Маркеры богатства и бедности иной раз меняются местами. Если вам удалось осилить в школе эпохальный труд Николая Гавриловича Чернышевского «Что делать?», то вы, вероятно, помните страдания юной Веры Павловны, а точнее её маменьки. Верочка была худенькой и смуглой, то есть, по мнению общества - безобразной, непригодной для выгодного, удачного замужества. Бог с нею, с красотой, но смуглость, загар в те времена считывались, как принадлежность к низшим слоям населения, а забракованная Вера Павловна, с точки зрения толпы, не могла претендовать на звание подлинно аристократической девы. Костлявость тоже не добавляла ей баллов.

Сравним 2010-е и 1910-е.
Загорелая, большеротая, мускулисто-костлявая модель Natalie Roser и - белокожая, плавная дама в рекламе отбеливающего крема.
Следовало быть холёной — тонкой или же пухлой. Нежной. Испокон веков сибаритки из знатных и богатых семей скрывали нежные личики от Солнца, дабы не изуродовать свою иссиня-бледную (а на картинах - бледнорозово-молочно-свежую) красу. Румянец - не просто безобразно, но не-при-лич-но. Низкий жанр. «Лилию оскорбляющее полнокровье граната», - как писал Игорь Северянин. Худая, загорелая женщина — это существо, плохо питающееся и целыми днями пашущее под открытым небом.
Далее - тут. https://zina-korzina.livejournal.com/1664483.html