Летом идти на реку. Трогать самыми кончиками пальцев - твои волосы, твои плечи, твои руки. Чертить круги на ладонях. Вместе стоять на мостике и смотреть в светлую воду. стрекозы трещат крыльями в жарком небе. Головокружительная высота - когда ты рядом. И так хочется-хочется - одновременно - попробовать твои губы на вкус и отсрочить этот сладкий миг.
Осенью гулять по лесу. Плести венки из самых ярких листьев, чтобы рыжие и багряные и золото - для тебя короной. Хочешь, я спою для тебя и станцую? Хочешь, выдумаю сказку, от которой ты будешь плакать? Хочешь, наворожу сны светлые, сны волшебные? Смотреть в твои глаза - бесконечно.
Зимой - бродить по городу. Стряхивать с твоего рукава снежинки, заматывать шею длинным шарфом, целовать на ветру, смеясь падать с тобой в снег. А в ранние сумерки возвращаться домой - поить тебя чаем в ютной кухне, вместе смотреть в окно - как в желтом круге фонарного света мечутся снежинки.
Весной сидеть рядом на крыше твоего дома и разглядывать прохожих, прижиматься тесней, подрагивая от свежего ветра. Запускать бумажные самолетики и наперебой рассказывать разные пустяки и приснившиеся ночью сны. Гадать, на что похожи пролетающие над нами облака.

В колонках играет - Мельница
Настроение сейчас - умиротворенное

- Какую сказку ты мне расскажешь сегодня, Гриззи?
- Я расскажу тебе сказку про великаншу, бабуля, - говорит Гризельда.
- Про великаншу, у которой было три головы?
- Да, про эту самую.
- И она жила в медном замке?
- Да, эта самая.
- Мне нравится эта самая, - говорит Прабабушка Кёфью, кивая своей
старенькой головой, и ее глаза горят от радостного ожидания. - Теперь
рассказывай, да только смотри, ничего не пропускай, - говорит прабабушка.
Гризельда садится у кровати, берет маленькую худенькую ручку прабабушки,
гладит ее под одеялом и начинает: "...Однажды жила-была Великанша, и у нее
было три головы, и она жила в Медном Замке".
- Ах! - вздыхает Прабабушка Кёфью.
Наступает молчание, потом она спрашивает:
- Ты уже все рассказала, Гриззи?
- Все, бабуля.
- Все-все?!
- Все-все.
- И ничего не пропустила?
- Ни одного словечка.
- Мне очень нравится эта сказка, - говорит прабабушка.

(с) Э. Фарджон "Я качаю свою детку"

Снилось, что несу зеленую керамическую чашу - она до краев полна стеклянными шариками. Мне нужно идти по прямой, не сворачивая, не огибая препятствий, и я иду - по узкому мостику над болотом. Мостик застлан душистым сеном. Я поднимаю чашу над головой, чтобы получше ее рассмотреть. На боках у нее выпуклые виноградные листья, по ним приятно проводить кончиками пальцев. Радужные шарики один за другим скатываются в сухую траву, но меньше их в чаше не становится.
Я иду вдоль низкого плетеного забора - чашу крепко прижимаю к груди. За забором дети собирают землянику и кидаются друг в друга мелкими разноцветными камешками. Хочу попросить земляники, но останавливаться нельзя.
Я иду по течению ручья. Камни скользкие, трудно удержать равновесие. Чаша раскачивается, шарики сыплются в воду дождем и растворяются в ней.
Я иду.

Когда возвращалась домой, уже стемнело. На детской площадке пусто. Только на одной скамеечке сидел старичок с палочкой. Рядом с ним стоял радиоприемник. Приемник тихонько шуршал новости.
Темно. И холодно. А он с приемником.
Может, ему нравится так сидеть в темноте, может, он ушел отдохнуть от внуков, надоедающих предложениями почитать ему вслух, поиграть, принести попить, выполнить любое желание. Может он просто вышел на улицу встретить кого-то, а чтоб не скучно было, взял с собой приемник. Ведь может, правда?

Но я почему-то больше ни о чем не могу думать.

Раз, два, три,
сожжены мосты.
Я стану ветром.
Кем станешь ты?

мне хотелось бы жить, засыпая под шорох реки.
никуда не спешить и сидеть по ночам одиноко
на одном из пяти золотых берегов Ориноко,
мной придуманных в детстве. гасить по утрам маяки,

для забывчивых странников мною зажженные ночью.
воровать из дупла горький мед одураченных пчел.
не оставить попыток по схеме достраивать челн
для двоих мореходов. и - шить паруса - между прочим -

между кучей занятий, которыми занят мой день
в ожидании тебя. в тихой нежности странного мира
зажигаю маяк. заменяю бунгало - квартирой
и сажусь на песок…
(с) Мир Абсурда

В мире есть удивительнейшие вещи.
На каждом шагу — каким чудом
земля подхватывает ступающую ногу?
(с)Виктор Кротов

теперь я везде появляюсь редко. прячусь. от себя. от людей.
почему-то тяжело писать.

Лежу и смотрю в окно.
Там сейчас уже нестерпимая жара, и пора уходить с пляжа. Патрулирующие побережье торговки наперебой предлагают горячую кукурузу и пиво, и раков, и горячие пирожки, и шелковицу. Мы бы сейчас неспешно свернули коврики, переоделись и, вытряхнув из шлепок песок, отправились бы в центр - обедать и покупать дыню на завтрашнее утро. Потом домой - кормить десяток разноцветных худых кошек, живущих у нашего подъезда. Потом опять на пляж - вода теплая, ракушки царапают ступни, мальчишки выстраиваются в шаткую трехярусную пирамиду и с воплями рассыпаются, брызги и смех, горячая кукуруза, как же без нее. Я бы в очередной раз выложила у дорогой подруги на спине ракушечные узоры или надпись "я люблю Ейск". К вечеру ветер становится прохладным, разморенные, разнеженные, кожа покрыта тончайшей корочкой соли - домой, душ, каблуки, в панике роемся друг у друга на полках - что же сегодня надеть??? - и танцевать до утра... Ночь жаркая. Можно сбежать на пляж - там темно и пустынно. Редкие парочки ни на кого не обращают внимания. Сбросить одежду и окунуться в прохладную воду. Звезды в небе и в воде - звезды. Наплаваться в волю, чуть обсохнув вернуться и танцевать дальше.
Лежу и смотрю в окно.
Лежу и смотрю...
Там сейчас уже нестерпимая жара...

сердце мое...
[700x525]

Джек Воробей божественен.

Сижу на чемодане в тяжком раздумьи: как бы увеличить его вместительность втрое и при этом уменьшить массу вчетверо.

В голове не укладывается, что через три дня увижу море. Ласковое мое, теплое, любимое...

1.Липы цветут.
2.Я в отпуске.
3.Вампирский роман закончен окончательно и бесповоротно.
3,5.Передо мной тарелка с разноцветной черешней - желтой, черной, красной - и вся моя))

геральдика - пусть будет и тут.
http://geraldika.hifi-design.ru/ownment/2.htm

Это цитата сообщения Хаэль_МакРори Оригинальное сообщение

Пусть будет... про Вереск много чего писал, нашлась только эта история. Может быть, потом напишу ещё о том, как Вереск училась летать на одном крыле. Вереск похожа на Хайфу)) все мои драконы, рыси и Элхи похожи на Хайфу...

***
Смотришь на Вереск ранним утром – зелёные чешуйки видны сквозь туман, а серебряные – нет, Вереск будто бы в двух местах сразу, здесь и там. Хвост уложен лабиринтом, всякую минуту лабиринт меняет правила игры – приводит то в когтистые лапы, то к паре зелёных драконовых глаз. Вереск моргает: играем еще? Играем, пока туман…

Днём Вереск ищет густую глубокую тень и ныряет туда, как яблочная долька в мёд. Почему-то яблоневую тень она любит больше всех прочих. Позвать шепотом: Вереск-Вереск… из-под яблони высунется кончик носа, пофыркает, стряхивая тенистые капли: Что? Айа? И спрячется обратно… Днём Вереск пьёт тень маленькими глотками, сдувая листики. И смотрит на яблоню: играем дальше? Играем, пока еще лето…

Вечером Вереск выбирается из тени, чтобы наточить в свете полумесяца когти (чем острее его края, тем лучше дракону). Она точит когти о серый огромный камень на берегу, то и дело ловя лапой отражения. У Вереск под крылом сто отраженных звёзд, двенадцать птах, без счёту веток, одно отражение восточного ветра и тринадцать майских молний. Дракон улыбается своему отражению: играем? Играем, - говорит отражение, взлетая на серый камень, - играем, пока спокойна вода.

Ночью Вереск спит. Ей снятся вересковые заросли, в которых мёд собирают тени пчёл и драконов… вздрагивает во сне – наверное, пчела села на нос, полосатая зелёная.

Кибитка


Где вас искать, когда раздастся рог,
Создатели чужих воспоминаний.
Речной песок и пыль больших дорог
Покрыли строки жизнеописаний...
Помнишь, как наш пенистый кубок
Наполняли цветы с облетающих яблонь?

Помнишь, как мятежное небо
Превращала гроза в скандинавскую гавань?
Как рвались облака легким взмахом крыла
Нибелунгского шлема?
Но последнего слова нас лишает судья
И судья этот -- Время...

Катись моя кибитка, по лезвию ножа
Холщовая накидка, песчаная скрижаль...
А ангелы смеются,
Разыгрывая в кости мой удел,
Там где есть предел
Скорби

Помнишь, как на пляжном песке
Мы во время дождя возвели нашу крепость?
Помнишь, как на выпавшем снеге
Мы читали следы, как потерянный эпос?
Как умели мы в шелесте мокрой травы
Слышать роханский топот?
Приговор приведен, и в конце его -- смерть
Через жизненный опыт.

Мы столько раз бежали в надежде встретить дом,
Слова моей скрижали осыпались песком.
Но будет остановка,
И судьбы встретит белый Гавриил,
Лишь хватило б сил
Выжить.

Помнишь, как в пыли площадей
Подымали мы наше вагантское знамя?
Помнишь, как под куполом звезд
И в сплетеньи дерев мы смотрели на пламя?
Как по ветру летел пурпур наших плащей
И как сердце летело?
Уведи понятых, время судит не нас,
Только бренное тело.

Катись, моя кибитка, в пыли по ось колес,
Полынный вкус напитка, тщета былых угроз,
Когда ж великий Логос
Молчанием накроет этот мир
Что ты крикнешь мне
Взглядом.

Пока еще трубит призывно рог,
Пока что живы имена и лица --
Читайте в колеях больших дорог
Скрижалей наших пыльные страницы...
(с) Л. Бочарова


больше, чем песня

А и фиг бы с ней, с погодой. Кто-то приделал пару крыльев к моим мокасинам, я не хожу, а летаю.
Какоевесеннеесосстояние))

Завтра ответственный день. Завтра комиссия, конференция, педсовет - сплошная нервотрепка. А в голове одни Светлые Легаты, боевые галеры, охотники за вампирами и прочая чепуха легче тополиного пуха. А еще готов набросок карты Сонного Пространства. Правда получается совсем не так, как задумывалось...

http://svalka.biz/2005/12/20/print:page,1,krasivye_foto_molnii.html - здесь очень красивые фотографии молний.
[345x450]

Настроение сейчас - превосходное

Полночи белые зарницы резали чернильные облака .
А утром пришла гроза - я не помню таких страшных, нет, таких прекрасных, уже несколько лет. Гроза заставила меня выпрыгнуть из теплой постели. Я стояла у окна и считала разноцветные высверки молний - розовые, лиловые и белые. Молнии продольные, молнии поперечные - колкие, зубчатые, похожие на риунок осциллографа. Одна медленно протянулась через все небо гигантским сиреневым щупальцем. Красиво и страшно.

Снилось, что нашла в книжном магазине очередную книгу из ДЛ. Авторы другие, герои те же, но события и судьбы их искажены так, что мне физически больно - строчки режут глаза и во рту металлический вкус крови. Сама себе удивляюсь - насколько ДЛ проросла во мне - или я ей проросла...

В колонках играет - flёur

Очень устала. Скорей бы уехать. Холодно и город давит, пригибает к земле. Выискиваю повсюду мелкие радости, старательно улыбаюсь.
Но уже на самом пределе - иногда чувствую, как внутри меня кричит по-звериному запертое усталое существо. Существу хочется солнца, существу хочется покоя, существу хочется, чтобы ничего у него не болело.
Завтра за билетами. А потом можно будет по вечерам доставать их, гладить тонкие желтые листики пальцами и представлять - поезд, море, море, море...