От «ликвидации иранской верхушки» и «молниеносной операции за несколько дней» Соединённые Штаты Америки плавно перешли к вялотекущим бомбардировкам и унизительным для сверхдержавы переговорам о статусе Ормузского пролива, чья интернациональность до трамповской агрессии никем вроде бы не ставилась под сомнение. Ормуз иранцы не перекрывали даже в самые тяжёлые дни ирано-иракской войны 1980-1988 гг., когда Тегерану бросил вызов не только Саддам Хусейн, но и могучая коалиция арабских стран, богатых нефтью и природным газом. Аятолла Хомейни понимал: применять такой козырь, как перекрытие Ормузского пролива, чревато. Однако Вашингтон своим нападением вынудил бросить на стол козырную карту – и она сыграла «мама не горюй».
«Мы снижаем градус. Мы лишь частично ведем с ними переговоры. Мы просто наблюдаем за Ираном с его огромной инфляцией и тем фактом, что у них нет денег», - заявил президент США Дональд Трамп в ответ на вопрос о бомбардировках ИРИ. Белый дом пытается сделать вид, что не обделался, а просто сменил стратегию. Вот только «экономическим удушением» они занимаются с 1979 года. Сколько таких энтузиастов видела древняя восточная цивилизация на своём веку. И ничего не позволило сломить её волю. Отличия от 1979 года или от 2007-го очевидны. Тогда была игра в одни ворота. Теперь же перекрытие важнейших торговых артерий Корпусом стражей исламской революции сильно бьёт по финансовым интересам американцев.
Стратегические нефтяные запасы Соединённых Штатов упали ниже уровня в 300 миллионов баррелей. За две недели сокращение составило 10 миллионов. Неприкосновенный запас опустился до критически низких значений, что уже вызвало беспокойство экспертного сообщества и, главное, предпринимателей. Законодательно установленный порог (исходя из технических требований, в которые мы вдаваться не будем) – 250 миллионов баррелей. Значит, если чёрное золото продолжат расходовать таким же макаром, то до показателя янки доберутся через десять недель или два с половиной месяца. Ждать осталось не так-то долго. Расходуются колоссальными темпами и стратегические топливные резервы (худшие цифры с 2005 года, когда бушевал ураган «Катрина»).
