Счастье...
Просто слово. Почему же оно так волнует всех нас? счастье...
Блин.. я до сих пор до конца поверить не могу... я всё ещё надеюсь.. в этом моя ошибка... ведь уже не на что надеяться...
Посидела в парке у церквушки, сделала телефонный звонок... потом сидела уже пла... обратно шла тоже плача... странно наверное я выглядела...Но мне уже как-то всё равно...Вспоминаю что-то о нашихотношениях хорошее или плохое, опять начинаю рыдать... Боже, ну почему мне так плохо... Я просто не представляю как жить дальше... я не смогутак жить.. слишком... больно...
Пришла домой, кинула портфель, рванулась к компу, открыла карту москвы.. сейчас пойду в долгий путь до ближайшей церкви... а что мне остаётся.. ничего...
Сегодня произошло акое количество нехорошего, что нужно побыстрее закончить этот день...
Настроение сейчас - Хочется умереть... слишком много эмоций...
Я просто уже не знаю что говорить.. вымотана до предела.. просто руки и ноги не шевелятся… Но если не пишу, то начинаю опять задумываться о всём происходящем… Боль, ревность, любовь… какая привычная смесь…
С утра чуть не рыдала на алгебре... Потом получился этот идиотизм с пиццей.. слава богу получилось ничего. пришёл выгнанный с урока восьмой "В" и всё слопал. На физре нервы уже напряглись, ругались на меня отменно... Можно считать лексиком пополнила... Очень хотелось подойти и треснуть однокашницу по башке... Потом пришла домой... сделала ое как уроки... Опять сижу и чуть не плачу.. чего это со мной? Вроде ведь как внушила мне Лера что расстраиваться не стоит... И я вроде даже поверила....
Я не буду ждать 20 лет... Я вообще не буду ждать... Только до завтра... Бли что обо мне подумают в школе... целый день же буду плакать... Ну ничгео завтра хороший день.. если это применимо к моему случаю.
Наверное цитата Луьяненко из "Бога цветного мела" вспомнилась..
Hm G
Я pисую на асфальте
D F#
Белым мелом слово "Хватит!"
Хватит лжи и хватит боли -
Отпусти себя на волю
Я pисую белым мелом
Все, что так давно хотела.
Линий взлет, каpдиогpамма -
Сеpдце миpа теpпит pаны.
Hm G D
Фиолетовая пудpа, в ней ты и я.
F#
Жизнь, какая ж ты акула - ты ж беззубая.
Завтpа мел исчезнет в лужах и десятки машин
За собой следы оставят pазноцветных шин.
В белых кpошках сеpый камень
Кем-то для дpугих оставлен.
Слово "Ждать" и слово "Всюду" -
Их не помню, их забуду.
Если хочешь - можешь ты дождаться
Счастья в жизни лет так чеpез двадцать.
А мне не нужно слово "Если",
Мне нельзя сидеть на месте.
Фиолетовая пудpа, в ней ты и я.
Жизнь, какая ж ты акула - ты ж беззубая.
Завтpа мел исчезнет в лужах и десятки машин
За собой следы оставят pазноцветных шин.
Пальцы в белом, пальцы в синем.
Белый мел похож на иней.
Синей мел похож на небо,
Эх еще бы кpасный мне бы.
Миp, пожожий на калеку,
Чеpным кpугом же цветному человеку.
Мел стащила в пятом классе,
Жалко, им всю жизнь не pазукpасить.
Фиолетовая пудpа, в ней ты и я.
Жизнь, какая ж ты акула - ты ж беззубая.
Завтpа мел исчезнет в лужах и десятки машин
За собой следы оставят pазноцветных шин.
Фиолетовая пудpа, в ней ты и я.
Жизнь, какая ж ты акула - ты ж беззубая.
Завтpа мел исчезнет в лужах и десятки машин
За собой следы оставят pазноцветных шин.
Меня песня зацепила... как и многие песни Зои Ященко
| Как т
олько он хочет солга
ть, Над его голово й появляется ни мб. Это ж елтые бабочки! Же лтые бабочки! Я хочу ему это сказать, Но он занят делами, и вечно над ним Эти желтые бабочки, желтые бабочки. |
| Когда он садится играть в лото, Я же знаю, что хотел он совсем не то, Потому что над лампой вьются желтые бабочки. Когда в ущелье упал самолет, И подводная лодка ушла под лед, Над его кофейником тоже порхали бабочки. |
| Всем надоела эта война, Но это не повод, это не повод, Чтобы на его погонах появились бабочки. Те, кто убиты, хотели бы жить, Но даже память о них заблудилась во лжи, Во ржи над пропастью тоже мерцают бабочки. |
| Я листаю газету, я включаю TV, А он мне говорит о войне и любви, А над его микрофоном эти желтые бабочки. Когда он вынимает носовой платок, Оператор заряжает рекламный блок, Потому что из его карманов вылетают бабочки. |
| Когд
а он говорит, его уста Изверг ают в минуту от одной до ста, И теп ерь эти желтые ба бочки просто везд е. Сам по себе желтый цвет ничего, И бабочка тоже не страшная птица, Но когда это вместе, стало быть - быть беде! |
| Ах, эти желтые бабочки, желтые бабочки! Над его микрофоном эти желтые бабочки! |
| На его плантациях желтые бабочки! И на его полигонах эти желтые бабочки! |
| И на его космодромах эти желтые бабочки! И над его шезлонгом эти желтые бабочки! |
Это уже просто клинический случай. Мозги едут. Нервно качаю новую Ященко, думаю, что сегодня всё таки не мой день.. вот только что забыла сковороду на плите, масло сгорело и дым пошёл.. так пожарка сработала... нет.. сегодня всё как ввсегда наперекосяк...
Картошка была почищена, колбаса и хлеб нарезаны. Заложив картошку в котелок мы стали быстро и неумело обыстраивать лагерь. Полчаса у нас как раз таки ушло на то, чтобы поставить вторую палатку. Чуть слив воду из картошки мы залили её сверху тушонкой. К тому моменту, как был готов наш обед, на часах натикал час дня, а перед зрительным залом, на сцене был разбит шикарный лагерь. Во всяком случае нам так казалось.
Отдельной песней и сказкой была наша трапеза. Как когда-то верно подметила - никогда картошка не вариться под таким пристальным взглядом, как в походе. Вот и сейчас, разливая по пластиковым мискам смесь у меня было ощущение, что мои друзья не ели целую вечность и сейчас примутся обгладывать мои кости. Но этого, конечно не произошло. Ели мы жадно, обжигаясь и давясь. И это при том, что почти не были голодны. "Синдром похода", как позже мы это окрестили. Но окрестили мы так не только способ поедания продуктов в походе, но и кота. О нём и пойдёт сейчас речь.
После того, как мы покушали, нажно было пристёпать к поиску телефонной розетки, или, что былоюы намного лучше обрубка выделенки, который впрочем мог и не работать... Но вдруг? То что и то и другое в театре есть мы знали точно. Дима от меня, я от Кати, Катя от каких-то сотоварищей. Искали мы долго. Часа три. Находки нас поразили, но всё было не то. Нашлись несколько бычков(а как же иначе?), пара затушенных костров, рядом кости, причём судя по всему кости принаджежали крысе. Нашлась расчёска, со следами каких-то чисто вампирских зубов, утюг(естевственно работающий!), обгорелая книжка Ридьярда Киплинга, которую я сразу же присвоила, пара шприцов, с десяток бутылок... И трупик кошки. Если вы думаете, что мы, я и Катя, нашедшие этот труп дико закричали по своей девчёночьей натуре, то вы сильно ошибаетесь. Катя по-деловому подошла к сути вопроса.
- Марин, как ты думаешь, это есть можно? - этот вопрос я запомнила на всю жизнь и помнить буду всегда... Это тоже проявление "походного синдрома", но уже более явное...
- Нет, думаю, не стоит. Но шкурка может пригодиться. Запаковывай. – у меня в мозгах тоже помутилось и проснулись инстинкты происходящие от дальних предков, решающих всё по принципу: «У меня каменюка больше. Значит, сегодня полешь огород ты…», ну примерно так, хотя тогда огородов и то не было. Сейчас место каменюки заняла винтовка, но это не так важно.
- О, какой кошак! Сколько шерсти! А вы прясть нитки умеете? Не умеете.. жаль… Ну что-нибудь придумаем…
Ещё вдали теплится свет,
Ты знаешь что надежда есть,
Даже когда её нет.
Ящик Пандоры не открывай,
Там нет ничего...
Просто слёзы людей,
Вот и всё.
Нам нужно успоиться, идти.
Идти пока теплиться свет в дали.
Пока надеемся прийти...
Пока мы верим, что других должны спасти.
Неважно кто мы, дети или старики.
Пока в душе теплиться тот далёкий свет,
Мы будем помогать идти...
Глава 3. Кошка всегда гуляет сама по себе…
- Брр… Ну и холодрыга! – эти слова произнесла Катя, когда мы вышли из подъезда. Слова были, бесспорно, верны. Холодрыга была ещё та. Как на зло ещё вчера было тепло и солнечно. Но нам никогда не везло, так что мы не особо удивились.
- Держи. Согреешься. – сказал Дима извлекая из кармана маленькую бутылочку явно чего-то спиртного.
Катя побагровела. Потом посинела. Потом позеленела. Потом опять побагровела, но теперь уже крапчато. Её глаза мне не говорили ничего. Диме они сказали многое. Он молча спрятал бутылку обратно.
- Хм… А может и меня посвятите? – не выдержала я.
- Позже. – металлическим голосом отозвалась подруга. – позже…
В молчании мы добрели до театра. Пошёл мелкий дождь. Катя сменила ещё цветов десять и как апофеоз приобрела мышиную окраску. Дима сурово молчал. Инцидент явно будет иметь для него последствия.
- Так, ребят, не время ссориться. Сейчас нам нужно собраться и думать. Но для начала нам нужно разбить лагерь… Слушайте, не знаю как вы, а мне свобода нравиться! Неделя или около того без взрослых! Полностью автономная жизнь! Это же интересно!
- Ладно… Постараюсь радоваться… Или хотя бы сбиовампирить твою, Маринка, радость.
- Пытайся. А теперь вытаскивай свой электронный камин, палатку и остальное.
Это было бы похоже на лагерь беженцев. Палатка, неумело разбитая на сцене. Костёр еле тлеющий, хотя доски и щепки были сухие и явно должны были отлично гореть. Обогреватель был единственным, что работало правильно. Но было одно НО. Мы не бежали. Мы просто брали отсрочку. Чтобы играть на равных, нам нужно было подумать.
- Кать, ну кто же так картошку чистит?! Ты же себе все пальцы отрежешь, а картошка в шкурке останется! – поучал Дима Катю, которая пыталась лихо срезать шкурку… со своих пальцев…
- Не учи учёную, я сама справлюсь.. Ай! – Слава богу, шкурка с пальца не слезла, но ранка была глубокая и активно кровоточила.
- Вот, доигралась. – улыбаясь сказал доморощённый хакер. – Возьми, промой и перебинтуй.
Естественно готовясь выживать во враждебной нам природе, мы захватили с собой множество медикаментов на все случаи жизни. Увидев в собранной аптечке противоядие от яда кобры, я очень удивилась, но Дима как раз в этот момент сказал, что Катя очень предусмотрительная девушка и взяла только необходимое, все слова так и застряли у меня в горле.
- Слушайте, ну, нет больше моих сил смотреть, как вы чистите картошку! Отдайте мне нож немедленно! – я сама не заметила, как изменилась интонация моего