Если ты решил завершить какую-либо тему, это вовсе не значит, что сама тема готова поставить точку. Я всё там же, в Волне, La Mer, Beyond the Sea, как ни пой))

  Оказуется, в 2004 году вышел байопик Бобби Дарина под названием одной из его «визитных» песен. Кевин Спейси тут и швец, и жнец, и продюсер, и режиссер, и со-сценарист, и, естественно, исполнитель главной роли. Но ему и этого мало! Вокал — вот главное достоинство фильма! Потому что Спейси поет так, что фанаты Дарина не верили, что это не оригинальная запись. Это фильм из тех, где прямо видно — человек задыхался от любви к материалу, когда это делал.

  Но при всех несомненных плюсах есть самая большая проблема фильма — возраст Кевина Спейси, которому на момент съемок было под 45, и он играет Бобби Дарина, умершего в 37.  И да — он визуально намного старше. С учетом, что основной сюжет приходится на возрастную вилку 20-27 лет, смотреть на это больно. И если в музыкальных номерах он вкладывает в образ такую энергию, такой драйв, что перестаешь замечать морщины и начинаешь просто кайфовать от шоу, то в сценах радостного «покорения» Олимпа, а потом и Сандры Ди испытываешь испанский стыд.  Типаж Кейт Босуорт в роли Сандры Ди — в яблочко, она тут настоящая куколка начала 60-х. Единственное, ей в фильме особенно нечего играть. Роль прописана тоненько, она больше сюжетная функция, чем живой персонаж.

 

Читать далее...

 Вдогонку «Гранд Тура» и почему его финал под Beyond the Sea (англ. версия La Mer) вызвал у меня такой шквал эмоций.

 Потому что у меня уже есть в «анамнезе» любимый финал «Шпион, выйди вон!» (Tinker Tailor Soldier Spy, 2011), который так же ошарашил удивительным сочетанием картинки и звука. На экране — празднование в офисе «Цирка» (МИ‑6): коллеги чокаются бокалами, улыбаются, танцуют, что-то обсуждают на фоне тектонической усталости от вскрытия «крота». Но радость главных персонажей кажется какой‑то ненастоящей, будто играют роль, четко понимая, что карты уже вскрыты.

 В этот момент звучит La Mer в исполнении Хулио Иглесиаса — лёгкая, почти беззаботная мелодия о море, словно случайно попавшая в мрачный мир шпионского триллера. Её романтичный ритм и бодрая обработка в фанк-диско резко контрастирует с тем, что происходит на экране, и от этого картинка становится ещё более щемящей. И скупая слеза Джима Придо (Марк Стронг). Для меня с первого просмотра фильма это была одна из самых мощных сцен. La Mer здесь — не просто саундтрек, а своего рода реквием по дружбе (и любви что уж), по доверию. И лёгкая искрящаяся брызгами Лазурного побережья мелодия только подчёркивает, насколько тяжела цена, которую они заплатили.
 Джордж Смайли (Гэри Олдман) тем временем поднимается вверх по лестничным пролетам (ох уж этот символизм пути снизу вверх) и заходит в свой кабинет. Он медленно садится в кресло руководителя «Цирка» — и в этот самый миг на звуковой дорожке раздаются аплодисменты с концертной записи песни. Это не триумф героя, а тихое признание: в шпионском мире нет победителей, есть только те, кто продолжает играть.

  ПС:Почему-то до сего дня не приходила мысль о русскоязычной версии La Mer. А она есть — утёсовская «Волна»!  И какая же она совсем другая: красивая, мощная, раскатистая. Не «где-то на французской Ривьере», это точно Одесса и «волна с бурляшчэго дна», в которой слышится шум черноморского прибоя, крики чаек и гул портового города.

 Но так как в лиру сейчас вообще фиг что принесешь с внешних ресурсов, то «Волна» Утёсова послушать можно или по запросу в поисковике, или в тележеньке https://t.me/lifeonpearlriver/5564

Читать далее...

То лето я провел на даче с родителями. Там подобралась неплохая компания таких же как я подростков – человек 7-8 парней (видных, интересных) и примерно столько же девчонок, на удивление привлекательных. Сидели с ними у костра ночи напролет. Освоил кое-как игру на гитаре. И самое главное – научился не робеть при общении с красивыми девушками. Раньше, до 8 класса, я очень много читал. Компаний во дворе не чурался, но хоккею, футболу и пинг-понгу чаще все-таки предпочитал чтение. Однако, когда фигуры девушек-ровесниц начали приобретать приятные глазу округлости, страсть к чтению постепенно поутихла. Живые девочки со стройными ножками и красивыми глазами одержали убедительную победу над книжками. За явным преимуществом.
Наступил учебный год, прошла первая четверть, начались каникулы. В тот день, 5 ноября, ко мне зашли двое приятелей. Накануне, не помню уже, случайно или намеренно, я залез в карман зимнего пальто мужа моей старшей сестры. Он недавно окончил институт, в котором не было военной кафедры, и на год ушел в армию. К великой радости я обнаружил там кучу мелочи, рубля на полтора, почти хватало на портвейн. Сколько-то добавили приятели, в связи с чем мы приобрели «огнетушитель» (0,8 л) красного вермута, который благополучно распили в гаражах, недалеко от центрального райотдела милиции. Затем, веселые и бодрые, отправились болтаться по окрестностям. Пошел первый снег, необыкновенно обильный, влажный и липкий. В одном дворе мы наткнулись на компанию ребят из нашей школы, которые играли в снежки, балдели, лепили снеговика – в общем, веселились. Там были Галя и Лена, возле которой ненавязчиво присутствовал Аркаша. Мы присоединились к ним. Постепенно народ рассосался, и как-то так получилось, что в конце мы остались вчетвером – я, Аркаша, Лена и Галя. Аркаша понемногу распустил перья, я по дружбе ему подыграл. Когда девчонки ушли, Аркаша сказал мне: «Давай все время гулять вместе. Ты Галкой займешься, а я Ленкой». Я ответил: «Давай».
Так и начался тогда наш с Галей роман.

продолжение следует...

На тот вечер она пришла в брючном костюме немыслимой расцветки (по тем временам это было довольно дерзко), вся обвешанная какими-то бусами и браслетами. Прическа была потрясающая (еще бы, мама – парикмахер, известный в городе женский мастер). Танцевала просто здОрово, и я быстро на нее «запал». При этом меня постоянно отвлекала ее «страшненькая подружка». Страшненькая-то она была страшненькая, но при этом очень стройненькая! В общем, переходил я от одной к другой, балдея от удовольствия. Как я узнал (потом, от той же Гали), ее на том вечере интересовал не я, а некто Л. Я его хорошо знал, он был парень тихий, но «в авторитете». Отношения у меня были с ним ровные. Будучи этническим немцем, он вскоре уехал с родителями в Германию, и исчез из виду. И что-то в тот вечер у нее с Л. не сложилось…
После вечера мы с тогдашним моим другом-второгодником, слегка нетрезвые, пошли прогуляться по городу. И я рассказывал ему, какая, какая замечательная девушка Галя, как она мне нравится, и как я ее хочу.
И даже предположить не мог, что пройдет не так уж много времени, и эти дерзкие мечты однажды станут реальностью.
Когда шел домой – подсчитывал, сколько в моей жизни осталось таких веселых вечеров. Получалось за 1 год4 (7 ноября, новый год, майские праздники, окончание учебного года), за 2 года 8. Что будет потом, думать не хотелось.

Пришел на работу. Ничего делового в голову не идет. Вчера узнал, что не стало моей первой девушки (она же – первая женщина). Галя ушла из жизни в далеком Лос-Анджелесе, из-за онкологии, в возрасте 68 лет.
Когда началась наша с ней история любви? В далеком 1973 году, 5 ноября, когда мы лепили снеговика из обильно выпавшего влажного снега? Нет, наверное раньше, в теплый июньский вечер того же года. Вечер был праздничный, с танцами по случаю окончания 8 класса средней школы. Восьмых классов в нашей школе было три. В нашем «А» учились 2-3 по настоящему красивых девчонки. В одну из них, Лену, была влюблена, по-моему, добрая половина старшеклассников нашей школы. Меня она почему-то не «цепляла» – не знаю, может потому, что мне нравились яркие брюнетки, а она светлая и… тихая, что ли. На занятиях всегда блистала умом, и это сочетание красивой внешности и высокого интеллекта… не то чтобы отпугивало, но настораживало. Когда однажды во время перекура на перемене знакомый 9-классник (его звали Аркаша) поведал мне, что она есть «предмет его любви», я ему ответил, что соперников у тебя – полшколы. Как-то случайно этот разговор случился, во время хохмы, как говорят, к слову. Посмеялись и разошлись. Я об это скоро забыл… почти.
В классе «Б» красавиц не было (по моему мнению). В восьмом «В» была одна, ее звали Галя.

Продолжение следует...

Вышиби голову цветом красивым,

Излейся лазурной рекой.

Сколько ты выплакал - нитку завитую

Вырастишь острой травой.

Ветер качает тебя, ебаната -

Радуйся, жизнь хороша.

Чего же тебе так отчаянно надо?

И где же твоя душа?

Я последнее время очень нестабилен внутри. Затяжная депрессия и отсутствие близкого человека вылились в такое, что меньше чем за минуту настроение может смениться на прямо противоположное. И есть ещё кое-что, но это совсем ужасно. Такое было уже когда-то, но сейчас я не знаю, что делать, и не попросишь об этом. К тому же я ведь никогда не признаюсь, что со мной что-то не так или что мне нужна помощь. По ощущениям мне пизда, голова просто не выдерживает постоянного напряжения. С таким человеком никто не захочет быть рядом, конечно же, я понимаю, но это единственное, что мне нужно всю мою жизнь. И всегда что-то не так. Мне надоедает эта бессмысленная хуйня.

- Я скучала! - <целует куда ни попадя>. - Скучала очень, Вик, Вик, а ты?
Я держу её лицо в ладонях. Руки дрожат от возбуждения, я не попадаю в губы толком, как подросток..
- Ты не представляешь, кошмар ебучий, но я вот не могу, кроме как тебя, Вввиии...
Кусает в шею, мне пиздец. я к такому не привык, хотя и жду каждую минуту. Она отрывается от меня, смотрит в глаза.
- Здравствуй, милая! - говорю.
- Милая?  Здравствуй? <целует лицо> ебанутый?
- Да.
- Манда! - сжимает меня за загривок. - Ничего не хочешь добавить?
- Я всё чаще думаю, что останемся только мы вдвоём.
Нежно смотрит на меня и гладит плечи и грудь.
- Я этого и боюсь. Я не хочу так, чтобы меня не было без тебя.
- Но мы же не можем умереть.
- А вдруг? Вдруг что-то... - опускает взгляд, утыкается лбом в мои губы. - ...Вдруг что-то другое, чего я не знаю? Чего мы не знаем. Это же будет как жить с трупом.
- Да ты и так с трупом, Хэл. - Она вскидывает глаза.
- Нет, я тебя вижу и чувствую. Вик. Вот посмотри на меня.
Её взгляд не ищет чего-то во мне. Она всегда точно знает, на что смотрит. Глубоко вдыхает.
- Почему ты не пускаешь меня ближе? Ты тоже боишься, да?
Держу её в своих руках, и такое чувство, будто она не отсюда. И ведёт себя, как диковинный зверёк, и будто не дрожь по ней пробегает, а как у кошки, только под пальцами.
- Мне думается, что я ничего не боюсь. Только за кого-то близкого. Но это очень редко. Я просто не хочу тебе даже шанса на какую-то хуйню, понимаешь?
- Так ведь ты же не хуйня.
- Повторяй мне это почаще. А лучше - будь просто рядом. Всегда. Если можешь и... если хочешь.
Тупит взгляд и ковыряет носком землю передо мной.
- Я боюсь. Я. Я даже бояться боюсь. Ты что-то со мной сделал, и я теперь ни туда, ни сюда. Не могу быть прежней. Не знаю, как быть с тобой. Нужно что-то такое, что сильнее нас; знаешь, как на библии поклясться.
- И что это могло бы быть?
- Не знаю...
- Я думал об этом. Думал о том, что можно верить, но вера уходит. Так не работает. Теперь я думаю, что нет ничего сильнее нас самих. Мы уже перешли ту грань, когда можно было опереться на что-то, чтобы переворачивать мир. Теперь мы сами.
Хэл замирает, обдумывая слова. Поднимает голову и прижимает меня крепче.
- Да. Наверное, ты прав. Я как-то по инерции вот жила последнее время и не понимала, что изменилось, почему всё стало сложней. Да, видимо, так. Но я не знаю, что делать без тебя. Значит... выходит, ты моя опора. Чёрт. Что теперь делать?
- Я знаю только один способ.
Вопросительно смотрит.
- Просыпаться друг с другом.
Её глаза распускаются как цветок в этот момент, одни зрачки.

______

...Всю неделю обещали дожди. Мы решили просто спать и проводить по возможности  рядом каждую минуту. Нужно было набраться сил перед тем, как сделать что-то важное, что-то необходимое, а ещё постараться понять, готов ли мир к этому, или это останется между нами. Пока.

Я люблю тебя.

 " В доме Шлюханова". Это явно тянет на рубрику или хэштег для архивных находок соответствующего рода.

 Потому что количество незаконнорожденных детей в метриках 1880-х и далее просто зашкаливает. Вот что значит "дали вольную" крестьянкам!  Мещанки и дворянки тоже встречаются, но в более скромных количествах. 

 И наши предки в стороне не остались). И пусть не прямые, и даже не второстепенные, но такие Санта-Барбары требуют быть запротоколированными.