Я живу среди них. Сам такойже, но... Д.с.№13 Радуга

-= стерто нах=-

Просто какое-то общество анонимных алко..., тьфу, симпосылов.
Хорошо хоть не антипатий)))
Как хотите, в общем, останетесь без ответки)

Ну и чья анонимка симпой? Признавайтесь! А то спасибо не скажу!)

Принц, поэт и друг.

Давным-давно, в некотором царстве, в некотором государстве жил был принц. Обычный принц: королевская охота, няньки, балы, фехтование, принцессы, флирт. Ничего особенного, в общем. Всё как обычно.
Даже то, что принц этот стихи писал, не было отклонением. Им, принцам, это по должности положено, такая у них, у принцев, доля.
Не суть.
Суть в том, что был у принца друг детства. С малых лет они были вместе, много радости вдвоём пережили, не мало горя хлебнули. Не раз вспоминали, как по малолетству вместе от садовника, потырив яблок, бегали, а потом вместе розгой получали, если убежать не получалось… Весело жили.
Однако был в их дружбе один изъян: друг стихи писал лучше, у принца так не получалось. Вроде бы и рифма есть и слог, но мысли нет. Завидовал принц.
Однажды пришел он к другу в гости, а того дома не оказалось. Пришлось ждать. От нечего делать стал принц шелестеть бумагами на столе дружеском и наткнулся на черновик стихотворения. Даже Стихотворения. Понравилось оно принцу очень.
Взял он его, переделал чуть-чуть, а на следующий день молва уже гласила, что переплюнул принц друга в поэтическом мастерстве.
Друг, естественно догадался, в чем дело, но не сдал принца, простил.
Несколько раз принц воровал стихи друга, переделывал и выдавал их за свои. Через некоторое время все твердили, что нет в стране поэта лучше принца. Загордился принц.
Долго друг терпел подобное, ничего не говорил, потому что другом был.
Однажды прогуливался принц по дворцовой галерее, вдыхал ароматы роз, распустившихся в дворцовом саду, размышлял о высоком и поэтичном.
Шел он, значит, шел, а на встречу ему – друг. Улыбнулся принц, руку для приветствия протянул, как вдруг что-то мелькнуло перед глазами, и свет померк…
Больше друга в стране не видели.
Принц же, когда очнулся, собрал с пола зубы и стал хорошим королём, ибо запомнил урок навсегда...
А стихи у него так и остались посредственными.

Друг МамонтА
03.06.2007

Радуга.
Жизнь идет…

У кота глаза зеленые. Они мерцают во мраке, как два светлячка, застывшие в знойном мареве темной южной ночи.
У кота цепкий и пронзительный взгляд. Он впивается в душу со страстью голодной пиявки, проникая в её самые темные углы, видит всю подноготную, все помыслы, все страхи.
У кота есть хозяйка. Он, удобно расположившись пушистым комком на её коленях и отдавшись ласкам её нежных рук, строго окидывает своим изумрудным взглядом каждого входящего, словно решая, подпустить того или изгнать с позором.
У кота есть сокровище. Это сокровище – ты. Тебя не видно во тьме, киселем заполнившей комнату, но я точно знаю, что ты рядом. Я слышу твоё легкое дыхание, я чувствую ласковое тепло твоего тела.
Я могу подойти. Я могу безнаказанно потрепать кота по угольно-черному загривку, обнять тебя. Я могу сесть рядом и сидеть так очень долго, потеряв ощущение реальности.
Я могу, но не подойду. Потому, что нельзя, не имею права.
Ничего больше нет.
Так решила ты. Так, наверное, могу я.
Я лишь тихо постою, запоминая миг. Я кивну коту и уйду. Уйду навсегда. Уйду, оставив здесь частицу своей жизни, частицу своей души, частицу себя.

***
Дверь со скрипом, нехотя, выпустила на улицу.
Резкий дневной свет ножом ударил по глазам.
Зажмурился, остановился - никуда не спешу. Некуда. Вообще не знаю, для чего из дома вышел.
Достал сигарету - первая за полгода. Медленно, смакуя, вдохнул пока ещё свежий воздух. Раскурил, затянулся.
Хорошо. Замер, прислушиваясь к ощущениям. Определённо хорошо.
С опаской открыл глаза. Выдохнул, тонкую струйку белесого дыма мигом разметало ветром.
Поёжился, поднял воротник и зашагал, куда глядел.
Вокруг болела старуха-осень. Лысели деревья, ещё недавно покрытые яркими и шелковистыми, а ныне сухими и потухшими листьями. Временами налетал внезапный, как мощный чих, холодный порыв ветра. Воздух был сыр и промозгл. Под ногами иногда хлюпала грязь, раскисшая от то и дело срывавшегося мелкого, похожего на старческие слёзы по ушедшей молодости, дождика. Знобило.
Серо было. Вокруг серо, внутри серо. Небо серое, асфальт серый, деревья серые, мысли серые. Жизнь серая.
Звонок.
Не ожидал. Да нет, вру, ждал, но не особо надеялся. Стою, держу в руках звенящий телефон и не верю глазам. Может жизнь налаживается?
На душе теплеет, серость сдаёт позиции, и осень уже не кажется такой больной…
- Да.
- Привет, - голос, звучащий лучше любой музыки, - как дела?
… А ведь всего две недели прошло. Закончилось наваждение…
- Средне. То лучше, то хуже. Вот позвонила, стало лучше.
… Не было. Не могло быть. Слишком разные. Слишком далекие…
- Ясненько… Можешь сейчас приехать? – адреналин ворвался в кровь, сердце ухнуло в пятки, спружинив, подскочило к горлу и медленно вернулось на законное место, по сосудам побежали одна за другой волны сладкого жара.
- Зачем?
… Прошлое умерло, кремировано в огне сгоревших мостов. Жизнь идет. Будущее, сверкая латами, настойчиво барабанит по воротам замка серости, печали, пустоты…
- Поговорить хочу. Не по телефону.
… Ушел. Ушел навсегда…
- Хорошо. Буду минут через сорок.
- Приезжай.
Стою. Слушаю короткие гудки и улыбаюсь как дурак.
В сплошной броне туч внезапно образовалась пробоина, в которую хлынул золотистый солнечный свет. Где-то рядом вдруг радостно зачирикали шустрые воробьи. С визгом и хохотом мимо, смешно перебирая ножками, пробежал карапуз, догоняя маму с угольно-черным зеленоглазым котом на руках.
Я увидел радугу…
ДиМА
18.04.07
Спасибо Тинеэль.

Друг.
Свечке.
Не грусти…

Осень пришла.
Ещё ранняя, но уже холодная и дождливая. За месяц всего пару раз солнце из-за туч подмигнуло и почило в бозе. Я, конечно, ничего против дождичка не имею, даже люблю помокнуть. Так, для души. Но наш климат – средство изощренного самоубийства. Одна радость осенью – побродить по парку, пиная мокрые опавшие листья и любуясь желтеющими деревьями.
Наверное, я неадекватна. Состояние сейчас такое.
Всё сереет. Яркие краски потухают, тёмные сгущаются.
Плохо мне. Внутри где-то. Душе плохо. Хожу как сомнамбула. И главное, что обидно, знаю почему. Но не могу ничего изменить. Или не хочу…
Вздохнув, я вышла из вагона. Поток пассажиров, похожий на бурную горную реку, выплюнул меня на эскалатор, и тот понёс меня к поверхности.
…Да. Скорее не хочу. А надо с этим что-то делать…
Там всё осталось таким, каким было сорок минут назад. День назад. Два дня назад. Неделю…
Всё также тучи плотным серым ковром застилают небо, всё также моросит мелкий дождик. Только лёгкий холодный ветерок, по-моему, появился.
Зябко поведя плечами, я направилась в сторону остановки, с силой шлепая по лужам.
… Курить что ли начать? Просто так. Чтобы было чем отвлечься. Говорят, думать помогает, успокаивает. А потом взять и бросить. Как-нибудь вдруг…
Автобус подошел.
…Блин! Куда весь этот народ едет? Какого черта им всем дома не сидится? В такую-то погоду? Нормальный человек залез бы под одеяло и книгу почитал бы, попивая тёплый глинтвейн из большой кружки доброй ручной работы. Так нет. Шляются куда ни попадя. На улицах толпятся, мёрзнут на остановках. Плюнуть некуда.
А на штурме автобуса для полноты кадра не хватает только бравого комдива с шашкой наголо…
Внесли. Села, где не толкают. Ещё бы не слышать никого, так плеер дома забыла.
Не трогайте меня. Пожалуйста. Мне не до вас. Я лучше в окошко посмотрю, как раз вдоль парка едем.
…Люблю это место. Здесь сразу детство вспоминается, на поездах путешествия: в купешке тишина, родители с братом мерно посапывают, а я сижу у окна и смотрю на проплывающие мимо леса.
Часами могла смотреть. Будто в трансе…
- Девушка, можно вас побеспокоить?
Ну я же просила! Неужели никто не услышал?! Хотя голос приятный.
Взглянула на его хозяина из под козырька шляпы: довольно привлекательный молодой человек, отвращения не вызывает. Может, и побеспокоил бы, но желание беспокоиться напрочь отсутствует.
…Менять же надо…
- Попробуйте.
- Можно вас за руку подержать, - шутит что ли?
- Зачем?
- Вижу, что вам плохо. Помочь хочу, - нет, по-моему, он серьёзен.
- Думаете, поможет?
- Да, - видимо я иронии в голосе недодала.
Дожили. Меня средь бела дня вербуют в секту. Какую-нибудь «Давай обнимемся!». Имени Телепузика.
Или он всё ж прикалывается? Поспорил с друзьями, а я под руку подвернулась.
…Встать бы сейчас, вырваться из переполненного автобуса и подождать следующего, не менее забитого. Или пойти пешком. Вымокнуть хорошенько, воздухом подышать, подумать о чем-нибудь отвлеченном, а лучше вообще ни о чем не думая…
Какой-то бес толкает меня под локоть, я молча протягиваю парню ладонь, и он бережно, даже нежно берёт её в свою.
Сначала стало страшно. Руку обдало холодом так, что пальцы занемели. Я отшатнулась, чуть не ударившись головой о стекло.
Парень, положив сверху вторую ладонь, ободряюще улыбнулся.
Тепло.
Я почувствовала, как его тепло расплывается по всему телу.
…И сразу становится спокойно на душе. Яркие краски вновь вспыхивают робкими огоньками. Тёмные – разбавляются, и утекают куда-то вдаль. Сумерки отступают…
Я очнулась от наваждения только после того, как он улыбнулся мне из-за стекла, развернулся и пошел лёгкой походкой через пустырь.
…Догонять поздно – двери закрылись…
В ладони что-то лежит. Раскрыла - смятая бумажная ленточка. Расправила.
Две ровных строчки, выведенных красивым почерком: «Станет совсем худо – просто позови. Я приду».
Я посмотрела ему вслед: «Кто ты? Скажи…»
Он обернулся и помахал мне рукой. Я почувствовала, что он улыбается:
«Друг, малышка, твой друг».



Друг МамонтА
13.10.06

Млечный Путь
Небо. Пронзительно-голубое или монотонно-серое, звёздное или затянутое облаками… Любое. Мы перестали его замечать. Слишком тяжел груз навалившихся на нас проблем и забот. На всё есть универсальная отговорка:
- Некогда! – бросаем мы и быстренько убегаем «по делам»…
Нам всегда некогда. Некогда просто остановиться, вдохнуть воздух полной грудью, поднять взгляд и просто полюбоваться одним из самых совершенных творений Естества…
Только дети, не обременённые взрослыми заботами, ещё умеют смотреть в высь. Только в детстве можешь часами наблюдать за пронзительно-голубым или монотонно-серым, звёздным или облачным Небом.
Летней южной ночью, у родни в деревне, выйдешь на улицу, сядешь рядом с мамой на крыльце и смотришь…
- Мам, а где Большая медведица?
- Вон там, - говорит она, указывая пальцем, - видишь? Где звёздочки в виде ковшика…
-Вижу! Вижу! Точно! Как ковшик! - только в детстве у нас могут быть такие простые и искренние радости. - Вон, да?.. А Маленькая где?..
Так проходит немало времени… А потом вдруг вопрос:
- Мам, а куда ведёт Млечный путь?
- Не знаю. Наверное, никуда. Это просто название такое… Когда-то люди верили, что…
- Нет! Ну не может такого быть!- она улыбается интонации. - Раз Путь, то должен же он куда-то вести. Ну не бывает, чтоб Путь без начала и конца. Я знаю!
- И откуда у тебя такие познания? – улыбка становится слегка ироничной.
- Н-ну… просто знаю! Как можно такого не знать?! Все знают!- детскому негодованию и возмущению нет предела. - Даже у брата в учебниках: « Из пункта А в пункт Б…» Я знаю, я слышал!..
Она с радостным смехом хватает не по годам смышлёное дитя в охапку, и крепко обнимает:
- Ах ты мой Ушан! Всё-то он слышит, всё-то он знает, - её рука ласково треплет его шевелюру. - Ладо, ладно все знают. Но куда ведёт этот Путь неизвестно никому. Никто ещё не смог пройти по нему, никто не достиг его конца…
- Я смогу! – дитя вырывается из ласковых объятий и устремляет героический взгляд в Небо. - Я смогу! Я пройду! Я узнаю, слышишь, мама! Я пройду и узнаю, куда ведёт эта Дорога! Я узнаю, что на том конце Млечного Пути…
***
- Дз, - будильник не успевает высказаться: на него обрушивается моя ладонь. Издав пару посмертных «дзын» и «кр-ррякх», он затихает.
«Блин! Опять новый поку…» - не успев додумать, проваливаюсь во тьму Сна…
- Па-адъём! Вставай, соня! – чувствую, как с меня сползает одеяло. - Проспишь опять!
Ненавижу понедельники! Особенно рано утром. Пусть сегодня и пятница. От этого мало что меняется.
Ещё ненавижу ту дикую несправедливость, которая творится в мире: вроде бы только лёг, только глаза закрыл… Тут на тебе «Па-адъём…». Так даже самый страшный кошмар захочешь смотреть вечно. Он хоть придаёт ощущение длительности…
Плюнув на всё, я принялся за утренний ритуал...
- Тв-вою… П-папу Карлу! - табуретка с грохотом полетела в другой конец кухни. - Человеческий организм есть вещь весьма и весьма непрактичная, потому как хрупкая и ненадёжная… - тоном умудрённого жизнью старца изрекаю я, потирая ушибленный мизинец.
Не далее чем через пятнадцать минут получаю целых двести двадцать вольт доказательств этого тезиса, хорошо родня уже ушла и не слышала моих дифферамбов электрическому богу.
Похоже, денёк сегодня будет тот ещё...
Стоп! В этом деле главное не паниковать и успокоиться. А то в таком состоянии можно невзначай совсем себе жизнь испортить: день длинный, до вечера успеешь повздорить со всем и вся. А это опасно… да и неприятно.
В такие дни лучше всего сводить контакты с окружающими к минимуму. Не панацея, конечно, но работает. Просто поверьте. Опыт.
Итак, в университете я, естественно чуть не опоздав, появился в обычном своём состоянии: «Ушел в себя, вернусь нескоро», благо настроение было подходящим. Народ у нас в целом жизнерадостный и весёлый, мало кому хочется общаться с угрюмым и вечно злым мной. А вопросы из разряда «что случилось» перестали задавать ещё на первом курсе – надоело.
Поэтому положенные четыре пары я отсидел тихо и незаметно. После меня вынесли из родной альма-матер…
Солнце. После полумрака университетских коридоров оно казалось особенно ярким. Весна вокруг. В воздухе витают ароматы тепла, капели, набухающих почек, ручейков...
И посреди этой красоты серым пятном стою я. «А и ладно! – подумал, - не пуп Земли-матушки. Без меня справятся!». Однако спешно ретироваться посредством забитого автобуса желания не возникло. Погода располагала к небольшим пешим прогулкам.
Натянул пониже капюшон, надел наушники. То, что в них играла музыка, меня не удивило: плеер уже давно жил своей жизнью…
…Эй, жители неба, кто на дне ещё не был?
Не пройдя преисподней, вам не выстроить Рай…
Эй, жители дна, Гром смеётся над вами.
Чтобы быть с ним на равных, есть один Путь - наверх.
Есть один Путь - наверх!..
Не то. Хочется чего-нибудь более спокойного. Пальцы касаются кнопки поиска:
Он ревновал ее к дождю
И укрывал джинсовой курткой
Ее июневые кудри,
А зонтик прижимал к локтю.
День дожидался темноты,
Жизнь начиналась с Читать далее...

Луна.
Пришла.
Тихонечко поскреблась своей невесомой светлой рукой в окошко.
И всё…
Кровь кипит. Тяжело бьёт в голову. Сердце бухает, как молот по наковальне.
Хочется бежать. Бежать туда, где они. Выискивать их, брать их след. Следить за ними. Буравить взглядом из темноты. Заставлять вздрагивать от необоснованного, по их мнению, страха…
Найти. Найти место, где их много.
Напасть. Напасть из-за угла, из тьмы, из мрака.
Внезапно.
Пронестись серой молнией сквозь их ряды. Перекусать. Чтобы не смогли уйти. Чтобы не смогли убежать.
Спокойно прохаживаться среди них, скаля окровавленные клыки.
Наслаждаться зрелищем. Смотреть, как они цепенеют от ужаса. Купаться в волнах их холодного страха.
Медленно и неуклонно рвать их на клочки. По очереди. Так, чтобы как можно дольше оставались в сознании; сходили с ума от вида горячей, дымящейся крови, ручьями льющейся из их ещё исходящей теплом плоти; бились в истерике в ожидании скорой мучительной смерти.
Рвать. Рвать их клыками. Рвать их когтями. Чтоб ошмётки летели во все стороны. Пить их кровь, вбирая их силу, ввергая их в вечное ничто царства Смерти-подруги…
И так пока вся эта груда мыслящего мяса не превратится в первосортный фарш, крепко сдобренный свежей кровью, дерьмом и бурыми комочками мозгов.
А утром вернуться домой и снова ждать. Ждать с нетерпеньем.
Ждать, когда она снова придёт и тихонечко поскребётся в окошко своей невесомой светлой рукой…
Друг МамонтА
06.10.06
P.S.: При написании рассказа никто не пострадал. А жаль…

Тебе…
Сумерки. Тень медленно заполняет собой комнату, с особым удовольствием лакомясь дальними углами.
На столе стоит свеча – единственное, что ещё борется с тенью, вырывая из её цепких лап кусочек комнаты возле стола.
И тишина…
Только комары в сумраке попискивают. И я сижу. Мрачный, как ноябрьское небо над Питером. Книгу читаю, совсем не воспринимая, что написано – строчки перед глазами расплываются, мысли бродят неизвестно где…
- Ежаня! - я не успеваю обернуться, как на меня нежно обрушивается светящееся изнутри существо.
Вот оно! Живое воплощение почти вечного двигателя. Энергия так и хлещет. Во все стороны.
- Нельзя ж так пугать! – усаживаю её на колени. - Я чуть не поседел.
- Ой! А то ты не слышал, как я вошла! Дверь же скрипит! – глаза светятся, руки места себе не находят.
- Задумался… Оттуда пришло.
- Ну-у-у… Ёжа, – тормошит. - Опять?
- Снова…
Она обнимает меня и, запуская пальцы в шевелюру, нежно гладит по голове.
Благодать! Аж мурлыкать хочется. И спокойно сразу. И настроение медленно, но верно ползёт вверх…
- Пойдём гулять?
Нет. Не ползёт. Под откос катится.
Ну влом мне. Сильно влом. Не хочу никуда. Не хочу. Хочу сидеть тут. Под свечой. Думать ни о чем и обо всём сразу.
- Малая… - ответом мне служит красноречивое молчание.
Всё. Обиделась.
Неуловимым движением соскользнула с колен на диван, ручки крестиком сложила, щечки надула, губки выпятила.
Сидит. Дуется. «Всегда с вами, мужчинами, так…»
А личико милое, фигурка ладная…
Красавица.
С виду сильная и крепкая, а на руки берёшь нежно и трепетно – боишься ранить.
Хрупка, как хрусталь.
Маленький такой, по-детски наивный и непосредственный, по-взрослому умный и рассудительный, великолепно ограненный, сверкающий кристаллик горного хрусталя.
И как её такую не любить?
Вот и я о том.
Пойду. Мириться…
25.09.06

Тишина
"Иногда стоит прислушаться
к Тишине, она может
сказать больше…"
Кто-то.
Последние рыжие лучи солнца, проникнув через разбитое окно, скользнули по полу, отразились в осколках стекла, приостановились на потолке и исчезли…
Наступила вторая ночь этого ада…
Вскоре стало тихо, только иногда слышались тихий шепот малышей: "Мама, мне страшно," всхлипывания, мольбы взрослых успокоиться и хранить Тишину.
Пожалуй, только малыши боялись. У старших страха уже не было – он кончился… как-то внезапно, как будто кто-то щёлкнул выключателем. Только два чувства остались – голод и жажда.
Я сидел на полу, прислонившись спиной к одному из взрослых, кажется его звали Русланом, и старался отвлечься изучением Тишины.
Собственно, её не было. Постоянно слышались шепот, всхлипы, писк комара, гомон оцепления… И ещё в ней звенело Нечто. Оно говорило: "Что-то будет…"
Я не заметил, как уснул.
Очнулся я из-за солнца, ласково коснувшегося меня своим лучиком. Захотелось улыбнуться, но я сдержался.
И вдруг я понял – что-то не так, однако что? Несколько секунд я соображал…
Тишина! Она была гробовой, даже мухи не жужжали! Только вчерашнее Нечто уже не звенело, а гремело набатом: "Берегись!"
Чего?
Долго ответа ждать не пришлось…
Взрыв… Матерная ругань террористов. Выстрелы. Крики людей.
Все как-то разом рванулись к окнам и дверям. "Быстрее, быстрее туда, на улицу, на Свободу!" – звучало в каждом мозгу.
У меня были другие мысли: "Нельзя! Эти твари в спину стреляют! Побежишь – уложат вмиг!" – я рухнул на пол и притворился убитым. Многие поступили также.
Минуты три я слушал топот ног. Вдруг рядом со мной кто-то с грохотом упал. Я обернулся.
Серёга! Мой лучший друг! Когда всё это началось, нас разнесло по разным углам зала. А теперь он лежал передо мной и истекал кровью.
- Серега! – заорал я, подхватывая его на руки и направляясь к ближайшему выходу. В голове вихрем проносились мысли: "Гады! Что ж вы творите? Верные, неверные – чушь это всё! Бред укуренных отморозков! Бог – он для всех один! Хоть Аллахом, хоть Иисусом, хоть Буддой, да хоть горшком его назови, в конце концов!
Всё равно это не стоит жизней невинных. Тем более детей!"
Я выпрыгнул из окна, чуть не уронив Сергея, и побежал на встречу оцеплению. Вокруг летали пули, некоторые попадали мне в спину, но я этого не замечал.
Лишь добежав до наших и сдав им Сергея, я позволил себе упасть…
А дальше была больница, лечение, встречи с журналистами, задававшими вопросы вроде: "Страшно было?" или "Как ты смог?"
А в ответ им молчал, иронически улыбаясь, вмиг постаревший на много-много лет одиннадцатилетний мальчик, лишь однажды ответивший: " не я один такой герой, нас много… было", - и заплакал.
…И настал день траура. И замерли все люди в минуте молчания. И воцарилась над миром Тишина, шепчущая: "Скорбим".
***
От автора.
Вполне понятно, под влиянием каких событий был написан этот рассказ. Я не буду писать никаких слов сострадания – их и без меня было много. Я лишь хочу попросить прощения у всех жертв теракта в Беслане за то, что рассказ написан от первого лица. Извините… меня там не было.
Друг МамонтА
22.09.2004
спустя 19 дней…

Шепот Оттуда.
«Возьми моё сердце,
Возьми мою душу.
Я так одинок в этот час,
Что хочу умереть.
Мне некуда деться,
Свой мир я разрушил.
По мне плачет только свеча
На холодной заре…»
Ария.

Сижу…
Просто сижу.
В голове полный вакуум…
Звуки втекают… нет, врываются в неё и отдаются там резким эхом, гуляющим от одной стенки черепа до другой…
Надоело. По-серому, надоело. Лет пять назад я этого не чувствовал. По малолетству. Потом я начал взрослеть… Слишком быстро, по-моему. Слишком быстро…
Моя Истина была слишком резка для меня, для моего детского сознания… Ведь я ребёнок… и ещё долго им буду.
Трудно быть ребёнком с взрослым мироощущением. Оно давит на все, оно вытесняет всё…
И остаётся пустота, вакуум…
Это очень неприятно. Ребёнок во мне лишился детства, которого, по сути, никогда не имел.
Оглядываясь назад с моей нынешней колокольни, я понимаю, что в моей жизни были лишь небольшие островки Света, Счастья, Радости… За исключением первых лет эдак двух-трёх.
Тогда я был неразумным ребёнком, ещё небитым жизнью.
Вероятно, я безнадёжный пессимист. У меня не осталось чувств. У меня остался только рациональный разум… И ребёнок.
Грустный ребёнок с взрослыми глазами. Он плачет. Плачет без слёз. Ему страшно. Он не может жить в одиночестве, в этой пустоте, в этом Оттуда.
Но он стыдится своего страха. И он прячется.
Прячется за маской дурака и балагура, которая противна ему не меньше, чем окружающим. Наверное, даже больше, потому что он знает – это маска.
Ребёнок хочет её снять. Но не может. Она прилипла к нему, приросла. Впиталась в душу, смешалась с его истинным «Я».
Это началось настолько давно, что ребёнок уже сам не знает, где он настоящий, а где маска. И он продолжает балагурить, очень часто причиняя боль окружающим.
Лишь иногда, наедине с пустотой, он находит внутри какие-то отблески себя Настоящего. Но он уже отчаялся. Потому, что у него есть его Истина.
Она на многое открывает ему глаза, но одновременно на многое их закрывает.
Самое страшное то, что это перестало пугать ребёнка. Он не боится того, что многое не узнает, не почувствует. Ему это уже не надо. Его существование не нуждается в этом. Он всё (или почти всё) знает. Его Истина помогает делать выводы обо всём, проводить аналогии.
И всё ж, ребёнку это не нравится. Ему дискомфортно. Он сопротивляется. Он пытается вспомнить, что значит Мечтать о несбывшемся и несбыточном, Чувствовать сердцем, а не разумом, Любить…
Не получается.
Первичная эйфория проходит, и настаёт глубокая пустота. Истина открывает ему всю фальшь его чувств…
И он резко всё обрывает, заставляя страдать окружающих и не желая признавать своей в том вины.
Или чувствует её, но не может этого показать, не желает отказаться от своих поступков, чем ещё более травмирует близких.
Это уже часть его. Неотъемлемая составляющая его «Я». «Я» жестокого грустного ребёнка с взрослыми глазами…
Иду…
Просто иду.
В голове полный вакуум…
Друг МамонтА
18.02.06
P.S.: здесь нет имён собственных.

Театр Оттуда

…Знаешь, все люди – величайшие актёры. Точнее – лицедеи. Какое разнообразие масок они сменяют за жизнь. А те, кто в театрах играют, просто с большей лёгкостью эти маски меняют, на чем и зарабатывают денежку. Ну… кто на что горазд.
Вот я тоже постоянно в маске. Я её никогда не снимаю. Почему? Да потому что слишком давно её ношу и уже забыл, какой я на самом деле. Но не думай, что моё вечное «оттуда» - маска. Нет. Это часть меня. Меня настоящего.
И у тебя, вероятно, есть маска. Одна – для родителей, другая – для близких, но не родных…
Однако, чтобы вычленить в поведении человека маску, нужно с ним пообщаться продолжительное время, увидеть его в различных ситуациях. Ещё нужна интуиция и животное чутьё. При сочетании этих компонентов можно читать личностей как открытую книгу. С незнакомыми же нужно вести себя осторожно, не доверять им.
Поэтому маски ведут род людской, чья сила в единстве, к гибели.
Но не всё так плохо. Положение спасают те, чья маска не на всё лицо, а только на глаза, к примеру. Они в миру ведут себя так же, как и в одиночестве. Они открыты для всех, и применяют маску как средство защиты от слишком назойливых и нахальных.
Вот так…

16.10.05

О жизни.
"Смерть стоит того,
чтобы жить"…
В.Цой
По-моему, жизнь – абсолютно ненужная штука. Почему? Ну, она создаёт очень много лишних проблем, к примеру…
Зачем накапливать богатство или ещё что-нибудь в том же духе, если всё в могилу всё равно не заберёшь. В миру бытует мнение, что нужно стараться жить инициативно, что-то делать для улучшения жизни (учиться, чтобы работать и получать деньги, на которые можно купить одежду, еду, питьё, квартиру с нужной и не нужной мебелью)…
Зачем?!! Во-первых, инициатива наказуема – факт! Во-вторых, зачем создавать себе лишние проблемы? Чтобы затем с честью преодолевать? И в-последних, могила, опять же, не резиновая!
Выше в скобочках были указаны некоторые первичные потребности человека (еда, вода, жильё, одежда…), на которые уходит большая часть ненужной жизни.
А ведь когда-то их можно было удовлетворить, особо не напрягаясь… в каменном веке (Э-эх!).
Зададим себе вопрос: "Почему эти потребности нужно удовлетворять?"
Пра-авильно! Чтобы не умереть!
Из этого вывод: люди, да и все остальные твари, живут из-за страха перед смертью. А чего, спрашивается, бояться-то? Все там будем, кто-то раньше отмучается, кто-то позже…
Мой совет вам люди: не рвите себе спину за ненужные вещи. Пользуйтесь тем, что есть: получилось "улучшить жизнь" – ну и ладно; нет – всё равно "ну и ладно".
Плывите по течению! Это весьма поправляет здоровье!
Ну вот наверно и всё…
Аминь!
P.S.
Вот я это всё написал, а сам пойду и сделаю
с точностью до наоборот… болтология!

Др.М.

Мысли Оттуда
Блин. Сижу тут вот!
Хочется чего-то думать, а не получается… Да и не за чем.
Для чего оно надо? Ни для чего. Скорее для кого. Я, например, думаю, когда это надо кому-то. Хотя бы мне.
Есть личности, которые заставляют думать. Думать на разные темы. Иногда из-за них случаются различные вещи. Хиросима, к примеру…
А теперь боятся, что кто-то рванёт ядерную бомбу. Рванёт среди безвинных (?) людей.
По-моему, так оно и лучше. Только чтобы всех сразу. Людей не станет, а ядерную (или схожую с ней) зиму Земле переживать не впервой. Заодно решим проблемы с экологией.
Иногда мне думается, что люди, в смысле homo sapience, - не первые разумные на нашем шарике. Раньше бегали динозавры. Наверняка соображали неплохо. А в какой-то момент Высшим не понравилось нечто, или решили, что это тупик. Вот и долбанули метеорит или ещё чего. Воцарились млекопитающие. И среди них отбор был: дельфины, слоны всякие…
Пока макаке-обезьяне по башне камнем не двинуло. Она и возомнила себя разумной, подняла камень и начала эволюционировать… себе на голову. «Труд сделал человека разумным…»
Но это так… Блин, волосы выдираю. На руке следы от зубов. Акула…
А для чего во сне людей хоронить? Это ж весело, особенно когда от волкулака потом отбиваться приходится. Я и не думал…
Всё. На этом мысли кончились… Пойду, поищу…

Мысли Оттуда, часть 2
…Шарик. Круглый шарик. Круглый шарик из ниток. Круглый шарик из ниток, висящий на стене…
Наводит на размышления…
Вообще, от чего круглый\шарообразный имеет статус идеальной формы? Бред. Видимо, это связано с некоторыми аспектами развития людского разума. Мол, планета круглая ( и то не сразу), сила поверхностного натяжения делает из воды шар, и так далее.
По-моему, самое идеальное – хаос. Самый великий порядок – в хаосе. Но фишка в том, что в хаосе не должно быть анархии. Ибо только упорядоченный в своём хаосе хаос может считаться идеальным порядком (что сказал?).
Только избранные могут понять это. Или ушибленные.
Однако степень ушибленности должна быть должна быть особой.
Но недостаточно просто несколько раз удариться головой. Необходимо ещё пообщаться с некоторыми личностями особой повернутости…
Есть придурки, которые считают, что правят миром. Они копошатся, придумывая всякие законы и правила, подгоняя их под себя и огребая на этом кучу денег. Но они сильно ошибаются.
Не люди правят миром, а нечто извне (банально, но…). Причем не пресловутые Чужие. Что-то иное, другое. Назовём это Вселенским Эфиром (было где-то такое).
Возможно, когда-нибудь люди или те, кто их сменит на Земле, встретятся с его олицетворением. Что из этого выйдет?
Есть три пути:
1. жизнь станет лучше;
2. жизнь станет хуже;
3. жизни вообще не станет.
…Наверняка есть те, кто помнит ещё динозавров разумными. Естественно, эти некто не живут в одном теле всё это время. Они передают своё «я» из организма в организм. Не зря же индийцы придумали реинкарнацию!
Вот. Что-то в мозг приходит слово судьба. Она существует? Видимо. В некотором роде.
Я думаю (такое случается), судьба – совокупность предопределённых случайностей, определяемых решениями личности в предыдущих случайностях.
С кем-то людь должен встретиться, кого-то полюбить, но не сказать об этом, ибо продолжить род людской ему суждено с другим человеком.
Иногда некоторые и до сознания этого не доживают, погибая от своих решений раньше.
Знаешь историю про Илью Муромца? Вот это из той же серии: «Налево пойдешь – по шее получишь…»
Судьба – зло нереальное. В прямом смысле.
Её нельзя узнавать заранее – скучно жить будет. Она из поливариантной станет железобетонной. Да и умрёшь раньше и не своей смертью…
Все эти гадалки, колдуны, маги, целители зачастую всего лишь хорошие психоаналитики, либо удачливые шарлатаны. Причем второе, к сожалению, - чаще.
А на улице темнеет…
16.10.2005

Бред Оттуда
Зло…
Везде.
Я, блин, уже и забыл, что такое Оттуда. Поправка: почти забыл.
Оно меня не отпустит. Я с ним единое целое. Если я уйду из него, то оно умрёт… Снова всё упирается в долбанный инстинкт самосохранения.
Неужели всё живёт по его правилам? Должно же быть где-то по-другому! Места ведь много!
Одна хрень: не здесь. Да и я вообще не отсюда. Да, да. Именно Оттуда. Со звёзд. Без смеха…
Я был там лет надцать назад. Я спустился сюда весьма давно, и теперь реинкарнирую уже не меньше ста раз. Вся эта жизнь хранится у меня где-то в ДНК, к примеру. Оно всё скрыто и выдаётся по крупицам, сообразно моменту. Не всё сразу, чтобы не свихнулся...
Когда-нибудь наступит предел чего-либо, когда мне понадобится всё накопленное знание, весь мой опыт. Тогда я вспомню. Тогда хана…
Смерть… Где ты бродишь?..
Тварь.
Быстрей бы уж. Закончи эту сволочную жизнь. Эту реинкарнацию.
Я устал…

Друг МамонтА
давно…

Доброзло.
Зло…
Странное это слово. Всего три буквы, а сколько ассоциаций и применений!
А в слове Добро целых пять букв. Это, наверное, иносказание такое. Шифровка, где длина пути Добра и Зла пропорциональна длине терминов, обозначающих эти понятия.
Чтобы творить Зло, достаточно просто идти напролом. Хотя, обычно, это оборачивается Злом для самого… хм… злодея. Но даже если думать, вилять, прежде чем творить Зло направленное, то всё равно проще, чем Добру. Путь, может, и не короче, но легче во сто крат.
А чтобы творить Добро, нужно идти по долгому пути. Необходимо думать. Думать, что делаешь. Думать, чтобы твои действия не обернулись Злом.
Не всегда, правда, Добро ходит длинной дорогой. Иногда ему необходимо пройтись и по короткой, но от этого ещё более сложной дороге… История про Илью Муромца и Соловья-разбойника, к примеру…
…Забавно, но так бывает только в сказках да былинах: сугубо положительные герои. Иван-царевич, Царевна-лягушка… (Батька-царь у них – не без юмора старик: «Выпустите, мол, сынки, по стреле вдаль. В кого стрела попадёт – на том трупе и женитесь…» Или я сказку переврал.)
А в жизни… А в жизни тот, кто минуту назад спас тебе жизнь, может убить тебя ради спасения большего числа жизней – Добро, но злое, или Зло, но доброе.
А может вообще убить. Так. Просто. Вполне возможно, что и не тебя, и не того, кто хотел тебя убить… (Притянуто за уши, но…)
Добро – Зло…
День – Ночь...
Свет – Тьма...
Черное – Белое…
Две противоположности, парадоксально единые и монолитные в своём противостоянии.
Нет более непримиримой вражды. Нет более нерушимой дружбы. Они обречены быть такими самим своим существом.
Каково это, когда жизнь даёт тебе тот, кто убивает тебя лишь фактом своего существования.

Груз двести
Грузовик мчался по ночной дороге, рассекая бампером туман. Презирая все правила движения, он вилял с одной полосы на другую. Хорошо хоть время было такое, что невелика вероятность напороться на встречную машину, тем более что Они наверняка позаботились, чтобы таковых не было.
Они – это три легковушки, что сейчас гнались за Грузовиком, и те, кто за ними стоит.
Грузовик был напуган и зол. Скорее всего, даже просто зол. Он мчался по просеке и ненавидел Их.
Они ранили Друга! Именно Друга, а не Хозяина. Тот, кто сейчас лежал на руле, был для Грузовика не просто владельцем, он стал ему роднёй…
В мозгу машины проносились обрывки лихорадочных мыслей:
"Сволочи, гады!.."
"Друг, Друг! Что с тобой?.."
"Кто эти… что им нужно?.."
Однако Грузовик вскоре успокоился окончательно и решил всё проанализировать. Думать ему приходилось часто – Друг не стремился превратить его в тупой инструмент…
***
Он почувствовал их сразу после обеденной остановки – Они вели их от самой стоянки.
- Друг, за нами хвост.
- Я вижу, Каз, - ответил водитель, - езжай спокойно, до темноты они нас не тронут.
- А может, всё-таки попробуем оторваться? Я тут набросал кое-какие варианты…
- Нет, Каз, нам нельзя давать крюк – наш груз не позволяет, - вздохнул Друг.
- А что там? – в целях конспирации мозг Грузовика был на время погрузки отключен.
- Я не могу тебе сказать … пока. Извини, - Каз не ответил…
До ночи всё действительно было спокойно, а вот когда после заката заехали на просеку, началось…
- Что за… - воскликнул Каз, ощутив бьющиеся о бронированный кузов пули. В ответ он услышал сдавленный хрип Друга и почувствовал, что теряет с ним контакт, тут же заработала бортовая аптечка.
Каз включил сенсоры кабины: манипуляторы вынимали из груди водителя осколки бокового стекла.
Грузовик только сейчас понял, что у него зудит правая дверца, заросшая броневым стеклом: "Эх! Секундой бы раньше!"
- Друг, Друг! Гады, - орал Каз.
***
И вот теперь злой Грузовик мчался в ночи.
"Так, спокойно, думай, что делать, - говорил он сам себе, - Топлива хватит пятьдесят раз по экватору проехаться – Друг новый реактор поставил.
Осмотреть карту. Друга в больницу надо, и как можно быстрее!"
- Нет!!! – контакт был слабым, но стабильным, - Не вздумай! Я продержусь на аптечке.
Нам во что бы то ни стало нужно доставить груз за Их Кордон. Там будет легче, там помогут, - водитель мучительно закашлялся.
- Друг, что у меня в кузове?
- Счастье, счастье для всех людей… - снова кашель.
- Тогда почему Они нам мешают? Они ведь тоже люди!
- Те, кто наживается на чужом горе – НЕ люди, Каз.
- Люди не стоят твоей жизни, Друг!
- Каз, я тоже человек! Сделай это ради меня, хотя бы, - контакт оборвался.
" Я сделаю это, Друг. Сделаю в лучшем виде.
Я ошибся. Люди стоят этого груза и твоей жизни, потому что среди них встречаются такие как ты", – на горизонте один за одним появлялись огни Кордона, а по ночной дороге нёсся Грузовик, на ходу трансформирующийся в Танк, - "И ничто не сможет мне помешать!.."
Друг МамонтА.
09.10.04

Аурум.

Всё!
Спокойно…
Спокойно, я сказал!
Успокойся.
Всё уже кончилось, остался только последний рывок.
Но он будет не сейчас.
Да не трясись ты так!
Не стучи зубами!
Успокойся, говорю!
Слышишь меня?
Нет, не слышишь…
Так!
Сядь и отдышись.
Давай: глубокий вдох, медленный выдох, вдох, выдох.
Ну как?
Отдышался?
Легче стало?
Теперь послушай меня…
Ты молодец! Но не стоит зазнаваться. Ты смог справиться с этим, но до Вершины остался последний рывок. Он будет самым сложным. Силы уже не те, а противник у тебя мощный. Он будет тебе мешать.
Но ты справишься! Ты должен справиться! Потому что ты сильней его. Он действует на грубой Силе, но она рано или поздно кончается. А твою силу подпитывает Дух, а это – неиссякаемый источник. Ты победишь!
А сейчас сядь…
Сядь, сядь…
Сядь и отдохни. У тебя ещё куча времени.
Почувствуй, как восстанавливается твоя Сила.
Подумай над тем, что услышал…
Что?
Ты уже полон энергии и жаждешь драки?
Рано! Ещё не время. Потерпи ещё чуть-чуть. Немного осталось. Отвлекись чем-нибудь. Не нагружай себя и Дух. Попытайся сосредоточиться…
Нет, еще не пора… Ты спрашивал минуту назад…
Да.
Ты прав.
Для тебя сейчас каждая минута – час. Подожди ещё немного. Уже скоро. Уже можешь заводиться. Ах да! Я и забыл. Ты итак на взводе…
Пора!
Подымайся и иди!
Тебя ждут на Рубеже.
Соберись!
Не подведи!..
Готовься!
Уже сейчас!
Как долго длятся эти секунды!
Выстрел!
Почему ты стоишь? Смотри, как далеко Он уже умчался!
Ну!
Не стой столбом!
Беги, догоняй!
Что?
Ты не можешь?
Рвётся тело?
Забудь про тело! Помни про Дух. Сцепи зубы и беги. Беги, не смотря ни на что! Беги! Беги сквозь кровавую муть в глазах.
Ну!
Давай!
Ещё чуть-чуть!
Совсем немного!
Уже!
Ну!
Ну!
Вот она!
Черта!
Ну!
Уррррррррраааааа!
Нет!
Не падай!
Ты не имеешь права!
Ты Чемпион!
Ты смог!
Ты молодец!
Ты преодолел этот подъём!
Ты на Вершине!..
И сотни маленьких ярких солнышек бьют тебе в глаза.
Чувства захлестнули тебя!
Они унесли тебя как цунами, и ты купаешься в этом.
Ты поглощён Триумфом!
И ты заслужил.
Ура! Ура! Ура!
Друг МамонтА
24.02.06
Олимпионикам посвящается…

Выложу чуть-чуть хрени всякой_)

АТЛАНТИДА
Боль обрушилась на него, как цунами на какой-нибудь прибрежный городок. Она проникла в каждую клеточку его организма, с садистским наслаждением дёргая каждый нерв.
Он потерял сознание.
В чувство его привёл какой-то резкий запах. Он открыл глаза и осмотрелся. Последнее, что отпечаталось в памяти - тёмный коридор, ведущий в Командный Центр. Теперь же он находился в бело-серой комнате. Стены её покрывали квадратные листы тускло поблёскивающего металла, соединённые ровными рядами клёпок. Из мебели имелись лишь стол да два стула. От цепкого взгляда пленника не также ускользнули односторонняя прозрачность одной из стен и несколько камер, спрятанных по углам. Где дверь – осталось загадкой. Но не на долго…
Вдруг внимание пленника привлёк какой-то щелчок. Он оглянулся на звук. Прямо сквозь стену в комнату вошел типичный атлант: рост метра под два, голубые глаза, ровные черты лица, коротко стриженые светлые волосы, безупречно отутюженная форма…
Вошедший уселся на свободный стул, достал из какой-то папки пару чистых листов и пристально поглядел в глаза пленника.
- Здравствуй, человек, - сказал он минуты через три. Пленник слегка кивнул, - начнём, я думаю. И так… ты находишься на территории зоны А1 "Атлантида", как не трудно догадаться – в комнате для допроса.
Обвиняешься в несанкционированном проникновении в эту самую зону. Я искренне надеюсь, что ты пояснишь, с какой целью.
Человек упорно молчал. Атлант стал потихоньку выходить из себя. Они сидели и смотрели друг на друга минут пять.
- Не хочешь говорить – пожалуйста, - вздохнув, проговорил следователь-
Только позволь объяснить тебе кое-что, - он вскочил со стула, подошел к пленнику и заглянул ему в глаза, – ты, тварь, итак обречён – статья твоя предусматривает только одно наказание – смерть, даже если ты захотел просто что-нибудь скомуниздить. Но только я спиной чую: у тебя посерьёзней замыслы были! Например, взорвать здесь всё к прабабушке!
Пленник усмехнулся и тихо произнёс:
- А что если и так? А, атлант? – тот явно не готов был к такому повороту событий, – Да, я, человек с планеты Земля, хотел изничтожить вашу драгоценную Атлантиду, будь она трижды проклята! А за одно и всё ваше племя отправить к праотцам.
Опешивший атлант спохватился и черканул что-то на листке. Потом всё ещё удивлённым голосом спросил: "Но зачем?"
- Да чтобы избавить людей от вас, - пленник попытался встать, но сработала автоматика, и силовые ремни вернули его на место.
Атлант долго ничего не говорил – видимо общался с начальством. Пленник слышал когда-то, что у них есть приборы, позволяющие обмениваться мыслями.
- Почему, - голос атланта звучал очень взволновано, - почему? Что мы вам сделали? До нашего прихода вы прозябали в пещерах у слабо тлеющего костра. Мы помогли вам в развитии, дали необходимые для выживания знания. И…
Почему? Почему вы, люди так боитесь всего чуждого, не понятного вам? Вы стремитесь уничтожить его даже во вред себе. Почему? – атлант посмотрел в глаза человеку. Тот выдержал этот тяжёлый взгляд и по-прежнему тихо заговорил:
- Ваши, да и наши, теперь, учёные назвали бы это пресловутым понятием "инстинкт самосохранения". И в чём-то они были бы правы: когда-то наши предки, например, боялись грома и молнии (как показала практика – не зря), а позже, изучив - перестали. Поняли, познали…
-Так почему бы вам тогда не разобраться в нас, - перебил атлант, - наблюдали же мы на одном из этапов вашего развития межрасовые конфликты, но помирились ведь! Значит поняли, познали!
- Атланту человека никогда не понять, - вздохнул пленник, - Конечно, прилетев на нашу планету, вы очень многое дали людям. Однако этого не достаточно чтобы разобраться в вас. Вы, сами того не зная, не предоставили нам такой возможности – одни законы чего стоят.
Это во-первых. Во-вторых, вы отняли у нас самое главное – СВОБОДУ. А из того, что нам о вас известно, мы поняли – по добру вы нам её не отдадите. Затем я здесь – вернуть людям их свободную жизнь. Век вашей власти закончился, атлант. Настала пора вам отправляться в ад, и меня попросили помочь вам с отъездом!!!
"Не успеешь", - воскликнул следователь, выхватывая из-за пазухи пистолет.
Но тут произошло то, чего он совсем не ожидал: пленник вскочил со стула и кинулся на врага. В единственный раз автоматы подвели, и этого было достаточно.
В мгновение ока человек сшиб противника с ног и тихо сказал тому на ухо: " Знаешь, чего ты не учёл, атлант? Я не просто человек, я – Химера", - и отправил его к праотцам.
В следующую секунду в комнату ворвалась охрана, но для Химеры это уже было не важно. Ему не надо было притворяться слабым и беззащитным. Он шел к своей цели – маленькой красной кнопке в Командном Центре, шел напролом, оставляя позади себя лишь трупы. И, наконец, дошел.
Над Атлантидой вырос гриб ядерного взрыва…
***
Давно это было, лишь некоторые сохранившиеся артефакты напоминают о том времени…
В результате взрыва Атлантида ушла под Читать далее...