мокры листы тетради счастья,
туман и дождь,
они несбыточным сочатся,
а ты все ждешь –

неиссякаемая чаша
прольется на
пустыни выжженные даже,
а все полна,

настанет утро, будет вёдро,
рассвет багрян,
и солнца золотые бёдра
смутят мирян…

но падают на землю капли
простой воды,
сквозь комья темно-серой пакли,
туман и дым

***
так идеал недостижимый
манит вдали
пока картонные режимы
на корабли,

в давно пустующие трюмы
эрзац-побед
погрузят весь Кавказ угрюмый,
седой Тибет.

цыплят по осени считая
из южных стран,
откроют пальцами Китая
мазутный кран -

стакан на каждого цыпленка,
гори, сияй,
обмана радужная пленка
для россиян,

чтоб громыхали дизелями,
зулус и грек
где в берегах из киселя нет
молочных рек.

[показать]

Старый столяр, для чего вы снова пилите опилки,
Их вот-вот затянет в хобот пылесос грядущих зим,
Тихо в доме, нет ни пенни в вашей глиняной копилке,
Холодок минувших буден в мастерской невыразим

Опустите ваши руки, что не знали скуки праздной,
И ножовку положите на зазубренный верстак,
Что напрасно суетиться, кровь, увы, осталась красной,
Значит ровно по заслугам все получите за так:

Будет день, и будет пища, может статься, даже с маслом,
Стол, кровать и табуретка, телевизор и кино,
Даже лампочка при входе ближе к ночи не погасла,
И вода течет из крана - еле тепленькая, но…

Что-то надо было склеить, обстрогать и присобачить,
В нужном месте с нужной силой вбить еще заветный гвоздь,
Чтоб сложилось все как надо, без изъяна, а иначе,
В этом мире все равно вы не весьма желанный гость

Во время ходовых испытаний на атомной подводной лодке Тихоокеанского флота в субботу произошла авария - по неизвестным пока причинам сработала система пожаротушения, что привело к гибели более 20 человек.

Система объемного пожаротушения на АПЛ - т.наз. лодочная объемно-химическая (ЛОХ) при пожаре подает в отсек лодки фреон, связывающий кислород воздуха. При этом личный состав должен немедленно надеть изолирующие дыхательные аппараты. Думаю, что на испытаниях в отсеке было полно лишнего народу и аппаратов и масок подачи воздуха от стационарной системы ВВД просто не хватило, плюс паника.

Ужасная, глупая смерть...

Амели на мели в Сомали,
не с кем больше лететь на Бали,
распевая вдвоем ай-люли,
довели кобели Амели,
на манер Сальвадора Дали
исчезают в лазурной дали,
небеса, паруса, корабли, -
все, что мы удержать не смогли…
[318x497]

[300x270]
Рожденный ползать летает низко,
Пускай без пользы, зато без риска
Орлов не стало, одни пингвины,
Не для ристалищ, зато невинны,
Что ноги, крылья – хвосты в почете,
На взлет закрыли, на слив течете
Тушите свечи, сушите весла,
Вчера под вечер вода замерзла,
Идите смело по крепким льдинам
Под брюхом белым непобедимым
А я покуда останусь дома,
Зато не буду вельми ведомым

Так и живет, скитаясь
По миру вкривь да вкось,
Внутренний мой китаец,
Желтый как абрикос,
Словно легкоатлет, как
Тощий прыгун в длину,
Только грудная клетка
Ходит мехами. Ну,
Вымолви хоть словечко
Тезисы обозначь,
Или прямая речь-то,
Чай, не футбольный матч?
Что ж ты стоишь так близко,
Голову вверх задрав,
Так ли уж он изыскан,
Клетчатый твой жираф?

В немыслимом каком-нибудь Вьетнаме,
Валяясь в лихорадочном бреду,
Я вспомню все, что было между нами
И в сны твои нечаянно приду –

В одну из этих полутемных комнат,
Где ты меня, не ведая про стыд,
Любила, и где даже стены помнят,
Их память нам разлуки не простит.

Мое письмо бессмысленно, напрасно,
Где чья вина, чья истина в вине,
Не стоит выяснять в который раз, но…
Не умирай, не вспомнив обо мне.
[419x495]

ходят кони над рекой,
эй, прохожий, кто такой?
ты за пазухою держишь
что-то правою рукой!
толи камень, толи кукиш,
но меня за грош не купишь,
выворачивай карман,
покажи с каким товаром
к нам пожаловал, татарам,
на халявные корма!
здесь у нас теперь орда,
ненасытна и горда,
не ходи теперь ночами
как в минувшие года.
я тебя предупредил,
наш начальник – крокодил,
враз проглотит как мочалку,
чтоб напрасно не ходил!
в небе голая луна,
полночь как душа черна,
только по усам стекают
капли красного вина.
[233x350]

Женщины редко влюбляются в лысых,
Зато часто замуж выходят за них,
Но я не хочу чтобы мозг мой высох,
Ум притупился и член поник…

Понятно, что время не остановишь,
Что у всех билеты в один конец,
Остается надеяться на одно лишь –
Не удастся доехать до конечной станции мне:

Я покину купе, чемоданы оставив,
И сойду втихаря где-нибудь в Бологом,
Пока в громыхающем встречном составе
Ты будешь смотреть в окно, думая о другом.

Вот выпадет снег, и укроет вязы,
их кроны озябшие, в старом саду
мы будем бродить, по колено вязнуть,
пока наши тени на нет не сойдут.

Я буду читать тебе грустные вирши,
ты – молча внимать им, не глядя в глаза,
но взгляд направляя куда-то выше
меня, вероятно за горизонт, или за

границы доступного воображению,
того, что немыслимо ни на каком языке,
там никогда не станут для слов мишенью
твои озябшие пальцы в моей руке,

не выйдет в тираж разговор о том, что
так необъясним этот цвет меловой,
и мы точно лебеди белые, точно
два облака в небе над головой

Наш пароход с трубой
Дует в свою дуду,
Скоро и нам с тобой
Тихий причал найдут,

Скажут – «привет, мальчиш!»,
А впрочем, какая чушь…
Если всю жизнь молчишь,
Значит и ты не чужд

Угольных мыслей о
Бренности бытия,
В частности – своего,
В целом – где ты и я.

Эх, сочинить бы для души
верлибра крупного калибра,
чтоб закатилась в камыши
души чувствительная фибра,
разбередить мятежный ум,
смутить его и обездвижить,
влезть под одеяло сразу к двум
и тискать их - все ниже, ниже...

если ты дурак по жизни,
или вовсе не дурак,
то, пожалуйста, скажи мне
где Обама, где Барак,
как в вагончике купейном
от Аляски до Орла
едут цугом Джон с Мак Кейном,
закусивши удила.
Голодай три года, пей ли,
ссы с моста на провода,
но не будет Ссарра Пэйлин
президентом никогда,
я б сама ее убила,
дуру, просто мочи нет,
а вот Клинтона я Билла
уважаю за кларнет -
он украл его у Клары,
Клары Цеткин of Berlin,
он блестящий, хоть и старый...
Вот и кончился верлибр.

Однажды старец Варсонофий
решил с утра откушать кофий,
достал спиртовку и огниво,
заварку осмотрел ревниво -
что, блин, за белый порошок?!
на том бы и прервать стишок,
да нёба свод у нас пологий -
знать от бананотехнологий,
и глотку вряд ли нам заткнут
та-ту-льский пряник, или кнут.

Уж куда хуже, чем ёж, а ёж не лучше чем Иж,
в то время как этот Иж хуже настолько аж,
что либо зря скулишь, либо взаймы не дашь.
В небе зияет брешь, а в ней хрустальная брошь,
и если кутью не ешь, то вряд ли чего поймешь.
Был президентом Буш, самым главным то бишь,
но если отец и муж, то не о том скорбишь,
что жизнь мала как вошь, но интересная вещь -
если бы я был вождь, то наверняка зловещ.
Падая на диван, вперю в пространство зрак,
без году день Иван, тысячу лет дурак.

Мне нравится, что вы, мы, ты – не мной
Не мы - ты окна, Windows, фрамуга,
Не стоит этот промысел земной
Того, чтобы ребенка ставить в угол

Не мой, последних капель на стекле
Неизгладим пребудет отпечаток,
Не мы усталый взгляд потупим вслед
Не ты уйдешь под ливень без перчаток

На то вовеки неисповедим,
Не НАТО у Невы пальну не ВАМИ,
Но мы их в пабе диком победим,
Пока есть мак в саду у дяди Вани

Стрела безбашенного крана
Уперта в серое ничто,
Теперь уже не слишком рано
Проститься с трепетной мечтой,

Смотреть наверх, глазами хлопать,
Нахально стоя под стрелой,
И ощущать, как сыплет копоть
На лоб наморщенный и злой

Прощай, немытая Россия,
Не требуй благодарных слез,
Пока пугающе-красиво
Твой поезд мчится под откос

Я родился на Урале,
Вырос в городе Петра,
У меня судьбу украли,
Грянув громкое ура

Над разбитым над корытом
Плачет бабка, плачет дед,
Разноцветные шары там
Были, утки на воде…

Расписные карусели,
Черно-белый Винни-Пух,
Ваши вышли, наши сели –
Нары не выносят двух

Реет стяг, над крышей ржавой
Рдеет новая заря,
Мне обидно за державу,
Стыдно, честно говоря…

от москвы до магадана крепче ручку чемодана
под подушкою сжимай здравствуй праздник первомай
у буфетчицы беловой нос с рождения лиловый
да мясистая рука держит рюмку коньяка
как орудие труда и собой вполне горда
хорошо гидроцефалом путешествовать по шпалам
из конца в конец страны протирать в купе штаны
наблюдая как народ поедает бутерброд
тула тверь ли воркута ли патернака не читали
но уверены вполне на все 100 в его вине
едем в никакие гости поломать друг другу кости
похмелиться поутру и обратно в конуру
подзаборная шпана я и другой страны не знаю
где среди полей и рек мне петух прокукарек...