По его словам, нередко жестокие убийства скинхеды совершают в подмосковных электричках. «Таких дерзких убийств у нас за прошлый год по одной Москве и области было совершено несколько. Все эти группы — 7-12 таких группировок — были задержаны. В них входили, в основном, несовершеннолетние подростки, которые не только занимались убийствами, но и зачастую снимали их на видеокамеру для того, чтобы показать затем тем, кто оплачивает все эти “акции”», — сказал Захаренков.
По словам Захаренкова, ситуация с преступностью на транспорте немного улучшилась: «Количество убийств мы сократили за прошлый год, а также — бандитизма, разбоев, изнасилований, грабежей». Захаренков сообщил, что ежегодно в России регистрируется более 80 тысяч преступлений на транспорте, из которых большую часть удается раскрыть в течение года. Подводя итоги прошедшего года, Захаренков также сообщил, что улучшается материально-техническая оснащенность подразделений ДОПТ.
Массовая драка произошла этим утром в электричке Москва — Зеленоград. Трое выходцев с Кавказа ранены. Один пострадал серьезно, передает корреспондент радио СИТИ-FM. По его данным, на станции Сходня в состав «Москва-Крюкова» сели 3 человека неславянской внешности. Они, по словам, пассажиров и начали задевать молодого человека. Среди пассажиров оказались два скинхеда, набросились на кавказцев и избили их. Нападавшие вышли на станции Малино и скрылись. Их разыскивают.
http://rutube.ru/tracks/264338.html?v=ecbd9987e898a812eb6379fe86d64ec7
Либо, москва смотри это сегодня в 21:00 по каналу Россия
Я думаю, что наступит день, когда мы сможем комбинировать сенсорную депривацию с лекарственной терапией, гипнозом и искусственной системой поощрения и наказания, чтобы достичь почти полного контроля поведения индивида.
Дж. Мак-Коннел, профессор психологии Мичиганского Университета
В 1971 году в США вышла книга «По ту сторону свободы и достоинства» ("Beyoond freedom and dignity"), сразу же став бестеллером и объектом жарких споров. В ней шла речь о «поведенческой инженерии», т.е. о контроле над поведением каждого человека в США, разумеется, с целью уничтожения войн, насилия, предрассудков и прочих зол. Описывалось утопическое общество «Уолден-2», созданное «психологами-правителями» и управляемое неизбираемым Советом проектировщиков — правительством экспертов.
Возможно, книгу ожидала бы судьба всех дрянных фантастических романов — быстрое забвение, если бы не фамилия автора. Написал ее Б.Ф. Скиннер, известнейший ученый-психолог и инициатор движения за «модификацию поведения»
Данная теория широко распространилась в США в 1960-1970 годах. Она оказала сильное влияние на психологическую науку, образование и воспитание детей, организацию контроля над заключенными в тюрьмах, на психиатрию.
Скиннер придумал методику, с помощью которой психологи могли эффективно и быстро корректировать почти любое поведение человека. Эта методика была названа последовательным приближением. Она заключалась в подкреплении поведения, наиболее близкого к желаемому. К этому приближаются шаг за шагом, — одна реакция подкрепляется, а затем подменяется другой, более близкой к желаемому результату.
Подкрепление может быть позитивным и негативным. Сущность позитивного подкрепления состоит в поощрении желательного поведения. В ответ на нужную поведенческую реакцию человек получает приятный стимул, который повышает вероятность того, что такое поведение повторится вновь. В случае негативного подкрепления все наоборот. Человек не поощряется за желательное, а наказывается за нежелательное поведение. Наказание состоит в предъявлении аверсивных (неприятных или болевых) раздражителей или в лишении приятных стимулов. Таким образом, индивид награждается за полезную с точки зрения экспериментатора деятельность и наказывается за нежелательную.
Сам Скиннер возражал против использования тех форм поведенческого контроля, которые основаны на аверсивных стимулах. Он считал наказание неэффективным средством. Он говорил, что поведение, за которым следует наказание, скорее всего вновь появится там, где отсутствует тот, кто может наказать. Подросток, которого родители наказали за то, что он курил дома, будет свободно это делать в подворотне вместе со сверстниками. Водитель, которого оштрафовали за превышение скорости, будет продолжать нарушать правила, когда поблизости нет патруля с радаром. Человек, которого посадили в тюрьму за вооруженное ограбление, не станет менее склонен к жестокости. Нужно поощрять желательное, а не наказывать нежелательное поведение.
Однако для американского истеблишмента особенно привлекательным в этой теории являлся ее упор на непосредственное, прямое изменение поведения. Исследования в этом направлении сразу же получили карт-бланш от правительства США. Поэтому на практике «модификация поведения» вылилась в попытки управления человеческим поведением с помощью электрошока, психохирургии (удаления участков головного мозга), рвотных средств, гипнотического внушения, вживленных в мозг электродов, химических препаратов, и многого другого.
Был разработан ряд программ. Наиболее известная из них — START (Special Treatment and Rehabilitation Training — обучение посредством специального лечения и реабилитации). Эта программа была разработана медицинским центром тюрем в Спригфилде, штат Миссури. Она включала в себя всевозможные меры для повышения уровня внушаемости заключенных и ослабления структуры их характера, с тем, чтобы как можно больше подвести под контроль персонала тюрем их эмоциональные реакции и мысли.
Сенсорная депривация стала основным средством психокоррекции. «Недисциплинированные» заключенные помещались в одиночные камеры, имеющие круглую, как циферблат, форму, без радио и литературы. Затем, если заключенные вели себя согласно определенным правилам, их постепенно перемещали с одного уровня на другой, каждый из которых имел большие «привилегии» чем предыдущий. Также проводилась специальная психотерапия. Во время сеансов психотерапии постепенно увеличивалась степень психологического давления. На заключенных кричали, играли на его страхах, высмеивали его чувствительность. Прилагалась масса усилий, чтобы заставить его почувствовать себя виновным в реальных или воображаемых поступках.
В штате Коннектикут заключенных подвергали удару электрическим током, когда он
«Полуголодную крысу поместили в пустую камеру, где был только рычаг и миска для еды. Сначала крыса демонстрировала множество оперантов: ходила, принюхивалась, почесывалась, чистила себя и мочилась. Такие реакции не вызывались никаким узнаваемым стимулом: они были спонтанны. В конце концов, в ходе своей ознакомительной деятельности, крыса оказывалась в самом дальнем от рычага углу камеры и тут же получала удар электрическим током. Оказываясь в непосредственной близости от рычага, она получала шарик пищи, автоматически доставляемый в миску под рычагом.
Постепенно крыса научилась избегать дальнего угла и проводила почти все время около рычага. Рано или поздно она случайно нажимала на рычаг — пищевой шарик мгновенно падал в миску. С этого момента пища давалась не за простое нахождение около рычага, а только за его нажатие. Первоначально реакция нажатия имела низкую вероятность, она была чисто случайной по отношению к питанию. Нельзя было предсказать, когда крыса нажмет на рычаг и нельзя было заставить ее сделать это. Однако через соответствующий промежуток времени голодная крыса начинала нажимать на рычаг все быстрее и быстрее. Нажатие рычага постепенно стало наиболее частой реакцией крысы, ее типичным поведением в ответ на условие недостатка пищи.
Если пища переставала подаваться вслед за реакцией нажатия рычага, крыса, в конце концов, переставала нажимать на него, происходило постепенное угасание...»
Опыт применения методов поведенческого контроля я получил еще в бесшабашные студенческие годы. В отличие от большинства студентов психфака — вундеркиндов в пятом поколении, интеллектуалов с пеленок, детей известных ученых и самих будущих ученых, верхоглядов и безнадежных зубрил, непревзойденных мастеров грызть гранит науки, — я особыми талантами не блистал, на практических занятиях не умел вовремя наморщить лоб и с умным видом вставить свои пять копеек, нагло игнорировал официальную учебную программу, и, к тому же, отличался нетипичной для будущих психологов замкнутостью и мелкопакостным характером. За что, естественно, не особенно примечался профессорско-преподавательским составом.
Однажды, когда ведущая занятие преподавательница, закатывая глаза от умиления, в очередной раз вещала о мифе «Белой богини» как символе космической сущности человека, я украдкой читал положенную на колени книгу. Тема была чрезвычайно интересной — как при помощи ударов электрического тока сформировать нужное поведение у белых крыс. Попавшая ко мне с оказией книга называлась «Экспериментальный анализ поведения организмов» ("The behavior of organisms: An experimental analysis"). Написал ее Б. Ф. Скиннер — известный «апологет буржуазной лженауки» и «прислужник проклятого империализма».
Читая книгу, я искал ответ на мучившие меня вопросы. Проблема, стоящая передо мной, по тем временам была нешуточной — что делать с «доставшим» меня преподавателем. Дело в том, что один уважаемый профессор (дай Бог ему здоровья!) отличался весьма скверной для студентов привычкой. Требуя стопроцентной посещаемости своих занятий, он в процессе чтения лекции очень любил перемещаться по всей аудитории, любуясь тем, как студенты конспектируют его гениальные мысли. Особенное удовольствие ему доставляло незаметно подкрасться сзади к азартно режущимся в «морской бой» или «секу» студентам и до смерти напугать их громогласным: «Молодые люди!!! Да я вас ... сейчас ... по этое самое!!!». Для некоторых студиозусов, предпочитающих во время бесполезных лекций заниматься своими делами, такая ситуация была невыносимой. В силу вышеперечисленных особенностей характера, больше всех это бесило меня. Естественно, чувства были взаимными.
Как всегда, решение пришло быстро и неожиданно. Опусы о «Белой богине» слушать больше не хотелось. Чтобы получить свободу, пришлось скорчить страдальческую гримасу и схватиться двумя руками за живот — способ не слишком эстетичный, но безотказно действующий в любых ситуациях. В тиши университетского коридора я обдумал детали своего адского замысла.
Метод был прост, как правда. Он был основан на описанном Скиннером эффекте подкрепления. Для всех людей одним из основных стимулов поведения является внимание и одобрение окружающих. Многие люди проводят массу времени, прихорашиваясь перед зеркалом, в надежде получить одобряющий взгляд супруга или любовника. И женская, и мужская мода — это предмет одобрения, она существует до тех пор, пока есть социальное одобрение. Хорошие отметки в школе — тоже позитивный подкрепляющий стимул, потому что за это получают похвалу и одобрение учителей. Цветы для любимой, лесть начальнику, похвала подчиненному... Внимание и одобрение значимого другого — родителя, учителя, возлюбленного — вот что часто движет нашим поведением. Причем эти мотивы далеко не всегда осознаются нами, чаще они «работают» на уровне подсознательных автоматизмов.
Как и