из повесток вечной чудесной рубрики "миллион вещей, которыми я не занимаюсь", судя по свежему музыкальному списку из альбома "для путешествий" (особенного наивно заполняемого в сентябре), где-то внутри себя я планирую поджаристый трип по высохшим дорогам аризоны.
ПАЦАНЫ Я СЕГОДНЯ ШЁЛ КОРОЧЕ ПО УЛИЦЕ И УВИДЕЛ ВИЗАНТИЙЦА НУ Я ПОДСКОЧИЛ И РЕЗКО ПЕРЕЕБАЛ ЕМУ В ЩИ С ВЕРТУШКИ И ПОЯСНИЛ КРИКОМ «НЕ ЛЮБЛЮ ВИЗАНТИЙСКОЕ ПРОИЗНОШЕНИЕ» ПОТОМУ ЧТО Я УГОРЕЛ ПО ДРЕВНЕГРЕЧЕСКОМУ ПАЦАНЫ ДУХ СТАРОЙ ШКОЛЫ ЖИВЁТ ТОЛЬКО В ИЛИАДЕ ГДЕ ПАЦАНЫ ЖИВУТ ЭНЕРГИЕЙ, МОЛОДОСТЬЮ И ПРОИЗНОСЯТ БЕТУ КАК Б!!! ТОЛЬКО ИЛИАДА!!! ИЛИАДА УЛЬТРАХАРДКОР!!! пацаны ебашьте византийцев и всех кто читает β как "в" любите свою семью, пацанов и античность! ГОВОРИТЕ ОТКРЫТО И СМЕЛО ПРЯМО В ЛИЦО!
в аду для перфекционистов
нету ни серы ни огня
а лишь слегка несимметрично
стоят щербатые котлы
каждое выжатое начало осени имеет характер ватной беспомощности: без исключения все бумажные (и, дай, Боже, словесные) идеи должны непременно проходить некий образный "ценз одобрения" у пары конкретных человек, а в случае затишья происходит как на тех милых картинках с мальчиками и надписями "неудачно получился на фото - впал в депрессию": маленькие трагедии в стихах и кружках с заваренным барбарисом.
соль с перцем августа - бесконечные перематывания "тельмы и луизы" и нытьё над ухом сестры за конвеером кофейных вёдер.
всё что хочется делать хочется делать сидя
что не хочется делать - лёжа
ты это помнишь всей изопревшей кожей
ты просыпаешься неотдохнувший взмокший
и целый день гонят одно и то же
только опять чего-нибудь не хватает
фокуса на прохожих
чувства что ты всесилен
льда что на лбу растает
далее: все звонят и хотят чего-то
люди тебе звонят обличают лечат
люди которым явно дышится легче
а ты сидишь запыленным сухим атлантом
и хочешь только стаканчик из автомата
с газом и без сиропа
скоро зарплата
и все это давит давит как оно давит
попеременно расстраивает и бесит
и ты забываешь зачем тебе это дали
и где была кнопка еxit
завтра суббота
чего захотеть в субботу?
если не спать лежа не есть сидя
разве что сделать что-нибудь для кого-то
просто а не потому что тебя просили
что-нибудь для кого-то с кем ты не связан
или не должен не призван и не обязан
может тогда и вспомнишь что сам всесилен
где-то между чисткой ковра и походом по магазинам
солнце терзает спину, потом стихает
в небе цветет лиловыми петухами
день будет ветреным но до чего красиво
смотришь как все это движется полыхает
думаешь все-таки жизнь она неплохая
правда же неплохая
а если ты думал другое о ней с утра
ты был неправ
он открыл окно. я вышел, ты вышел, мы вышли. (с) упражнение на перевод
изо всех сил не хочется, чтобы заканчивался этот август.
мама возвращается из вильнюса с загорелыми плечами и вечерними чаепитными историями о том, как в дороге её плацкартный сосед - страшного вида огромный, хотя и вежливый, мужчина, который "ничего не ел и всё время косил лиловым глазом" - кладёт свои вещи рядом с маминой подушкой, мама засыпает на его пакете, а на таможне при чёсе обнаруживается, что в пакете спрятаны два острых кривых ножа и большая бутыль с анашой.
у тех, кем мы аккуратно и тайком восхищаемся, родинки на руке образуют большую медведицу, мы пьем как в последние дни перед армагеддоном, находим в планетарии маленький метеоритный камешек ХОНДРИТ в пугающем стеклянном стенде, долго смеёмся и называем его своим излюбленным депрессивным талисманом, в миллионный раз упиваемся старыми шутками и свергаем, кажется, все препятствия. среди уже никуда не помещающихся книг, сложенных стопкой в углу, я теряю из виду красенький двухтомник о высоцком с заложенными в него скопленными на новый фотоаппарат, утро напролёт кричу во всю комнату смакующей первую сигарету маме "Где Володя?!", а потом мы едим крыжовник из ведра. осени очень страшно и, кажется, спастись можно только начав вязать огромный рыжий шарф, допив балийский кофе, чуть успокоив внутренний драйв и не переставая сильно скучать по.
***
жаль неподвластных мне маленьких каррикатурных картиночек вроде "я болею и еда приходит ко мне сама", "я похищаю м. на другую планету" или "я пририсовываю к часам новые цифры"
ты прямо с постели к пастели
а я к бутерброду ползу
когда-нибудь я напишу книгу "Разговоры с моей сестрой"
* я сразу вспомнила дрезденские магнолии и представила их как аномальную сирень.
* когда мужчина покупает мне книги - это всё. очень толстые книги. я, мужчина и книжный магазин.
* после некоторых разговоров во рту привкус металла. такой вкус, мне кажется, ощутишь, если лизнуть качельку.
* мне надо что-то совсем-совсем лёгкое, понимаешь: наши любимые истории про любовь в американском колледже..
* Ладоши Лодочника Ловили Лёгкий Лепет Ласки. Лиссабон.
* но ведь то, что он всё это знает, не может помешать ему полюбить твои ступни, кормить тебя, пить хорошее вино?
* дёрнулась на три эсэмэски: ситиарлет бэлэнсиз, на-вашем-счету-нихуя-нет и купи хлеб.
* суперсамурай и архитектордетка. я как все, чо. (с)
* если он будет звать тебя на край света, не ходи. мы туда уже ходили. потоптались и ушли.
* смехуёчки да пиздохаханьки. пойду куплю пончиков на последние деньги.
* обещай, что ты позвонишь мне в тот момент, когда я буду без денег в берлине сидеть на ступеньках на площади александрплатц, пить дешёвое вино из горла и слушать портишед в наушниках. обещай.
* у неё, видите-ли, буддизм!
* копчёРная рыба.
* там в дырочку вставлена трубочка, сделанная из бумаги, внутри трубочки уже лента продета, а на трубочку по краям еще намотаны тонюсенькие полоски бумаги, чтобы получилась катушка по форме - ибо трубочка же вываливается из дырочки в бумаге. смотри какой богатый словарный запас! требочка, дырочка, катушка.. это стоило пяти лет обучения на архитектуре.
и основные заветы жизни:
* построй причал и жди кого-нибудь у бара - это тоже деньги.
* с кем поведешься, от того семь раз отрежь.
* если ходишь - ходи тихо. аминь.
"медвежий поцелуй" и "сёстры" бодрова, "дом солнца" сукачёва, "гуд бай ленин" с хаматовой, "асса" соловьёва, эта и ещё одна песня. в августе все возвращаются домой.