Дороги, которые нас выбирают.


Самое главное – не проспали! Даже пораньше выползли из дома, чтоб на первую электричку успеть. И не только не опоздали, но и успели. А это – главное!


Утренняя прохлада бодрила нереально. Помимо двух бодряков с рюкзаками, на остановке ёжились ещё несколько любителей утренней зари. «Романтичный народ, эти заводчане»,- подумал Женька, а вслух спросил: « Во сколько первый автобус?»
-Скоро уж подойдёт, я в витрину всегда гляжу, там поворот отражается, и видно как автобус подъезжает, смотрите,- неожиданно дружелюбно отозвался мужик в клеточку. Не дожидаясь следующего вопроса, он вкратце изложил незапоминающуюся историю своей незаметной жизни и мечте своего сына о Мексике.

Август был. И был новый рюкзак, палатка и двухкомнатный спальник, подарок бабушки нам "на счастье". И три счастливых дня было у меня...Я буду писать про наше маленькое волшебное таинственное путешествие. Наверное получится смешно...Но был же август и Черное Плёсо, наверняка, тоже было. И до сих пор лежат под корягой, припрятанные мной, красивые камушки, которые хотела взять на обратном пути, да забыла...

Август. Новая палатка, рюкзак и двухместный спальник. Подарок бабушки нам "на счастье". Я буду писать об этом историю. Наверное, получится смешно, и это путешествие мы никогда не забудем, потомы что были счастливы всю дорогу. И было ж лето...и больше ж никого не было...и не надо было ж никого...

Первым снегом не заляпать
Грязь нутра:
Кисель и слякоть.
Не зима,
А так,..заминка,
В руце- тающая льдинка
Не успел, не смог, растаял,
Перестал, устал- заставил
Тлеть углями
Дымный чернозём,
Грудью, головой, руками
Крышу распростёр:
«Нет, не надо припудривать раны-
Рано!
Нет, не надо живьём хоронить-
Дай остыть!
Не набегалось, не надышалось;
Знаю, знаю
Как мало осталось!
Не изведалась вся прыть…
Не исхожено босиком
Чёрное Плёсо
Грёзно.
Я ж смирился, готов плыть
Лёжа в челноке
По Величественной Реке…
Подожди, дай наглядеться,
Напоследок, на небо:
Не выплакались дожди,
Не омыли землю; не допели за упокой
Птицы.
Не догорели кострища лесов
Погребальных,
Не растворились туманы
Запоздалых слов,
Не все заперлись на засов
Лица.
Так, не спеши,
Мне некуда деться.
Слиться с тобой не готов.
Вдох…вдох…
Я не цепляюсь за жизнь, пойми:
Сам себе вырыл ров
Поймы реки.
Поздно.
Першит твой пепел лишь
Горло
Жаром моих обойм
Растраченных
Даром.
Дай мне проститься.

Один из...



[352x288]

В колонках играет - Стренджерс ин зе найт

- 4 –

Он вспомнил, что уже пятый год, как поступил на обучение к старому усатому Хохлу. Обучался грамоте, черной и белой магии, стихосложению, изящным искусствам и верховой езде. Он вспомнил своего верного друга с прекрасными глазами цвета лондонского тумана. Он вспомнил медведя-оборотня Констанцию, как ласково его наывали Костиком Медведевым, а тот улыбался в ответ и рычал.
Но, главное, он вспомнил, как попал в это странное место. Присев с дороги на крыльце Москальского Университета имени Тихого Дону, он уснул, бредил во сне и был принят без экзаменов. Шли годы, Поэт окреп в словах. Он давно превзошел своего Наставника, которого Хитрый Хохол специально выписал из Древнего Рима, В’Италия Федорыча в искусстве психического давления на женщин и детей. Но не покидал заведение, пока искал ту самую Прекрасную Девушку с золотыми волосами. Никакие уговоры на него не действовали, никаких угроз он не боялся. Тогда его просто выставили за ворота с «Дипломой» в руках.


- 5 –
По дороге с облаками очень нравится, когда мы возвращаемся назад. Жители долины долго готовились к возвращению Учителя. Они даже красный день календаря придумали: Тридцать Второе Мая - день Великого Возвращения! Издали он увидел красные дирижабли и гигантских змеев с надписью «УРА» и «НАКОНЕЦ-ТО». Разжав пальцы, он отпустил в небо свой воздушный шарик, последнее напоминание о прошлом, и летящей походкой вышел из мая прямо в Долину.
Она стояла необутая на крыльце школы и нервно заплетала в косу свои золотые волосы, ужасно волнуясь перед приездом Молодого Учителя, о котором только и говорили вокруг, многозначительно улыбаясь (она – Молодая Учительница, он – Молодой Учитель, так чего же зря время терять?), когда скрипнула калитка и старый свин, временно исполняющий обязанности овчарки на время декретного отпуска, гнусаво залаял.
Робко подняв длинные ресницы, она взглянула Учителю в глаза…


КОНЕЦ

[600x413]

- 3 -
Он впервые покидал Долину с грустью. Петь не хотелось. Есть тоже. Дорога была длинной, кривой, как и всё в Долине. Он шел налегке, развлекая себя тем, что считал барашков, прыгающих через длинные кривые заборчики. Проснувшись, понял, что уже на месте. Город встретил Учителя запахом горелой листвы, кошачьей вонью подъездов городских окраин и воем сирены, проезжавшей мимо машины «скорой помощи». «Наверное, кто-то заболел ужасной страшной болезнью», подумал он, но вслух произнес неприличное слово и двинулся вглубь города. Была осень. Хотелось борща и тепла.
Он явился в этот город. Именно в этот, а не в какой-то там другой. Потому, что этот город свил гнездо себе на высокой горе, как птица-орёл. Птица-орёл, хорошая птица, гордая и смелая. Он явился в этот город. Именно в этот, а не в какой-то там другой, чтобы стать таким, как эта гордая, смелая птица-орёл. Здесь должно быть Место Силы. И он должен его найти, и стать сильным, гордым и красивым, как Птица Орёл.
Он бродил по городу несколько дождливых дней подряд. Он устал безумно. Он знал, что в его Долине всегда светит солнце и весело, и бабки... Слёзы подкатили,… здесь дождь и грустно. И никто не отвечает на его приветствия, не здоровается, не спрашивает как дела и не хочет обсудить Надвигающийся Атмосферный Фронт. Никто не смотрит в глаза. Но, главное, он так и не нашел Места Силы. Ненасытный Город безжалостно пожирал его силушку, ничего не отдавая взамен. Измученный, голодный и злой, он, наконец, уснул в одном из длинных узких коридоров какого-то странного дома.

И был ему такой сон.
Солнце светило, как никогда, заливая светом огромный белый зал. Посередине белоснежный рояль. И девушка с золотыми волосами в прозрачной белой тунике, звонко смеясь, играет удивительной красоты мелодию. «Что ты играешь? Это «Yesterday»? Что же это за песня? Почему ты смеёшься?» Девушка подбежала к нему, и, едва коснувшись своими золотыми волосами его золотых волос, шепнула на ушко: «Это же твоя Новая Песня, милый, разве не узнаёшь? Может быть, ты и меня не узнаёшь?», и, с улыбкой выпорхнула из комнаты, как голубь из форточки. Он оглядел комнату ещё раз. Она уже не была такой огромной, скорее узкой и длинной. И люди, толкая друг друга, спешили куда-то, разговаривали на ходу, смеялись, все незнакомые, но вроде свои…Обращались к нему по имени, что-то спрашивали, он что-то отвечал…Человек с неровной пятнистой бородой…шутит и сам же смеется…а зубов-то мало…жаль его…Девушки, много девушек, все красивые. Ищет глазами ту самую, с золотыми волосами, но её нет среди них. Все собрались в ожидании особо важного человека, и вот, он появился…ничего особенного, серебрятся усы, белоснежная улыбка, идеальная прическа. Улыбается каждому, и для каждого: «Ласкаво Просимо!» Поневоле начинаешь улыбаться ему в ответ... «Что за хрень! Никогда я не улыбаюсь, особенно мужикам с усами», подумал Поэт и расплылся в идиотской улыбке…


-Шурик! Шурик! Проснись,- парень, сидевший рядом, больно тыкал в бок остро заточенным карандашом 8H одной рукой, а другой снимал с мольберта свой законченный рисунок и прихрамывая (одна его нога была явно короче), заковылял показать свой явно шедевр уже не молодому, бородатому человеку с хитрым прищуром пары удивлённо раскрытых юных глаз. «Ах, Констананция, подите прочь!»,-почему-то воскликнул он. «Куда опять занесли меня мои фантазии?», -подумал Шурик и огляделся вокруг. «Шурик? Откуда у меня это странное имя? И куда подевался, интересно знать, мой воздушный шарик?»
Но ситуация оказалась намного серьёзней. Это была реальность. Он сидел за деревянным мольбертом на деревянном стуле и рисовал деревянным карандашом НАСТОЯЩУЮ ОБНАЖЕННУЮ ЖЕНЩИНУ. Сам. Он раньше рисовал только свои воспоминания о встречах с демонами, птицами, буквами,…а теперь боялся поднять глаза,…неужели сейчас все увидят, что он нарисовал вместо натюрморта из геометрических деревянных предметов?! Кто-то одобрительно похлопал его по плечу. Рядом стоял прекрасный юноша и понимающим взглядом смотрел на его рисунок. Его серо-зеленые глаза, обрамленные длинными черными ресницами, излучали мягкий таинственный свет, и показались ему очень знакомыми.
-Я Вас знаю?- робко спросил наш герой.
-Очнись, Шурик, куда опять тебя занесли твои фантазии? И откуда здесь этот воздушный шарик?
-А что это вы здесь делаете?- голос медведя со странным именем Констанция, прозвучал, как гром среди ясного неба. Криво улыбаясь, он прицелился карандашом в шарик, и… ударной волной всю компанию отбросило в самые дальние уголки Шурикиного подсознания.
Он вспомнил всё.
[228x133]

Утро Молодости. Продолжение.

В состоянии влюбленности Молодой Поэт может свернуть горы, повернуть вспять реки, убить дракона и догнать двух зайцев! Но, в Долине нет ни гор, ни рек, ни драконов. Был заяц. Один. И тот ушел за дальний кордон от греха подальше. Куда, спрашивается, применить все душевные порывы, разрывающие нашего героя на счастьи? Был созван Совет Старейшин, который все время собирался по всякому нелепому поводу, лишь бы не работать. На повестке дня вопрос, куда применить силушку учительскую?
-Может педали ему выдать, пускай перпетумобилу крутит…ну не песни же по кустам орать,- тихо сказала вдова Странствующего Рыцаря.
-Так тому и быть,- ответил ей Совет Старейшин Долины Долгожителей, который никогда не считался с мнением женщин. Так Молодой Поэт, он же Учитель, на период влюбленности освобождался от весенне-полевых и уборочных работ по состоянию душевного здоровья, и удалялся подальше из Долины в Вечночерый Лес для ритуального песнопения. Вызывать дожди, солнца, ветра, гнев духов или слезы умиления. Песни и стихи у Совиного Дуба под шум дождя, ночные разговоры у костра с Предметом Своего Вожделения на время усмиряли пожары души.
Шли годы. Жизнь в Долине продолжала дарить жителям новые радости. Новыми песнями Учителя восхищались новые Предметы Вожделения. Но он еще не знал, какую новую радость преподнесет ему жизнь на ближайшие пять лет.

В колонках играет - Песня из репертуара AtehSvara
Настроение сейчас - Ностальгическое

УТРО МОЛОДОСТИ

Учитель с тонкой шеей смотрел в чужое небо из чужого окна. Не увидев ни одной знакомой звезды, он подошел к краю сундука… Жизнь, как ей и положено, медленно, но верно прокатилась перед голубыми, но красными от усталости глазами поэта.

В тех краях, откуда он родом, миграция вислоухих яжей- явление обычное и отмечается с размахом, как всенародный праздник. Местное население с нетерпением ждет, когда в непросыхающей росе вечночерного леса засвистят свои брачные песни озорные непросыхающие яжики, предвещая наступление праздничного Утра Молодости. В такое утро никому не придет в голову спешить с завтраком. Бабки, по-детски брызгая друг на друга холодной водой и липкими остатками мокрого зерна из кормушек для кур, громко верещат и хохочут. До тех пор, пока кто-нибудь не окатит всю компанию из шланга. Тогда они с шутками и не на шутку обрядовыми (бредовыми) песенками из индийских боевиков водят хороводы, по пути снимая друг с друга ошметки корма и обрывки перьев. А вечером собираются у Совиного Дуба и гадают на яжах: кому под венец, кому под суд, кому и под лежачий камень! Всем смешно, народ доволен, а значит, впереди еще один долгий год долгой весны Долины Долгожителей.
Он всегда наблюдал со стороны. Праздник Утра Молодости таинственным образом не затрагивал его израненной души. Он наблюдал.
Странствующий из соседней Долины туда и обратно Рыцарь научил его писать, на скорую руку, так как очень спешил. Пером единорога на шкуре дикого вепря тот день остался записанным буквами и стал первой страницей дневников Молодого Учителя. Чувство, что он отличается от весело - находчивых жителей Долины, настигло его в первые мгновения общения с этой братией. Он родился здесь в начале своей жизни, заранее определив свой жизненный путь, как Волшебное Таинственное Путешествие. Местные цирюльники сразу полюбили молодого, не в меру симпатичного Золотоволосого Голубоглазого Романтичного Учителя. Все девушки Долины были покорены его улыбкой. Бывалые охотники ценили за проворство и умение с закрытыми глазами учуять зверя. Он был прекрасен и одинок. Вечера в беседах и спорах со своим единственным собутыльником – пыльным автопортретом (холст, масло), ночи с заблудившимися пастушками, все обыденно и банально. Желание изведать неизведанное, понять непонятное, впихнуть невпихуемое и обратить необратимое влекло его все глубже и дальше в себя. Он не брал денег в долг и никому не давал прикурить. Птицы принимали его за ворона, собаки видели в нем молодого спаниеля, растения тоже считали за своего парня…

п р о д о л ж е н и е п о с л е д у е т...

[352x288]

liveinternet.ru/users/radostnaya_/

Это цитата сообщения Lukoye Оригинальное сообщение

Кленовый лист кружится
В последем танце.
В лесу осеннем лишь он
Движение на миг
В усталой,мудрой неге.
Безмолвие нарушил он лишь раз,
Упав в хрусталь
Уснувшего пруда...

Кукрыняка(один из двух)

Кленовый лист кружится
В последем танце.
В лесу осеннем лишь он
Движение на миг
В усталой,мудрой неге.
Безмолвие нарушил он лишь раз,
Упав в хрусталь
Уснувшего пруда...

Кукрыняка(один из двух)

Карамба, Бамбуча! Ех-тиби-дох!


Предисловие.
Сегодня я расскажу тебе удивительную историю из жизни двух маленьких, но очень гордых кукрыняк. Началась она дождливым солнечным вечером, когда солнце уже село, но еще и не думало вставать. Сказочную тишину теплых сумерек нарушила телефонная звонилка. Это незаметное существо живет в малом гнезде и болтает ерунду любыми голосами. На этот раз звонилка болтала Вероничьим голоском с легким канарейским акцентом. Маленькие, но очень гордые кукрыняки сразу догадались, что в их маленький, но очень большой домик пришло настоящее приключение.


Глава 1. Чубрики не те, кем они себя считают.
Не успела птичка-Вероничка пропищать о предстоящем приключении, как звонилка заговорила совершенно другим голосом. Так в наш мир пришел Чубрик. Но он пока не догадывался, что маленькие, но очень гордые кукрыняки тоже пришли в его мир (и вовсе не за тем, чтобы напечь ему плюшек, сварить какао, да одеяльце подоткнуть )!
Надо сказать, что чубряне- народ левый, средней руки. Берут измором города и свободные поселения, не сказать, что тупые, но тупые. О нем говорят: мелок чубрик, да хвостат. В вечереющем небе тихий плач разогнал комаров и мошкару на болоте. Это по чубрику плакал одинокий Педофил. Но это уже другая история.
Так вот, позарез оказались нужны чубрику странного вида картинки с видом на еду. За деньги. К чему долгие проводы и разговоры, когда маленькая, но очень гордая мысль кукрыняки уже в полете. Полчаса- полет нормальный: впереди финиш. Готовь, чубрик, копеечки, гроши, гульдены, или что у тебя там, в исподнее зашито? Час расплаты пробил на твою хвостатую голову. Солнце над горизонтом распласталось в шпагате, когда маленькие, но очень золотые ручки кукрыняки получили пригоршню кровно заработанных. Лето в разгаре, кукрыняки в ударе, айда эндай на природу раков ловить, шутки шутить, головастиков болванить! Главное, чтоб еды не было мало. Примета у них такая: где еда, там и счастье.
Но не спится Чубрику в своей коробке из-под китайской вермишели. Задумался он чрезвычайно крепко. Это его и подвело. С непривычки-то. А может и не это, а то, что у него в процессе эволюции мозги трансформировались в язык- болтунью. То есть не по делу, а процесса ради. Однажды (или дважды) в голове, чуть глубже хвоста, зародилась мысль, но умерла в то же мгновение. Ну и пусть, мозги, мозги, главное-хвост!
Солнце, не выходя за рамки приличия, робко намекало всей живности на планете на то, что под одеялом нас ждут Великие Тела, когда звонилка голосом Чубрика сообщила преприятнейшее известие: приключение продолжается.
За 2 или 4 тысячи денег надо сделать в Corelе 6 упаковок для еды. Так никому неизвестные кукрыняки в одну ночь превратились в тыкву? Нет! План Чубрика по обману вкладчиков своего таланта лопнул, как пузырь из носа. Маленькие кукрыняки не столько малы, сколько горды. В одну волшебную ночь превратились они в Corelя и Coreleву триодиннадцатого Cоrelевства. И только одно омрачило мрак ночи : не было верного всемогущего волшебного помощника Интернета – Скорохода. Но кукрыняшки сами-то скороходы – дай бог каждому! Не успел чубрик бигуди раскрутить на хвосте, как они уже были на пороге со своими чудными чудо-картинками. Неужели придется снова платить? Это не входило в планы бывалого обормота. А маленькие кукрыняшки не только гордые, но и память у них хорошая: сразу запомнился адрес того дома, где в коробке от китайской лапши жил гражданин Ч. Они и коробку красной звездой пометили. И подъезд. И на доме голубую луну нарисовали. И вход большим камнем завалили.
Солнце же не может светить бесконечно, когда уж небо осенью дышало. Осенью стали дышать все: люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени… Давным-давно осенью вздохнул прекрасный крейсер, гордая Аврора. И выдох ее отозвался по всей стране, по всему миру, в сердце каждого, это было начало новой светлой жизни. Чубрик был не так прекрасен, как корабль, но и не так ужасен, как красный террор. Дыхание осени коснулось и его: линька! Наш кудлатый друг пока не знает, что приключения только начинаются для него. Так, что жирные корни, сухие кончики – это лишь цветочки в конце туннеля.


Глава 2. Белые начинают и выигрывают.
Шел грибной дождь напролом со снегом в богатых пушниной лесах среднерусской полосы, в то время, как черные дети маленькой деревни на юге Камбоджи изнывали от жары и мух в очереди за бесплатной вермишелью. Но не это волновало сердце маленького хвостатого сердцееда. Кукрыняки обошли его добрые услуги стороной, представ намедни самому Магнату Заваркину. Этот точно заставит платить! В народе поговаривают, будто он собственноручно одного неправедного чубра замочил. В заварке второго сорта! С тех пор его Заваркиным и прозвали. А он чайную фабрику открыл чубрам в устрашенье. Чует чубрик: осерчал Магнат. Еще вчера открытку прислал с приглашением на чай. Еще и постскриптум написал (вот гнусная рожа! ): дядю Корифея захвати. Дядя Корифей, воротила местного шоу- бизнеса, был для чубрика всем: и дядей, и тетей, и другом, и Читать далее...

Речь пойдет о приключениях и коварстве, о победах и обедах, о праздниках и маленьких радостях двух маленьких, но очень гордых кукрыняк