в общем, есть такие люди, которые светят.
Я кричу ей о боли. Ей кажется, я толкую о разочаровании. И обе мы получили по заслугам. Каждая пощёчина отпечаталась алым рубцом на щеке и комком грязи в душе. Они использовали нас, моральное насилие стало для нас хлебом и солью. И деньги сыпались дождём, и алкоголь лился рекой, только не в наши глотки. Мне нечем дышать в этом городе. Она ходит босиком по разбитым бутылкам. Я зализываю её раны вечерами, она - перекрывает мне доступ кислорода. Я должна ненавидеть весь мир, но сейчас у меня нет другого выбора. Они - толпа зевак, швыряющая в нас обрывки презрения. И по небу катится кусок сыра, похожий на луну, а из-за блочно-кирпичных лесов слышны крики отчаявшихся оборотней. Они приходят в полнолуние и мешают нам спать. А за окном прошел проливной дождь и в комнате пахнет мокрым асфальтом и горячим молоком. Я пытаюсь спать ночами и ставить на паузу подсознание. Она приходит ко мне ночью и нажимает клавишу play. Под утро я просыпаюсь в холодном поту, ощущая на теле новый ноющий рубец.
Её разорвала на куски стая волков. Меня - волк-одиночка.
- пойду покурю, - написала я.
- хорошо, - ответил он через два часа.
и тогда я пошла курить.