ничего ничего не значит (с)
хороший повод завести водяную лилию в грудной клетке как у хлои или госпожи из [волшебной горы]
кто-то пролил красную гуашь на внутренней стороне внешнего века. почти млечный путь - молоко с земляникой. это и есть белый свет. знакомьтесь.
говори со мной о своей навсикае, уюте, поставленном под удар,
говори о том, как румата эсторский воюет за киру и арканар,
говори, как в макондо идут дожди, оседая водой в руках,
как стирается с тыльной верёвка слов, прописанных на загар,
как послушно ложится полоской свет из открытой стальным ключом,
о степи, о песке, о снеге - ну правда, мне всё равно, о чём.
*
на тридцатое я всё ещё верю в острые сигареты и в то, что садиться на угол - дурная примета, что циферблат из пластмассы в дешёвых серьгах ведёт счёт личному времени и в то, что завтра ночью автобус всё таки придёт.
[в моей голове между явью и снами мог бы жить растафари с голубыми глазами] (с) слушайте [встреча_рыбы] тоже
слово пионера: перед стуком колёс я сплюну трижды через левое плечо недовязанной бахромой тепла, Стороной От, целым новым заветом - харе кришна тебе, харе рама, прикрою улыбку ладонью как зимний зевок - вот видишь - я умею стачивать грифели и не сводить линию бровей. я сплюну и, слово пионера, я смолчу.
Это цитата сообщения Mu4a4os Оригинальное сообщение
выйдете на улицу.
познакомьтесь с первым попавшимся прохожим.
пригласите его домой.
показывайте ему семейный альбом и поите чаем.
а потом скажите: "вы знаете, сначала я приглашала вас домой, чтобы трахнуть. но вы тааакой душевный"
горят города голубым пламенем
Это цитата сообщения Крис_Аивер Оригинальное сообщение
мы - прокуренные парадные и передние,
в нас на каждого тыщи по две незнакомых лиц.
не пугай меня сплетнями: мы родились столетними
и останемся летним жасмином среди страниц.
тебе в посвящение так воспаленно пишется..
и - представь - я пишу. а потом мне свободно дышится.
за все декабри
и когда, как в давнишнем синематографе, я приподнимаю на груди слева чешую как тот дракон, и ты дотрагиваешься - прижигаешь, узнаёшь, тащишь из прежнего болота, вот тогда я говорю тебе о своём слоновьем сердце, о врубелевском одиночестве, я говорю о том, как через десять я стою где-то посреди пустыни в касабланке, фесе, марракеше, в вишнёвом свободном чём-то с колпаком и песчинками между пальцев ног, стою где-то возле самого входа в бирюзовую вот мечеть в самарканде с заплатанной льняной сумкой наперевес и первыми морщинками, я, наконец, знаю все созвездия с карты, висящей в изголовье. я говорю о том, как через пятнадцать я больше не расчёсываюсь от колючей шерсти как от колючего cold_morning, а выхожу с той самой дедушкиной медной, от которой идёт чайный пар, я вполне уже сносно играю на губной гармонике и не болею нутром от мыслей о севере и бесконечности чёрных деревьев на сером небе. я говорю о том, как через двадцать я спокойна, овладела пинхолом и не выдаю имена друзей, как список погибших кораблей. и если бы вроде беды случилось солёное море, я бросилась бы спасать фотокарточки. и я говорю тебе, как через тридцать я больше за них не держусь.
поговорим.
здесь за всех вчерашних встаю и говорю, за позавчерашних - пою, снимаю с передней стены молочной присохшей пенкой фотографическую плёнку. кутузовский ли пешеходный проспект на морозе, фетровые ли [митци дюпри], снег здесь впечатывается в междурукавье как тавро ночными возвращениями под [late night alumni], ноющими от покорных каблуков ступнями, первобытным страхом перед книжными вот зимними поэтами - [здраствуйте, дмитрий, так дымно здесь, и свет, и свет такой невыносимый]. я здесь за всех вчерашних встаю и говорю, охлопываю пустые свои карманы. научите меня, пожалуста, сделать коробку с прахом моих мужей. извините меня, пожалуста, извините. от брошенных женщин пахнет умершими цветами. мы все здесь очень устали. читайте маркеса, слушайте [moremoney] и, пожалуста, извините.
Это цитата сообщения koloson Оригинальное сообщение
я скучал как мамонт,
не вмёрзший в лёд.
мир впечатан в память.
и тем, кто ждёт
никогда не легче
и не быстрей
в ледниковой речи
буравить дверь.
я скучал, как выстрел
в тугой реке.
я скучал, как угол
в строю прямых.
я стоял и звякал
крючком в ребре.
я скучал как рак
на глухой горе.