Вот только что это было.
Ехала домой в метро, вдруг в вагон вошла девушка. Я сначала думала, что это цыганка, так пёстро она была одета. Пригляделась — нет: слишком затейливо, стильно и прихотливо для цыганки. И вся обвешана сумками, сумочками и рюкзаками, вязаными, плетёными, всякими — как будто они выросли на её руках и спине... Я мысленно посетовала на то, что забыла фотоаппарат, а то бы подошла и попросила разрешения сфотографировать, настолько девушка была необычна и гармонична.
Как только я об этом подумала, девушка поднялась со своего места и решительно направилась ко мне. Спросила, не изучаю ли я ведическую культуру. "Ведь у Вас такое необычное лицо..." Лицо, ага. Футболку с изображением Вишну и сандалии, похожие на сандалии индианок, наверное, можно в расчёт не принимать.
Нет, говорю, не изучаю ведическую культуру.
О ведической культуре имею представление весьма смутное, как, скажем о котангенсах и косинусах. Знаю, что последние имеют касательство к измерению углов, и всё.
Девушка изъявила желание общаться со мной, подарила какую-то эзотерическую газетку и попросила мой номер телефона, я продиктовала его.
Скажем прямо: газетка — барахло, а девушка — интересная: умное лицо, ясный взгляд, нос-клюв и какая-то знойность всего облика, несмотря на белые волосы.
Надеюсь, встретимся и пообщаемся.
Настя, её зовут Настя. Знаковое для меня имя.
С матушкой моей нарисовали мы картинку.
Взгляните-ка:
[439x699]Мама нарисовала только красную нижнюю кляксу, а потом ей стало лень, и остальное пространство заляпала краской уже я.
Это делается просто: капнуть немножко жидкой краски на картон, потом соломинкой для коктейля сформировать лучи, а уж потом — дуть в соломинку, разгоняя краску в разные стороны и удлиняя и разветвляя "лучи" кляксы.
Может быть и просто, а зато весело!
Разбирала ящики в своей тумбочке и только что откопала одну занятную рекламку. Мне её дали ещё в прошлом мае на Сухаревской. Стояли парни и помахивали и трясли этими рекламками. Когда они мне вручили одну из них, стало понятно, почему они ими так трясли...
Наша старшая кошка Рося ласкается к маме. Мама, раздражённо-ласково: "Рося, иди к чёрту! Вот, к Ане иди!"
А знаете, что такое по-настоящему галантный кавалер? Я сейчас расскажу. Он идёт в магазин и на собственные трудовые гроши покупает вяленую воблу. Самолично голову ей откручивает, чистит и раздирает на кусочки. А потом... нет, не сам трескает, а меня потчует. Вот это я понимаю: галантность и куртуазность! А шоколадки всякие — чтó?
Глядя на эту рекламу в метро (сфотографировала на станции "Водный стадион", но в метро эта реклама красуется ещё много где) начинаю мысленно хохотать и ассоциация у меня возникает такая... Интересно, у меня ли одной?
[700x525]Догадались? Если нет, загляните под кат!
Душно в наших палестинах. Не то, чтобы чрезмерно жарко, бывает и гораздо жарче, а именно душно. Поэтому вывешу-ка я фотографию, которую привезла из своего путешествия в Петербург, но здесь не опубликовала:
[700x525]1 января 2008 года, вид на Петропавловскую крепость со стороны Эрмитажа.
Это цитата сообщения lj___doll__ Оригинальное сообщение
Фотограф
Фотограф 45 см.
livingdoll
[показать] [показать] [показать] [показать] [показать] [показать]Когда Юрик ещё не был качком, а был таким лёгким, что его могло бы унести порывом ветра... Приходилось таскать по небольшому кирпичу в карманах плюс один в руках.
Рисовала по старой фотографии. Не срисовывала, но вдохновлялась!
[600x451]Отъедешь 50 километров от Москвы: и всё, и ты в другом мире: тихом и благоуханном. Это за полтора дня становится понятным, что неважно вообще всё, а особенно — всё, что осталось в городе. Время течёт медленно и тягуче, как та сгущёнка, которую я не забыла привезти родителям в рюкзачке, они с нею кофе пьют. Да, время течёт медленно, кажется, будто в минуте больше секунд, а в часе — минут, и сутки длятся дольше... А деревенские сутки вмещают в себя несколько городских, жизнь кажется длиннее, это такая иллюзия бессмертия. В городе всё гораздо быстрее, и у меня счёт идёт уже не на часы и дни, а на недели и месяцы, как у моих самых зрелых коллег.
А раз времени в деревне много, то можно успеть уйму всего важного! Важного — не значит общественно-значимого и многополезного. Важного лишь для меня, а для всех остальных это, по гамбургскому-то счёту — просто ерунда. Так что окружающий мир сужается до: до размера деревни? Нет. До размера сада и огорода? Нет. В поле видимости — только короткопалая рука с садовым ножом да ус клубники.
Когда возвращалась в город сегодня с утра пораньше, случайно услышала в автобусе, который шёл до станции, разговор двух чуваков, они на работу ехали, вероятно. Один рассказывал другому о вечеринке по случаю крестин дочери друга. Праздник, если верить чуваку, живо превратился в пьяную свинг-вечеринку.
Кстати, я раньше не подозревала, что если люди, которые говорят "блядь" и "нахуй" после КАЖДОГО слова, даже после предлогов. Мне, конечно, доводилось встречать людей, которые весьма обильно уснащали свою речь матом, но такой "роскоши" не было ещё.
Теперь вот знаю.
А старушка, которой я уступила место, прочувственно сказала: "Спасибо, сынок!"
Деревня! Ну разве же можно её не любить, даже тогда, когда и любить не за что?
Порой то и дело слышишь различные советы, реплики в свой адрес, приказы, замечания, такие, например: "Не спать!", "Смотри в оба!", "Купи себе башмаки в военторге, и тогда ноги не будут промокать", "Что-то ты сегодня зелёная какая-то!", ".... и непременно сделай себе йодную сеточку — это первое дело!"
В конце концов я выражаю протест, но тихо — с помощью рисунка.
[515x699]Сегодня — день рождения Анны Франк. Люблю её рассказы и сказки, а когда у меня будут (если будут, конечно) дети, я им обязательно прочту сказку «Блёрри, открыватель мира»: о том, как плюшевый медвежонок захотел увидеть мир и убежал от своей хозяйки, и что из этого получилось. А пока: рассказ «Портье», написанный Анной 7 августа 1943 года.
Перевод Дмитрия Сильвестрова. Из книги «Рассказы из убежища» издательства «Текст».
Семья портье
Ни зимой, ни летом семья портье не выполняет приказа о затемнении. Как будто сейчас мир, время, когда во всех квартирах так уютно горел свет и было видно, как люди собираются за обеденным столом или за чаем.
Семью портье, кажется, совсем не заботит, мирное сейчас время, или военное. Во всяком случае, сквозь ярко освещённые окна можно видеть сидящих за столом отца, мать, их сына и дочь.
Мать вообще не желает очень уж обращать внимание на войну, она не готовит фальшивых подливок, лучше вообще не есть никаких, не заваривает суррогатный ай, но пьёт мятный, а когда раздаётся стрельба и она не хочет ничего слышать, тогда под рукой есть верное средство: забраться в душевую и поставить на патефон самую громкую джазовую пластинку. Если соседи жалуются, она не обращает на него никакого внимания, а чтоб их задобрить, приносит им назавтра что-нибудь вкусненькое.
Женщине с третьего этажа, чья дочь обручена с хозяином дома, она преподносит пухлую оладью, а мефроу Стен, соседка справа, получает пол-унции сахару.
Зубной врач со второго этажа, у которого её младшая дочь работает ассистенткой, тоже не остаётся обойдённым и тем самым приводит в ярость отца, которому после каждой ночной стрельбы приходится жертвовать сигаретами.
Отец и мать проводят целый день в одиночестве и любовно ухаживают за своими пятью кроликами, которые с каждым днём становятся всё толще и толще. Они спят в колыбельке, прячутся от дождя в конуре, и обеденным столом им служит корыто. На зиму у этих зверушек есть домик с окошками и прекрасные просторные комнатки. Их ежедневное меню — ботва от морковки и прочие вкусности.
Отец много работает в саду, мать — в доме. Всё там прямо сияет. Каждую неделю она моет и фасадные, и задние окна, каждую неделю берётся за покрывала, каждую неделю — за мебель на кухне, всегда вместе с толстой уборщицей, которая из года в год делает эту работу.
У отца дел не слишком много. Сейчас он портье в большой торговой конторе, наверху, и ему нужно всего-навсего чутко спать, чтобы он мог вовремя услышать возможных воров. Раньше мать, вместе с уборщицей, убирала во всём доме. Но с тех пор как одна её дочь вышла замуж, а другая родила десятого ребёнка, она уже больше этим не занимается.
Самая большая радость для отца с матерью — это когда их навещают внуки. Тогда весь день напролёт только и слышишь в саду: «Деда, баба, смотрите, кролики такие смешные!» И дедушка с
Сударыни, судари, а у меня вопрос!
Во-первых, есть ли здесь те, кто смотрел фильм "Розыгрыш"? Я не верю, что никто не смотрел. Видела этот фильм давно и фрагментарно, а на днях пересмотрела (после фильмов "Безымянная звезда", "Лолита", "Грек Зорба", "Пепел и алмаз" — "Розыгрыш" хорошо пошёл).
Так вот вопрос: как вы думаете, простит ли Игорь Грушко Таю Петрову, во всяком случае, смогут ли они общаться друг с другом, я имею ввиду — хорошо, сердечно общаться после всего произошедшего? Так да, или нет? А почему?
Отчего-то тянет иногда поболтать о каких-то конкретных вещах... Ведь зачем ещё нужны блоги, верно?
Viona! [700x525]P.S. А эту надпись на асфальте я вижу каждый раз, когда из дома выхожу. Зимой буквы алели сквозь снег и лёд! :):
В стране голубых озёр и мюсли,
Куда с трудом долетают мысли,
Два сердца холодных бьются вместе,
Кудахчут курами на насесте.
И мне твои все жалкие мысли
Как для ослицы — пустые ясли.
Вряд ли дети станут считаться именно этой считалкой, а жаль: было бы стильно, пусть и написано по-графомански!