В колонках играет - Gregorian

Кровью омыв асфальт под ногами,
мы жизнь на огонь променяли…»

Ему было всего лишь 26, когда черные, как смоль, волосы окрасила серебристая седина…. Ей исполнилось только 16, когда она так сильно и горячо полюбила…

Он улыбался,… всматривался в бесконечную даль ночного неба….
Я не знала, о чем он думает…. А так хотелось понять, почему так случилось…. Почему все всегда заканчивается выбором…, никто не мог объяснить мне этого…. Предать себя, пойти на слабость, открыться и просить о пощаде…лишь бы только любить и знать, что ему нужна…. Или вечно плакать в подушку, понимая, что уже не вернешь прошлого…. Или просто взять и все закончить… просто отпустить душу…предать разум забвению???
Я не знала, что делать,... я не могла понять, что нужно, чтоб успокоить мое сердце… не могла,… боялась,… да, именно боялась… потерять его... или потерять себя….
Появились первые лучи солнца. На улице мелькали ранние прохожие. Вот уже ведут маленьких деток в ясли…. А он все стоит и всматривается куда-то в даль.
- Скажи мне… - прошептала я, не веря в то, что я на это решилась, - скажи…. Нужна я тебе? Способен ли ты полюбить меня? Любишь ли ты меня сейчас?
Он, обернувшись, посмотрел на меня, заговорил, его слова отразились такой болью в моем сердце, что казались ножом, вошедшим в не защищенную спину:
- Ты?? Зачем мне ты? - он говорил это с такой злобой, что можно было ее пощупать, и не скрытая насмешка уже не казалась театральной игрой.
Я, заглушая боль от его слов тихо, почти не слышно, пробормотала:
- Не уходи от ответа….
Он молчал…. Его темно карие, почти черные, глаза были полны надменной усмешки, эгоизма, злобы…
Я подошла к карнизу, посмотрела вниз, где, ни о чем не подозревая, медленно прогуливались прохожие, весело визжа, резвились дети…
- Я прыгну… - посмотрев на него, сказала я.
Он поймал мой взгляд, долго, изучающее всматривался в него и, ослепительно улыбнувшись, ответил жестоким, холодным тоном:
- Прыгай.
У меня не было слов. Я не хотела верить, что человек, которого я так люблю, мог быть таким жестоким и холодным.
Душа выла,… умоляла отпустить ее,… просилась выйти на волю. «Если ты его любишь, принеси ему счастье… пойди на смерть, если он этого хочет! Отпусти меня! Отпусти себя!» - она уже не выла, она орала,… вырывалась наружу.
«Неужели он так хочет этого??? Неужели он настолько бессердечен??? Неужели он так хочет увидеть мою смерть???»
- Прыгай…. Чего ты ждешь? Я хочу увидеть это, – его слова отозвались эхом на мои мысли.
Я опять посмотрела вниз, потом подошла к нему. Дотронулась рукой до его белоснежной, бархатной кожи, провела пальцами по шелковистым, черным, как смоль, волосам, коснулась холодных губ своими, стараясь как можно дольше удержать мгновение поцелуя, долго стояла, чувствуя их сладкий вкус.
Так долго и страстно я еще никого не целовала в своей жизни. Потом подошла к краю крыши, поднялась на карниз…. В последний раз обернулась в надежде увидеть в его глазах просьбу остановиться. Но они только бросали вызов: «Ты не сможешь…. Ты слишком любишь жизнь…. Ты еще очень молода.… И ты не хочешь умирать…»
- Что ж…. Если моя смерть принесет тебе больше радости, чем моя любовь.… Если ты действительно этого хочешь….
Я не договорила,… мне было нечего сказать,… и… я шагнула на встречу земле… на встречу бесконечности. Последнее, что я слышала, был сдавленный стон, вырвавшийся из его сердца…
- Все кончилось… - прошептала я…

***

- Нет!!!! – задавленно простонал он, рванулся к краю крыши в надежде поймать, но лишь увидел, как тело упало на тротуар, и под ним растеклась темная лужа крови. Он застыл как вкопанный, смотря на окружающий его мир, слыша крики прохожих, плачь напуганных детей, вой серен….
Потом что-то щелкнуло внутри, и он бросился вниз по лестнице, надеясь на то, что она еще жива, что он вновь услышит ее мелодичный смех и вновь почувствует сладкий мед ее губ на своих, что он поцелует ее и скажет, что никогда больше не отпустит и что любит ее больше всей жизни….
Он подбежал к мертвому телу, упал перед ним на колени и обнял, шепча молитвы богам…. Он умолял ее не умирать, просил ее вернуться,… но было уже поздно. Теплые слезы котились по щекам…. Он прижимал к себе мертвое тело. Руки, костюм, белоснежная рубашка – все было залито кровью, но это не имело для него никакого значенья….
Кто-то оттащил его от умершей. Он почувствовал запах валерьянки. Кто-то проводил его до квартиры, где совсем недавно он болтал с ней о всякой чепухе, напоил его чаем, пытаясь расспросить о том, что случилось. Он почувствовал, как ему сделали укол…и все… полнейшая пустота… желанное небытие… сон….

С того дня мир вокруг перевернулся. Ему было всего лишь 26, но черный шелк его волос украсила серебристая седина. Солнце больнее не восходило по утрам и не раскрашивало мир в яркие краски. Не пели соловьи, не играли, радуясь жизни, музыканты…. Мир Читать далее...

[279x370]
В колонках играет - Gregorian

Привратник вечности открыл полночные ворота.
Вошла в них Тэль, и пред ней предстали тайны чуждой
Немой станы скорбей и слез, где не блеснет улыбка,
Где спят на ложах мертвецы, где скрученные корни
Живых сердец запечатлели их земные муки.
(Вильям Блейк. «Книга Тэль»)

Ночь…. Недавно поглотившие небо тучи куда-то рассеялись, открыв путь свету сотен тысяч звезд. Она сидит на балконе, слушая плеер. В наушниках играет Наутилус – «Дыхание». Ее взор устремлен в черную даль, где, вроде бы, море воссоединялось с небом, и где-то вдалеке яркой звездочкой мелькает маяк, оповещая о начале суши корабли-призраки. Она встает со стула, расправляя черный шелк короткого платья, скрывающий обнаженную фигуру, и спускается вниз. Идет к идеально черному полотну солоноватой воды моря…. Плавный шаг, иссиня-черный шелк, фарфорово-белая кожа, отражающая лунный свет - создает впечатление, будто бы идет призрак. Свет фонарей неожиданно гаснет, когда она проходит мимо, оставляя за ее спиной непроглядную тьму ночи…. Музыка, играющая в баре, замолкает…. Люди, гуляющие по набережной, исчезают…. Наступает полнейшая тьма и, взволнованная лишь звуком бьющейся о песчаный берег воды, тишина.
Никого. Ничего вокруг…. Только медленно шествует в черном шелке фарфорово-белая девушка. Тонкая лунная дорожка, пролегшая по иссиня-черной глади и бело-золотистому песку, освещает ей путь. Легкий ветер развевает длинные воронова крыла волосы…. Кажется, белый песок начинает в восторге ласкать ее ступни, почти не проминаясь под ее невесомой фигурой, когда она ступает на его серебристую полосу. Вода все громче бьется о берег, жаждя прикоснуться к ее нежно-бархатной коже. Она медленно спускает с плеч тонкие серебристые бретельки платья. Песок влюблено принимает мягкую ткань, недавно касавшуюся ее тела.
Все…. Даже вода и ветер замолкают, увидев прекрасные очертание ее белоснежной фигуры, окруженной длинной шелковистой волной цвета воронова крыла волос. На длинной изящной шее остаются висеть только маленькие, с указательный плиц, ножны, украшенные редкой серебряной филигранью, с клинком черного серебра.
Она медленно ступает в нежное молоко моря, которое, не в силах устоять от соблазна, начинает ласкать бархат ее идеально мягкой кожи. Теплый ветер ласково гладит округлые бедра и маленькую упругую грудь.
Вот уже вода жадно приникает к нежно розовым, словно внутренняя сторона раковины, соскам…. Черные волосы стелятся за спиной девушки длинным шлейфом.
Она останавливается. Развязывает кожаный ремешок с ножнами и достает из них поблескивающее в свете луны черное лезвие кинжала. Она в последний рас посмотрела на мелькающий вдалеке маяк…, на отливающую ржавчиной луну…, на покрытое миллиардами звезд ночное небо. Она делает последний глубокий вдох солоноватого морского воздуха…
Острое, словно бритва, лезвие касается кожи, и темный метал с восторгом принимает первую каплю густой крови, проскользнувшую по его гладкой, отполированной поверхности, покрытой еле читаемой надписью. «Верь в содеянное тобою» - гласила она. Соленая вода тут же впилась в свежую рану, с обжигающей жадностью начала поглощать кровь принесенной ей жертвы.
Хрупкое миниатюрное тело начало оседать в черную пучину моря. Она закрывает глаза, чувствуя, как кровь капля за каплей покидает ее тело, делая его все слабее и беззащитнее….
Но она не знает, что уже давно он не может оторвать от нее глаз…, что уже давно, пристроившись в тени, он наблюдает за ней… и… что никогда в жизни не позволит совершиться задуманному ей ритуалу смерти….
Его сильные руки выносят ее хрупкое тело на берег. Лунный свет тут же окутывает ее своим покрывалом. Мягкий песок с радостью принимает ее в свои бархатные объятья.
Он достает из кармана намокший платок и обвязывает раненую руку. Светлая ткань моментально темнеет, впитывая вытекающую из нее кровь. Он укрывает миниатюрное тело теплым пледом и, подняв ее на руки, идет быстрым шагом к себе домой….
В лунном свете металлическим блеском отливают ярко медные волосы. От капель, стекающих по его спине, отражается свет зажегшихся вновь фонарей. Мокрые светлые брюки обтянули тугие, накаченные ноги….
_____

Он сидит у ее постели. Маленькое хрупкое тело скрывает нежно-бежевый шелк постельного белья.
Руки сами начинают аккуратно оголять фигуру девушки. Ткань сползает, открывая маленькую упругую грудь со светло-розовыми сосками, втянутую поверхность живота, соблазняющие белые округлые бедра…. Он любуется ей, боясь прикоснуться и разрушить этот идеал всего ныне существующего. Он поднял взгляд к ее лицу, такому невинному и детскому во сне.
«Как?! Как столь невинное, еще совсем молодое существо могло решиться на столь ужасный поступок?!» - думал он, Читать далее...

В колонках играет - Flowing Tears

Ты расстанешься с жизнью трудною,
Чаши полной коснувшись едва,
И над прахом парчой изумрудною
По весне расцветет трава…
(Джордж Гордон Байрон)

Тихий осенний парк, забытый временем и людьми. Молчаливые аллеи, захваченные мраком предрассветного часа. Мирный ветер, срывающий последнюю листву с вековых деревьев.
Она, прекрасная в своей безмятежности, одинокая в своей печали, тихо ступала по разноцветному ковру мягких палых листьев, скрывающему побитые асфальтированные дорожки. От чужих взоров ее лицо скрыто капюшоном, но чувствуется теплая улыбка, обращенная к умирающему миру. От ее шагов тихо шуршит средневековое платье темно-бардового муслина. Руки, скрытые бархатными печатками, сжимали нежно-желто-красную розу, лепестки которой ласково прикасались к ее губам.
Порыв ветра сорвал с капюшон с ее головы, и в воздух взметнулись пышной волной огненно-рыжие волосы. Никто не увидел этого прекрасного существа в обличии человека. Только парк, казалось, тихо застонал от скрытого желания обладать ею. Легкий туман стал подниматься от замерзшей земли, укутывая хрупкую фигуру девушки в бархатное покрывало. Первые лучи мягкого осеннего солнца окрасили красноватым оттенком окружающий ее мир, и, попав на ее волосы, были заточены в медную клетку, отражаясь от огненно-рыжих локонов, создавали яркое свечение вокруг нее.
Одинокий лепесток оторвался от цветка и, слегка коснувшись ее руки, упал к ее ногам.
«Ничто не вечно» - сорвалось с ее губ….
Над головой пролетел черный ворон. Его взгляд на секунду задержались на ее одинокой, закутанной в плащ фигуре, и он издал тихий, режущий слух крик, оповещая о чем-то сонный парк.
Деревья расступились пред ней, открывая путь к слегка потревоженному ветром озеру. По ее губам скользнула мечтательная улыбка, и, сойдя с узкой дорожки, она медленно прошествовала к безмятежной воде. Подобрав юбку, она присела, и рука коснулась спокойной зеркальной глади. Озеро ответило тихим счастливым плеском на ее ласковые прикосновения. Совсем близко, в нескольких метрах от нее, раздался треск сухих сучьев, и, тяжело дыша, на встречу ей выпрыгнул молодой олень. Разумом зверя владела паника, и только ее полное спокойствие позволило ей подойти к испуганному зверю. Тот нервно озирался и, увидев приближающуюся к нему девушку, хотел было броситься бежать, но ее рука нежно легла на его голову…. Вот она уже обняла перепуганное, совсем еще молодое существо… и олень, позабыв об опасности, преследовавшей его, ближе придвинулся к ней, перенимая ее спокойствие и безмятежность. Раздался громкий выстрел. Олень, вспомнив о страхе, вырвался из ее объятий, и помчался в глубь застывшего парка. Она, тихо вскрикнув от неожиданной боли, резко развернулась, чувствуя, как по спине ее побежала горячая струйка. В глазах ее застыло странное смешение чувств, охвативших ее в одно мгновение: испуг и, в тоже время, счастье, боль и удовлетворение, печаль и легкое веселье….
Из-за деревьев выбежал молодой человек, лет 23 – 25, с губ его сорвался отчаянный стон, когда он понял, что произошло. Винтовка выпала из его рук, и он бросился к упавшей на землю девушке. Он опустился на колени, слегка приподнял ее. С губ девушки сорвался судорожный вздох…
- Сейчас…. Потерпи…. Сейчас…. Я постараюсь помочь… - нервно шептал он. Черная прядь волос выбилась из туго завязанного хвоста. В ярко-голубых глазах стоял страх.
- Оставь…. Все хорошо…. – ее губ коснулась ласковая улыбка.
Его дрожащие руки убрали с ее лица прядь огненно-рыжих волос, их холод коснулся ее щеки. Она почувствовала их мягкую нежность, не так часто он выходил на охоту, что б приобрести грубость и жесткость закоренелого охотника.
- Осень… - тихо прошептала она, стараясь не выдать мучавшей ее боли, подступающей к ней желанной смерти. – Все умирает….Но весна возродит все…. Лишь дождись ее…. ничто не вечно… даже смерть….
Он посмотрел в ее зеленые, словно первые весенние листья, глаза, закутанные покрывалом смерти, почувствовал последний сорвавшийся с ее губ вздох, коснулся дрожащими пальцами ее остывающих губ. Он остался сидеть, держа на руках умершее тело, дрожа всем телом, пытаясь осознать то, что сейчас случилось.
Ему в лицо ударил жестокий порыв ветра, тихий парк наполнился шумом и взвыл от отчаянья, нестерпимой потери…. С одной из веток слетел черный ворон, печально крикнув в пустоту отчаявшегося парка, и взметнулся вверх, к озаренному осенним солнцем небу. И, казалось, парк тихо зашептал давно забытые слова:
Ты расстанешься с жизнью трудною,
Чаши полной коснувшись едва,
И над прахом парчой изумрудною
По весне расцветет трава…
Их подхватил ветер, разнося всему миру весить о смерти….
- Ничто не вечно…. Даже смерть – тихо повторил человек, медленно уходящий с места, где несколько минут назад еще улыбалось миру прекрасное существо, где несколько минут назад смерть приняла в свои объятья ее Читать далее...

[202x300]
В колонках играет - Flowing Tears

Вы любите дождь? Да… не сомневаюсь…, каждый из вас, хоть раз, сидел в своей комнате и всматривался в окно, об которое со всей мощью бились крупные капли…. Будь то день или ночь, но дождь неизменно завораживает, подталкивает тебя к осмыслению каких-то проблем…, к осмыслению своей жизни….
Вот так и ты сейчас стоишь на балконе и смотришь, как с неба тяжелыми струями льется вода…. Кажется, небо плачет…, оно тоже о чем-то грустит, вторя твоему настроению…. Промозглый ветер продувает со всех сторон, хочется зайти в дом, укрыться теплым пледом, сесть в мягкое кресло и наблюдать за бушующей природой в тепле и безопасности…, но… нет,… ты продолжаешь стоять, всматриваясь в беспросветную тьму ночи… и чувствуя, как ледяной ветер холодит твою плоть….
Стоишь…, и тебе кажется, что ты находишься в теплом доме, в кресле, стоящем против камина…. Ты всматриваешься в разноцветное пламя…, а за окном все так же тихо льет дождь….
Но вот новый порыв ветра бросает ледяные капли тебе в лицо, и ты приходишь в себя от прекрасного ведения….
Ты стоишь на берегу огромного озера, окруженного темным, беспросветным лесом…. По твоим обнаженным плечам с силой бьет холодная вода, и на лазурной глади расходятся в разные стороны круги…. Ты возносишь руки к печальному небу…. Волосы намокли, вода струями стекает по лицу…, голой спине…. Тебе хочется закричать…, и ты кричишь, взывая к Господу:
- Что еще?! Что еще тебе от меня надо?! Что еще ты от меня хочешь?!
Ты падаешь на колени, и последние слова поглощает порыв ледяного ветра…. Глупые, не понятные чувства поглощают твою душу…, но вот… твое внимание привлекает что-то на озере…. Ты обращаешь свой взор к потревоженной дождем глади…
У кромки воды стоит девушка…. Темные пряди ее волос, слегка встревоженные новым порывом ветра, стелятся по озерной глади…. Тонкий хлопок ткани, служившей девушке туникой, промок…, обтянул ее идеальную фигуру…, стал прозрачным…. Твоему взору открылась высокая, упругая грудь, обтянутая на сквозь промокшей тканью…. Ярко-зеленые глаза пристально наблюдают за тобой…. Пухлые, полные сока, нежно-розовые губы призывают тебя… хотят тебя….
Ты медленно, будто бы под гипнозом, приближаешься к нимфе,… и вот рука сома уже касается бархатной кожи, которая, на удивление, под столь сильным дождем, остается совершенно сухой…. Ты закрываешь глаза и наклоняешься к сочным губам, хочешь изведать их сладкий нектар…. Но опять беспощадный ветер и ледяные капли дождя заставляют открыть глаза…
Ты стоишь на краю обрыва, под ногами – неровный, мокрый природный мрамор…. Ты смотришь вниз, в черное ущелье…. Там, где-то далеко, с оглушительным грохотом бьясь об острые камни, бежит река…, бежит, не признавая пред собой преград, не зная пощады…. И кажется, что этот безумный водопад только и ждет приношения новой жертвы…. Ты смотришь вниз,… все тот же безжалостный ветер рвет незащищенную кожу, и ледяные струи, острыми ножами, врезаются в нее…
Ты слышишь, как шепчет ветер… или это твой разум вновь играет с тобой…
- Шагни…. шагни…. шагни…. Река ждет твоей жертвы….
Что-то толкает тебя на этот шаг…. И ты идешь…. Идешь в пустоту... . Приближаешься к бушующей далеко внизу воде… Холодные струи дождя рвут твою кожу. Одновременно лаская ее….
Яркая молния разбивает надвое печальную высь…
И ты опять стоишь на своем балконе…. Стоишь в безопасности, где ледяные капли и промозглый ветер не могут достичь тебя, не могут навредить…. Стоишь и смотришь в никуда.
Вновь пред глазами проносятся мимолетные видения: тихий вечер у камина…, зеленоглазая нимфа…, бушующая беспощадная река….
Только это тревожит тебя…. Вызывает у тебя вопросы…, на которые ты не можешь найти ответов… « Что это было? Что это значило? Это – реальность?»
Я тоже не знаю ответов…. Их может дать только твоя душа… твое сердце…,загляни в них…, и, может, ответы найдутся….

Lost Fantasy
25.07.04

решила создать дневничек.... просто для той мелочи которую пишу... нет не для обыденной жизни.... не для слезливых постов о том, что все как-то не так....
это очередной дневник.. но с одной целью...
здесь будут выложены все мои рассказы....
мое личное пространство...