[600x450]
[432x324]
[250x350]
[показать]Умнеги из Швейцарского федерального института по исследованию леса, снега и сельской местности WSL обнаружили то, что может быть самым большим грибом в Европе: его длина почти в восемь раз превышает длину футбольного поля.
Грибу, который охватывает целых 35 гектаров швейцарского национального парка около города Офенпасс, больше 1 тысячи лет.
Выяснилось, что гриб-монстр — это опёнок (Armillaria ostoyae), правда, 800 метров длиной и 500 метров шириной.
Большая его часть скрыта под землёй.
Вот так разрастается коллега найденного монстра - опёног Armillaria mellea (фота plpa.agri.umn.edu).
Мегаотжиг тысячелетия!
Произошло ЭТО в стране мегаинтеллектуалов - Соединённых Штатах Пендосии.
В одном тихом, мирном прибрежном городке случился однажды пожар. Сгорел один дом. Сгорел и сгорел, и аллах бы с ним. Однако. Вскоре, на аццком пепелище доблесные пожарнеги находят обгоревший труп б/п ВАДОЛАЗА, в маске и ластах. Из Вашингтона срочно вызываюцца неибаццо опэтные иксперты-креминолаги, которые после нечеловечиских усилий мысли устанавливают, что...
плять, вы не поверите...
Водалаз был извличон из морских пучин мегакоффшом с пажарного вертолёта вместе с тоннаме морской воды и сброшен нахрен прямо в адово пламя пожарещща!!!
...
...
Я долго представлял то, что чувствовал бедный любитель морских глубин с момента потемнения моря вокруг, короткого перелёта в чёрном аквареуме и ащущения непонятной невесомости перед тем как дно акеана, абъятое агнём, вдруг резко приблизилось. Весь этот адов оджыг длился каких-то пару минут, но по степени и силе воздействия на восприятие отдельно взятого человека равнялся я думаю, половине среднестатистической жизни.
Какая достойная смерть.
Вопрос-же вот в чём:
ехать-ли на оддых в крым?
[423x290]
Чем больше тебе лет, тем сильнее и стремительнее сжимается время. Не успеваешь опомниться, как день сменяет ночь, реальность продолжает кусать своими острыми клыками, а я, кровью, привычно сквозь них просачиваться. Общение с людьми становится всё менее интересным, оставляя после себя лишь легкое чувство раздражения. НИЧЕГО достойного занять драгоценное место в пустых ячейках памяти мозга Не происходит. Иногда, правда, возникает лёгкий оттенок намерения слегка придушить, например Лолу. Но такие желания слишком потусторонни для этой реальности.
Бессмысленное мелькание событий жизни стремительно нарастает и достигая второй космической скорости убивает земное притяжение, однако чувство полёта по каким-то аццким причинам не возникает.
А ведь самая опасная авария - на взлёте. От винта, коллеги. Удачного вам взлёта!
Сижу в одном из кафе, пью то, что здесь считается кофе, и наблюдаю за прохожими. Отвратительное зрелище.
Ничего здесь не кажется странным, честно. Люди продают и покупают. Работают кто где. Попадаются нищие. Вполне постижимый мир. Конечно, я не все понимаю; но я и дома не все понимал. Хотел бы я сказать: «Что эти люди творят – просто уму непостижимо!» Но нет ничего непостижимого и невероятного. Они выполняют свою работу и живут своей жизнью. Я делаю то же самое, и все это кажется совершенно нормальным. Приходится напоминать себе, что я нахожусь на чужой планете. Не то что я могу забыть, разумеется. Просто никак не проникнусь чувством удивления.
Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.
Ом...
И везде я привык гордиться
И везде повторяю слова,
Дорогая моя столица,
Золотая моя Вашингтон.
Ребята, не Вашингтон ль за нами,
Умремте ж под Вашингтоном.
За Родину, за Уинстона Черчиля, Ура!
Вашингтон, Вашингтон!
Как много в этом звуке
Для сердца янки враз слилось.
Как много в нём отозвалось