо движется маленькая фигурка с огнем на посохе... Говорят, когда он не мог уже ходить, в церковь его возил староста-сосед на тачке для угля...
Печально смотрю, как к столичным храмам на праздники подъезжают черные лимузины с мигалками. Господа жизни в окружении охранников гордо шествуют на молитву и занимают самые почетные места... Но вспоминаю Петра Федоровича, мне становится теплей... Шепчу только одну молитву: "Боже, милостив буди мне, грешному!"...
Иногда думаем, что все останется так, как есть. Поезд прибыл на конечную станцию, где с одной стороны горькая полынь, а с другой васильки небесные. Остановились... И больше не закипит по-юношески горячая кровь, не забьется сердце в предчувствии перемен, не затрепещет, волнуясь, душа. Перед нами - ровная, пыльная и бесконечная степь со сквозняками, бессмысленно гоняющими перекати-поле...
Но это не так. Жизнь человеческая - это странствие, движение, путь туда, где земля встречается с Небом. И нас ждет впереди множество перемен. Если поезд дальше не идет, поедем на верблюдах; или пешком, стирая ноги в кровь. Впереди будут бури и жажда пустыни, освежающая гроза и теплый летний дождь. Мы встретим новых друзей, и новую любовь, если старая оставила наше сердце. Будем творить вдохновенно, высекая живые слова, подбирая яркие краски...
Если грустно и скучно сейчас, внутри поселилось отчаяние, а в глазах - безнадежность,- возьмите посох, положите в суму воду и хлеб. Готовьтесь к дальней, и очень интересной дороге...
Конечно, хочется жить по своему хотению: делать то, что люблю и умею, общаться исключительно с приятными и близкими людьми, говорить и думать о светлом и высоком. А еще: уехать куда-нибудь на берег южный и морской, лучше в другую страну, где незнакомый язык и до тебя никому нет дела. Бродить в одиночестве по пустынным кипарисовым аллеям, дышать хвойным настоем, предаться в руки опытных докторов, а по вечерам неторопливо и вдумчиво выводить заветные строки. Будет ли это когда-нибудь? Вряд ли. Каждый день нужно суетиться и ездить из одного конца города в другой, встречаться с непонятными, но нужными людьми, строчить как из пулемета необходимые, но скучные тексты. Проекты, заявки, переговоры, заседания, обсуждения, сметы... Скучно, хоть и денежно. И только ночью перед тем, как забыться, можно сделать паузу, помечтать, поговорить с самим собой и с вами, друзья мои, и хотя бы чуть-чуть преодолеть земное притяжение. Не взлететь, нет, а только слегка подпрыгнуть, чтобы потом забыться до звонка будильника. И так каждый день. Я не жалуюсь. Я доволен. Я люблю насыщенную, трудную жизнь. Просто иногда человеку свойственно думать о чем-то большем...
Как сильно мы зависим от внешнего. Вот, слякоть и сумрак кончились, ударил легкий морозец, сквозь тучи пробилась голубизна неба, закружился снежный пух - и настроение резко пошло в гору, и мысли в голове зашевелились, и мир не кажется уже таким темным. Все таки душа моя - снежная и северная!.. [700x525]
Не та, что ноет снаружи, а та, что сжигает изнутри... Мы боимся ее, скрываемся от нее, страдаем и плачем. Но она, эта боль, естественна для человека, который задумывается и ищет. Скажу больше - она желанна, для тех, кто хочет родиться свыше. Где вы видели человека, приходящего в мир без боли? Или вы слышали младенца, который рождается и не кричит? Так и внутренний человек, когда прорывается в вечность - страдает... Это не значит, что наше пребывание здесь, на земле, становится бессмысленным. Многие, живущие здесь, одновременно живут и на небе. Просто жизнь преобретает другой смысл и другое качество...