Небо проливает Благодать
Синим светом звёзд весенней ночью...
Лишь душою можно понимать,
Что же в этом Мире прочно...
Только глас души правдив всегда:
Слушаешь – и разум не померкнет.
Для Любви лишь не страшны года,
Лишь Любовь Прощает, Верит, Терпит...
Очень часто ум и сердце окутывает туман усталости и равнодушия. Ничего не радует, ничего не хочется. Кажется, все, что нужно было совершить в этой жизни, уже сделал. И даже больше того. Не к чему стремиться, нечего искать. Живешь, как заведеный часовой механизм. Каждый новый день похож на предыдущий, и каждый следующий - на сегодняшний. Солнце не радует, дождь не огорчает, на улыбку ближнего отвечаешь формальным оскалом, на беду окружающих смотришь отрешенно, на успехи друзей - пустыми глазами. Ничего не страшно, ничего не больно - будто мертв... И тогда душа, если она жива, бунтует и противится. Она ищет грозы, она жаждет разрухи, она окунается с головою в беду и скорбь. Только не сон, только не тишина, не пустота, не безразличие! Конечно, лучше пост и молитва, но иногда и эти два крыла не выручают. Вместо плача души к небу - вычитка привычных правил, вместо обуздания помыслов - приятная диета с элементами гурманства. Страшно, когда от веры остается одна оболочка обряда, грустно, когда от любви остаются привычные действия и фразы. Уж лучше буря и огонь, лучше боль и крик. Не можешь ровно гореть, как свеча, - вспыхни ярко и навсегда погасни, только не будь застывшим стеариновым огарком. Так бунтует душа, пытаясь вырваться из ядовитых объятий сна и равнодушия. Хоть и помнит всегда ниспадающий с Неба живительный и тихий свет...
Огонь внутри нас может вспыхнуть от одной мысли, от единственного взгляда. Еще вчера была тьма и печаль, а сегодня затеплилось пламя надежды, зажглись радость и вдохновение. Нам кажется, что теперь будет так всегда, что никаким житейским ветрам на угасить это состояние. Но это не так. Есть какой-то древний закон жизни, по которому человеку суждено пройти множество испытаний на земле. Иначе не окрепнет душа, не явится в ней сила, способная преодолеть не только повседненвные неприятности, но и само время, и даже смерть. Ни в одном ремесле не может человек подняться на более высокую ступень мастерства, если не преодолеет трудности предыдущей ступени. Так и в жизни. Человеку дается пережить боль, оставленность, лютую тоску, предательство и много чего дурного не только потому, что мир жесток и судьба несправедлива, но и потому, что мы призваны стать совершенными, подобными Богу. Побеждая мрак в себе, укрощая соблазны, мы нучаемся господствовать над собственными страстями, которые разъедают и растаскивают наше внутренее существо, повергают его во мрак и уныние. Тем самым мы возвращаем угасший свет и утраченную радость. Ненадолго, правда. Впереди еще много печалей, разочарований и бед. Это не должно страшить истинного воина света. Ведь он точно знает смысл и цель своего пути. А еще он всегда чувствует помощь и руку Неба...
[458x600] "Не позволяй душе лениться" Заболоцкий
Не позволяй душе лениться!
Чтоб в ступе воду не толочь,
Душа обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь!
Гони ее от дома к дому,
Тащи с этапа на этап,
По пустырю, по бурелому,
Через сугроб, через ухаб!
Не разрешай ей спать в постели
При свете утренней звезды,
Держи лентяйку в черном теле
И не снимай с нее узды!
Коль дать ей вздумаешь поблажку,
Освобождая от работ,
Она последнюю рубашку
С тебя без жалости сорвет.
А ты хватай ее за плечи,
Учи и мучай дотемна,
Чтоб жить с тобой по-человечьи
Училась заново она.
Она рабыня и царица,
Она работница и дочь,
Она обязана трудиться
И день и ночь, и день и ночь!
Можно улыбаться, когда на сердце тяжело. Можно шутить весело и легко, когда внутренность скована железными путами и когда не хочется видеть белый свет. Можно прослыть учителем и мудрецом, играя словами и заповедями, не утруждая себя исполнением этих заповедей. Можно много. Только нельзя изобразить любовь, когда ее в помине нет. Глаза выдадут, и голос, и поступки. Нельзя обмануть себя, потому что все чувства и мысли у тебя на ладони. Мы сами не в силах исправить свое сердце и свой ум. Слишком много в них мусора и мешанины, а воля наша парализована грехом. Мы можем только просить у Творца: дай мне дух целомудрия, смирения и любви!- просить и ждать, когда капля с Неба упадет на нашу душу. Сколько продлится это наше ожидание - не знает никто. Может быть, остаток жизни. Что ж, подождем. Другого-то пути нет...
Мой духовник, отец Василий Ермаков как-то сказал: "Всегда держи сердце и ум ближе к Богу, тогда будешь меньше грешить и меньше унывать". Сегодня 40 дней, как он покинул землю.
Было время, я почти жил в поездах. Долго не мог сидеть на одном месте, неудержимо тянуло в путь. Наверное, это судьба. Дело в том, что когда я появился на свет, родители переехали на другое место, и у меня не оказалось ни люльки, ни кроватки. Я два месяца спал в добротном, фанерном чемодане, обтянутом кожей. А потом мимо нас тянули железнодорожную ветку. Чуть позже, в один и тот же час, на закате, когда пламенеющее саянское небо отражалось в течении реки, разбиваясь на мелкие осколки, по тому берегу, мерно постукивая, шел поссажирский поезд. Желтели окна. В них сидели люди. Они ехали в неизведанную, сказочную страну, которая, должно быть, начиналась за дальним перевалом. Мне очень хотелось уехать туда, и я уехал на следующий день после выпускного. Навсегда. Сказочной страны я не нашел, но продолжал искать ее. Вся великая страна с ее тягучими реками, горными хребтами, северными и южными морями, с такими разными людьми от Владивостока и до Таллина, от Самарканда и до Норильска навсегда запечатлелась в моем сердце. Ночевал на каких-то вокзалах и полустанках, питался малосъедобным вокзальным снадобьем, знакомился, влюблялся, спорил. Зачем?.. Потом были отдаленные от всех дорог приходы, до которых десять верст пешком по лесу, столичные храмы и монастыри; теперь вот росписи, съемки... Нет остановки в этом пути... Я пока не обрел свою удивительную страну, но мне кажется, я нашел дорогу. По ней не всегда легко идти, иногда очень тяжко. Порой силы оставляют совсем. Все, не пойду дальше! Умру, но не пойду!.. Но невидимый мой попутчик находит верные слова. Я встаю и продолжаю свое путешествие, не зная: долго ли еще идти?..
Бывают дни, когда внутри поселяется неукротимый и мрачный дух. Тогда все кажется темным, пустым, бессмысленным. Необъяснимая волна раздражения, обиды на всех и на вся поднимается до самого горла, выплескивается на окружающих, а самое главное, разрушает твой тонкий и хрупкий внутренний мир. Ты не можешь понять, откуда это пришло и как с ним совладать. Пытаешься обвинить судьбу, которая к тебе немилосердна, или людей, которые злы и несправедливы, самого себя - за слабость воли и бессилие души. Не торопись это делать. Духи злобы поднебесной существуют реально и независимо от тебя. Они сильнее, древнее и мудрее тебя, и приходят из преисподней, чтобы уловить каждого живущего на земле в свои сети. У них одна задача - погасить свет, который в человеке, потому что они питаются от тьмы и крепнут от нее. Они ждут, чтобы ты взроптал и выплеснул зло. Но ты не поддавайся им. Как бы ни было трудно и больно, служи и поклоняйся свету. Вспомни все доброе, что было в твоей жизни, обрати взгляд свой на окружающую красоту Божьего мира, вспомни светлых, любящих и чистых людей, которые встретились на твоем пути. Пойди к ним, если они рядом, и излей душу. Но и конечно, душой и мыслью припади к пречистому лику Светодавца Христа, вкуси от моря небесной любви и милосердия, Его животворящего света. Дух мрачный, заскулив, как трусливый пес, вернется в свои темные бездны, и долго не посмеет прикасаться к тебе... Любви и света вам, мужества и надежды!..
Вся беда в том, что мы не умеем терпеть. Нам плохо и больно сейчас и, кажется, небо свернулось в свиток, свет жизни померк, все ближние отвернулись, наступил конец всему. Нам не хватает или опыта, или хотя бы капельки прозорливости, чтобы заглянуть за краешек своего страдания. Есть закон: боль, если она сильна, то закончится скоро; а если длится долго, то ее можно терпеть. Завтра весенними лучами тебе улыбнется новый день, а незнакомый прохожий скажет доброе слово. Или ты найдешь клад, или вдруг откроется в тебе какой-нибудь новый дар и ты, увлеченный и вдохновленный, забудешь о том, что было вчера. Люди мудрые говорят: человек, вкусив вечного блаженства, не вспомнит о бедах своего земного бытия, потому что радость и свет Неба будут так ярки и сильны, что покроют все остальное словно волною морскою. И еще: счастлив не тот, кто избежал горя и беды, а кто умеет быстро забывать свои неприятности и несчастья... Забудь, и иди дальше!
День прошел, его уж нет. Что толку сожалеть о том, чего не сделал? Не написал нужной строки, не сделал точный мазок, упустил родившуюся яркую мысль; не сказал близким теплые и светлые слова. Змея сожаления прошелестела холодной лентой вокруг сердца и улеглась поодаль, до следующего дня. Если бы мы сложили все хорошее, чего не успеваем сделать в своей жизни, то получилась бы башня до самых небес, а из того, что совершаем доброго - маленькая кучка пепла. Эта мысль не дает мне покоя: мы - кладбище прекрасных и несбывшихся надежд. Мы думаем, что жизнь долгая, что еще успеем, вернемся, осуществим. Сегодня плохо спал, помешала болезнь, настроение было не ахти. А вот завтра, позже, потом... Откуда нам знать: наступит ли завтра, и принесет ли оно больше здоровья, света, собранности? Я довольно долго живу на этой земле, и вынужден с сожалением признать, что человек с каждым днем становится слабее. Уже и память не так остра, и сердце не так отзывчиво, как прежде. Все, что откладывал на завтра, осталось нерожденным навсегда, а то малое, что успел, потянется за мною в вечность. Конечно, нам не грех мечтать, строить воздушные замки с башнями из чистейшего хрусталя. Но все же глиняный горшок, который ты сегодня сделал своими руками, пусть он кривой и неказистый, - ценнее этих призрачных замков, потому что ты собрался и смог. Тепло твоих рук придало бездушной глине форму, и вернулось троекратно к тебе, чтобы отразиться на всем окружающем мире. "Вера без дел мертва". Жизнь мертва без любви. Любовь мертва без творчества и тепла. С новорожденным днем! Пусть не касается сердец ваших дух сожаления о несовершенном...
Шаг за зеркало – там сон и пустота,
300 лет без шансов на свободу...
Только шаг один – всё как тогда,
Только шаг – и нету кислорода...
Сводят мысли белую метель
На края сознания, всё меркнет...
Только шаг и я одна теперь...
Только шаг – и всё, любовь ослепнет.
Мне будет страшно потерять тебя.
Не потому, что я к тебе привыкла,
Не потому, что я боюсь огня,
А потому, что есть у сердца циклы...
Мне страшно то число: один и семь.
Я никогда его не проходила...
Ведь ты уйдёшь когда-то насовсем.
Ты сам уйдёшь, ведь я не уходила.
Ты говоришь со мною и не лжёшь,
И я к тебе душою потянулась...
Мне будет страшно, если ты уйдёшь,
Мне страшно будет знать, что боль вернулась...
Господи ! Ты един ведаешь мрак помыслов моих и грех произволений. Даждь мне рабу твоему ясность мысли всю жизнь восприять уроки твои каждый миг мне от тебя приносимые встречными посланниками Твоими. Даждь мне разум восприять и силы принять их не замутнив произволением своим. Укрепи и очисти душу мою многими грехами напоенную, прегради сердцу лукавому, укрепи волю дебелую ни на что кромя окаянства не подъёмную. Внемли мольбе моей от крайней черты возносимой, не остави мене зверю алчешему пожрати мя. Поступи со мной по милосердию твоему , а не по окаянству моему. Помилуй мя Святый Боже.
Один богомолец сказал старцу:"Ты знаешь, отче, я Бога ищу". На что получил ответ: "Это Он тебя ищет, а ты прячешься". Так со времени грехопадения. Нарушил Адам заповедь Создателя и, когда услышал голос Его, ходящего по Едемскому саду, спрятался в кустах, потому что совесть, омраченная грехом, боится света. Человек врет, изворачивается, лукавит, придумывает себе оправдания, винит окружающих и весь мир, но только не себя, в том, что живет плохо, не по-божески, не по-людски. Рожденный выше ангелов, призванный к царственному благородству, человек напяливает на себя шутовские, нелепые наряды; корчит рожицы, как обезъяна в зверинце, знает только животные вожделения, а все, что свыше в себе и в других - высмеивает, попирает, убивает, утверждает, что этого нет вовсе. Наученный дервней змеиной мудростью, человек лукавый знает: чтобы душа не болела, ее нужно убить; чтобы свет не резал глаза, нужно его погасить; чтобы тихий голос, зовущий из рая через толщу веков: "Где ты, Адам?.."- не обличал совесть, нужно крикнуть согласно с другими богоборцами:" Распни Его!", а потом спокойно идти в свою хижину, не сознавая, что ты уже мертв... Но и тогда, когда твоя жалкая и ветхая оболочка испустит последний вздох на этой земле, и высокое небо закроется перед твоими глазами,- твоя почерневшая и обугленная душа предстанет перед милосердным Творцом и услышит снова тихий вопрос: "Где ты?"... Тогда не будет кустов, чтобы спрятаться, и не будет оправданий, чтобы омыться. Восплачет душа и пойдет от Света прочь. Туда где слезы и стон, где тьма кромешная и пожигающий совесть огонь... Все это здесь уже предчувствуем. И муку вечную, и радость бесконечную... "Придет кротость на на нас, и накажемся"...